Коммуникация и перевод. Монография

ГЛАВА 5. ЛЕКСИКА

§ 1. Коммуникативная лексика

Слово как основная единица языка играет ключевую роль в тексте. Лексический уровень текста как коммуникативно ориентированное и концептуально обусловленное системно-структурное образование лексических элементов в общей макроструктуре текста непосредственно связан с его предметно-логическим, тематическим, эмоциональным и образным уровнями.

Значение лексического уровня в создании предметно-логической основы текста и отражении темы обусловлено способностью лексических единиц называть денотаты разной степени обобщения. Способность же полнозначных лексических единиц вызывать конкретно-чувствен- ные, эмоционально-оценочные и другие представления о том или ином объекте реальной действительности или «реалии сознания» определяет его участие в формировании образного строя произведения и эмоциональной тональности.

Реальная и потенциальная обращенность слова к разным подуровням информативно-смыслового и прагматического уровней текста обусловлена, прежде всего, структурой его значения. В первом случае актуальны денотативный и сигнификативный компоненты значения слова, во втором случае велика роль коннотативного компонента. При этом узус создает определенную традицию употребления лексических единиц, следствием которой может быть выраженная в разной степени предметно-тематическая направленность слов, ассоциативная ориентация лексических элементов на определенную сферу общения и эмоцио- нально-оценочный отклик у адресата. Благодаря этому слово способно: сообщать о денотате, называя его и характеризуя определенным образом; отражать элемент микротемы и микротему; воплощать элемент ситуации или ее фрагмент; быть эмотемой и создавать микрообраз.

Текстообразующие возможности слов связаны с его коммуникативным потенциалом. Он определяется как закрепленная в сознании носителей языка благодаря ассоциативности мышления и имеющейся в обществе традиции употребления потенциальная способность слов

90

прямо или косвенно соотноситься с определенными ситуациями общения, передавая «квант» знания о явлениях реального мира или сознания и определенный прагматический заряд.

Возможность участвовать в коммуникации обусловлена способностью лексических единиц соотноситься с представлениями об определенных явлениях действительности и рядом других слов. Эта способность реализуется на основе ассоциативных связей: референтных, си- туативно-тематических, парадигматических, синтагматических, когнитивных, культурологических и др.

Вряде работ отмечается, что коммуникативные свойства слова, включая его текстообразующие возможности, обусловлены его ассоциативными связями [Бабенко 2001].

Коммуникативные свойства слов, отраженные в их ассоциативных связях, имеют информативно-смысловую и прагматическую направленность и обусловлены лингвистически спецификой лексического значения, стилистической маркированности, грамматическими особенностями, фонетической оформленностью слов, а также и экстралингвистически творческой активностью языковой личности, в сознании которой актуализируются различные представления об обозначаемых словами явлениях, о возможной тематической и ситуативной ориентации лексических единиц.

Впоследние годы в коммуникативной лингвистике стала особенно очевидной роль ассоциативных связей слов в текстообразовании. Ассоциативное поле любого полнозначного слова фокусирует прямо или косвенно его лингвистические параметры, отражает многообразие семантических, тематико-ситуативных и оценочно-прагматических связей. Все это и определяет способность слов участвовать в текстообразовании в качестве важнейших элементов структуры текста [Ка-

раулов 1987: 239].

Все сказанное позволяет судить о коммуникативных потенциях слова, сфере его использования и способности нести определенную информацию, которая гораздо богаче словарной дефиниции, а также о возможности/ невозможности вызывать прагматический эффект. В коммуникативном аспекте значимы и собственно лингвистические параметры словастимула, информация о которых представлена в парадигматических, син-

91

тагматических, деривационных связях слов-реакций. Синонимы, гипонимы, гиперонимы в рамках парадигматического типа связей конкретизируют возможный смысловой потенциал слова и его тематическую ориентацию. Сочетаемостный же потенциал многозначного слова-стимула выявляют синтагматические реакции, актуализирующие тематически ограниченный круг его возможных контекстуальных партнеров. Таким образом, ассоциативное поле слова отражает его коммуникативный потенциал, включая текстообразующие возможности. И наоборот, текстообразующие возможности слова определяются его ассоциативными связями. Ассоциаты на слово-стимул служат опорными вехами в первичной и вторичной текстовой деятельности.

Вместе с тем в процессе текстообразования могут быть востребованы разные качества слова как многоплановой единицы, а актуализированными оказываются разные его грани.

Роль слов и сверхсловных образований как единиц лексического уровня текста различна. Наиболее значимы в плане текстообразования ключевые единицы. К ним относятся намеренно актуализированные автором в тексте слова и сверхсловные образования, важные для выражения его темы и идеи, служащие своеобразной «точкой контакта» между автором и читателем. К ключевым единицам текста относятся, например, названия произведений. Ключевые лексические единицы составляют основу текста, являются узловыми звеньями в его смысловом развертывании. Остальные слова служат маркерами ключевых элементов, вспомогательными средствами, участвующими в поддержке текстовых ассоциатов, рождаемых ключевыми единицами.

§ 2. Лексические средства выражения коммуникативного намерения переводчика

Лексические средства являются наиболее частотными средствами выражения коммуникативного намерения переводчика. При этом в рамках данного класса мы выделили три подкласса, отмечая помимо собственно лексических средств лексические средства, применяемые при переводе реалий, и лексические средства, применяемые при переводе метафор. По аналогии с классификацией Н.А. Фененко и А.А. Кретова,

92

подразделяющих все реалии на L-реалии (от фр. lexème), С-реалии (от фр. concept culturel) и R-реалии (от фр. réalité) [Кретов, Фененко 1999: 86], мы даем название выделенным нами подклассам лексических средств выражения КНП: L-средства, С-средства (соответствующие средствам, используемым при переводе метафор) и R-средства (соответствующие средствам, используемым при переводе реалий).

L-средства. Синонимия.

Наиболее распространенным лексическим средством выражения коммуникативного намерения переводчика является синонимия. При этом под синонимами мы подразумеваем и системные и контекстуальные синонимы. Выбор переводчиком одного из нескольких возможных синонимов нередко свидетельствует об определенном отношении переводчика к описываемому объекту, явлению, событию. При этом выбранный синоним может по-разному соотносится со словом, употребленным в оригинале. На основе этого соотношения мы выделяем следующие случаи употребления синонимии в качестве лексического средства выражения коммуникативного намерения переводчика. Переводчик может употреблять синоним, отличающийся от оригинального оттенком коннотативного значения; синоним с иной стилистической окраской; синоним, в результате использования которого наблюдается сужение значения в тексте перевода, или синоним, в результате использования которого наблюдается расширение значения в тексте перевода. Рассмотрим упомянутые группы более подробно.

Употребление синонима, отличающегося от оригинального оттенком коннотативного значения. При использовании переводчиком синонима, отличающегося от оригинального коннотативным значением, фактуальная информация в тексте перевода может оставаться в неизменном виде, однако в тексте наблюдаются значительные сдвиги на уровне эмоционального восприятия повествования читателем. Изменение коннотативного значения может привести к формированию в сознании воспринимающего иных психологических образов, отличных от образов, задуманных автором оригинального текста. В результате такие искажения могут привести к различию потенциальных трактовок событий, действий героев, их состояний в оригинале и переводе. Рассмотрим ряд примеров, иллюстрирующих данное утверждение.

93

А.П. Чехов: Совершенная праздность, эти поцелуи среди белого дня, с оглядкой и страхом, как бы кто не увидел, жара, запах моря и постоянное мелькание перед глазами праздных, нарядных, сытых людей точно переродили его: он говорил Анне Сергеевне о том, как она хороша, как соблазнительна...

Перевод Б: Полная беспечность, эти поцелуи при свете дня, когда он оглядывался по сторонам в страхе, что их кто-нибудь видел, жара, запах моря, и постоянно проходившие мимо него беспечные, хорошо одетые, хорошо питающиеся люди – сделали его другим человеком; он говорил Анне Сергеевне, каконакрасива, какобворожительна.

Перевод В: Их полная беспечность, эти поцелуи среди белого дня, робкие, со страхом, как бы кто не увидел, жара, запах моря, и постоянный восхитительный парад беспечных, хорошо одетых, хорошо питающихся людей, почти переродили его. Он говорил Анне Сергеевне, какой восхитительной она была, какой соблазнительной.

Перевод Г: Его полная праздность, эти поцелуи при свете дня со взглядами украдкой и страхом быть увиденными, жара, запах моря, и постоянное присутствие перед его глазами, праздных, элегантных и сытых людей изменили его; он говорил Анне Сергеевне, как она красива, как очаровательна...

хороша... соблазнительна – beautiful... fascinating (красива... обво-

рожительна) delightful... tempting (восхитительной... соблазнительной) belle... ensorcelante (красива очаровательна)

В вариантах перевода прилагательных хороша, соблазнительна, характеризующих Анну Сергеевну от имени Гурова, наблюдается ряд отклонений. На наш взгляд, допустим перевод прилагательного хороша, как beautiful, belle (красива) (переводы А, Б и Г), в то время как прилагательное delightful (восхитительная), представленное в качестве эквивалента в переводе В, таковым не является, поскольку характеризует не столько внешний вид героини, сколько героиню в целом. Кроме того, прилагательное, использованное в переводе В, обладает более ярко выраженной эмоциональной окраской. Второе прилагательное соблазнительна было переведено как fascinating (обворожительна) (перевод Б) и ensorcelante (очаровательна) (перевод Г). Такие варианты перевода представляются в данном случае не совсем удачными, поскольку ис-

94

ходное соблазнительна подразумевает наличие явной сексуальной привлекательности, в то время как прилагательные, использованные переводчиками, не обладают таким значением и могут быть применены не только поотношению кженщине, нои, например, поотношению кребенку.

Кроме того, в группе синонимов, отличающихся от оригинальных оттенком коннотативного значения, можно выделить три подгруппы, в которые объединены синонимы, свидетельствующие о различном эмоциональном отношении к описываемому автором и переводчиком. Эти подгруппы включают употребление: а) более сильного по значению синонима, б) синонима с более нейтральным значением, в) синонима, употребление которого приводит к смягчению оригинального значения.

Употребление более сильного по значению синонима. Усиление значения может осуществляться за счет акцентирования одного из оттенков значения, представленного в оригинальном слове. Вследствие такого приема может несколько искажаться отношение автора или персонажа к описываемому явлению. Незначительное, на первый взгляд, такое несоответствие значений оригинального и переводного слова может повлиять на восприятие читателем описываемой действительности, изображаемого персонажа. В частности возможно формирование у читателя более негативного или, наоборот, более положительного отношения к изображаемому объекту, явлению. Кроме того, нередко употребление более сильного по значению синонима приводит к нагнетанию атмосферы, а также к повышению эмоциональности повествования. Рассмотрим ряд примеров, подтверждающих данные положения.

А.П. Чехов: Весь день хотелось пить, и Гуров часто заходил в павильон ипредлагалАнне Сергеевнетоводыс сиропом, томороженого.

Перевод Б: В этот день хотелось пить, и Гуров часто заходил в павильон и настаивал, чтобы Анна Сергеевна выпила воды с сиропом или съела мороженого.

предлагал – pressed (настаивал)

В переводе Б Гуров предстает, как человек, с одной стороны более властный, склонный к покровительству, с другой, вероятно, – более заботливый, нежели у Чехова. Однако, в любом случае, если при чтении оригинала складывается впечатление некоего равноправия в отношениях между героями, как людьми взрослыми, что не мешает Гурову уха-

95

живать за Анной Сергеевной, предлагая ей что-либо, то в переводе Б Гуров обращается с Анной Сергеевной, как взрослый с ребенком. Он press (настаивает) на том, чтобы Анна Сергеевна что-либо сделала, поскольку, очевидно, знаетлучше, чтонужноАннеСергеевнедляеежеблага.

Усиление значения может привести к повышению категоричности повествования. При таких изменениях в тексте можно найти свидетельство того, что переводчик, например, оправдывает или, наоборот, осуждает действия героя. При этом к данной категории, в первую очередь, относятся случаи замены наречий, свидетельствующих о степени вероятности описываемого явления, события, действия.

А.П. Чехов: Изменять ей он начал уже давно, изменял часто и, вероятно, поэтому о женщинах отзывался почти всегда дурно...

Перевод А: Уже прошло много времени с тех пор, как он впервые обманул ее, и теперь изменял ей постоянно, и, безусловно, именно поэтому он говорил о женщинах пренебрежительно...

вероятно this was no doubt (безусловно)

Наречие вероятно и фраза this was no doubt (безусловно) свидетельствуют о разной степени категоричности автора и переводчика. Если автор старается быть беспристрастным, то «голос» переводчика А звучит намного увереннее.

Употребление синонима с более нейтральным значением. Упот-

ребление в тексте перевода более нейтрального синонима может привести к утрате одного из элементов значения, содержащихся в оригинальном языковом средстве. При этом такая утрата может привести к тому, что у читателя на подсознательном уровне может сформироваться неверное представление, например, о мотивах поступков героев, их характере, душевном состоянии. Рассмотрим в связи с этим следующие примеры.

А.П. Чехов: Ненужные дела и разговоры все об одном отхватывают на свою долю лучшую часть времени, лучшие силы...

Перевод А: Большая часть времени и энергии уходит на дела, которые никомуненужны, иобсуждениеодногоитогожевновьивновь...

Перевод В: ... бесконечные разговоры об одном и том же, бесполезные дела и разговоры, отнимающие самую лучшую часть дня и лучшие человеческие силы…

96

Перевод Г: Неинтересные дела и однообразные разговоры занимают самую лучшую часть нашего времени, используют лучшую нашу энергию...

отхватывают на свою долю – went (уходит) – faking up (отнимающие) – occupent (занимают)

В данном случае в оригинале употребляется метафора, свидетельствующая об агрессивной, активной деятельности субъекта действия. В переводе А отсутствует и значение агрессивности, и значение активности, поскольку субъект действия становится объектом: The greater part of one's time and energy went on business that was no use to anyone –

Большая часть времени и энергии уходит на дела, которые никому не нужны. Употребленный в переводе глагол went (уходит) обладает нейтральным значением. Таким образом, при чтении перевода у читателя не возникает представления о том, что описываемый Гуровым образ жизни обладает крайне агрессивным поведением, под воздействием которого человек теряет волю и становится пассивной жертвой. В переводах В и Г сохраняется значение активности, но, как и в переводе А, употребляются слова с нейтральным значением – taking up (отнимающие), occupent (занимают), то есть и в том, и в другом варианте перевода отсутствуетзначениеагрессивностивоздействияобъекта.

Синоним, употреблениекоторогоприводитксмягчениюоригинально-

го значения. Смягчение оригинального значения может осуществляться в нескольких направлениях: за счет замены отрицательной или нейтральной характеристикиболееположительной; сниженияэмоциональности.

Замена отрицательной или нейтральной характеристики более положительной.

А.П. Чехов: Вероятно, это был муж, которого она тогда в Ялте, в порыве горького чувства, обозвала лакеем.

Перевод А: Должно быть, это был ее муж, которого в Ялте в приступе горечи она назвала «лакеем».

Перевод Б: Очевидно, это был муж; которого в Ялте в порыве горьких чувств она назвала лакеем.

Перевод В: Вероятно, это был муж; которого в Ялте в горьком расположении духа она назвала лакеем.

обозвала – called (назвала)- called (назвала) – called (назвала)

97

Ванглийских вариантах перевода глагол call, предшествующий самому слову лакей, которое в данном контексте употребляется в качестве оскорбления, не обладает негативным значением подобно русскому обозвать. Вследствие этого в переводных текстах в некотором роде смягчается негативное отношение героини к своему мужу.

Снижение эмоциональности. Снижение эмоциональности в переводе достигается за счет употребления менее эмоционально окрашенного синонима. В результате в тексте может наблюдаться как менее негативное изображение персонажей, так и в целом снижение эмоциональности повествования в произведении.

А.П. Чехов: Гуров не спал всю ночь и возмущался, и затем весь день провел с головной болью.

Перевод Г: Гуров не спал ночью, мучимый своими мыслями, и весь день у него болела голова.

возмущался – troublé par ses pensées (мучимый своими мыслями)

Впереводе Г происходит снижение эмоциональности за счет замены глагола возмущался фразой troublé par ses pensées (мучимый своими мыслями). В результате в переводе Г Гуров не только не испытывает отрицательные эмоции по отношению к обывателям, как в оригинале, а испытывает отрицательное воздействие сам. Таким образом, если в оригинале эмоции героя направлены извне, то в переводе Г они направлены – вовне, то есть в переводе Г герой в большей степени замкнут в себе и не дает воли своим эмоциям.

Изменение стилистической окраски синонима. Употребление синонима, принадлежащего к более высокому стилю. К данной группе мы причисляем случаи замены фраз, слов, выражений, принадлежащих к разговорному стилю эквивалентными по смыслу, но принадлежащими к более формальному стилю. Такая замена может привести как к созданию в тексте не предусмотренного автором комического эффекта, так и

кутрате важного оттенка значения, например, сглаживанию контраста между обыденностью жизни, окружающей героя и его мыслями. Кроме того, при такой замене также может быть утрачена информация о принадлежности героя к определенному кругу, в рамках которого свойственно употребление данного выражения.

98

А.II. Чехов: Говорили, что на набережной появилось новое лицо: дама с собачкой.

Перевод В: Сообщили, что на набережной видели новое лицо – даму с собачкой.

говорили – It was reported (сообщили)

В отличие от оригинала и переводов А и Б в переводе В в самом первом предложении рассказа употребляется глагол, принадлежащий формальному стилю, в результате, у читателя может возникнуть впечатление, что в Ялте отношения между отдыхающими носили более формальный характер, нежели это представлено в оригинале, а также в дальнейшем повествовании и переводного текста. Более того, такое не соответствие стиля содержанию, очевидно, создает комический эффект: слухи о появлении нового лица сообщаются подобно реальным, достоверным новостям.

Употребление синонима, принадлежащего к более низкому стилю.

При использовании в переводе синонимов, принадлежащих к более низкому стилю, наблюдается эффект, обратный рассмотренному в предыдущей группе примеров. В частности в переводе может утрачиваться комический эффект, присутствующий в оригинале, как это происходит при переводе данного примера.

А.П. Чехов: Швейцар дал ему нужные сведения: фон Дидериц живет на Старо-Гончарной улице, в собственном доме, – это недалеко от гостиницы, живет хорошо, богато, имеет своих лошадей, его все знают в городе.

Перевод А: Привратник в коридоре рассказал ему то, что он хотел знать: у фон Дидеритца свой собственный дом на Старо-Гончарной улице. Это было недалеко от отеля, он жил масштабно, роскошно, держал лошадей, весь город знал его.

дал ему нужные сведения – told him what he wanted to know (рас-

сказал ему то, что он хотел знать)

В переводе А происходит снижение стиля: если в оригинале фраза дал ему нужные сведения звучит довольно официально, то использованное в переводе – told him what he wanted to know (рассказал ему то, что он хотел знать) принадлежит к нейтральному, общеупотребительному стилю. При этом оригинальная фраза, очевидно, указывает на то,

99