Наместники и наместничества в конце XVI – начале XVIII века

ГЛАВА III

Центр воеводского управления помещался в съезжей или приказной избе. Сам орган местного управления, возглавляе- мый воеводой, носил аналогичное название. В крупных горо- дах, таких, как Астрахань, Тобольск съезжую избу называли Приказной палатой. К концу XVII в. это название закрепи- лось в отношении местных органов крупных городов. Приказ- ная изба (палата) помещалась в городской крепости.

Чины и звания городовых воевод соответствовали полити- ческому, экономическому и военному статусу города. В круп- ных центрах воеводами были бояре, в средних – стольники, в небольших крепостях – дети боярские.

К середине XVII в. сложилась система правил, касающа- яся чинов воевод, посылавшихся в крупнейшие города. Еще Г. К. Котошихин отмечал, что в «Великии Новгород, царствы Казанское, Астраханское, Сибирское, государство Псковское, княжествы Смоленское, Полотцкое; и тех государств в первые городы посылаютца воеводы бояре и околничие, а с ними то- варыщи; з боярами – околничие и столники и дьяки, а с окол- ничими столники и дьяки ». «А которые к тем государствам и большим городам належат городы всякою ведомостью и вла- детельством, и податми, и в те пригороды посылаюца воеводы дворяне и дети боярские, с Москвы и тех городов от воевод»60. Современным языком, в России середины XVII в. существо- вала тенденция введения разрядов, объединявших несколько уездов, то есть установления военно-административных окру- гов. Соответственно, выделялись разрядные воеводы, и под- чиненные им уездные.

Всвоей повседневной служебной деятельности уездные во- еводы должны были руководствоваться указаниями из глав- ного города, посылать туда отписки о своих городовых делах61.

Отех делах, которые воевода должен был решать сверх нака- за, о непредвиденных ситуациях, по вопросам, находившихся вкомпетенциивысшейвласти, разрядныйвоеводабылобязан отписать в Москву, уездный воевода – разрядному воеводе.

Впериод господства местничества соотношения старшинс- тва между воеводами носило местнический характер.

На воевод крупнейших городов России, а также на воевод порубежных городов распространялось правило присвоения им при назначении на воеводство наместнического титула.

60Котошихин Г. К. О России в царствование Алексея Михайловича. – М., 2000. – С. 148–149.

61Маркевич А. И. История местничества. – Одесса, 1881. – С. 374.

41

ГЛАВА III

Всего в наместнических книгах до 1706 г. со времен Грозно- го указываются следующие гражданские воеводы, писавшиеся с наместничеством: ВеликогоНовгорода, Пскова, Киева, Смоленс- ка, Белгорода, Яблонева, Полоцка, Севска, Чернигова, Нежина, Великих Лук, Сибирских городов, Олонца, Азова, Переславля. При этом в период до смерти Федора Алексеевича большинство этих городов в наместнических книгах не фигурировали. Посто- яннаяпрактиканаписанияснаместничествомгородовыхвоевод до 1682 г. существовала только в отношении Великого Новгоро- да, Пскова, Смоленска и Киева. Считанное число раз в связи с присвоением наместнических титулов в этот период в них упо- минаются воеводы Белгорода, Полоцка, Яблонева.

С начала царствования Ивана и Петра Алексеевичей в конце 1682 – 1683 гг. среди записей о наместничествах поя- вились фамилии воевод, направленных в такие города как Севск, Великие Луки, Чернигов, Нежин, Переславль, а также

всибирские города. С 1696 г. в наместнических книгах поя- вился Олонец в качестве воеводства, связанного с присвоени- ем наместнического титула. С 1700 г. к нему добавился Азов.

Вцарствование Ивана и Петра Алексеевичей, а также при Петре наиболее часто в наместнических книгах фигурирова- ли воеводы Севска и Нежина. По числу присваиваемых им наместнических титулов они опережали даже воевод Киева, Новгорода, Смоленска и Пскова. Немного отставали от этой группы воеводы Белгорода и Чернигова.

Воеводы имели право писаться с наместническим титулом

вдостаточно ограниченном количестве документов, исходив- ших от них. Книги наместнических титулов четко фиксиру- ют все ситуации, при которых воевода того или иного города титуловался наместником. Так, киевские воеводы писались с наместническим титулом в переписке («пересыльных лис- тах») с коронными и литовскими гетманами, то есть в посла- ниях, адресованных в Польшу и Литву, а также в переписке с гетманом войска Запорожского. Как известно, в Польше в XVI–XVIII вв. гетманы являлись командующими армией. С 1539 г. одновременно было два гетмана: в Польше (великий коронный) и в Литве (польный, считавшийся заместителем коронного). В XVI – первой половине XVII в. должность гет- мана существовала и на Украине. Тогда гетман являлся гла- вой реестровых казаков. С 1648 г. гетман стал правителем Украины и главой казацкого войска. С 1657 г. существовали гетманы Правобережной и Левобережной Украины. Если эту

42

ГЛАВА III

должность занимал один и тот же человек, то его титуловали гетманом обеих сторон Днепра. При присоединении Украины к России в официальных документах гетмана называли «под- данным его царского величества». Чаще всего в книгах намес- тнических титулов в связи с перепиской с русскими воеводами упоминаются гетманы Иван Самойлович, бывший гетманом Левобережной Украины с 1672 по 1687 гг. и ставший с 1674 г. также и гетманом Правобережной Украины, и Иван Степано- вич Мазепа, ставший гетманом обеих сторон Днепра с 1687 г.

Гетман обеих сторон Днепра был главной фигурой в пе- реписке, отмеченной присвоением наместнических титулов, помимо киевских воевод также для воевод Белгорода, Севска, Нежина, Чернигова и Переславля. При этом книги намест- нических титулов не зафиксировали предписаний вести пе- реписку с представителями иностранных держав, ограничив ее только перепиской с гетманами, в отношении воевод таких городов как Чернигов и Белгород.

Воеводы Севска, Переславля и Нежина кроме гетмана Ук- раины вели переписку с коронными и литовскими гетманами, а также комендантами, губернаторами порубежных с русски- ми территориями польских и литовских городов. Для воевод Смоленска главными адресатами их корреспонденции, уходя- щей за рубеж, напротив, были должностные лица (комендан- ты, воеводы, старосты и различные «урядники») территорий Литвы, пограничных с Россией.

Швеция была главной страной с точки зрения диплома- тических сношений воевод Новгорода, Пскова и Олонца. Они отсылали свои «пересыльные листы» тамошним генералам, губернаторам и комендантам. Помимо дипломатических сно- шений со шведскими чиновниками, воеводы Пскова чаще все- го направляли официальные письма в Литву, воеводы Новго- рода – в Польшу.

В отношении таких городов, как Азов, Яблонев или сибирс- кие города книги наместнических титулов не указывали круг адресатов воевод, в переписке с которыми необходимо было писаться с наместническим титулом. Этот факт можно объяс- нить тем, что практика присвоения наместнических титулов перечисленным воеводам носила не постоянный и система- тический, а единовременный характер. В силу этого строгих правил использования наместничества не могло сложиться.

Анализ книг наместнических титулов позволяет сделать вывод о том, что название города, где служил воевода и на-

43

ГЛАВА III

звание города, указанное в его наместническом титуле, прак- тически никогда не совпадало. Редким исключением было написание наместником Белгородским отправленного в Бел- город (18 августа 7172 (1664) г.) боярина князя Б. А. Репнина; а также написание наместником Смоленским направленного воеводой в Смоленск В. П. Шереметева (7 марта 1700 г.)62. Не- совпадение в большинстве случаев названия города, указан- ного в наместническом титуле воеводы, и названия города, в котором он служил, возможно, было не случайным явлени- ем, а проистекало из политики правительства, стремящегося отойти от практики прежних наместничеств, при которой пра- ва наместника на подведомственной ему территории по отно- шению к правам государства и центра превышали права во- евод XVII в. Преимущественное присвоение наместнического титула разнящегося с названием города было призвано под- черкнуть ограниченность в пользу государства прав воеводы.

Рассмотрим чиновные и местнические характеристики во- евод городов, наиболее часто писавшихся с наместничеством.

В период до 1682 г. первыми воеводами в Новгороде тради- ционно были лица, имевшие боярский чин, занимавшие высо- коеместническоеположение. Ихнаместническиетитулытакже имели боярское достоинство. В зависимости от положения их носителя в местнической иерархии они колебались от намес- тника Псковского (5-й) до наместника Костромского (19-й). По отношению к воеводам Новгорода, чьи наместничества были зафиксированы в росписях и книгах, помимо перечисленных, упоминаютсятитулынаместниковВеликопермского, Рязанско- го, Суздальского, Вологодского, Югорского, Дорогобужского63.

62РГАДА. – Ф. 166. – № 5. – Л. 48; № 4. – Л. 13; № 7. – Л. 12; № 8. –

Л.14.

63РГАДА. – Ф. 166. – № 6. – Л. 5, 10 об., 13, 14 об., 15 об., 16, 49; № 4. –

Л.8 об., 13, 14 об., 18 об., 21, 22, 23, 24, 24 об.; № 6. – Л. 32, 236; № 7. – Л. 14. (Здесь и далее порядковый номер наместничеств дается в соответствии с порядковым номером наместничества в одной из книг наместнических титулов, использованных автором для характеристики данного института. В каждом отдельном случае ссылка делается на ту из книг, которая по времени создания ближе всего стоит от факта пожалования наместническим титулом рассматриваемого лица. Первая книга доведена до 1665 г.; вторая – до 1680 г.; третья – до 1685 г., четвертая – до 1701 г., пятая – до 1706 г. Единственное исключение делается в отношении наместничества Белгородского. В третьем списки (до 1685 г.) оно было отнесено к вновь внесенным в наместнические книги и приписано, как и все эти наместничества в конце книги, после наместничества Боровского. Нами данное наместничество оставлено на той позиции, как оно указывалось в предшествующих книгах, поскольку боярский статус его согласно чинам и положению лиц, писавшихся наместниками Белгородскими, не оспорим. При определении порядкового номера каждого из наместничеств на конкретный год делается поправка на то, какие из вы-

44

ГЛАВА III

После отмены местничества на новгородское воеводство, как правило, продолжали назначать бояр, принадлежавшим к ранее возвысившимся фамилиям. К таковым можно отнести бояр Ф. С. Урусова, М. Я. Черкасского, П. С. Прозоровского, Б. И. Прозоровского, И. Ю. Трубецкого64. Большинство при- сваиваемыхимнаместническихтитуловотносилиськразряду «степенных» и входили в середину второго десятка. В отличие от местнического периода очень высоких наместничеств вое- водам Новгорода с царствования Ивана и Петра практически не присваивали. Редким исключением стало Астраханское (фактически 4-ое) наместничество боярина И. Ю. Трубецко- го в 1698/99 г.65 Новгородское воеводство, видимо, считалось одним из традиционных назначений. В начальный период царствования Петра представителей «новых фамилий» среди наместнического круга на эту должность практически не на- значали. Единственным исключением, пожалуй, стал ближ- ний окольничий Петр Матвеевич Апраксин, назначенный новгородским воеводой в 1698 г., но получивший титул намес- тника Нижегородского еще ранее, в 1697 г.66

Первые воеводы Пскова, так же, как и воеводы Новгорода, назначались из бояр. В местнический период границы намес- тнических титулов этих воевод по сравнению с титулами вое- вод Новгорода были традиционно ниже, хотя и не на много: от Вятского (9-й) до Коломенского (25-й). Среди титулов, помимо указанных, встречаются: Вологодский, Кондинский, Холмо- горский, Свияжский67.

Отмена местничества нарушила представления о соотно- шении чести городов. Некоторые псковские воеводы получи- ли титулы, опережавшие в наместнической иерархии титулы новгородских воевод. Так, 8 марта 1697 г. псковскому воево- де кравчему К. А. Нарышкину был присвоен титул намест- ника Владимирского, доселе никогда не присваивавшийся воеводам68. Местнические нормы, утратив свое значение, под- час открывали дорогу чрезмерным претензиям победивших

шестоящих наместничеств не были внесены в роспись до этой даты. В связи с этим даже на основании отнесения к одной росписи одного и того же наместничества по разным годам, его порядковый номер может колебаться).

64РГАДА. – Ф. 166. – № 6. – Л. 122; № 7. – Л. 13, 19, 20, 22, 36; № 8. –

Л.11, 15, 39.

65РГАДА. – Ф. 166. – № 8. – Л. 11.

66РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 18 об.

67РГАДА. – Ф. 166. – № 4. – Л. 11, 23, 26 об.; № 5. – Л. 8, 14 об.; № 6. –

Л.39, 63 об., 69, 92 об., 93, 132 об., 133; № 7. – Л. 16.

68РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 7 об.; № 8. – Л. 8.

45

ГЛАВА III

придворных группировок, что и произошло в рассмотренном случае. Помимо того, ликвидация местничества в случае с Псковским, также как и Новгородским воеводством, привела к значительному расширению границ наместнических титу- лов (от высшего Владимирского до Костромского, Свияжского, Холмогорского – титулов, относившихся к третьему и началу четвертого десятка)69.

Первые воеводы Киева в местнический период имели боярс- кий чин и наместнические титулы от Тверского (7-го) до Рязан- ского (14-го). Редким исключением было наделение воеводы Киева титулом, относящимся ко второй половине второго де- сятка. Кроме Тверского и Рязанского здешние первые воеводы титуловались Болгарскими, Ростовскими, Белгородскими70.

В послеместнический период Киевское, так же, как и Новгородское воеводство, стало «вотчиной» старых боярско- княжеских фамилий. Воеводами сюда назначались А. И. Го- лицын, П. И. Хованский, П. С. Прозоровский, Л. Ф. Долгору- кий, Ф. П. Шереметев, А. П. Салтыков, М. Г. Ромодановский, Ф. С. Урусов71. Большинство первых воевод с 1682 по 1706 гг. носили наместнические титулы, входившие в число «степен- ных». Между тем, нижняя граница титулов этих должностных лиц опустилась до середины третьего десятка. Так, в 1688 г. воевода боярин М. Г. Ромодановский носил титул наместника Костромского (25-й)72.

Во все три перечисленных города (Новгород, Псков, Киев) направляли по 2–3 воеводы. Соответственно, чины и намест- нические титула воевод меньшего достоинства были гораздо более низкими. Городовые воеводы, подчиненные первому во- еводе, также, как и он, имели право в переписке с зарубежны- ми городами титуловаться наместниками. Естественно, 2-й и 3-й воевода уступали в чиновном и титульном отношении пер- вому воеводе.

Соотношение титулов первого воеводы и его товари- щей видно из назначений на совместную службу. Так, в 7162 (1653/54) г. в Киеве товарищ боярина князя Федора Семеновича Куракина (наместника Ростовского (12-го))

69РГАДА. – Ф. 166. – № 6. –Л. 39; № 7. – Л. 16, 18, 30, 38 об., 41; № 8. –

Л.14, 20, 33, 44.

70РГАДА. – Ф. 166. – № 4. – Л. 15, 20; № 5. – Л. 11 об.; № 6. – Л. 30, 50, 229; № 7. – Л. 13.

71РГАДА. – Ф. 166. – № 6. – Л. 30, 50, 70 об., 229; № 7. – Л. 13, 14 об., 20, 25; № 8. – Л. 16, 28, 30.

72РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 29; № 8. – Л. 32.

46

ГЛАВА III

князь Федор Федорович Волконский был наместником Га-

лицким (26/28-м)73.

В 7185 (1676/77) г. в Киеве на воеводстве числились боярин князь Иван Борисович Троекуров, окольничий Алексей Пет- рович Головин, думный дворянин Федор Иванович Леонтьев. При этом Головин носил титул наместника Калужского (28-й), а Леонтьев, числившийся товарищем Троекурова – наместни- ка Кашинского (41-й)74.

По указу от 22 февраля 7189 (1681) г. товарищ киевско- го воеводы боярина и наместника Смоленского (6-го) Петра (большого) Васильевича Шереметева Федор Петрович Шере- метев носил титул наместника Кондинского (18-й)75.

Правило, согласно которому наместнический титул това- рища воеводы, также как и его чин, должен значительно ус- тупать титулу и чину главного воеводы, сохранилось и в пос- леместнический период. Так, в 1688 г. товарищем боярина и наместника Костромского М. Г. Ромодановского был думный дворянин и наместник Карачевский С. И. Языков76.

По сравнению с новгородскими, псковскими и киевскими воеводами в период господства местничества смоленские во- еводы занимали более скромное положение. На воеводстве здесь могли находиться и бояре, и окольничие. Для этого во- еводства было характерно присвоение наместникам титулов вновь введенных в наместнические книги, статус которых не был строго определен, таких как наместник Путивльский, Обдорский, Устюжский и пр.77 В период после 1682 г. соот- ношение изменилось в пользу Смоленска. Среди его воевод многие имели наместнические титулы, входившие в число степенных, занимавшие высшие строчки наместнических росписей. Среди них наместники Сибирский (5-й), Псковс- кий (6-й), Смоленский (7-й), Болгарский (12-й), Белоозерс- кий (18-й), Обдорский (20-й)78.

Практика отправления воевод, наделенных наместничес- кими титулами, в такие города, как Нежин, Севск, Чернигов сложилась в послеместнический период, не испытав на себе влияние этого института.

73РГАДА. – Ф. 166. – № 5. – Л. 27.

74РГАДА. – Ф. 166. – № 6. – Л. 126 об., 189 об.

75РГАДА. – Ф. 166. – № 6. – Л. 63 об.

76РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 71 об.; № 8. – Л. 73.

77РГАДА. – Ф. 166. – № 5. – Л. 48 об.; № 6. – Л. 84, 239.

78РГАДА. – Ф. 166. – № 6. – Л. 19 об. – 20, 84; № 7. – Л. 10, 12, 17, 23, 23 об., 31; № 8. – Л. 12, 14, 19, 25, 27.

47

ГЛАВА III

Самым высоким титулом, которым был наделен воевода в Севске, был титул наместника Рязанского, присвоенный в янва- ре1697 г. стольникукн. Л. Ф. Долгорукому79. Помимонеготитул, относящийся к числу степенных, носил боярин кн. Ф. П. Шере- метев, отправленный на государеву службу в Севск в октябре 1682 г. в статусе наместника Кондинского80. Остальные севские воеводы имели титулы от наместников Суздальского и Белго- родского до наместников Серпуховского и Карачевского.

Севское воеводство показательно в отношении нарушения закономерных связей между чином воеводы и его титулом. Для «старых» воеводств, историякоторыхначинаетсявместнический период, досмертиФедораАлексеевичабылохарактерноприсва- иватьболеевысокиетитулылицам, носящимболеевысокийчин. Это правило во многом диктовалось местническими нормами. Если же рассмотреть соответствие чинов и титулов севских вое- вод, то отсутствие такого правила становиться очевидным. Так, бояринкнязьФ. П. ШереметевносилтитулнаместникаКондин- ского(21-й), втовремякакстольникЛ. Ф. Долгорукий– намест- никаРязанского(15-й). СтольникИ. П. Неледенский-Мелецкий был наместником Суздальским (22-м), а окольничие И. Ю. Ле- онтьев и Ф. Ю. Барятинский – соответственно наместниками Стародубским(33-м) иРяжским(43-м)81. ПриэтомНелединские- Мелецкие были сравнительно новым родом в наместнических книгах, появившись на их страницах в чине стольников в конце XVII в., а Барятинские выполняли дипломатические поручения и титуловались наместниками с начала XVII в.82 Некоторые из Барятинских с 70-х гг. XVII в., находясь в боярский чинах, име- ли и боярские наместнические титулы, такие, как наместник Брянский, Дорогобужский83.

Разрушение связи между чином и наместничеством в пе- риод после смерти Федора Алексеевича можно наблюдать на примере еще одного воеводства, занявшего значительное место вкнигахтитуловсцарствованияИванаиПетра, – нежинского. Подавляющее большинство здешних воевод находились в чине думного дворянина. Случались и исключения, при которых воеводой в Нежин отправляли окольничего. Между тем околь-

79РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 20.

80РГАДА. – Ф. 166. – № 6. – Л. 67; № 7. – Л. 25; № 8. – Л. 28.

81РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 26, 37 об., 47 об.; № 8. – Л. 29, 40.

82РГАДА. – Ф. 166. – № 5. – Л. 24 об.; № 4. – Л. 31; № 9. – Л. 19, 36; № 6. –

Л.115; № 7. – Л. 26, 46 об., 56 об.; № 8. – Л. 29, 49.

83РГАДА. – Ф. 166. – № 4. – Л. 28 об.; № 6. – Л. 97; № 7. – Л. 31, 39; № 8. –

Л.42.

48

ГЛАВА III

ничий князь Ф. Л. Волконский и окольничий Н. И. Акинфов носили соответственно титулы наместников Ряжского (43-й) и Юрьева Польского (44-й), в то время как думные дворяне И. А. Власов, А. Ф. Полибин, П. С. Хитрово титуловались на- местниками Углечским (31-м) и Ржевским (38-м)84.

Титул наместника присваивался не только гражданским, но и военным воеводам. Обе эти должности оставались моно- польным правом представителей высшего общества. В рас- сматриваемый период в армии существовало деление как на пять, так и на три полка. Последнее встречалось наиболее часто. Главным считался Большой полк. В него назначали двух, а чаще трех воевод в очень высоких чинах. Первым во- еводой мог быть боярин, вторым – окольничий. Стратегичес- кое руководство военной кампанией осуществляли первые два воеводы. Если же был третий воевода, то он был дьяком, выполнял иные функции. В период господства местничества этот воевода с точки зрения отеческой чести значительно от- ставал от первых. Как до, так и после отмены местничества наместнический титул дьяка – товарища воеводы был крайне невысоким, что еще раз подчеркивает значительную разни- цу в его положении и положении главного воеводы Большого полка. Известно, что в Крымском походе в 1688 г. товарищем наместника Новгородского, ближнего боярина, оберегателя и дворового воеводы кн. В. В. Голицына являлся думный дьяк Е. И. Украинцев, носивший титул наместника Болховского, занимавший 60-ю строчку в титульной иерархии85.

Следующим по значимости выступал Передовой полк. В него также направляли не менее двух воевод, и первый был в чине боярина или окольничего. Третьим считался Стороже- вой полк во главе с двумя воеводами, значительно уступавши- мивчестипервымвоеводамПередовогоитемболее, Большого полка. В отношении чинов наблюдалось тоже соотношение. В то время, как Большой и Передовой полки возглавляли бояре, во главе Сторожевого мог стоять и стольник.

Практика наделения военного воеводы наместническим титулом закрепилась окончательно только в царствование Федора Алексеевича. До этого она носила единичный харак- тер. Известно, что в 7154 (1645/46) г. в походе против Крымс- кого хана боярин Василий Петрович Шереметев официально

84РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 35 об., 42, 47 об., 48 об.; № 8. – Л. 38, 45,

50, 51.

85РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 65 об.

49

ГЛАВА III

титуловался наместником Новоторжским; в 7181 (1672/73) г. посланный с полком на Дон под Азов думный дворянин Иван Севастьянович Хитрово был наместником Шацким, но таких случаев зафиксировано немного86.

Согласно книгам наместнических титулов военные воево- ды чаще всего адресовали свою корреспонденцию «корунным

илитовским гетманам», а также гетману войска Запорожско- го обеих сторон Днепра.

Поскольку воеводы, командовавшие крупными военными соединениями до 1682 г., находились в очень высоких чинах

иместническом положении, их наместнические титулы так- же были очень высокими. Боярин князь М. А. Черкасский в 7187 (1678/79) г. носил титул наместника Казанского (3-й), боя- рин князь М. Ю. Долгорукий в 7187 (1678/79) г. – Тверского (7-й), бояринкнязьВ. В. Голицынв7188 (1679/80) г. – Великопермского (8-й), боярин князь Г. Г. Ромодановский в 7176 (1667/68) г. и бо- ярин князь П. И. Хованский в 7188 (1679/80) г. – Белгородского (11-й), бояринП. В. (меньшой) Шереметевв7188 (1679/80) г. – Ни- жегородского (12-й)87.

Впослеместнический период эта практика сохранилась. Наряду с другими воеводами Большого полка были боярин князь В. В. Голицын (1688 г.) и А. С. Шеин (1699 г.). Оба они носили титул наместника Новгородского (2-й)88.

Среди военных воевод существовала такая категория, как сходные воеводы, то есть воеводы, направленные в помощь во- еводе, командовавшему более крупным соединением. В пери- од существования местничества сходный воевода всегда счи- тался ниже в чести того воеводы, к которому он направлялся

всход, поскольку согласно местнической традиции тот, кто помогал кому-либо, всегда считался ниже того, кому он был обязан помогать. Чиновное и титульное соотношение основно- го и сходного воевод строилось, исходя из этих правил.

Кактолькочастиосновногоисходноговоеводысоединялись, сходный попадал в подчинение главного воеводы, до этого он осуществлял командование своим соединением самостоятель- но. На этом этапе сходный воевода также мог вести переписку с представителями иной державы, в силу чего ему, как и главно- му воеводе, присваивался наместнический титул.

86РГАДА. – Ф. 166. – № 5. – Л. 18; № 4. – Л. 26, 30 об.

87РГАДА. – Ф.166. – № 7. – Л. 9; 18; № 6. – Л. 11, 11 об., 29 об., 30, 35, 44 об., 45, 228 об.

88РГАДА. – Ф. 166. –№ 7. – Л. 8 об., 65 об.; № 8. – Л.9.

50