Молодежный политический экстремизм в условиях глобализирующейся российской действительности. Монография

д) пропаганду идей терроризма, распространение материалов или ин-

формации, призывающих к осуществлению террористической деятельности либо обосновывающих или оправдывающих необходимость осуществления та-

кой деятельности.

Напрашивается вопрос, каким образом связать политический экстремизм

(национализм, шовинизм и радикализм в молодежных организациях) и терро-

ризм в современной интерпретации этого термина? Что общего в этих явлени-

ях?

В научной литературе они зачастую рассматриваются как синонимы,

многие авторы идентифицируют эти понятия, ставя знак равенства между ни-

ми, хотя они имеют различную сущность. Вместе с тем, экстремизм по своему содержанию значительно шире понятия «терроризм», поскольку, именно с по-

мощью террора экстремистские организации достигают поставленных полити-

ческих целей.

Проанализировав лишь те не многие из существующих определений экс-

тремизма и терроризма можно сделать обобщающий вывод. Главное место в этих определениях отведено угрозе непосредственному акту насилия. Угроза насилия так же страшна, как и сам акт насилия, поэтому терроризм помимо уничтожения объекта стремится оказать длительное психологическое воздей-

ствие на широкую целевую аудиторию. Отмечается, что целью экстремистов,

террористов является как общество в целом, так и отдельные правительства. За-

трагиваются религиозные и идеологические цели терроризма наряду с фунда-

ментальными политическими целями.

Что касается кадрового состава этих организаций, основными самыми ак-

тивными участниками экстремистских группировок является молодежь, и в террористических акциях главными действующими лицами (исполнителями)

являются, в большинстве своем, молодые люди (события на Дубровке, участ-

ники вооруженных действий в Чечне, участники несанкционированных митин-

гов в городах России, ярчайший тому пример). Вступая в экстремистские груп-

пировки, молодые люди становятся потенциальными террористами. Основны-

21

ми руководителями и идеологами этих организаций являются взрослые люди.

Терроризм является следующей, более опасной ступенью развития такого явле-

ния как политический экстремизм. Вот почему стоит уделять особое внимание этому «феномену».

Теперь вернемся к молодежному экстремизму в виде националистиче-

ских, шовинистских, религиозных и других организаций. Разве не совпадают цели и структура действий этих объединений с мотивацией и деяниями круп-

ных террористических организаций. Действия и молодежных экстремистских группировок и «взрослого» терроризма направлены на привлечение обще-

ственного внимания и устрашение широкой аудитории. Поэтому, вполне пра-

вомерно можно использовать термин «терроризм» для характеристики деяний некоторых молодежных политических экстремистских организаций.

Полезно будет провести различия между экстремистами и обычными преступниками, потому что, как и экстремисты, преступники применяют наси-

лие для осуществления определенных целей. Однако, при рассмотрении самих актов насилия – похищение, убийство, поджог – цель и мотивация различаются.

Применяет ли преступник насилие для получения денег, материальной выгоды,

или с целью убийства, или ранения жертвы ради вознаграждения, он действует исключительно в собственных интересах и ради собственной (материальной)

выгоды. Более того, в отличие от экстремизма, и тем более терроризма, акт насилия совершенный обычным преступником, не предполагает наличия по-

следствий или оказания психологического давления. Преступник все же может использовать недлительный акт насилия для устрашения жертвы, однако он не передает никакого послания посредством совершения акта насилия, а лишь ускоряет передачу ему требуемых материальных благ. И, возможно, самое главное – это то, что преступник не задается целью оказать влияние на обще-

ственное мнение. В противоположность этому главная задача насилия, твори-

мого экстремистами и террористами, - изменить в итоге систему.

Экстремисты также отличаются от убийц – фанатиков, которые могут применять схожую тактику (убийство, подрыв) и, возможно, даже ставят перед

22

собой те же цели (смерть политического деятеля), однако при схожести тактики и объектов нападения экстремистов и убийц – фанатиков их цели различаются.

Несмотря на то, что цель экстремиста является неизбежно политической, цель убийц – фанатиков чаще всего является идиосинкратической, абсолютно эго-

центричной и глубоко личной. Чтобы называться экстремизмом или еще хуже терроризмом, насилие должно быть совершено организованной общностью с какой-либо конспиративной структурой и распознаваемой цепью управления, а

не отдельным лицом, действующим по собственному желанию.25

Наконец, следует особо подчеркнуть тот факт, что экстремист, или терро-

рист – это всегда альтруист: он верит, что служит «благому» делу, которое за-

думано с целью обретения лучшей доли для широкого круга сторонников, ин-

тересы которых представляет экстремист или экстремистская организация.26

Не смотря на то, что описание действия экстремистов и террористов, ука-

занные в вышеприведенных определениях во многом схожи - «одно» является логическим продолжением «другого», но принадлежность к какому либо делу или отождествление с ним не является достаточным критерием для отнесения лица к числу террористов. Естественно, многие лица имеют самые разные ра-

дикальные и экстремистские воззрения и убеждения, и многие из них принад-

лежат к самим разным радикальным и даже незаконным и запрещенным поли-

тическим организациям. Однако если они не применяют насилие для осуществ-

ления своих замыслов, то не могут быть отнесены к террористам. Террорист – это, по существу, преступный интеллектуал, готовый и привыкший к использо-

ванию насилия для достижения цели. Таким образом, становится ясна разница между террористами и политическими экстремистами. Задача терроризма – се-

ять страх изнутри и таким образом запугивать, куда большую целевую аудито-

рию, которой может являться соперничающая этническая или религиозная группа, целая страна, национальное правительство или политическая партия, а

также общественное мнение в целом. Терроризм предназначен для установле-

25Хоффман Б. Терроризм – взгляд изнутри =Inside terrorism / М.: Ультра. Культура, 2003.С. 45.

26См там же. С. 46.

23

ния власти там, где ее нет, или для укрепления власти там, где она недостаточ-

но сильна. Посредством огласки, создаваемой их насилием, террористы пыта-

ются заполучить рычаг давления, влияние и власть, которых им не хватает для воздействия на политические изменения на мировом или локальном уровне.27

C учетом изложенного, если рассматривать политический терроризм как сложное социально-политическое явление, можно предложить для него следу-

ющее определение: политический терроризм – это систематическое, политиче-

ски мотивированное, идеологически обоснованное использование насилия либо угроз применения такового посредством которого через устрашение физиче-

ских лиц осуществляется управление их поведением в выгодном для террори-

стов направления и достигаются преследуемые террористами цели.28 Таким об-

разом, можно утверждать, что понятия «терроризм» и «экстремизм» достаточно тесно связаны между собой, но могут выступать и самостоятельными объекта-

ми исследования, которые не всегда детерминированы друг с другом.

В отечественных научных исследованиях по проблемам экстремизма и терроризма в словаре Ожегова дается краткая, но достаточно емкая характери-

стика понятия «террор»: это физическое насилие, вплоть до физического уни-

чтожения, по отношению к политическим противникам».29

Некоторые исследователи, например С.А. Эфиров,30 полагают, что вооб-

ще не следует стремиться выработать универсальное определение терроризма,

но можно ограничиться лишь некоторыми важнейшими признаками, достаточ-

но полно его характеризующими. К таким признакам он относит:

политическую мотивацию насильственных действий;

направленность насилия на дестабилизацию положения в обществе и запугивание различных социальных групп;

отсутствие обязательной связи терактов с последующими воору-

женными конфликтами;

27Хоффман Б. Терроризм – взгляд изнутри =Inside terrorism / М.: Ультра. Культура, 2003.С. 48.

28Политический экстремизм./ Политическая энциклопедия. В 2 т. Т. 2, М.: Мысль, 2000, С. 637.

29http://vslovare.ru/slovo/tolkovjyij-slovar-ozhegova/terror

30Антонян Ю.И. Терроризм: Криминологическое и уголовно-правовое исследование. М., С. 59. 1998.

24

и, самое важное, наличие определенной идеологии экстремистской направленности, оправдывающей террористические действия. Из вышесказан-

ного следует, что, как и в случае с понятием «экстремизм», понятие «терро-

ризм» различными исследователями трактуется и как действие, и как идеоло-

гия.

Значение слова «терроризм» менялось на протяжении двух последних столетий. Термин «терроризм» впервые получил распространение в годы Вели-

кой французской революции. В отличие от современного его значения, в ту эпоху этот термин имел исключительно положительный оттенок. Система управления, называемая режимом террора, появившаяся в 1793 – 1794 годах, от которой и произошло английское слово «терроризм», была установлена ради поддержания порядка в анархический переходный период, последовавший за восстаниями 1789 года и отмеченный беспорядками и потрясениями, как это случалось в ходе революций в других странах. Таким образом, в отличие от терроризма в современном понимании, означающем некую революционную или антиправительственную деятельность, режим террора был инструментом управления нового революционного государства. Его назначением было также укрепление власти нового правительства путем устрашения тех, кто вел контр-

революционную, подрывающую интересы новой власти деятельность, а также диссидентов, рассматриваемых режимом как враги народа. Комитету обще-

ственной безопасности и Революционному трибуналу соответственно были вверены широкие полномочия для ареста и осуждения, а также публичной каз-

ни на гильотине лиц, обвиняемых в предательстве, иначе – в реакционной дея-

тельности. Таким образом, каждый гражданин хорошо усвоил, чем может гро-

зить ему сопротивление новому революционному порядку или проявление но-

стальгии по старому режиму. 31

По иронии судьбы терроризм в своем первоначальном значении был тес-

но вязан с идеями добродетели и демократическими взглядами. Лидер револю-

ционного движения Максимилиан Робеспьер твердо верил, что добродетель,

31 Хоффман Б. Терроризм – взгляд изнутри (пер. с англ.). – М.: Ультра. Культура, 2003. – 264 с.

25

должна стать основным побуждением для деятельности народного правитель-

ства в мирное время, однако в неспокойное время революционных потрясений она должна объединяться с террором ради процветания демократии. Робеспьер заявлял: террор есть не что иное, как правосудие, скорое, строгое и непреклон-

ное, и, тем не менее, он является эманацией добродетели.32

Несмотря на подобное отличие от более позднего значения, термин «тер-

роризм» времен Великой французской революции все же имеет, по крайней ме-

ре, две важные характеристики, совпадающие с современным его значение. Во-

первых, режим террора не носил ни случайный, не ни беспорядочный характер,

какой приписывают террору современные средства массовой информации, а,

наоборот, действовал упорядоченно, продуманно и систематично. Во-вторых,

единственной его целью и оправданием служило создание «нового и лучшего общества» взамен старой, неизлечимо коррумпированной и недемократической политической системы, что роднит режим террора с терроризмом в современ-

ном понимании.

Судьба великой французской революции, как и прочих революций, была печальной – она уничтожила сама себя. 26 июля 1794 года Робеспьер объявил Национальному конвенту, что располагает новым списком лиц, предавших идеи революции. Экстремисты, опасаясь, что оказались в этом списке, объеди-

нились с приверженцами умеренных взглядов, отрекшись от Робеспьера, и от его режима террора. Робеспьер и его ближайшие сторонники встретили ту же судьбу, что и 40 тысяч казненных на гильотине 33. Таким был конец террора;

впоследствии термин «терроризм» стал обозначать любые злоупотребления официальной власти с открытым криминальным подтекстом. Спустя год после казни Робеспьера английское слово «терроризм» стало известно общественно-

сти благодаря работе Эдмонда Берка, автора памфлетов против Великой фран-

цузской революции, писавшего о «тысячах адских псов, называемых террори-

стами, которых спустили на невинных людей».

32См. там же.

33Хоффман Б. Терроризм – взгляд изнутри (пер. с англ.). – М.: Ультра. Культура, 2003. – 265 с.

26

С приходом националистических идей, включавших представление о гос-

ударственности и гражданстве, основанных на национальной общности под-

данных государства вместо принадлежности к королевскому роду, стали появ-

ляться новые государства-нации, подобно Германии и Италии. Значительные социально-экономические изменения, вызванные индустриальной революцией,

привели к появлению новой «универсалистской» идеологии (например, комму-

низм/марксизм), порожденной отчуждение и эксплуататорскими условиями ка-

питалистического мира 19 века. В этой атмосфере зарождалась новая эпоха террора, во время которой понятия «терроризм» и «экстремист» приобрели свое основное, знакомое современному миру значение революционной антиправи-

тельственной деятельности.34

В истории России того же периода также имеются примеры террористи-

ческих организаций. Например, «Народная воля», основанная в 1878 году,

представляла собой небольшую группу русских конституционалистов, бросив-

ших вызов царизму. Для «Народной воли» апатия и отчуждение русского наро-

да не оставляло иного пути, как обратиться к смелым и зрелищным актам наси-

лия, призванным привлечь внимание к вышеозначенной группе и ее целям. Од-

нако в отличие от многих террористических группировок конца ХХ века, также использовавших принцип «пропаганды действием» для оправдания беспричин-

ного убийства мирных граждан в попытке донести свои идеи до общественно-

сти через шок и ужас, вызванный массовым кровопролитием, народовольцы демонстрировали почти донкихотовское отношение к насилию, или творимому.

Для народовольцев пропаганда действием означала, прежде всего, избиратель-

ное уничтожение отдельных лиц, которые, по их мнению, являлись воплощени-

ем автократического и тиранического режима.

В канун, Первой мировой войны терроризм по-прежнему сохранил рево-

люционный подтекст. В 30-х годах 20 столетия значение термина «терроризм» снова изменилось. Теперь он в меньшей степени использовался для описания деятельности революционных движений и актов насилия, направленных против

34 См. там же.

27

государства или его правителей, и все больше для обозначения массовых ре-

прессий, проводимых тоталитарными государствами и правителями – диктато-

рами направленных против народа. Таким образом, термин вновь приобрел свое прежнее значение, а именно злоупотребление государственной властью

(фашистская Италия, нацистская Германия и Россия).

Вслед за второй мировой войной, поле очередной смены значения слова

«терроризм», это понятие вновь приобрело революционный оттенок. В то вре-

мя термин использовался, прежде всего, в связи насильственными бунтами,

устраиваемыми различными группами националистов и выступающих против колонизации активистов из коренного населения, вспыхивающими в Азии, Аф-

рике и на Ближнем Востоке в конце 1940-х и в 1950-х годах целью противосто-

ять европейскому господству.

В конце 1960-х и в 1970-е годы терроризм продолжал рассматриваться в революционно контексте. Однако этот термин теперь охватывал националисти-

ческие и этнические сепаратистские группы, выходившие за рамки колониаль-

ных и неоколониальных стран, а также радикальные и идеологически мотиви-

рованные организации.

В начале 1990-х годов область применения и значение слова «терроризм» были еще более размыты появлением понятия «переходной зоны». Последний термин стал использоваться для обозначения «угрозы стабильности националь-

ных государств, исходящей от негосударственных исполнителей и не подкон-

трольных государству движений и организаций», а также для определения насилия, оказывающего влияние на население «огромных территорий или го-

родской зоны, где власть перешла от законного правительства к новым полура-

дикальным полукриминальным структурам». Наконец, этот термин объединил в одну категорию военные конфликты, которые более не вписывались в рамки традиционных представлений о ведении войны как о сражении вооруженных сил двух или более воюющих стран, но вместо этого осуществлялись иррегу-

лярными силами в лице одного и более человек. Значение термина «терроризм» вновь изменилось и, перестав быть явлением внутринационального насилия,

28

теперь стало обозначать один из элементов либо часть системы негосудар-

ственных конфликтов.

Политический терроризм является наиболее выраженной формой поли-

тического экстремизма. Терроризм является практическим выражением экстре-

мистского мировоззрения, его крайним выражением, можно даже сказать про-

должением. Вырастая из крайностей экстремизма, терроризм сам начинает рас-

слаиваться на все более сложные и утонченные формы.

Кроме того, настораживает тот факт, что почти все без исключения тер-

рористические организации в настоящее время при выборе названия сознатель-

но избегают слова «терроризм» в любых формах. Вместо этого они избирают те слова, которые созвучны со следующими понятиями:35

Свобода и освобождение (например, Национальный освободитель-

ный фронт и т.д.);

Армия или прочие военные структуры (например, Национальная военная организация);

Прочие национальные освободительные движения (Организация защиты евреев, русское национальное единство и т.д.);

Праведный гнев (справедливые мстители за армянский геноцид и

т.д.);

Прочие организации осторожно выбирают названия, намеренно нейтральные и лишенные всякого негативного оттенка, вызывающие самые безобидные ассоциации и намеки, как-то: «Аль-исламия» (Исламская организа-

ция).

Все эти примеры указывают на то, что террористы не видят или не счи-

тают себя теми, кем являются. Этот термин имеет негативный внутренний от-

тенок. Использование этого термина подразумевает внутреннее осуждение.

Освещение деятельности террористов средствами массовой информации, кото-

рые были втянуты в споры о семантике термина, добавило еще больше неясно-

сти спорам о том, кого называть террористом, а кого борцом за свободу, за-

35 Тарас А.Е. Терроризм и террористы. М.: 1999. С. 62.

29

крепляя неясность и скрытый подтекст за жаргоном политического насилия во имя объективности и беспристрастности. Не желая казаться ни пропартизан-

скими, ни предвзятыми, российские СМИ и особенно западные, к примеру,

прибегали к обозначению террористов, зачастую в одном и том же сообщении,

как партизан, вооруженных бандитов, налетчиков, боевиков и даже солдат. Эта рабская преданность терминологическому нейтралитету впервые отметил более двадцати лет назад Дэвид Рапопорт,36 актуальна и сегодня37.

Представляется, что политический терроризм отражает собой практиче-

ский аспект политического экстремизма и его следует понимать как один из методов политической борьбы, имеющий не тотальный, массовый, а наоборот локальный характер. С понятием «терроризм» сопоставимы такие понятия как

«захват заложников», «политическое убийство», «диверсия», «бандитизм» и

т.п. Когда речь идет о специфической линии в политике государства, отверга-

ющей компромиссы с противодействующей стороной, с оппозицией то следует использовать понятие террор. В этом случае с понятием «террор» логично ас-

социируются такие близкие понятия как «политика террора», «массовый тер-

рор», «тотальный террор», «государственный террор».

Таким образом, можно утверждать, что понятия «терроризм» и «экстре-

мизм» достаточно тесно связаны между собой, но могут выступать и самостоя-

тельными объектами исследования, которые не всегда детерминированы друг с другом.

Радикализм, по нашему мнению, зачастую употребляется как синоним политического экстремизма для характеристики политических интересов от-

дельных субъектов протестной и оппозиционной деятельности. Однако их раз-

личие очевидно и касается демократических и конституционно-нормативных средств разрешения политических конфликтов. Специфика употребления дан-

ного термина в наши дни, пожалуй, наилучшим образом охарактеризована Г.И.

Авциновой: «Термин «радикализм», широко эксплуатируясь средствами массо-

36Дэвид Рапопорт – один из ведущих американских специалистов по проблемам терроризма, профессор Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, автор теории «волн» терроризма, каждая из которых длится примерно 40 лет.

37Хоффман Б. Терроризм – взгляд изнутри (пер. с англ.). – М.: Ультра. Культура, 2003. – 271 с.

30