Блаженны милостивые. Благотворительная деятельность Великой княгини Елизаветы Федоровны

соблюдался большой порядок; не было никаких несчастных случаев, ни давки, ни толкотни.

В этот день от имени Тверского братства св. Михаила Ярославича, а также от имени В.И. Кункина было роздано бесплатно народу несколько тысяч брошюр и листков, посвященных памяти св. благоверной княгини Анны Кашинской.

Как описывают «Тверские епархиальные ведомости», в день торжества (12 июня) в 3-м часу пополудни в покоях Высокопреосвященнейшого Алексия, архиепископа Тверского (в зале женской гимназии), в присутствии всех иерархов и других почтенных духовных и светских особ состоялся прием депутаций, а затем чтение приветственных адресов и телеграмм, полученных к торжеству от различных учреждений, городов и лиц.

Всех приветствий прочитано было до 50. Прием и чтение окончилось в 4 часа.

После сего высокопоставленные лица и другие приглашенные гости направились в зал городской думы, где город почтил прибывших парадным обедом…

Прекрасный городской дом был великолепно декорирован гирляндами зелени и флагами. Его окружили громадные толпы празднично одетой публики. Встречали гостей представители городского управления и комитета по торжеству во главе с городским головой Дорогутиным и председателем комитета Лядовым.

Громадный двухсветный зал городской думы, со стен которого из золоченых рам приветливо глядят портреты Государя Императора, изображенного во весь рост, и почтенных кашинских общественных деятелей, принял особо торжественный вид; на этот раз он уставлен красиво сервированными длинными столами.

За средним столом были отведены почетные места митрополиту Московскому Владимиру

ипрочим двенадцати иерархам. В трапезе приняли участие обер-прокурор Святейшего Синода С.М. Лукьянов, губернатор Н.Г. ф. Бюнтинг, гофмейстер Штюрмер, адмирал Бирилев, губернатор Джунковский и другие прибывшие на торжество высшие гражданские и военные власти, а также представители учреждений, предводители дворянств, архимандриты, игуменьи, несколько протоиереев, городские головы и небольшое число именитых кашинских граждан. Из местного духовенства, занятого служением непрерывных молебнов у раки преподобной

идругими неотложными делами, участие в праздничной трапезе принимал лишь один протоиерей собора И. Аменитский. Среди обеда губернатор ф. Бюнтинг провозгласил тост за Государя Императора, встреченный дружным «ура» присутствующих. Затем им же прочитан был текст телеграммы, посылаемой Государю Императору от имени г. Кашина и собравшихся богомольцев.

Протодиакон Розов провозгласил своим богатырским басом Царское многолетие. После сего прочитана была телеграмма, посылаемая Самодержцу Всероссийскому от собора иерархов и духовенства. Эту же телеграмму огромного значения, написанную в почтительных и трогательных выражениях, Высокопреосвященнейший митрополит, выйдя на балкон, огласил при помощи протодиакона Розова несметной толпе народа, собравшейся к городскому дому. Народ пропел «Спаси, Господи, люди Твоя»… Когда прочитана была народу телеграмма губернатора, то ответом на нее было громкое, долго несмолкающее «ура» народа. Военные же оркестры исполнили «Боже, Царя храни».

Далее за обедом прочитано было несколько приветственных телеграмм и произнесены речи: Н.Г. Бюнтинг, адмиралом Бирилевым, сенатором Ивановым, тверским городским головой Немовым и кашинским городским головой Дорогутиным.

Обед окончился к 6 час. вечера. Он прошел без особенных затяжек ввиду назначенного на вечер сего же дня отъезда Ее Высочества Великой княгини Елизаветы Федоровны, митрополита Владимира, некоторых архипастырей и других властей.

К 8 час. вечера проводить Ее Высочество на вокзал кашинской железной дороги собрались: губернаторы — тверской, московский, костромской; митрополит Владимир, архиепископ Алексий и

другие архиереи; генерал Плеве, гофмейстер Штюрмер, представители дворянства, земства и города, начальница местной женской гимназии с депутацией учениц, игуменья Вировской общины, Холмской епархии, с воспитанницами своей школы и многие другие.

От учениц кашинской гимназии через начальницу оной О.А. Смирницкую и от воспитанниц вировской школы через игуменью Сусанну Великая княгиня Елизавета Федоровна благосклонно приняла букет ландышей и приношения1. При пении воспитанницами «Многая лета» Ее Высочество вошла в вагон. Отбыв из Кашина, сопровождаемая восторженными криками народного «ура».

Августейшая паломница приобрела в городе и среди богомольцев общие симпатии и громадную популярность. Народ не мог не заметить в Ее Высочестве высокой религиозной настроенности, ясно светившейся в ее приветливом, ласковом взоре, не опустил из вида и ее усердных выстаиваний всех церковных, довольно продолжительных и утомительных служений; до слуха народного дошло известие о иных молитвенных и постнических подвигах Ее Высочества, выразившихся в Кашине в двукратном посещении раки преподобной

1 Ученицы гимназии удостоились поднести: 1) полосу на диван и 2) две скатерти небольших размеров, шитых по зеленому сукну шелками, синелью, а цветы (розы) из шелковой материи.

ночью, в употреблении самой простой, неизысканной пищи.

Народные симпатии, благорасположение к Особе Ее Высочества еще более усилились, усугубились, когда стала известной в Кашине полученная 13 июня тверским губернатором от Великой княгини Елизаветы Федоровны телеграмма следующего содержания:

«Вернувшись в Москву под свежим впечатлением чудно радостных дней, только что проведенных в Кашине, я не могу не высказать вам, как я была счастлива, что мне удалось принять участие

вторжествах прославления святой Анны Кашинской и провести эти три дня в ее родном и бывшем столь близким ее сердцу городе. Я была глубоко растрогана тем дорогим, тонким вниманием, которым я была окружена все время пребывания

вКашине, и мне было несказанно дорого, что к молитвам за усопших на заупокойных службах присоединили и молитвы за моего дорогого мужа. ЕЛИСАВЕТА».

Всвоем письме к Императору Елизавета Федоровна написала: «Это было идеальное повторение Сарова… Была та молитвенная атмосфера, что так поразила нас тогда и что всякий раз возводит человека к Богу… Паломники прибывали и прибывали, и все молились… Все были поражены идеальным порядком и тем, что можно было так легко подойти к мощам. Несчастные, заблудшие грешники, которые, увы, существовали во все времена,

пытались смутить христиан, говоря, что им придется платить за доступ к мощам… и что полиция будет перегораживать проходы. Но после того, как они увидели своими глазами и передали другим, что слухи эти оказались лживыми, люди стали приходить с еще большим рвением, радостью и благодарностью, на какую способны лишь русские крестьяне. Сколько молитв вознеслось тогда…»

Церковно-религиозная часть торжеств завершилась 13 июня открытием в Кашине Православного братства святой благоверной княгини Анны Кашинской.

Владыка Алексий предложил собранию ходатайствовать чрез г. губернатора, чтобы Ее Высочество соизволила с милостивою благосклонностью принять Братство св. княгини Анны под свое покровительство, дабы тем сильнее и крепче запечатлеть в Кашине память о чудном молитвенном единении, которое испытывали граждане, видя в дни торжеств за всеми богослужениями среди богомольцев Ее Высочество.

Предложение это с восторгом и единодушно было принято всем собранием.

В пользу братства начали передавать пожертвования, кои по распоряжению Высокопреосвященнейшого председателя принимал священник И. Завьялов. Во время собрания пожертвований поступило до 600 руб. Почетными членами братства были избраны: Высокопреосвященнейшие

митрополиты — московский Владимир, петербургский Антоний и киевский Флавиан; все иерархи, кои были в Кашине на торжестве; г. обер-про- курор Св. Синода С.М. Лукьянов, его товарищ г. Рогович, гофмейстер Штюрмер, ф. Бюнтинг, графиня Игнатьева, тайный советник Столпаков, В.М. Скворцов, А.А. Кушелев, В.П. Кисловской.

Отложив организацию совета до другого раза, собрание вторую часть своего заседания посвятило речам и реформам, имевшим прямое отношение к целям и задачам братства.

С таковыми выступили: о. архимандрит Макарий Гневушев, г. Погожев (Поселянин) и д. ст. с. В.М. Скворцов. Архимандрит Макарий с присущим ему воодушевлением и ораторским талантом произнес красивую и убедительную речь в пользу братств вообще. Яркими красками изобразив тяжелое положение и даже опасное, в коем ныне находится православная Русь, отметив также, что враг нашего дорогого отечества, нашей святой веры православной — теперь внутренний, борьба с которым куда тяжелее старинной борьбы с татарами, не касавшимися нашей веры, нашего быта, семейного очага, воспитания детей, оратор отметил высокое значение православных братств и призвал всех православных людей к объединению для защиты общими силами в союзе с Церковью исконно русских верований, быта и государственности народа русского.

В конце своей речи о. Макарий высказал сожаление, что близкие к нам по крови и духу староверы (раскольники) не пожелали воспользоваться настоящим торжеством для того, чтобы уничтожить отделяющее их от господствующей Церкви недоразумение.

Бриллиантов и его единомышленники после сего оставили зал заседания.

Г.Погожев (Поселянин) прочитал поэтически

ис большим чувством составленный им к торжеству очерк: «Св. Анна как образец русской женщины».

В.М. Скворцов остановил внимание почтенного собрания на № 23 старообрядческого журнала «Церковь», выпущенном ко дню торжества с несправедливыми хулами и нареканиями против господствующей Православной Церкви. Далее в интересной речи он выяснил, что у нас со старообрядцами дело не в двуперстии и других старых обрядах, а в том, что, невинные сами по себе и не вредящие чистоте православной веры, обряды у раскольников стали знаменем вражды

ивсяческих похулений на Православную Церковь.

Собрание закончилось в 6-м часу молитвой. Некоторые газеты (которые ни в каком случае

нельзя заподозрить в особом сочувствии настоящему духовному торжеству), не имея возможности замолчать крупного церковного явления, постарались отметить «бледность» кашинских

торжеств по сравнению с саровскими и если не отсутствие народа на торжестве, то положительную бедность в этом отношении, указывая, что богомольцев было лишь тысяч 20–25.

На самом деле последних прибыло в Кашин на торжество от 70 до 100 тысяч. Правда, кашинцы ожидали гораздо более — до 200 тысяч. Теперь объявилась и причина, почему их ожидания не оправдались. Оказывается, по показаниям богомольцев, пришедших с разных мест, даже с противоположных сторон, что какие-то старатели поусердствовали еще за много дней до праздника распустить в народе слух, что в Кашине ожидается какая-то катастрофа, что в нем будут пущены в дело и бомбы, и мины, что город ввиду этого за 5 верст окружен войсками, доступ в него труден и т.п. Богомольцы, предупрежденные такими вестями, одни остались дома, другие воротились с дороги, до Кашина добрались лишь самые решительные. Здесь нелепые слухи, конечно, оказались полным вздором, преднамеренною ложью, кем-то не без цели, очевидно, придуманной.

За дни торжеств в городе никаких тяжелых, обычных для многолюдных стечений инцидентов (если не считать карманные кражи) не зарегистрировано, не замечено никаких заболеваний, не было, по счастью, ни одного смертного случая, хлеба хватило, по случаю хорошей погоды не ощущалось острой нужды в помещениях для богомольцев.

«Тверские епархиальные ведомости» писали: «Благодарение Господу Богу, дивному во святых Своих! По молитвам св. благоверной Великой княгини Анны Кашинской, торжество восстановления церковного почитания ее в г. Кашине совершилось в высшей степени светло и радостно: в присутствии Великой княгини Елизаветы Федоровны и многих высокопоставленных лиц, при теплой, ясной и тихой погоде, при высокорадостном и глубокоумиленном настроении многотысячной толпы граждан гор. Кашина и пришлых богомольцев — и все это в полном порядке, с точным исполнением церемониала. Радуйся и веселись, отселе славный град Кашин! Да будет сие торжество неисчерпаемым источником радости для всех грядущих поколений и залогом милостей Божиих православным христианам! Святая благоверная Великая княгиня, преподобная мати Анно, моли Бога о нас!»

Уфа. Покровительство Уфимской миссии

Образ святителя и чудотворца Николая, называемый Березовским, явил себя во время царствования Иоанна Васильевича Грозного. Напротив того места, где теперь село Николо-Березовка. На месте явления иконы, где стало совершаться множество чудес и исцелений, был основан КамскоБерезовский Богородицкий черемисский монастырь.