Бог встречает осенью…

Владимир снова наполнил бокалы:

—Ну знаешь, как говорят: не везет в делах, повезет

влюбви. Атебе в этом как раз очень сильно...

Виктор испуганно перебил его на полуслове, зашикал:

—Тс-с! Ты что, спалить меня хочешь?! Олегперешел на шепот:

—Адумаешь, Машкатвоянедогадываетсяниочем? Столько времени практически в открытую живешь на две семьи...

Виктор снова испуганно замахал руками и стал поглядывать в сторону дома:

—Да тише ты! Моя Мария — святой человек, у нее

имыслей не может быть на эту тему. И потом, она постоянно на симпозиумах, а я в командировках.

Владимир загоготал:

—Ну да, в командировках! На соседней улице. Ты специально своей зазнобе квартирку-то купил через квартал? Чтоб с чемоданом далеко не ездить?

Виктор выпил коньяк одним глотком:

—Тысмеешься. Аяусталтакжить. ИМашкуобидеть невозможно, и без Викуси уже жизнь— не жизнь. Каждый день как на пороховой бочке. Да и Ирка подрастает, возрасттакой, как их оставишь?

Владимир затянулся сигаретой:

—Да зачем ты вообще так серьезно воткнулся-то? Скольколетгулял, прыгал-бегал, ивдругВикусиктвой...

Нужнытебе эти нервы-то? В нашем-то возрасте? Виктор снова потянулся к бутылке коньяка:

—Вот именно, что серьезно влип. Я и не думал, что все так обернется. Окрутила-оплела, не развязать теперь. А у Машки, как назло, приступы нежности участились...

41

Олег хихикнул как подросток и похлопал Виктора по плечу:

—Приходится две обязательные программы откатывать? Как бы ты не сломался, фигурист ты наш. Машка у тебя замечательная. Спокойная, не вредная, не истеричная, отличная баба. Ну чего тебе еще надо?

На двор опустились осенние сумерки. Дым от костра еле заметно поднимался вверх, угли трепетали ярко-оранжевым золотом, мясо сочилось жиром, который стекал в чрево мангала, отчаянно шипел на огненном золоте и вздымался вверх тонкими языками пламени.

Виктор достал из кармана телефон, проверил сообщения, вздохнул:

—Да сам не знаю, чего еще надо. Но не могу я уже без Вики. Веришь, ломает меня без нее. А иногда так устаю отэтой двойной жизни, прихожу домой...

Олег снял шампур с мангала, вилкой зацепил крайний кусок, попробовал:

—Мм... скоро снимать надо... А где ж твой дом-то?

СМашкой или с Викой? Ты гляди, Марию обидишь, она гордая, не простит. А с Викой твоей вилами по воде. Нудаже если родитонатебе, силы-то естьначинатьвсе заново?

Владимирсноваразлилконьяк, мужчинычокнулись, выпили, потянулисьзалимоном. Владимир, причмокивая, произнес:

—Не стареют душой ветераны. Вить, вот сколько помню тебя, всегда приключений на свой зад искал. Ты адреналинщик. Без риска жить не можешь. Только в этом случае, риск — совсем не благородное дело....

Запутался ты в своих бабах, вот что я тебе скажу. Не ошибись, распутывая...

42

К мангалу подошли женщины, весело защебетали, принесли бутылку вина. Виктор взял штопор, с глухим звуком открыл бутылку, налил женщинам, подчеркнуто ласково обнял жену:

—Ребят, слушайте, хочу поднять бокал за мою жену, женщину моей жизни, хозяйку моего дома. Маш, мы

стобой столько лет вместе, ты мне настолько близкий человек, что не отделить— не разделить. Спасиботебе, роднаямоя! Тымойтыл, мояопора, безтебянесмогбы совсем!

Он наклонился и легко прикоснулся губами к губам Марии, гости радостно заголосили: «Горько! Горько!» Виктор приник к губам жены. Гости захлопали в ла-

доши, стали считать: «Два! Три! Шесть! Девять!» Мария смущенно отстранилась, покраснела, но мужу

ответила:

—Вить, я тоже люблю и ценю тебя. Вот правда, ребят, недавно говорила ему, что скучаю по нему, мы так редко общается. Столько командировок у него, как все успевает! Трудяга ты мой!

Мария ласково погладила мужа по щеке. Потянула носом:

—Что с шашлыками? У нас все готово, мы идем накрывать на стол.

Гости радостно зашумели, мужчины снова наполнили бокалы коньяком, дамы потянулись к беседке

сплошками салатов.

Мария вошла в кухню, где Светлана и Евгения заканчивали резать салат. На разделочном столе лежали тугие и сочные ветки укропа и кинзы, готовые в любой моментпойти под нож.

Однако Мария проигнорировала их:

— Свет, масло или майонез в салат?

43

Светлана, стройная сорокапятилетняя блондинка, довольно громко и даже удивленно возмутилась:

—Маш, ну какой майонез?! Я давно уже про такой продукт забыла. Впрочем, как и про сладкое. Ты зачем свойфирменныйтортиспекла? Нежалеешьнашиталии?

Мария не успела ответить подруге, а Светлана снова громко возмутилась:

—Ненавижу мясо в оливье.

Мария растерялась:

— Так по рецепту же...

Светлана снова удивленно посмотрела на Марию:

—А что мне рецепт? Я— человек простой. Мой оливье всегда был с колбасой и всегда будет.

Мария пожала плечами:

—Дело хозяйское.

—А Иришка что? — сменилатему Светлана.

—А Иришка на репетиции. Готовится поступать

вбалетное.

—Ты все-таки отпускаешьее в свободное плавание?

—А она меня и не спрашивает. Сама все решает. Когда она сталатакой самостоятельной— не пойму.

—А что тут понимать? Детки быстро взрослеют. Не успеешь оглянуться, а они уже далеко от родительского гнезда. И гнездо опустело... — с тоской в голосе заметила Светлана и принялась быстро крошить зелень. — Маш, ты лучше мясо на шампуры насаживай. Салатя сама сделаю.

—Я так редко готовлю, мой Витя даже не знаю чем и питается в своих командировках, — Мария послушно взялашампурыиприняласьнанизыватьнанихмясо.— Да и меня постоянно нет. Мне стыдно. Пельмени занимаютосновное место в нашем холодильнике.

44

—И ты пытаешься загладить вину тортиком? — Светлана умело шинковала капусту. — Капуста — абсолютно мой продукт. Минимум калорий.

Мария засмеялась:

—И сиськи от нее растут. Мне бабушка в детстветак говорила.

—Сиськи растут в руках грамотного пластического хирурга и за определенную сумму. Если надо, могудать телефончик... — Светланахотелаещечто-тосказать, но

вэтотмоментвошел Виктор.

—Чьи сиськи? — Виктор заглянул в миску с салатами. — Девочки, мы вас заждались, а вы тут сиськи обсуждаете. Давайте уже к нам, обсудим вместе.

—Обойдетесь, — кокетливо заявила Светлана, взяла тарелку с салатом и отправилась к беседке.

—Так какие сиськи и какой тортик? Я тебя сейчас съем, не дожидаясь десерта, — игриво прорычал Виктор жене в ухо.

Мария довольно засмеялась:

—У меня руки в мясе, ну подожди... Сейчас уже идем, держи хлеб, первый салат, иди неси на стол.

Виктор взял тарелки, столкнулся на выходе со Светланой, которая возвращалась. Светлана внимательно посмотрела на него. Виктор отвел глаза.

Светлана суетливо заметалась по кухне:

—Тортик, тортик... майонез... наготовила всего...

А кактвой Витя заглаживаетсвою вину?

Мария удивленно и внимательно посмотрела на Светлану:

—Ты о чем? Я и не помню, когда мы последний раз ругались... В чем он можетбытьвиноват? Ну-ка, ну-ка...

Ты о чем, подруга?

45

Светлана потупилась:

—Ну, мужья всегда в чем-нибудь виноваты. На то они и мужики!

Мария возмущенно загремелатарелками.

—Света, ну ты как-то рассуждаешь как мещанка. Ты про измены, что ли? Мы эту тему закрыли сто лет назад. Даже если что-то и было по молодости, все прошло как с белых яблонь дым. Я своему мужу доверяю. Меня так воспитали, — Мария старательно проговаривала каждое слово, будто уговаривала себя. — Семья — это главное. Муж — один на всю жизнь. Мои родители прожили вместе пятьдесяти все еще любятдругдруга.

Светлана захихикала:

—Ну а что в их возрасте еще остается?

ВразговорвключиласьмолчавшаядоэтогоЕвгения:

—Девочки, доверяй, но проверяй, слышалитакую пословицу? Наши мужья, конечно, кризис среднего возраста с большими или меньшими потерями преодолели. — Евгения методично резала огурцы, не поднимая глаз на подруг. — Мне, например, вспомнитьстрашно, какмоего Славика тогда колбасило. Думала, уйдет. Девки эти постоянные... Вообще, всевыэтознаете. Хорошо, чтопозади. Но мы не расслабляемся. Впереди-то: седина в бороду, бесвребро. Иещенеизвестно, чтопохлещебудет.

—Оль, тыправа, кактутрасслабишься? Янапрошлой неделе записалась в студию танцев. Да не простых, — Светланатаинственно прищурила глаза.

Евгения засмеялась:

—Мазурку с вальсом разучивать будешь?

Светлана обиделась:

—Зря смеешься. Я на стриптиз записалась. Танец

ушеста очень благоприятно влияет на женскую энергетику...

46

— И дома шест установишь? Я представила эту картину: собираешьдетейвшколу, апотоммужанаработу провожаешь страстным танцем! — Мария кокетливо повела бедрами. — Светик, то йога твоя, то женские практики, то дыхание маткой, теперь стриптиз. Что

жты в следующий раз изобретешь? Светлана почему-то рассердилась:

—Тебе бы что изобрести...

—Амне и изобретатьнечего. Уменя натакие глупости времени нет. У меня эпидситуация по несколько раз в год, воттогда у меня и начинается йога со стриптизом.

Незаметно вошел Виктор, прислушался.

—Девочки, это вы о чем? Какой стриптиз? В мужской клуб, что ли, собрались?

Мария подошла к мужу, ласково погладила его по щеке:

—Да у нас тут свой клуб стихийно образовался. По интересам. Всех интересует, как мужей удержать.

Явотсчитаю, чтотолькодоверием. Какдумаешь, Вить? Виктор приобнял жену:

—Да что ж нас удерживать? Мы ж не жеребцы в стойле.

И довольно засмеялся своей шутке. Подхватил пустые бокалы, вилки с ножами, ушел. За ним с тарелками в руках ушла Мария.

—Не жеребцы..? Вот Витек-то у нас и оказался жеребцом, гнедым-удалым! — прошептала Светлана им вслед.

—Тихо. Машка услышит. Жалко ее. Тихо. Молчи, — Евгения поднесла палец к губам.

Поздним вечером, когда Виктор курил в беседке, спрятавшейся за двумя яблонями, в дальнем углу сада,

47

к нему неслышно подошла Светлана и тронула его за плечо. Отнеожиданности Виктор вздрогнул:

— О господи, ты как кошка подкралась!

Он докурил сигарету и собрался выйти из беседки. Но Светлана остановила его:

—А ты чего меня избегаешь? Ну, я понимаю, молодая зазноба у тебя, ну так я же ни на что и не претендую... Витенька.

Светлана потянулась к губам Виктора. Он отпрянул, испуганно зашипел:

—Ш-ш-ш-ш-ш, тише, Машка услышит...

—Да ничего она утебя не услышит, три года не слышала и сейчас не услышит, — Светлана положила руки на грудь Виктора. — А я соскучилась, сил нет никаких...

Когдаты ко мне приедешь? Светлана прижалась к нему.

—Приеду-приеду, — Виктор наспех чмокнул Светлану в лоб, заспешил к выходу из беседки. — С делами разберусь и приеду.

Виктор шагнул в осеннюю вечернюютьму.

—Знаю я это твое «приеду», — зло прошептала ему вслед Светлана, села на скамейку и заплакала.

* * *

Мария открыла дверь, вошла в квартиру. Нажала на выключатель. За ней шел Виктор. Он сразу направился на кухню, поставил сумки на стол.

— Ау, Иришка, ты дома? — крикнула Мария в тишину квартиры. Ответа не последовало.

Мария сняла кроссовки, прошла по коридору и тихо открыла дверь в комнату, над которой висела изящная дощечка с витиеватой надписью «Ирина». Мария за-

48

глянула в комнату. На столе горел ночник, на кровати спала дочка. Ее светлые длинные волосы разметались по подушке. На столике стояли фотографии маленькой девочки на руках у молодой Марии. Стены комнаты украшали изображения известных балерин и танцовщиц: Майи Плисецкой, Галины Улановой, Айседоры Дункан. На полу лежали пуанты. Одна стена комнаты была отделана зеркалами, вдоль которых тянулся балетный станок.

Мария подошла к кровати дочери, поправила низко свисавшее одеяло. И вышла из комнаты. Когдадверь за Марией закрылась, девушка открыла глаза, откинула одеяло, взяласостоламобильныйтелефонинаделанаушники. Стала раскачиваться в такт музыке, лившейся из беспроводных наушников.

Мария вошла на кухню. Сумки стояли неразобранными. Она вздохнула, открыла холодильник и стала перекладывать в него продукты. Остатки жареного мяса, салатов, печеные овощи. Вернулся Виктор и стал помогать ей разбирать сумки, хватая на ходу куски холодного жареного мяса.

—Ты к Иришке заходила? — поинтересовался он.

—Да, она спит.

—Странно, обычно она так рано не ложится, — Виктор удивленно пожал плечами.

—Ну, значит, она делает вид, что спит, не хочет общаться, — неожиданнодля себя Мария поняла, что этот разговор ее раздражает.

—Увас с ней все в порядке? Вы не поругались? Надо было ее сегодня с собой взять. А то — сами на свежем воздухе, а она на репетиции.

—Вить, нуты же понимаешь, она в последнее время слишком самостоятельная стала, взрослая.

49

—Нутыжемать, найдиуженаконец-тоснейобщий язык, упустим мы дочку.

—Вить, а что не так? Нет, ну я просто не понимаю!

Унее все есть, она занимается любимым делом, она всегда мечтала танцевать, что не так? — Мария раздраженно захлопнула дверцу холодильника, выбросила мятые пакеты в мусорное ведро.

—Да все так. Только у меня такое впечатление, что

счужими детьми ты легче находишь общий язык, чем со своей дочерью.

—Чужих детей я лечу!

—А, ну да... Так что там у тебя с Мюнхеном? Когда ты улетаешь?

—Послезавтра. У меня доклад на конференции. И выставка медицинская.

—Ясно. Давай лети. А про Иришку... может, нам всем вместе в кино сходить? Ты когда возвращаешься?

—Я буду в Мюнхене три дня. А потом, да, давай в кино, — Мария чмокнула мужа в щеку. — А сейчас спать. Устала очень.

Мария скрылась в недрах квартиры. Виктор снова открылхолодильник, взялхолодныйкусокмяса, повертел его в руках, положил обратно. Выключил свети вышел из кухни.

На следующий день Мария рано вернулась домой. Долго возилась с чайным сервизом, расставляла чашки, резала принесенный с собой торт «Птичье молоко», выкладывала конфеты в вазочку. Наконец присела и залюбовалась — стол был накрыт красиво. Мария набрала номер дочери. Трубку никто не взял. Она написала сообщение: «Ирочка, я тортик купила, ты во сколько придешь? Будем пить чай». Ответа не последовало. Мария встала, подошла к окну. Вечернее солн-

50