В горниле эпохи. Молодежь против войны и фашизма. Дополнительные материалы к курсу «Молодежь и общественный прогресс»

Но если брать деятельность комсомола в целом, то глав­ ным полем ее в Советской Венгрии была действительно поли­ тика. Поддержка и упрочение советской власти и защита ее от врагов — вот за что боролся комсомол. И если в этих, самых главных делах республики особенно требовались сила и энер­ гия молодых, то их немедленно, без всяких колебаний снимали с других направлений работы. Так, в тревожный момент для со­ ветской власти, когда резко возросла угроза со стороны интер­ вентов, — 2 мая 1919 г. — ЦК союза, во главе со своим вожаком

вполном составе (за исключением двух женщин) отправился на фронт.

Примеру ЦК последовали тысячи юных рабочих. Молодежь, которая в годы империалистической войны прославилась своим антимилитаристскими выступлениями, теперь сама, доброволь­ но, шла в окопы. Так подсказывал ей классовый инстинкт. Во­ енному комиссариату пришлось даже издать приказ о запреще­ нии брать на фронт юношей моложе 18 лет. А членов ЦК союза с помощью дисциплинарных мер можно было отзывать в тыл, по­ скольку и там надо было вести работу.

Всуровой борьбе комсомол рос и мужал. К июню 1919-го

вего рядах билось в унисон 300 тысяч юных сердец. Это была единственная юношеская организация, за которой шло все юное поколение страны.

Молодые граждане революционной Венгрии ощущали дыха­ ние Советской России, чувствовали локоть ее защитников, отра­ жавших натиск белых армий, их иностранных союзников. В пол­ ках венгерской Красной Армии было немало зарубежных интер­ националистов, в том числе и из России. Дух интернационально­ го братства витал над цепочками бойцов, рвущимися в атаку, над всей молодой республикой.

ВВенгрии знали о трудных попытках базельского секрета­ риата Интернационала молодежи провести международный кон­ гресс. Известно было и об инициативе Российского комсомола, поскольку Венгерский комсомол предложил перенести местопре­ бывание секретариата из Базеля в Будапешт и здесь же провести

101

конгресс. Увы, поражение советской республики не позволило реализовать эти замыслы.

Превосходящие силы надвигающегося со всех сторон врага привеликпадениюВенгерскойсоветскойреспублики.Послепора­ жения в стране наступил жесткий террор. Многих убили на месте. 70тысяччеловекбросилизарешетку.СоветскойРоссииудалось— в обмен на военнопленных венгерских офицеров — вырвать из за­ стенков около 400 героев борьбы. Но этого, конечно, было мало.

Многиебежалиизстраны.Покидалиродинунетолькодлятого, чтобы спастисьотжесткой расправы, сохранитьсебежизнь. Былаи другаяцель,главная:борьба.ЗаграницейдействовалЦККомпартии Венгрии.Былсозданизаграничныймолодежныйцентр,утвержден­ ный Исполкомом КИМа в качестве ЦК Коммунистического союза молодежи. В непосредственной близости от родины — в Вене — работал секретариат ЦК. ОтсюдаиприехалвБерлин Янош Лекай.

— Теперь, — констатирует он в докладе конгрессу, — у нас свирепствует белый террор… Но докладчик оптимистичен, и главный аргумент в пользу его оптимизма — его вера: в моло­ дежь, в силу интернационализма, в мировую революцию.

Конгресс завершился. Ребята отправлялись по домам, в свои страны.Акудапредстоялоотправлятьсявенгерскомуделегату?Не раз приходили ему в голову слова из «Манифеста Коммунистиче­ скойпартии»:«Рабочиенеимеютотечества».Конечно,ионирож­ даются не на небесах, а на отчей земле, которая каждому дорога больше всего на свете. Но кто господствует на этой земле? И что нужнорабочемуклассу,молодежи,чтобыосвободитьсяотвсевла­ стиякапитала,чтобыстатьхозяиномвсвоемдоме?Обэтомдумал не только Янош Лекай, но и другие делегаты Берлинского кон­ гресса. Они нашли ответ, может быть, на самый важный вопрос и записалиеговПрограмме КИМа. «В нынешнюю революционную эпоху, — говорилось в программе, — пролетарская борьба может закончиться победой лишь в том случае, если она будет вестись в международном масштабе. Это относится и к борьбе молодежи».

«В едином интернациональном строю — к победе рабочего класса и каждой отдельно взятой стране и во всем мире», такова

102

формула победы. И подлинный революционер не может не быть интернационалистом.

Янош отдавал немало сил родившемуся в Берлине коммуни­ стическому интернационалу юных, стремился к тому, чтобы он стал по-настоящему боевой, революционной организацией моло­ дежи планеты. В числе наиболее активных его деятелей он пред­ ставлял КИМ на II конгрессе Коминтерна, слушал Ленина. А на состоявшемся год спустя II конгрессе КИМа ему довелось высту­ пить с докладом об антимилитаристской работе комсомола. Он выступал с большим знанием дела.

Конгресс проходил в Москве. И здесь молодой революционер особенно явственно ощутил себя частицей всемирного рабочего движения. Этому помогли не только заседания проводившегося в то же дни III конгресса Коминтерна, который одобрил ленинскую программу борьбы за массы и на который были приглашены и участники кимовского форума. Это чувство сопричастности к об­ щему делу усиливал буквально каждый день коллективной рабо­ ты на юношеском конгрессе. Гостей к молодежи приветствовали деятели рабочего движения известныеТомМанн и Клара Цеткин, председатель Исполкома Коминтерна Г. Зиновьев и председатель Исполнительного бюро Красного Интернационала профсоюзов Соломон Лозовский, видные деятели Российской Советской ре­ спублики Анатолий Луначарский и Емельян Ярославский, Лев Троцкий и Николай Бухарин, известные лидеры советской мо­ лодежи Лазарь Шацкин, Оскар Рывкин, Ефим Цейтлин, видные организаторы молодежного движения из многих стран. Все они представляли великую интернациональную семью борцов, объ­ единенных знаменем коммунистического движения.

Янош Лекай и сам входил в число признанных вожаков меж­ дународного масштаба. Он стал кандидатом в члены Исполкома КИМа, избранного в 1921 году.

Вместе с ростом Лекая-организатора оттачивалось его перо писателя и журналиста. Проницательнее становился его взгляд, проникновеннее слово. Писатель учил молодежь тому же, что и организатор, комсомольский лидер.

103

Вот один из номеров журнала «Интернационал молодежи» за 1920 год. Объемистое издание, официальный орган Исполкома КИМа. Материалы политические — отчеты, обзоры, постановка задач. Авторы — ответственные работники Исполкома, отдель­ ныхсоюзов.СрединихиЛекай.Ноподписьего—неподотчетом и даже не под статьей. Написанные им строки — художественно обобщение. Это несколько наблюдений, объеденных заголовком «Завод поминальных свечей»51. Иподзаголовком пометка — «На­ писано в тюрьме». И отрывается еще один штрих к его собствен­ ному жизненному портрету.

Да, он сам был на это заводе, где работают заключенные. Сам работал втойкамере, гдев углу дева Мария держит на руках мла­ денца Иисуса, а перед ними трепещет неугасающий свет — ма­ ленькая поминальная свеча, жертвоприношение живых в честь мертвых. Такиежеделаются на длинномстолеподсвятыми обра­ зами, вокруг которого — люди в балахонах и деревянных башма­ ках. Эти люди — бродяги и воры. Служанка, осмелившаяся отло­ мить кусочек от хозяйского пирога. Молодая девушка, нарушив­ шая закон тем, что меняла свою любовь на наличные деньги. Ре­ волюционер, взявшийся было сделать из такихвотсомнительных личностей новых, настоящих людей. Красный солдат… У всех теперь был режим один: работа прогулка и снова работа. Скука… Время от времени — зарплата: за 3 дня — 30 пфеннигов…

В камере — новый узник: высокий, широкоплечий, со свер­ кающими глазами. Он издевается над жалким положением этих обитателей фабрики-тюрьмы, их жалким трудом и твердо гово­ рит: «Я бы не стал набивать свечи для них». Рядом с этим бога­ тырем, кажется, и сам автор — над мигающим светом, который освещает отходящим душам путь к вечности…

Ниже подписи обозначено место, где родилась эта зарисов­ ка-размышление: Будапешт. Значит, сумел-таки Янош Лекай еще раз побывать в родной столице? Побывать, вспомнить и страшно разочароваться, увидя, как былой революционный запал сменил­ ся апатией и безразличием. Как на заводе поминальных свечей.

51 См.: Интернационал молодежи, 1920, № 6–7, с. 39–44.

104

Да, тяжело, невыносимо тяжело ощущать революционеру та­ кую перемену. Но куда денешься от реальности? Революцио­ нердолженвлюбыхусловияхвестисвоюработу.ИЛекайработал.

В Исполкоме КИМа он оставался недолго. Партия направила его за океан, в США, где оказалось немало эмигрнатов-венгров. Партия выпустила для них в Нью-Йорке газету, редактором ко­ торый и назначили Яноша. Продолжал он заниматься и литера­ турным творчетсвом, писал прозу и сочинял стихи. Издавал на немецком языке книги под псевдонимом Джон Лассен.

Янош или Иоганн (как на немецкий манер нередко называли его) стал знаменитой фигурой среди венгерской эмиграции. За­ метной не только для тех, кто жил в США, но и для будапештско­ го правительства. Установившийся на родине режим Хорти очень хотел заполучить его в свои руки. И уже было известно, что аме­ риканскиевласти благожелательноотнеслиськэтомупожеланию.

Но события опередили их. Летом 1925 года, в возрасте всего лишь 29 лет, Лекай скончался. Помните подмеченную Л. Шацким деталь — «неизменный шарф» Лекая? Не из склонности пори­ соваться постоянно поправлял он его, не из желания принимать позы, которым страдают иные молодые люди, вкусившие бремя славы. Он никогда не отличался крепким здоровьем. И если об этом никто ничего не знал, то только потому, что он сам никогда не говорил об этом. Зачем? Людей волновали классовые битвы, революция, рядом с которыми вопрос оегоздоровье был ничтож­ но мелким. Так, уже после смерти, открылась еще одна черта Яноша.

26 июля 1925 года «Комсомольская правда» на первой стра­ нице, прямо под названием газеты, черным, тяжелым шрифтом напечатала сообщение, состоящеевсегоиз одной фразы. Вотоно: «Исполком Коминтерна Молодежи с глубоким прискорбием из­ вещает, чтов Нью-Йорке скончался товарищ Иоганн Лекай – Лас­ сен, один из основателей Коммунистического интернационала Молодежи»52.

52 КИМ: еженедельный бюллетень Исполкома Коминтерна Молодежи и ЦК РЛКСМ. 1925, № 4, с. 2.

105

Журнал «КИМ» на открытии номера поместил некролог. «Жизнь товарища Лекая, — говорилось в нем, — представляет собой не только маленький эпизод из мученической жизни вен­ герских революционеров. Имя тов. Лекая связано с созданием КИМа и оно будет всегда нам напоминать о первых тяжелых боях в период между Берлинским и Вторым конгрессами КИМа».

Оно напоминает об этом и сегодня, особенно молодежи Вен­ грии. И всем молодым интернационалистам, в какой бы стране они не жили.

106

НЕ СКлОНИВ ГОлОВЫ

В те дни отмечалось рождество. Над городом плыл колоколь­ ный звон. В костелах, с раннего утра полных народа, шло бого­ служение. Славили Христа, возносили к нему свои молитвы. В богатых домах на нарядно убранных ёлках горели свечи. Пе­ лись псалмы. И не было конца тостам — за великую милость и мудрость всевышнего, за себя, за ближних, за Литву и за нового президента, которогогосподь послал в стране за неделюдопразд­ ника и который, кажется, достаточно силен, чтобы навести в стра­ не должный порядок.

Другое рождество было у рабочих. Новый, фашистский ре­ жим действительно дал им почувствовать себя. Уже в день, когда Сметона низложил правительство и объявил себя президентом, 17 декабря 1926 года, полиция — явная и тайная (жвальгиба) — вволю порезвились. Многие тогда угодили за решётку.

Четверых из тех, ктобыл арестован в самый канун рождества, судили. Созданный на скорую руку военно-полевой суд так же скоро разбирал дело. Суду все было ясно с самого начала. Перед ним сидели коммунисты. А где коммунисты, там, известное дело, коммунистический заговор. А за заговор, само собой понятно, — смертная казнь.

Подсудимыедержалисьсдостоинствомичестью.Вероломная логика словесных конструкций обвинения их не удивляла. И даже не возмущала. Они знали: суд — классовый, сидящие перед ними судьи — классовые враги. И совсем не важно, в какую словес­ ную обёртку они облекут свое решение. Пощады никто не ждал и унижаться, выпрашивая снисходительного отношения к себе, не желал. «Приговор все выслушали спокойно», — отмечал потом в предсмертном письме один из подсудимых, Каролис Пожела, се­ кретарь ЦК подпольно действовавшей Коммунистической партии Литвы53.

Спокойствиесохранялосьипослеприговора.РаполасЧарнас, самый молодой из осужденных — ему было 24 года, — в своих

53 Коммунистический Интернационал, 1927, № 7, с. 47.

107

последних тюремных записках писал, что спал хорошо. Даже сон приснился, будто убежал из тюрьмы.

И от обжалования приговора отказались, от прошения на имя президента — тоже. Зачем? Ведь поегоприказу и проходилсуд, и приговор еще до его вынесения был им наверняка одобрен. При­ зывать к гуманности? Но ведь даже последнюю просьбу приго­ воренных — провести оставшиеся до казни часы вместе, в одной камере — оставили без внимания.

Среди четверых осужденных, ожидавших в те рождествен­ ские дни 1926 года исполнения приговора, был человек, которого знали во многих странах, который был одним из организаторов Коммунистического Интернационала Молодежи. Потом, когда палачи уже совершат свое чёрное дело, когда весть об этом про­ никнет сквозь толстые стены Ковенской каторжной тюрьмы, она с быстротой молнии промелькнет в газетах, обожжет сердца тех, кто знал парня. Кто жил и боролся под знаменем боевого Интер­ национала юных, действовавшего к тому времени уже девятый год? Этим человеком был Юозас Грейфенбергерис.

Онродилсявтрудовойсемье.ДетствопровелвгородеКальва­ рии Сувалковской губернии. С малых лет вместе с отцом работал.

Во время мировой империалистической войны немало жите­ лей западных районов Российской империи, не желая оставаться на оккупированной чужеземцами земле, бежали в центральные области страны. Так оказался в Смоленске и Юозас. Здесь он по­ ступает на завод, получает профессию металлиста.

У парня — сильная тяга к знаниям, к образованию. Работу на заводеонсочетаетсучебой,вдвагодазаканчиваетсреднююшколу.

Но тут пришла революция, которая изменила абсолютно все. И не только в государстве, но и в судьбах людей, в их делах, мыслях, планах. Идти в такое время в университет? Увольте, это не для Юозаса! Революция пробудила в нем талант организато­ ра, вожака. Когда он говорил, его слушали и понимали. Когда он призывал идти — за ним шли. Такое дается не каждому, это был действительно талант. Революция помогла Юозасу открыть в са­ момсебеисточникэнергии, окоторомондаженеподозревал.Для

108

революции он мог работать и день, и ночь и не чувствовать уста­ лости.

Вреволюционной России происходил процесс создания ком­ мунистического союза молодежи. Юозас — активный участник этой работы. Он в числе тех, кто готовил съезд комсомола Запад­ ной коммуны, собравший в Смоленске цвет молодежи бывших Смоленской, Витебской, Минской и Могилевской губерний. В то время за ним и закрепилось имя Виктор, которое потом, в годы подпольной работы, стало подпольной кличкой.

События в России действовали в мире как детонатор, вызы­ вая революционные взрывы в других странах. В ноябре 1918-го красное знамя взвилось в Германии. Солдаты свергнутого кайзе­ ра уходили из России. В Белоруссии и Литве установилась Со­ ветская власть.

Молодой человек направляется в родные места. Сначала в Минск, потом в Вильнюс. Всюду он находит единомышленни­ ков — смелых и решительных ребят, создает организации рево­ люционной, коммунистической молодежи. Принимает деятель­ ное участие в основании комсомола Литвы, становится одним из его руководителей. Открывается еще одна сфера проявления его таланта — публицистика. Юозас Грейфенбергерис организует издание первого комсомольского журнала на литовском языке — «Факел коммунизма», становится его редактором.

Он умел сражаться не только словом. Весной 1919-го, когда к Вильнюсу подступили белополяки, он взял в руки винтовку. Иво­ евал как настоящий солдат, как красный командир.

Вто время, когда пламя борьбы полыхало по всей земле, для классово сознательного пролетариата было яснее ясного: без ми­ рового рабочего фронта не обойтись. Во имя такого фронта был создан Коминтерн, а для приобщения к нему молодежи — КИМ.

Вэтой работе довелось принять участие и Грейфенбергерису. Летом 1919-го для подготовки Учредительного конгресса КИМа, для выработки проектовегоосновных документов — Программы

иУстава КАРЬЕРА НЕИСТОВОГО АВАНГАРДИСТА была соз­ дана комиссия. Вместе с секретарем ЦК Российского комсомола

109

Лазарем Шацкиным, представителем революционной молодежи Германии Альфредом Куреллой, народным комиссаром по ино­ странным делам Венгерской Советской Республики Тибором Са­ муэли в нее вошел и Виктор.

Работу начинали в основном вчетвером. Но был еще один че­ ловек, хорошо осведомленный в их работе. Это был В.И. Ленин. Через Шацкина и Куреллу он давал организаторам свои советы. Такое внимание вождя Революции, чрезвычайно занятого множе­ ством других дел, говорило о значении, которое он придавал за­ дачам, решаемым комиссией.

Политическая платформа, лицо будущей международной организации обозначались достаточно четко. Но это были еще только проекты. А чтобы они стали Программой и Уставом, тре­ бовалось решение делегатов Учредительного конгресса. Так что предстояла борьба и на самом конгрессе.

Но прежде всего он должен был состояться. Провести его оказалось сложнее, чем предполагали. Делегаты с чужими име­ нами, выдавая себя бог знает за кого, обходя часовых и прячась от полиции, пробирались через фронты, по контрабандистским тропам переходили границы, чтобы попасть к началу заседаний в столицу Советской Венгрии Будапешт. Однако еще до прибытия делегатов Советская республика в Венгрии пала. Надо было пере­ бираться в Берлин, а там положение в тот момент было не намно­ го лучше: свирепствовали контрреволюционные банды Носке.

Конгресс проходил с соблюдением всех правил конспирации. Лишь через несколько недель, когда была полная, уверенность, что делегаты вернулись на свои места, в печати появились пер­ вые сообщения о создании КИМа. Да, Интернационал юных был основан и притом на тех принципах, которые были выработаны комиссией в Москве. Делегаты согласились с ними, приняли их.

На конгрессе Виктор выступал с докладом о милитаризме и антимилитаристской работе. Он показал опасность агрессивных устремлений реакционной буржуазии, призвал всеми силами бо­ роться против них. Это было одно из основных направлений всей деятельности зарождавшегося Интернационала юных.

110