Коммуникация и перевод. Монография

(1) и (3) примеры принадлежат сюжетному времени и начинают фрагменты репродуктивного регистра, то пример (2) обусловлен точкой зрения субъекта знания и относится к информативному регистру.

Представленный таким образом предпереводческий анализ должен продемонстрировать объяснительные возможности концепции коммуникативной грамматики и стать аргументом в пользу соединения системного восприятия языковых единиц переводчиком в процессе его работы с текстом в рамках коммуникативной модели перевода.

§ 2. Грамматические средства выражения коммуникативного намерения переводчика

Грамматические средства выражения коммуникативного намерения переводчика в целом менее частотны по сравнению с лексическими средствами его выражения. Это объясняется, вероятно, тем, что грамматика, являясь более устойчивой частью языка, менее насыщена безэквивалентными единицами. По крайней мере, их количество ограничено и подлежит четкой систематизации, а, следовательно, грамматический элемент перевода менее интуитивен. Его основной принцип заключается в максимальном сохранении грамматической структуры оригинала в тексте перевода. Данная задача представляется нам более выполнимой по сравнению с задачей максимального сохранения лексического состава оригинала. Однако и в грамматике существует ряд случаев, в которых переводчик вынужден искать собственное решение возникшей проблемы. Это касается, в частности, случаев отсутствия в языке перевода эквивалента той или иной категории языка оригинала (например, артикля в русском языке, безличных односоставных предложений в английском). И здесь решение переводчика, непременно, будет отражать его понимание, трактовку оригинала, следовательно, в таких случаях и проявится коммуникативное намерение переводчика. Помимо вынужденных случаев отклонения переводчиков от оригинальной грамматической структуры следует помнить и о ситуациях, когда в языке перевода присутствует эквивалент переводимой грамматической единице, но переводчик намеренно избегает его. Это также свидетель-

80

ствует о наличии коммуникативного намерения переводчика, определяющего выбор переводчиком другого грамматического средства.

Проанализировав переводы рассказа А.П. Чехова «Дама с собачкой» мы отметили следующие группы изменений: 1) выражение оттенка значения, заключенного в аффиксе; 2) нарушение видо-временных отношений; 3) изменение числа; 4) изменение залога. Рассмотрим данные группы более подробно.

Выражение оттенка значения, заключенного в аффиксе. Способ-

ность русских аффиксов выражать многообразие различных оттенков представляет еще одну значительную сложность для переводчиков на английский и французский языки. В большинстве случаев в переводах отсутствует какая-либо попытка передать значение, заключенное в аффиксе, это может объясняться либо неспособностью переводчиков интерпретировать значение данного аффикса, либо признанием несущественности значения данного аффикса. В других случаях невозможность полностью передать значение аффикса средствами языка перевода, вынуждают переводчика делать выбор между несколькими возможными интерпретациями данного аффикса. И в том, и в другом случае речь идет о понимании переводчиками текста перевода, количественно или качественно отличном от того, которое было запланировано автором. Это несоответствие определяет и несоответствие коммуникативного намерения автора и переводчика. Обратимся к примерам. А.П. Чехов: Потому себя в номере он думал о ней, о том, что завтра они, наверное, встретится с ним. Так должнобыть.

Перевод А: Когда он вернулся в свою комнату, он подумал о ней, уверенныйвтом, чтовстретитеенаследующийдень. Этобылонеизбежно.

Перевод Б: Потом он думал о ней в своей комнате в отеле, думал о том, что она, конечно, встретит его на следующий день; это обязательно случится.

Перевод В: Ночью у себя в комнате он думал о ней, о том, как они встретятся завтра. Они должны встретиться.

Перевод Г: Потом он думал о ней в своей комнате, он думал, что, наверное, завтра он ее вновь увидит. Так должно было быть.

81

она... встретится с ним – he would meet her (он встретит ее) – she would meet him (она встретит его) – they would meet (они встре-

тятся) – il la reverrait (он ее вновь увидит).

Воригинале фраза она…встретится с ним… свидетельствует о том, что в данном случае активным участником действий является героиня, в то время как поступки героя пассивны и зависят от волеизъявления героини, то есть решение о встрече будет принимать героиня, а Гуров надеется на то. Что она пожелает с ним встретиться. С другой стороны, возвратная частица -ся, частично сглаживает эффект пассивности действий Гурова.

Впереводах А и Г в результате взаимозамены субъекта и объекта действия, напротив, Гуров активен, а Анна Сергеевна – пассивна. Перевод Б в наибольшей степени близок к оригиналу, однако в результате отсутствия значения совместности совершения действия, представленного в оригинале возвратной частицей -ся, в переводе герой совершенно пассивен.

Впереводе В оба героя выступают актантами действия, а значения пассивностиодногоизнихиактивностидругогополностьюстираются.

А.П.Чехов: И мне хотелось забыть, забыть, но зачем, зачем вы приехали?

Перевод А: Я пыталась забыть – почему, о, почему ты/вы приехал(и)?

Перевод Б: И я хотела забыть, забыть тебя/ вас – почему, о, почему ты/вы приехал(и)?

Мне хотелось – I tried (я пыталась) – I wanted (я хотела) – je voulais (я хотела)

Значение глаголов, представленных в оригинале и вариантах перевода, в целом, близки по значению, но различны по оттенкам модальности. Так, глагол хотелось забыть (оригинал) подразумевает некую неосознанную, но необходимую для блага человека, потребность забыть. Хотела (перевод Б, В, Г) – является проявлением воли, ума; человек сам осознает, что так надо, и, наконец, пыталась (перевод А) – представляет собой само действие. Таким образом, получается, что в оригинале потребность Анны Сергеевны забыть идет «от сердца», возможно, она и сама не понимает, почему должна забыть; в переводах Б, В и Г Анна

82

Сергеевна сама, вполне осознанно принимает решение забыть – это проявление ее воли; что касается перевода А, то здесь она совершает уже какие-то действия с тем, чтобы забыть.

Нарушение видо-временных отношений. Изменения, касающиеся категории времени, могут быть связаны с несоответствием парадигмы времен английского, французского и русского языков. В частности, при интерпретации оригинального текста переводчику нередко приходится останавливать свой выбор на одном из значений, например, настоящего времени русского языка, соответствующем конкретному виду настоящего времени в английском языке: если настоящее время в русском языке может подразумевать как действие, совершаемое в данный момент или данный отрезок времени, приближенный к моменту речи, так и действие, совершаемое изо дня в день, то в английском языке каждое из значений требует формы разных времен. В таком случае переводчику необходимо остановить свой выбор на одном из значений. Сложность перевода состоит в том, что в ряде случаев в оригинальном тексте могут подразумеваться оба значения, и интерпретация данного отрывка текста зависит целиком и полностью от каждого конкретного читателя. Переводчик вынужден ограничивать выбор читателя переводного текста, навязывая ему собственную интерпретацию. В этом и заключается проявление коммуникативного намерения переводчика. Оно может выражаться и в случаях другого характера, когда перевод временной формы глагола исходного языка на язык перевода не представляет сложности, однако переводчик намеренно заменяет ее временной формой языка перевода, неэквивалентной оригинальной. В таких случаях переводчик не просто сужает поле интерпретации, но и подталкивает читателя к ложной интерпретации. Проиллюстрируем оба случая примерами.

А.П. Чехов: Мы с вами обезумели. Перевод А: Мы оба сошли с ума. Перевод Б: Мы сошли с ума.

Перевод В: Мы оба были сумасшедшие. Перевод Г: Мы сошли с ума.

обезумели – have... gone mad (сошли с ума) – are mad (сумасшест-

вие) -were ... mad (были сумасшедшие) – sommes devenus fous (сошли с ума)

83

В целом форму глагола обезумели можно интерпретировать как форму перфектную (связанную результатом с настоящим), так и аористную, не связанную результатом с настоящим. Однако смысл фразы Анны Сергеевны зависит целиком от того, какую трактовку предпочтет интерпретирующий. Невозможность воссоздания двусмысленности данного предложения вынуждает переводчиков остановить свой выбор либо на форме настоящего, либо на форме прошедшего времени. Переводчик В отдает предпочтение прошедшему времени, переводчик Б – настоящему, а переводчики А и Г -настоящему совершенному. В результате в переводах А, Б, Г данная фраза относится к настоящей ситуации: встрече Гурова с Анной Сергеевне в театре в городе С-, в переводе В она подразумевает события в Ялте. Таким образом, в переводе В Анна Сергеевна сожалеет о прошлом.

Одной из разновидностей нарушений временных форм является несоответствие значений длительности/краткости действия, связанное с проблемой перевода категории вида. Как известно, категория вида русского языка является одной из наиболее сложных категорий русского языка. В целом найти способ выражения данной категории не настолько сложно, как это кажется на первый взгляд. Несовершенный вид, обозначая длительность совершаемого действия, в большинстве случаев, соответствует временам со значением длительности – времени группы Continuous в английском языке и времени imparfait во французском языке в случае с употреблением в русском языке глагола в несовершенном виде прошедшего времени. Кроме того, для обозначения длительности действия возможно употребление глагола со значением длительности. В таком случае значение, выраженное в оригинале грамматически, в переводе будет выражено лексически. Однако, несмотря на простоту данных решений, в переводах вновь и вновь наблюдаются смысловые сдвиги, связанные с невернымотражениемзначения длительности.

А.П. Чехов: Плечи, на которых лежали его руки, были теплы и вздрагивали.

Перевод В: Ее плечи были теплыми и вздрогнули от его прикосновения.

были теплы и вздрагивали – were warm and trembled to his touch (вздрогнули от его прикосновения)

84

В переводе В искажается фактическая информация. В результате отсутствия значения длительности действия, выраженного в русском языке несовершенным видом, в переводе получается, что героиня дрожит не от слез и переполнявшего ее волнения, а от прикосновений Гурова (ранее в переводе В сообщается о том, что Гуров patted her shoulder fondly (нежно похлопал (ее) по плечу). Таким образом, в переводе получается, что героиня инстинктивно отвергает сочувствие героя, она воспринимает прикосновение Гурова не как нечто успокаивающее, а как нечто неуместное, инородное.

Изменение числа. Такие, казалось бы, незначительные нарушения грамматической эквивалентности, как изменение числа оригинального существительного, на самом деле могут привести к значительным смысловым сдвигам в тексте перевода. Отсутствие в языке перевода форм единственного или множественного числа той или иной части речи могут привести к утрате в тексте перевода важных интерпретационных смыслов. В частности, примером таких потерь является исключение из текста перевода значений, заключенных в формах русского местоимения второго лица, происходящее вследствие языковых различий/отсутствия в английском языке местоимения единственного числа второго лица, а также не применения переводчиком компенсационных стратегий, позволяющих передать данные значения за счет других средств языка перевода. Помимо этого, нами были зафиксированы случаи замены формы числа, продиктованные не особенностями языкового строя языка оригинала и языка перевода, а исключительно невнимательностью или произволом переводчика. В результате таких изменений может наблюдаться как повышение эмоциональности перевода, так и явное искажение фактов. Проиллюстрируемданные случаи примерами.

А.П. Чехов: Она жаловалась, что дурно спит и что у нее тревожно бьется сердце, задавала все одни и те же вопросы, волнуемая то ревностью, то страхом, что он недостаточно ее уважает.

Перевод В: Она жаловалась, что плохо спала, что ее сердце тревожно билось. Вновь и вновь задавала один и тот лее вопрос, страдала то от ревности, то от страха, что он ее недостаточно уважает.

одни и те же вопросы – the same question (один и тот же вопрос)

85

Впереводе В в результате незначительной, на первый взгляд, замены существительного множественного числа вопросы аналогичным существительным в единственном числе question (вопрос) происходит искажение значения, представленного в оригинале. В исходном тексте тот факт, что героиня задает одни и те же вопросы, подчеркивает ее волнение, более того, множественное число существительного позволяет нам лишь выдвигать предположения о том, какие именно вопросы это были, но, по сути, для понимания текста несущественно, насколько наши предположения будут соответствовать действительности, поскольку доподлинных сведений о том, что подразумевал под этими вопросами автор, в тексте нет. В переводе В единственное число существительного указывает на то, что задаваемый героиней вопрос очевиден, существенен для понимания текста. Наиболее вероятным предположением для читателя будет, скорее всего, то, что героиня спрашивала Гурова, любит ли он ее.

Рассматривая проблему перевода местоимений второго лица, обратимся к нескольким примерам из рассказа. Особый интерес представляет перевод двух сцен в рассказе – (глава 2 – разговор Анны Сергеевны

иГурова в гостинице; и глава 3 – встреча в театре). Данные сцены играют большую роль в понимании глобальной идеи рассказа, поскольку именно здесьявнообозначенывзаимоотношения героев.

А.П. Чехов: Нехорошо, – сказала она. – Вы же первый меня не уважаете теперь.

Перевод А: «Это неправильно», – сказала она. «Ты/Вы никогда не будешь (-те) меня больше уважать».

Перевод Б: «Это неправильно», – сказала она. «Ты/Вы первый будешь (-те) теперь презирать меня».

Перевод В: «Это неправильно», – сказала она. «Ты/Вы первый потеряешь те ко мне уважение».

Вы – you

Вданном случае можно говорить о непереводимости оригинала, обусловленной различием грамматического строя русского и английского языков. Отсутствие в английском языке различных местоимений ты и Вы, лишает переводчиков возможности выразить в полной мере в английском варианте текста насколько и каким образом изменились на

86

данном этапе повествования взаимоотношения героев и их отношение друг к другу. Если Анна Сергеевна по-прежнему обращается к Гурову на Вы, тем самым, подчеркивая, с одной стороны, его превосходство над ней (все происшедшее она рассматривает лишь только как свое падение), а с другой, – то, что он для нее все еще чужой человек, то Гуров отныне употребляет противоположное по значению местоимение ты.

А.П. Чехов: Но поймите, Анна, поймите... – проговорил он вполголоса, торопясь.

Перевод А: «Но, Анна», – сказал он тихо, поспешно. «Но, Анна....

Попытайтесь (-ся) понять... попытайтесь (-ся)... » Перевод Б: «Но пойми(те), Анна, пойми(те) же... », – он сказал бы-

стро тихим голосом.

Перевод В: «Но пойми(те) меня, Анна», – прошептал он поспеш-

но.

поймите – Try to understand (Попытайтесь (-ся) понять) – do understand (пойми(те) – Understand те (пойми(те) меня)

Вновь очевидна перемена в отношениях героев. Отныне Гуров не чувствует превосходства над Анной Сергеевной, напротив, он ощущает, что его судьба в ее руках. В обоих вариантах перевода данная перемена не нашла никакого отражения.

Изменение залога. Изменение залога представляется одним из наиболее распространенных грамматических средств выражения коммуникативного намерения переводчика. В зависимости от того, в качестве кого выступает описываемый герой в тексте оригинала и перевода

–субъекта или объекта действия – автор и переводчик, возлагают или, напротив, снимают с героя ответственность за совершаемые действия, происходящие события. Таким образом, заменив активный залог пассивным, переводчик может, если не полностью снять вину с героя, то, по крайне мере, найти ему оправдание, или, наоборот, используя вместо пассивного залога активный, лишить этого оправдания. Обратимся к примерам.

А.П. Чехов: Мне, когда я вышла за него, было двадцать лет, меня томило любопытство, мне хотелось чего-нибудь получше; ведь есть же,

–говорила я себе, – другая жизнь.

87

Перевод Б: Мне было двадцать, когда меня выдали за него. Меня мучило любопытство; я хотела чего-то лучшего. «Должна быть совсем другая жизнь», – говорила я себе.

явышла за него – I was married to him (меня выдали за него)

Впереводе Б пассивный залог подчеркивает тот факт, что Анна Сергеевна не принимала решения при выборе мужа. Таким образом, в переводе поступки героини во многом оправдывают обстоятельства.

Вгруппе грамматических средств выражения коммуникативного намерения переводчика можно выделить также случаи его проявления за счет замены одной части речи другой. При этом чаще всего изменения, наблюдающиеся в тексте перевода, являются изменениями стилистического характера. Связано это с тем, что степень использования той или иной части речи варьируется в зависимости от стиля, иначе – регистра. Например, для научного стиля/ регистра в большей степени характерно использование существительных, в то время как в разговорной речи в аналогичной ситуации мы бы употребили глагольные конструкции. Таким образом, подобные замены в тексте перевода могут привести к искажению эмоциональной атмосферы, описываемой в оригинале. Кроме того, если подобные изменения наблюдаются в прямой речи или несобственно-прямой речи героя, то иначе, нежели при чтении оригинала, будет восприниматься образ данного героя, а также его психологическое состояние, его поведение может рассматриваться как поведения человека, чувствующего себя свободно, непринужденно, комфортно, или, напротив, человека закрытого, скованного. Кроме того, замена частей речи может способствовать снижению или, напротив, повышению эмоциональности повествования, в случаях, когда переводчик устраняет или, напротив, добавляет тот или иной стилистический прием.

А.П. Чехов: Она жаловалась, что дурно спит и что у нее тревожно бьется сердце, задавала все одни и те же вопросы, волнуемая то ревностью, то страхом, что он недостаточно ее уважает.

Перевод А: Она жаловалась па бессонницу, сильное сердцебиение, вновь и вновь задавала одни и те же вопросы, попеременно предаваясь то ревности, то страху, что на самом деле он ее нe уважает.

88

Перевод Г: Она жаловалась на бессонницу, сердцебиение, задавала одни и те же вопросы, страдала то от ревности, то от страха, что он ее недостаточно уважает.

дурно спит... у нее тревожно бьется сердце sleeplessness... palpitations (бессонницу, сильное сердцебиение) – d'insomnies et de palpitations (бессонницу, сердцебиение)

Ввариантах перевода А и Г жалобы Анны Сергеевны больше похожи на диагноз врача, чем на чувства, ощущения, испытываемые героиней. Такой эффект достигается благодаря замене вспомогательных изъяснительных предложений на дополнения, выраженные существительными, более характерными для формального стиля/ регистра речи. Данный пример является одним из редких в данных вариантах перевода случаев снижения эмоциональности повествования. Конечно, его можно рассматривать, как элемент компенсации, многочисленных случаев повышенной эмоциональности, однако, безусловно, этого недостаточно.

А.П. Чехов: Она глядела на него со страхом, с мольбой, с любовью, глядела пристально, чтобыпокрепче задержатьв памяти егочерты.

Перевод В: Она смотрела па него напугано, в мольбе, с любовью в глазах: глядя на него пристально с тем, чтобы собрать в памяти каждую его черту.

со страхом, с мольбой, с любовью – fearfully, in entreaty, with love in her eyes (напугано, в мольбе, с любовью в глазах)

Впереводе В сочетание различных частей речи, с разными предлогами нарушает стилистическую стройность текста. В оригинале цепочка однородных обстоятельств, выраженных существительными в творительном падеже с предлогом с способствуют повышению эмоциональности текста, которая нарастает от начала к концу предложения. При этом параллельные синтаксические конструкции и цепочка однородных членов, выраженных одной частью речи в одинаковой грамматической форме создают эффект плавности повествования, отсутствующий в переводе Вследствие употребления сочетания наречия и существительных с разными предлогами в качестве однородных членов.

89