Молодежный политический экстремизм в условиях глобализирующейся российской действительности. Монография

зацией межэтнических отношений, которая строится на базе отказа от навязы-

вания административных методов в решении этнических вопросов, использо-

вания конфликтных межэтнических ситуаций в политических целях, согласова-

ние этнических вопросов и экономических реформ.

Безусловно, полностью возложить за это ответственность на СМИ нельзя.

Их воздействие в данном случае, скорее, «потенциально», т.е. при определен-

ных обстоятельствах может усилить уже существующие установки.

Исследования, проведенные в этой области, показали, что этнические меньшинства в средствах массовой информации всегда представлены «как про-

блема». Связано это с большой культурной дистанцией, выражающейся в рели-

гиозных, а также исторических отличиях между коренным населением и этни-

ческими меньшинствами. В результате приток иноэтничных мигрантов может спровоцировать заметное усиление негативных этнических стереотипов и эт-

нофобий, существующих в «культурном генофонде» коренного населения.

Т. Ван Дийк в 1991 году методом контент-анализа статей об этнических проблемах в ведущих газетах и журналах Великобритании провел тщательное исследование проблемы «расизма в прессе». 66 В результате он пришел к выво-

ду о позитивном «представлении» белых граждан и негативном – цветных. Так,

очень редко рубрики по этническим проблемам предоставлялись «цветным» экспертам. В основном для выступлений в прессе приглашались «белые» авто-

ритеты: полицейские, политики, которые комментировали «этническую ситуацию».67

В настоящее время, несмотря на то, что пресса перестала быть откровен-

но «расистской», продолжает встречаться «представление» национальных меньшинств в качестве проблемы или даже угрозы. В России ситуация с этни-

ческими меньшинствами аналогична великобританской. При этом суть усиле-

ния влияния масс-медиа на установки и поведение таково, что молодежь не в состоянии критично оценить то, что они видят, слышат или читают.

66Van Dijk T. Racism and the Press. L., 1983. – 12 р.

67Н.Г. Осипова. Теории и практика «влияния» СМИ в современной зарубежной социологии./ Вестн. Моск. Унта. Сер. 18. Социология и политология. 2001. №1. С. 102 – 103.

51

Можно сделать выводы о двух возможных последствиях такого неблаго-

приятного «представления» этнических меньшинств в СМИ.

Во-первых, титульная нация принимает «транслируемую» негативную точку зрения. Во-вторых, представители этнических меньшинств также ее при-

нимают. Так, СМИ одновременно усиливают предрассудки титульной нации, и

заставляют этнические меньшинства с ними мириться.

В целом исследования на эту тему показали, что трактовка СМИ пробле-

мы этнических меньшинств основана на узких и часто необоснованных стерео-

типах. Такая трактовка не обязательно усиливает «прорасистские» установки у молодежи, но, бесспорно, ничего в них не меняет.

Телевидение и радиовещание из средства идеологического воздействия,

роль которого они выполняли более или менее последовательно, уже со второй половины 80-х годов все больше превращаются в средства информации и раз-

влечения.

В нашей стране в течение долгого времени основным источником полу-

чения информации были газеты. В настоящее время происходить вытеснение прессы телевидением, которое превратилось в главное средство массовой ин-

формации: люди чаще смотрят телевизор, чем слушают радио или читают газе-

ты.

Это привело к изменениям в структуре газетно-журнальной периодики. С

развитием рыночных отношений ряд многотиражных изданий прекратил свое существование, но появились газеты, еженедельники и журналы, ориентиро-

ванные на непрофессиональные интересы читателей. Поскольку непосред-

ственный контроль над содержанием средств массовой информации отсутству-

ет, ослаблен, на страницы периодической печати хлынула волна пропаганды секса, насилия, национализма с целью привлечения читателей.

Чтение периодической печати в настоящее время не популярно у моло-

дежи. Об этом свидетельствует аполитичность современной молодежи. Поли-

тика была, есть и будет важнейшей сферой социальной жизни общества, и сте-

пень включенности или невключенности молодежи в политические процессы

52

во многом определяет и общую политическую ситуацию в стране. За последние годы произошла определенная переориентация в интересах молодых россиян – они переместились из информационно-публицистической сферы в профессио-

нальную, бытовую, досуговую сферу.

По данным социологических исследований последних пяти лет, моло-

дежь предпочитает телепрограммы развлекательного характера, но в последнее время наблюдается интерес к программам, посвященным экономике и бизнесу.

Это связано с общим переструктурированием ценностных ориентаций молоде-

жи, для которой все больше возрастают ценности потребления, как товарного,

так и духовного, в то время как интерес к политике занимает невысокое место в шкале ценностей.68

Картина, которую представляют собой наши СМИ сегодня, по их ориен-

тации на молодого зрителя, аморфна и расплывчата. Раньше существовал об-

раз-модель подростка или молодого человека, на который ориентировалась вся структура масс-медиа. С расслоением общества потерян типологический образ молодого человека, исчезает и образ «идеального потребителя продукции СМИ», совершенно необходимый для эффективного функционирования техно-

логической системы массовой коммуникации. Только при создании идеального образа – модели личности нового типа возможен выход из этого кризиса.

С другой стороны, отсутствие достойного объекта для подражания в со-

временной литературе и видеокультуре отечественного производства послед-

них лет, недостаток условий для позитивного самоутверждения молодежи предопределяет необходимость коррекции воспитательной политики, одной из важных задач которой должно стать формирование образа молодого героя в рамках СМИ.

Исчезновение «железного занавеса», «шоковая терапия» в экономике втянутость в глобализационный процесс привели к серьезнейшим последстви-

ям и для отечественной информационной культуры. Информационное поле но-

68 Н.Г. Осипова. Теории и практика «влияния» СМИ в современной зарубежной социологии./ Вестн. Моск. Унта. Сер. 18. Социология и политология. 2001. №1. С. 103– 104.

53

вого типа быстрее всего повлияло на молодежь как наиболее мобильную в культурном отношении группу, попавшую к тому же в ситуацию всеобщего разрыва с ценностями предшествующего поколения. Молодежь, лишенная тра-

диционно сложившихся ориентиров, во многом чуждой системы ценностей За-

пада стала жертвой этой системы.

Сегодня можно говорить о том, что в сознании подрастающего поколения утвердился образ американизированного героя кино-видеокультуры (активного,

делового, находчивого в критических ситуациях), причем следует отметить, что подобный аналог нельзя обнаружить в отечественном кино-видеопроизводстве.

Американизированнось проявляется не только в кино-видеокультуры, но и во всей популярной массовой культуре. Одна часть молодежи усваивают америка-

низированные ценности, другая пытается сопротивляться этому процессу аме-

риканизации российского общества.

Эта причина, которую нельзя обойти вниманием называется интернацио-

нализацией культуры. Интернационализация культуры сопровождается усиле-

нием ее массового, потребительского характера. Происходит ее стандартиза-

ция. И - что еще более существенно - стандартизация идет по меркам того, что называется вестернизацией культуры. Эта так называемая наша массовая куль-

тура. Очень много телепередач и кинофильмов, которые стимулируют у моло-

дежи жестокость, насилие и желание его применять на практике. Культивиру-

ются культ денег и грубой физической силы, понятие вседозволенности. На книжном рынке России масса развлекательной литературы самого низкого ка-

чества. Значительная часть молодежи, морально, духовно и умственно искале-

ченная массовой культурой, вырастает злой, бездуховной и жестокой, готовой к насилию.

Проанализировав причины возникновения экстремизма в России и учи-

тывая тот факт, что почти во всех демократических странах существуют моло-

дежные экстремистские организации (в Германии – это партия «Молодых национал демократов»(JN),в Бельгии – «Фронт молодежи» и «Фламандский во-

енный орден», в Швеции – «Новая демократия», во Франции – «Национальный

54

фронт» и т.д.)69, то можно предположить, что молодежный экстремизм направ-

лен на утверждение молодым поколением своего варианта глобализма. Особен-

но это явно прослеживается в молодежных организациях фашистской и нацио-

налистической направленности. Из этого следует, что корни молодежного экс-

тремизма следует искать не только во внутригосударственных проблемах, но и в явлениях глобализации. Углубление глобализма и расширение его географии способствует развертыванию молодежного политического экстремизма. Пара-

докс заключается в том, что чем больше мы пытаемся противиться глобализа-

ции, тем сильнее мы в нее интегрируемся. Мы не хотим стать частью глобаль-

ного и потерять свои «национальные» преимущества, но при этом мы активно внедряем в обществе интернациональную (международную) систему субкуль-

тур, чье истинное призвание («в чистом виде») — служить противовесом или замедлителем глобализации. «Скинхеды», «неонацисты», «красные», «анархи-

сты», «антиглобалисты», «рэпперы» — все они представители европейской и американской культуры.

Таким образом, посредством СМИ уверенность и фиксированные стан-

дарты постепенно заменяются неизвестностью и скептицизмом, что представ-

ляет очень тревожную тенденцию. Образы, создаваемые СМИ, подстрекают молодежь к поверхностному восприятию вещей, а не к познанию их сути, к ци-

низму, а не к вере, к жажде постоянных перемен, а не к соблюдению традиций,

к ощущению «сиюминутности» бытия и отрицанию исторических закономер-

ностей. Молодежи нужна совершенно другая информационная идеология — идеология, несущая правду о жизни, о труде, о человеке труда, ей нужна такая информационная идеология, опираясь на которую она могла бы себе, друзьям доверять свои чистые помыслы и переживания и насытить свой духовный го-

лод, жажду познания мира.70

Проблемы социально-экономического порядка, традиционные проблемы невстроенности молодежи в систему социальных коммуникаций. Сохраняю-

69О.И.Аршба. Современный правый экстремизм в Европе. Вестн. Моск. Ун –та. Социология и политология. 2002. № 4. С. 110.

70Тарасов К.А. От насилия в кино к насилию «как в кино»? // Социологические исследования. 1996. №2. С. 16.

55

щийся дисбаланс в социальном неравенстве российского общества, а также ак-

тивная «охота» на податливую для политического воздействия молодежь, как правило, «социально и интеллектуально» ущемленную – стало благодатной почвой для формирования экстремистских молодежных организаций – РНЕ,

скинхеды; на Кавказе «лесные братья», состоящие преимущественно из безра-

ботной молодежи Дагестана и других субъектов Кавказа и др. Следует под-

черкнуть, что перечисленные аспекты и причины отражают молодежный поли-

тический экстремизм как социально-политическое явление только в совокупно-

сти, дополняя друг друга. Чем полнее эти аспекты представлены в социально-

политической и духовной жизни общества, тем вероятнее возникновение моло-

дежных экстремистских группировок.

1.3.Специфика молодежного политического экстремизма в современной

России: связь идеологических и практических императивов.

Гнев молодежных политических экстремистов редко является неуправля-

емым. В противоположность как общераспространенному мнению, так и изоб-

ражению в СМИ, большинство экстремистских действий совершаются не в припадке безумия и не по чьей-то прихоти. Наоборот, эти действия продуман-

ны и тщательно спланированы. Как было понятно из предыдущей главы, пред-

назначение насильственных акций – передать некое послание. Однако в равной степени важен тот факт, что экстремистский акт планируется и исполняется в манере, отражающей цели и мотивации той или иной группы, соответствует ее ресурсам и возможностям, а также принимает во внимание «целевую аудито-

рию», на которую направлен этот акт. Следовательно, тактики и мишени раз-

личных экстремистских молодежных организаций, как и виды оружия, исполь-

зуемые ими, обусловлены идеологией группы, ее внутренней организационной динамикой и личностями ключевых фигур, а также множеством внутренних и внешних стимулов.71

71Хоффман Б. Терроризм – взгляд изнутри (пер. с англ.). – М.: Ультра. Культура, 2003. –205 с.

56

Все молодежные экстремистские группы избирают такие мишени, кото-

рые могут оказаться полезными с их точки зрения, и применяют тактику, со-

звучную их основным политическим целям. Например, экстремисты левого толка выборочно похищали и убивали людей, виновных, по их мнению, в эко-

номической эксплуатации или политических репрессиях, с целью приобретения известности и осуществления марксистско-ленинской революции, экстремисты,

ведомые религиозным императивом, осуществляют более масштабные акты насилия, направленные против широкой категории мишеней, включающих не только заклятых врагов, но и всех, кто не разделяет их религиозные воззрения.

Действия этнонационалистических сепаратистских групп определяются моде-

лью, находящейся где-то между двумя первыми. С одной стороны, насиль-

ственные акции, оказываются более разрушительными и губительными, чем террористические кампании других групп левого толка. Но, с другой стороны,

насилие, творимое ими, по большей части было ограничено определенным

«набором мишеней», который составляют члены «той или иной соперничаю-

щей или доминирующей этнонациональной группы». Возможно, наименее по-

следовательной категорией экстремистских групп (если речь идет о повторяе-

мости насильственных актов и влиянии на общественность и мнение прави-

тельства) является целый ряд новых нацистов, «политических панкрокеров» с

расистскими взглядами и прочих крайне правых элементов, появившихся в по-

следние годы в некоторых европейских странах. Но даже их отдельные и несо-

гласованные, кажущиеся бессмысленными акты насилия, подогреваемые в рав-

ной степени как пивом и бравадой, так и политической программой, не вполне случайны или беспорядочны. В самом деле, у всех этих категорий смысл за-

ключается не во внутренних различиях, а в том, что выбор тактики и мишеней определяется в соответствии с их идеологией и механизмами легитимизации и оправдания. И, возможно, самое главное различие заключается в их отношени-

ях с «целевой аудиторией», на которую направлены акты насилия.72

72 Хоффман Б. Терроризм – взгляд изнутри (пер. с англ.). – М.: Ультра. Культура, 2003. –207 с.

57

Главным тактическим и этическим императивом, к примеру, для экстре-

мистов левого толка является намеренное планирование актов насилия так,

чтобы достичь умов «аудитории». Террористы левого толка всегда ограниченно применяли насилие. Их крестовый поход за социальной справедливостью обычно направлен против отдельных лиц, которые, по их мнению, олицетворя-

ют капиталистическую эксплуатацию труда и социальные репрессии. Поэтому такие экстремисты действуют осторожно, чтобы не отвратить от себя потенци-

альных сторонников или возможную аудиторию. Достаточно определенно предпочитали насильственный путь новой революции немногие партии и изда-

ния, существовавшие в 90-е:73

-Всесоюзная рабочая коммунистическая молодая гвардия,

-"Бумбараш-2017" (орган РКСМ) Павла Былевского,

-"Борьба" Елены Саратовских.

Современные левые радикальные организации - Антифа (юные и моло-

дые антифашисты), АКМ – Авангард Красной молодежи, Трудовая Россия (ча-

сто как АКМ – ТР), РКСМ(б) – Российский коммунистический союз молодежи

(большевиков), «Красные скинхеды», и др. Следует отметить, что ни организа-

ционно, ни идейно данные организации и группировки не связаны с КПРФ, и

даже подчеркивают свою оппозицию «зюгановскому оппортунизму».

Левые группировки успешно определяют уровень насилия, который бу-

дет одновременно «терпимым» для местного населения, допустимым в глазах международного сообщества и достаточно дозированным, чтобы не спровоци-

ровать жесткие ответные меры со стороны правительства.74

Действия экстремистов правого толка всегда считались наименее диффе-

ренцированным и самым бессмысленным типом современного политического насилия. Они получили такую репутацию по большей части из-за кажущегося бессмысленным «уличного насилия» и незамысловатых операций, жертвами которых в последнее время становились иммигранты, беженцы, иностранные

73Верховский А., Прибыловский В. Национал-патриотические организации в России. История, идеология, экстремистские тенденции. М.: Институт экспериментальной социологии, 1996. С. 67.

74Верховский А., Прибыловский В. Национал-патриотические организации в России. История, идеология, экстремистские тенденции. М.: Институт экспериментальной социологии, 1996. С. 68.

58

рабочие и прочие иностранные граждане, приезжающие в Россию, а также в другие страны бывшего социалистического блока. Если действия экстремистов правого толка порой кажутся бессистемными и спонтанными, их цели вряд ли можно назвать неясными. По сути, их очевидной целью является уничтожение либерально-демократического строя, чтобы расчистить путь для возрождающе-

гося национал-социалистического (нацистского) или фашистского движения.

Но в какой-то мере это является всего лишь оправданием для собственного удовольствия, получаемого от потасовок и взрывов, самолюбования и выстав-

ления на показ нацистских регалий 1940-х годов. Трудно сказать, учитывая тот факт, что большинство групп правого толка не выдвигают каких-либо полити-

ческих программ или требований реформ, предпочитая прятаться за неясными лозунгами крайнего национализма, необходимости расовой чистоты и укрепле-

ния власти правительства. В итоге тем, кого рефлексивно критикуют за его сла-

бые стороны, является демократическое государство – преимущественно за по-

литику либерального соцобеспечения и терпимость в отношении различных мнений – наряду с разрешением работать в стране различных наций иммигран-

тов и ситуацией, когда влиятельные должности занимают евреи и представите-

ли других национальных меньшинств. Экстремисты правого толка считают, что выживание нации зависит от изгнания этих элементов из ее среды обитания;

лишь став однородным в отношении политики, расовой принадлежности и культуры, государство может возродить былую мощь и снова начать работать на благо своих истинных граждан, а не на пестрое сборище чужаков и парази-

тов, лишающих нацию ее силы и величия.75

Каким бы незрелым, относительно незамысловатыми и интеллектуально обделенными ни казались представители этой категории экстремизма, все же,

как и прочие формы экстремизма, насилие, творимое правыми экстремистами,

не базируется на некоей патологической склонности к убийству и потасовкам,

но, скорее, на хорошо продуманной политике запугивания общественности,

75 О.И. Аршба Современный правый экстремизм в Европе // Вест. Моск. Ун-та. Социология и политология. 2002. №4. С. 3 -5.

59

дабы та поддержала требования или действия экстремистов. Правые экстреми-

сты считают себя если и не революционным авангардом, то по крайней мере катализатором событий, которые неминуемо приведут к авторитарной форме правления государством. Таким образом, как и прочие террористические дви-

жения, они также приспосабливают насилие для привлечения потенциальных сторонников – будь то такие же националисты-экстремисты, непримиримые ра-

систы или ксенофобы, реакционные консерваторы или воинствующие анти-

коммунисты – и, за исключением ряда заметных, но изолированных крупных акций, стремятся сдерживать насилие в рамках, приемлемых для правительства,

так чтобы не вызвать масштабных контрмер против самих экстремистов.76

С религиозными экстремистскими течениями дело обстоит иначе. Для них насилие также играет роль инструмента для достижения своих целей, но в отличие от обычных экстремистских групп насилие рассматривается ими и как конечная цель – божественный долг, исполняемый по каким-либо сакральным требованиям или императивам, их единственной целью является служение Богу посредством исполнения возложенной на них божественной миссии. Следова-

тельно, для религиозных экстремистов – террористов существует куда меньше ограничений, сдерживающих творимое ими насилие, а категория мишеней – врагов является куда более широкой. Готовность религиозных экстремистов совершать масштабные акты насилия является прямым следствием того факта,

что в отличие от обычных экстремистов – террористов они не ищут поддержки со стороны «целевой» аудитории или властей, а лишь одобрения своего боже-

ства или религиозных деятелей и, следовательно, не имеют необходимости ре-

гулировать или контролировать творимое ими насилие.77

Однако у молодежных экстремистских групп есть одна общая черта: они живут будущим, живут ради отдаленного – но все же неощутимо близкого – момента во времени, когда они, несомненно, одержат победу над врагами и до-

бьются свершения своего политического предназначения. Для религиозных

76 О.И. Аршба Современный правый экстремизм в Европе // Вест. Моск. Ун-та. Социология и политология. 2002. №4. С. 3 -5.

77 Малашенко А.В. мусульманский мир СНГ. М., 1996. - 11 с.

60