В горниле эпохи. Молодежь против войны и фашизма. Дополнительные материалы к курсу «Молодежь и общественный прогресс»

избрал дорогу борца за пролетарское дело, пришлось кстати, осо­ бенно кимовский опыт: молодежь в Испании составляла значи­ тельнуючастьармииивсехсил, противостоящихфашизму.Исам он, кажется, оставался таким же, как в годы молодости — плот­ ным и крепким, хорошо выносившим физические нагрузки, не подверженным стрессам, в любой обстановке умеющим шутить. А что еще нужно на войне? Бойцы и командование уважали его. Партийный актив — тоже. Отзыв, посланный компартией Испа­ нии в Исполком Коминтерна, характеризовал Пауля как хорошего кадрового работника.

Поражение в Испании, конечно же, не означало, что фашизм поставил людей на колени. Главные сражения были впереди. И важно было с наибольшей полнотой использовать полученныий опыт. Пауль Фёрстерлинг выполнял ответственное поручение, возглавив работу по составлению характеристик на немецких и австрийских интернационалистов и помогая ответить на вопрос: как можно употребить их боевые навыки позже, в дальнейшей борьбе с фашизмом.

Защитники республики продержались домарта 1939 года. Па­ уль покинул испанскую землю несколько раньше — в феврале. Его подразделение, отступая перед превосходящими силами про­ тивника, перешло французскую границу. Известно, что власти Франции встречали защитников Испанской республики, мягко говоря, без фанфар. Их старались упрятать за колючую проволо­ ку. Вместе с боевыми товарищами Пауль оказался в концлагере Сан-Сиприен. Однако боевой дух их не был сломлен, в лагере функционировала парторганизация, в которой Пауль отвечал за пропагандистскую работу.

В Москву он возвратился в апреле. Его ждала работа в ап­ парате Коммунистического Интернационала. Сохранились доку­ менты, связанные с его новым назначением. В письме на имя ге­ неральногосекретаряИсполкомаКоминтернаГеоргияДимитрова отделкадров просил утвердить Пауля Альбертовича Фёрстерлин­ га в должности старшего референта по Германии. И Секретариат ИККИ удовлетворил эту просьбу.

71

В сентябре 1939 годагитлеровский рейх развязал Вторую ми­ ровую войну. А в 1941-м фашистские орды двинулись на СССР, который возглавил мировой лагерь борцов за освобождение всех порабощенных и униженных. На борьбу с немецким фашизмом поднялся весь советский народ. Героически сражалась Красная Армия, включая старых друзей Пауля из подшефной КИМу кава­ лерийскойдивизии.Ихотянавойнедоминировалиотнюдьнесаб­ ли и лошади, а моторы и артиллерия, конники не подвели своих шефов, молодых коммунистов планеты. Дивизия была на фронте

спервого и до последнего дня, участвовала в важнейших сраже­ ниях Великой Отечественной войны, стала гвардейской.

Форму советских воинов надели и многие зарубежные интер­ националисты. Среди них — испанские друзья Пауля и его сооте- чественники-немцы. Новые обязанности были поручены и ему.

Вместе с другими работниками ИККИ Пауль Фёрстерлинг и его семья в октябре 1941-го эвакуировались в Уфу. Исполком Коминтерна продолжал свою работу там. В столице Башкирии находились представительства (загранбюро) коммунистических партий. Отсюда через радиопередатчики они поддерживали связь

ссоотечественниками, с участниками Сопротивления во всей Ев­ ропе. Подрастающие дети сотрудников, да и все, кому позволяли силы и время, проходили курс диверсионной подготовки и под­ польной работы, чтобы потом по ночному небу, советским само­ летом, с парашютной сумкой за плечами отправиться на родину.

Были и другие дела. С начала войны появились в страневоеннопленные, а вместе с ними и соответствующие лагеря — кара­ гандинский,актюбинский,елабужский,марийский,свердловский, челябинский и другие. Уже осенью сорок первого года г. Дими­ тров предложилсоздатьспециальную комиссиюпо работе своен­ нопленными. Возглавил ее Вальтер Ульбрихт, а Пауль стал одним из ведущих сотрудников. Участвовал он и в создании Националь­ ного комитета «Свободная Германия». Это была работа во имя будущего его родины, борьба за перестройку душ, отравленных фашистским дурманом. Многие из пленных были еще совсем мо­ лодые...

72

Отом,каксложиласьсудьбаПаулявдальнейшем,узнатьбыло непросто. Об этом рассказал Петр Людвик, которого удалось ра­ зыскать. Боевой друг немецкого интернационалиста вспомнил, что встречался с ним и после Испании. Радостный День Победы Пауль встретил в Советском Союзе. Победа открывала огромный фронт созидательных дел и на немецкой земле. Большие надежды пробуждало объединение в восточной части Германии коммуни­ стической и социал-демократической партий, знаменовавшее ко­ нец расколу в рабочих рядах. Пауль принял участие в выдающем­ ся историческом событии — объединительном съезде.

У него еще оставались дела в Москве, и он вернулся, однако мысленно жилужетам, на освобожденной, встающей из руин ро­ дине. Уже состоялось долгожданное решение партии о его пере­ воде, он уже отправил по своему новому адресу книги и вещи. И вдруг — тяжелый, нокаутирующий удар: инсульт, паралич, ин­ валидность первой группы.

Фёрстерлинг не сдавался. Когда удалось подняться на ноги, сделать с палочкой несколько шагов, он занялся физическими упражнениями, учился писать левой рукой. И тут — новый удар, смертельный. Это случилось в 1949-м, в феврале, в годовщину Советской Армии. Видно, весь запас его жизненных сил был рас­ считан, спрограммирован на Победу. И он выполнил программу, до конца выработав весь ресурс своего сердца.

Короткое послесловие. Петр Людвик помог найти сына Пау­ ля—ПавлаПавловичаЯсковского.РодившийсявМоскве,ужепо­ сле Победы, он при выборе профессии не пошел по стопам отца, занялся не политикой, а геологией. Но интернационалистом стал. Собирает материалы об отце и все, что печатается о КИМе.

Доктор геолого-минералогических наук, профессор Россий­ ского геологоразведочного университета П.П. Ясковский дружит со студентами Московского городского педагогического универ­ ситета, нередко бывает здесь в гостях. Особенно когда в стенах МГПУ проводятся дискуссии, посвященные историческим тра­ дициям. Приходит он сюда вместе с дочерью Эльзой, внучкой Па­ уля Фёрстерлинга.

73

КАРьЕРА НЕИСТОВОГО АВАНГАРДИСТА

Вилли Мюнценберг: портрет в молодежном интерьере

О нем десятилетия ничего не писали: действовало табу, нало­ женное в конце 30-х годов. Нет, в списках убитых, замученных на островах сталинского ГУЛАГаегоне было. Однако в списках тех, кто подлежал расправе, его имя значилось. Попавшие в печать отрывки из неопубликованного дневника Георгия Димитрова, ру­ ководителя Коминтерна, подтверждают: этого хотел сам Сталин. «Мюнценберг — троцкист, — сказал Димитрову Сталин. — Если он приедет, мы непременно его арестуем. Постарайтесь его при­ манить сюда».

Вызов из Исполкома Коминтерна в Париж действительно был послан. Но Димитров нашел способ предупредить Мюнценберга об опасности, и тот не приехал.

И,темнеменее,расправасостоялась.ЦККПГ,азатем,вначале 1939 г., Интернациональная Контрольная Комиссия, действовав­ шая в Коминтерне, исключили его из коммунистических рядов. И на этом дело не кончилось. Интернированный как немец фран­ цузскими властями после начала майского (1940 г.) наступления гитлеровского вермахта, Мюнценберг 20 июня 1940 г. совершил побег из концлагеря. А через четыре месяца, 17 или 18 октября, его тело было найдено в лесу. Жандармы, идентифицировавшие труп, констатировали самоубийство, на шее были обнаружены следы веревки. Но это скорее было не заключение, а одна из вер­ сий. Жандармам было не дотонкостей:Франция послеразгромаи капитуляции еще не пришла в себя. Лес департамента Изер оста­ вил еще одну неразгаданную тайну истории.

Между тем объявленное табу действовало с точностью часо­ вого механизма. Решение об исключении Вилли Мюнценберга из КПГ было последним упоминанием его имени. Оно не попало даже в собрание сочинений Ленина: ленинское письмо Мюнцен­ бергу публиковалось без указания адресата. Из библиотек изъяли его книги...

74

Понятно, что такие запреты условны, река времени размыва­ ет и их. В конце концов, из сумрака небытия стало проступать и имя Мюнценберга. А раз называлось имя, давалась и биографи­ ческая справка, хотяона неизменно оказывалась очень короткой и заканчивалась обязательной фразой о его ошибках и исключении из партии. Зато негативные суждения шли без всяких оговорок. Немало авторов, порой весьма именитых, упоминая его имя, ру­ ководствовались, прежде всего, именно решениями КПГ и ИКК и употребляли соответствующие эпитеты, обидные и оскорбитель­ ные. Историки, конечно, приспособились к ситуации, сумели не­ мало рассказать о Мюнценберге, но лишь в общих чертах. Когда же его политическая биография была опубликована на Западе, у нас она сразу попала в спецхран.

Установленное когда-то табу особенно блюли в бывшей ГДР. Там строго придерживались принятых оценок и никому не про­ щали отхода от них44. Когда три десятка лет назад в одной бро­ шюре я назвал Мюнценберга в числе наиболее достойных дея­ телей коммунистического и рабочего движения, вышедших из молодежных организаций, это было, как мне потом объяснили, определенным риском.

Время внесло свои коррективы. В июле-августе 1989 г., на по­ следнем году жизни ГДР, газета «Нойес Дойчланд» напечатала большойматериалоМюнценбергесмножествомиллюстраций.Он занял немалое место на страницах четырех номеров центрального партийного органа. Так было отмечено столетие со дня рождения крупного, неординарного деятеля коммунистического движения, антифашиста,втечениемногихлетпризнанноголидерамолодежи.

К сожалению, до сего времени так ничего и не написано, не напечатано о нем в нашей стране. А между тем многое в жизни и деятельности этого человека было связано с нами, было созвучно нам — и в былые годы, и сегодня. Особенно молодым людям.

Хотя многие черты Мюнценберга характерны для всего юно­ шества начала XX столетия, в них, несомненно, есть и то, что

44 Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung. Biographisches Lexikon. Berlin,

1970. S. 340–342.

75

отличает молодежь от старшего поколения вообще, независимо от времени. Это обостренное чувство пробуждающегося челове­ ческого достоинства, интерес, стремление к постижению истин, определяющих смысл бытия, поиски, а главное — нахождение собственного места в окружающем мире, в истории человечества.

Эти проблемы, естественные для молодых, тогда, на рубеже двух столетий — XIX и XX, — имели особуюостроту. Соднойсто­ роны,всезаметнее,очевиднеестановилисьспецифичностьположе­ ния молодежи, наличие особых юношеских интересов и требова­ ний. Это закономерно вело к новому для того времени явлению — к возникновению в рамках рабочего, демократического и всего общественногодвижениясравнительносамостоятельныхмолодеж­ ных организаций. Но, сдругой стороны, эти особые интересы, осо­ бые молодежные объединения не признавались. Юное поколение должно было отстаивать свое право на них в борьбе, и не только с господствующими режимами, но и с собственными отцами, сохра­ нявшимивековуюпривычкурешатьизасебя,изасвоихотпрысков.

Если дети и сопротивлялись этому деспотизму, то главным образом в пассивных формах. Их сопротивление постепенно уга­ сало, отступая перед силой обычаев. А когда они сами станови­ лись отцами, то со своими сыновьями обращались не менее су­ рово, не видя у молодежи никакой иной задачи, кроме овладения традициями, опытом старших и, по сути дела, повторения его. Но такой подход, тем более взятый в масштабе целых поколений,— тормоз исторического развития. Человечество не может двигать­ ся по замкнутому кругу. Прогресс — движение по спирали. Опыт прежних поколений, безусловно, необходим, но общество нужда­ ется не в повторении его, а в заимствовании и переработке лишь самого ценного из него, самого жизнеспособного. Все остальное подлежит отрицанию. И чем смелее и решительнее это отрица­ ние, тем выше скорость прогресса. Таков созидательный смысл конфликтов между поколениями, которые после застойных пе­ риодов истории проявляются особенно остро. На рубеже XIX и XX столетий как предвестие социальных бурь такой конфликт был налицо.

76

Для юного Вилли первой пробой решения подобного кон­ фликта стал родной дом. Отец — хозяин деревенского трактира, алкоголик. Перенимать ли от отца эту «ценность»? Наследовать ли вместе с трактиром и эту родовую черту? Неосознанно, инту­ итивно, но достаточно решительно подросток сказал такому на­ следию «нет».

Главными площадками для столкновений были трудовая и общественная сферы. После «нерегулярного посещения», как по­ том Вилли писал в автобиографиях, одноклассной сельской шко­ лы и годичной учебы в заведении более высокого ранга — на­ родной школе, после трудового университета в подручных у отца настало время выходить на собственную стезю. Мальчик попал в систему производственного ученичества.

Это было уделом многих детей из трудовых семей. Закон практически не ограничивал их рабочий день, но зато давал вос­ питателям право «отеческого» применения телесных наказаний. Жертвой этого права и оказался Вилли. Его обучению профессии цирюльника пришел неожиданный конец после тяжелого удара подмастерья. С сотрясением мозга подростка увезли в больницу. К цирюльному делу он больше не возвращался, пошел на обу­ вную фабрику. Было тогда юному пролетарию 15 лет.

На собственном опыте он понял, что молодежные организа­ ции, молодежное движение возникли именнопотому, что положе­ ние молодежи было особенно тяжелым: ее практически никто не защищал, она должна была защищаться сама.

Мюнценберг вступил в образовательный рабочий ферейн «Пропаганда», проводивший свои мероприятия на втором этаже одного из трактиров в Эрфурте. В него вошло много молодых лю­ дей, и он в конце концов стал юношеской организацией. Позже эта организация присоединилась к всегерманскому объедине­ нию «Свободная молодежь» в качестве местной группы. Мюн­ ценберг стал ее руководителем.

Активность молодежи росла, правительство побаивалось этого. Принятый рейхстагом закон запретил молодым людям до 18 лет вступать в политические организации, посещать политиче­

77

ские собрания. Но обиднее всего, что и профсоюзы, и официаль­ ныелидерырабочихпартийтакжеигнорировалимолодежь.Съезд профсоюзов Германии еще до принятия рейхстагом этого закона постановил распустить существующие юношеские союзы. Имен­ но здесь прозвучала мысль, по-своему классическая: «Пусть на членские взносы, которые ученик платит в организацию, он ку­ пит себе кусок колбасы — это полезнее». Не поддерживала само­ стоятельные молодежные союзы и партия, охотно соглашаясь на создание вместо них юношеских комиссий при своих комитетах. Такбылоспокойнее.Моглалисэтимсогласитьсямолодежь?Нет!

Всего приходилось добиваться самим. Вожак молодежной группы, действовавшей в Эрфурте, не упускал случая заявить о требованиях своих товарищей. Однажды Мюнценберг оказался на большом предвыборном собрании, организованном буржуаз­ ными демократами, где говорилось о необходимости введения в

стране равного и прямого избирательного права для всех, кто до­ стиг 25 лет. Для Германии того времени это действительно было бы шагом вперед, но юные снова оказывались в стороне. Их тре­ бование было иным: избирательное право — 20-летним. Вилли Мюнценбергу, кстати, тогда тоже было двадцать, но выглядел он гораздо моложе, и когда он передал записку в президиум с прось­ бой предоставить ему слово, указав своё имя, председатель, беря записку, предупредил Мюнценберга: «Передайте этому господи­ ну, чтобы он говорил как можно короче». Каково же было удивле­ ние и председателя, и всей публики, когда этим господином ока­ зался юный Мюнценберг. Но на трибуне он держался достаточно уверенно. «Уважаемое собрание...» — начал он и сразу прибег к сравнению: наследные принцы в 18 лет считаются способными управлять государством, а молодежь и в 20 лет якобы не созрела для того, чтобы пользоваться избирательным правом... Резонанс, вызванный выступлением, был очевиден. Городская газета, сооб­ щая об этом собрании, отметила оратора едкой фразой: «Но пре­ взошёл всех... семнадцатилетний Вилли Мюнценберг».

Это был несомненный политический успех. За ним стояли годы жадного чтения, горячиx дискуссий в кругу друзей. И еще:

78

вМюнценберге открылся талант оратора. От месяца к месяцу он совершенствовался в мастерстве общения с большой аудиторией.

Однако вслед за успехом сразу же возникла неудача, и очень тяжелая. Директор фабрики не отказал себе в удовольствии объ­ явить ему об увольнении, а профсоюз несумелзащитить его. Без­ успешными оказались и попытки Вилли найти работу в какомнибудь другом месте в Эрфурте — у предпринимателей быласвоя солидарность.

Безуспешные поиски работы в Германии в конце концов при­ вели Вилли в Швейцарию. С помощью новых знакомых из моло­ дёжной организации Цюриха ему удалось найти рабочее место

водной из аптек. Обязанности хаусбурше — некоего эквивален­ та нашему разнорабочему — были универсальны, просты, но не вознаграждались большой зарплатой. Зато оставалось время для самообразования и молодежной работы. Тем более что хозяин польский эмигрант, сочувствовал социалистическому движению, сочувствовал молодежи. Через некоторое время он уже не возра­ жал против отлучки своего работника даже на несколько недель, когда тот отправлялся в пропагандистские поездки по стране.

СголовойушелМюнценбергвшвейцарскоемолодежноедви­ жение и вскоре стал лидером национального масштаба, членом Центрального правления юношеской организации и редактором ежемесячника «Свободная молодежь». А позже более четырех лет он возглавлял Союз молодых социалистов.

Мюнценберг проявил себя и как литератор, посвящая свой талант молодым. Писал стихи, новеллы, пьесы, в том числе и для самых маленьких. «Свободная молодежь» издавала приложе­ ния «Юный посев», «Для детей рабочих». Поэма Мюнценберга «Борьба и любовь» декламировалась на молодежных собраниях. Его пьесы «Дети из бездны», «Юный народ», «Спектакль из трех актов» ставились самодеятельными театрами, выходили отдель­ ными книжками.

Но на первом месте была все-таки непосредственная работа в союземолодежи.ГеоргийЧичерин,будущийсоветскийнаркомино­ странных дел, а тогда политэмигрант, вспоминал об организации

79

социалистической молодежи Цюриха: «Она представляла собой любопытное зрелище. На ее собраниях было, собственно, больше стариков, чем молодых. Съехавшиеся из разных стран в Швейца­ рию анархисты, старые французы с бородами, не ужившиеся под гнетом родного полуабсолютизма немцы и австрийцы преоблада­ ли над юношами... Такназываемая юношеская организация былав действительности их собственным Дискуссионным клубом.

Из этого хаоса швейцарской юношеской организации помог выбраться прекрасный организатор, образцовый оратор, с полной огня речью и классически стройной и округленной фразой, выхо­ дец из Германии, молодой Вильгельм Мюнценберг. Под его ино­ гда крайне властным руководством цюрихская, а затем и другие соседние юношеские организации быстро превратились в насто­ ящие юношеские левые социалистические организации, жившие энергичной и содержательной политической жизнью»45.

Общение с представителями самых разных воззрений пита­ ло многосторонность интереса к мировоззренческим, теоретиче­ ским вопросам. Мюнценберг перечитал, к примеру, вороха анар­ хистской и синдикалистской литературы, сочинения Кропоткина, Бакунина, Моста, множество статей их сторонников и противни­ ков. В душах молодых парней, болезненно переносивших жесто­ кий прессинг со стороны общества, бунтарский дух анархизма находил благоприятный отклик. Одно время они даже кое-что по­ заимствовали у анархистов. Так, на собраниях решили обходить­ ся без президиума, без председателя. Разве должен свободный человек просить у кого-то слова? Нет, посчитали они, они и сами знают, когда, где и сколько времени им говорить. А не унижение ли, не мелкобуржуазное ли это зло — платить обязательные де­ нежные взносы в организацию? Пусть каждый платит доброволь­ но, когда и сколько сможет. Такчточленские взносы, кактаковые, отменили. Но вскоре выяснилось: общая касса заметно оскудела. Да и собрания без председателя быстро разонравились.

Словом, многое из того, чтовначале их поразило в анархизме, они сами же и отвергли. Но кое-что, пожалуй, осталось. Не здесь

45 Чичерин Г. Из истории интернационала молодёжи.– М. – Л., 1925. С. 70.

80