Блаженны милостивые. Благотворительная деятельность Великой княгини Елизаветы Федоровны

вступить на жизненный путь. Вознести вкупе с ней, Августейшей молитвенницей, свои молитвы за горячо любимых Царя и Царицу и Августейшую Семью Их Величеств.

Время уже 5 часов 10 минут. Августейшая паломница подъезжает к заводу Быму.

Вот и спуск с горы. Взору ее предстала величавая Белая гора со строящимся на ее вершине грандиозным собором, отчетливо вырисовывающимся на фоне голубого неба. Серебристый купол собора с золотым крестом, словно маяк среди бурного житейского моря, сверкает яркой звездой, приковывая к себе внимание всех, несмотря на сравнительно большое расстояние в 9 верст.

Проехали и Быковский завод. Осталось до Белой горы 8 верст.

Стоит чудная погода. Когда отъехали от завода версты две, вновь показалась вдали Белая гора, стоявшая, как грозный великан, среди окружающих ее мелких гор. По мере приближения к ней она все растет и растет, пока, наконец, своею громадностью и массивностью совершенно не заслонит окрестные горы и холмы и одна остается в глазах путников.

Все ближе и ближе подъезжает Высокая путешественница к своей цели поездки, а Белая гора представляется все более величественной. Благодаря живописным видам на окружающие горы и долины с разбросанными по ним хуторами поездка

из Быма представляла удовольствие и проходила незаметно.

Вот кончился и последний спуск, начался пологий подъем. Чудная природа представилась взору путников. По обе стороны дороги — могучая растительность леса и высокая сочная трава; здесь точно стал другой мир и возникла новая обстановка. Высокие ели и пихты чередуются между собою, изредка допуская в свое царство липу, клен, березу, илем1, унизанный оригинальным цветом, напоминающим молодые зеленые шишки хмеля. Есть и черемуха, и цветущий красный пион, или, по местному, «Марьин корень», благодаря которому нет на Белой горе ни одной змеи.

Начались крутые подъемы. По сторонам виднеются скамейки, устроенные для отдыха паломников.

На Белой горе рано, с утренней зарей проснулись все от мала до велика. «Не до сна сегодня», — говорят насельники обители. На душе у всех было точно в пасхальное утро, радовалось и ликовало сердце у всех. Все готовились к светлому празднику, который несет насельникам радость, о которой никто не смел ни думать, ни мечтать. Готовились, как к Светлому Христову дню.

В 5 часов 45 минут послышался звон с монастырской колокольни, гулко разносясь по воздуш-

1 Ильм — лиственное дерево с прочной древесиной, род вяза.

ному пространству, возвещая радость грядущего события.

Насельники Белой горы и все прибывшие богомольцы, осеняя себя истовым крестом, спешат в Иверский храм. Все молились Божией Матери о благополучном путешествии Царственной паломницы. Хотя эти люди еще не видели и не знали ее, но и не видевши, своим чутким сердцем чувствовали, что она близка им, ибо слышали про ее доброту ко всем, ласковость, любвеобильность.

Из храма двинулся крестный ход на площадь перед храмом, во главе настоятеля монастыря архимандрита Варлаама, в котором принимали участие все священнослужители как монастыря, так и скита, при монастырском хоре. Братия монастыря были расставлены шпалерами вплоть до храма, а за ними стояли толпы богомольцев.

Крестный ход остановился, впереди стоял в полном облачении, со святым крестом архимандрит Варлаам. Народное напряжение росло: оставалось несколько минут до приезда желанной Благоверной Великой княгини, навстречу которой народ принес самое дорогое и ценное, что нашел в себе — всю свою чистую любовь, которой горели сердца их, раскрывая перед нею свою простую бесхитростную душу… Между тем Высокая путешественница подъехала к украшенной флагами и зеленью арке, на которой надпись: «Добро пожаловать», а затем и кончается подъем…

Вот и монастырский колодезь у самой дороги

снебольшой часовенкой. За ним еще несколько сажень подъема, и кортеж уже среди построек.

Вот и грандиозный строящийся собор, возле которого высится пятисаженный металлический золоченый крест, известный в народе под названием «царского» и служащий символом закладки первоначального монастыря, а за ним оригинальный полукаменный Иверский храм наподобие корабля, несущегося в воздухе.

Свершины горы представилась величественная панорама. В первый же момент у нового посетителя появляется чувство восхищения, и он поражается чудной красотой уральской горной природы. Глазу представляется необозримый вид

сэтой высоты, поднятой на 1000 слишком футов выше всех других гор, на пространстве 70–120 верст в окружности. Темя самой горы занимает площадку с юга на север на 100 и с востока на запад на 60 сажень. С трех сторон — юга, востока и севера — гора круто сползает вниз, образуя на глубине 800–900 футов громадное плато перспективы, состоящее из разных гор, холмов и долин, замыкающихся вдали туманною синевою горизонта. Глубоко внизу под ногами разбросаны хутора, желтеют поля; между холмами на северовостоке синеет пруд и белеют церкви Бымовского завода, а вот направо, на расстоянии 12 верст, виднеется со своим храмом и прудом завод Юго-Кна- уфский; еще далее видны церкви сел Степанова,

Мазунина, а расстояние около 32 верст, а там вон ближе к горизонту белеет церковь около серых утесов, — это берег реки Сылвы и церковь пригородного села гор. Кунгура, на расстоянии уже 55 верст; вот на севере обрисовывается «Липовая гора» у гор. Перми, на расстоянии уже 90 верст. И весь этот грандиозный ландшафт залит солнцем, дающим чудную неподражаемую игру света и теней на дальних и ближних холмах и долинах. Невольно чувствует себя маленьким созданием путник перед необъятным Божиим миром и ничтожным перед величием Творца, создавшего его. Этот вид не может не поразить и не привести в духовный восторг всякого. Много есть чудных панорам в Крыму и на Кавказе, в Италии, на Афоне и в Палестине. Им придает особый ореол величия и красоты окружающее их море; о них много говорит история и поэзия; они поэтому стоят на высоте величия и красоты. Ничего этого у Белой горы нет. Она была забыта всеми еще не так давно. Она, как седой великан, стоит без этих атрибутов и преимуществ. Но и без этого она отныне сияет в полном блеске своего великолепия. Но только житель Севера России, Сибири и всего Приуралья найдет здесь дивную красоту природы, а вместе с сим и душевное утешение от всего виденного и слышанного…

Вот коляска с Августейшей путешественницей уже у всех на глазах. Все пришли в движение… Время 6 часов 30 минут вечера.

Высоко воздвигая Животворящий Крест, архимандрит Варлаам осеняет приближающуюся Великую княгиню, молитвенно призывая на нее и сопутствующих ей лиц через Крест Христов, Божие благословение. Наконец, Ее Высочество подъехала к площади Иверского храма, где была встречена всей братией монастыря во главе с архимандритом Варлаамом. Все священнослужители были в красных бархатных ризах, братия стояли рядами, вперед выступали хоругви, запрестольный крест и иконы. Звон прекратился…

Благоверная княгиня в серой одежде, как будто прибывшая из другого мира, вышла из коляски. Ее глубокий, молитвенно-сосредоточенный взор с благоговением остановился на Животворящем Кресте, которым осенял ее настоятель обители. ее добрый и милостивый взор ободрил всю народную громаду, как будто на время находящуюся в немом восторге и восхищении, а у многих из очей закапали слезы радостного умиления. Все чувствовали, что окинул их своим ясным взором человек с горячо любящим сердцем и открытой душой. Каждому хотелось взглянуть на нее и быть вблизи нее. Своим ласковым приветливым взором Она отвечала народу на его восторженные детские приветствия. Она была дорога и любезна боголюбивому народу в своем простом сером одеянии. На главе ее было серое головное покрывало как знак отречения от мира с его суетой, как символ смирения и послушания; на груди ее висел

кипарисовый крест как знак добровольного обета следовать за Христом и служить ближним во Имя Его. На левой руке вместо золота были иноческие четки как напоминание о непрестанной молитве, — вот и весь ее простой, но самый дорогой народной душе наряд.

Кто мог себе представить из не видевших ее, что она, Великая княгиня российская, родная сестра Ее Величества Государыни Императрицы, в таком скромном и несложном одеянии? Светлый луч заронила она в сердца насельников обители и народа, пришедшего сюда. Этот луч не померкнет, и память о Царственной молитвеннице не изгладится у настоящих и грядущих родов и поколений.

Благоговейно облобызав св. крест, Ее Высочество приняла окропление св. водою от архимандрита Варлаама, который имел счастье поднести хлеб-соль и прибытие ее приветствовал следующею речью:

«Ваше Императорское Высочество, Благоверная княгиня!

Святитель Христов Николай своим молитвенным предстательством неусыпно покровительствует обители сей, посвященной его имени. Твое, Благоверная княгиня, прибытие к нам, мы понимаем как проявление особенного о нас промышления, устрояющого сие в утешение нам, по молитвенному предстательству святителя Николая. Веселится и радуется ныне все братство наше

вкупе с собравшимся боголюбивым народом, встречая Тебя под кровом юной обители святителя Николая Мирликийского чудотворца, созданной в благодарение Господу Богу за чудесное спасение Его Императорского Величества Государя Императора Николая Александровича в бытность Его Наследником Всероссийского Престола, во время путешествия по Японии, когда Милосердый Господь спас Его в г. Отсу от дерзновенной руки фанатика-японца, поднятой на Его священную Особу.

Да сохранит Господь Бог на многие годы драгоценную жизнь Твою, Благоверная княгиня, на пользу и славу Церкви и Отечества! Благословение Господа Бога и покров Царицы Небесной да почиет на Тебе до века и сохранит Тебя на всех путях жизни Твоей.

Прими, Благоверная княгиня, от смиренных богомольцев хлеб-соль».

Внимательно выслушала Благоверная княгиня приветствие и, приняв хлеб-соль, поклоном благодарила. Затем, в предшествии крестного хода, при пении тропаря Иверской Божией Матери и колокольном звоне Великая княгиня, окруженная своей многочисленной свитой и многочисленным народом, проследовала по дорожке из красного сукна в Иверский храм. Преосвященный Палладий и пермский губернатор И.Ф. Кошко, игумен Серафим, прибывшие с Ее Высочеством, также следовали за крестным ходом в храм. В храме Ее

Высочество встала на правой стороне перед заклиросной иконой на пол, устланный красным сукном. Была провозглашена ектения с царским многолетием. По окончании многолетия певчие запели величание Божией Матери и святителю Николаю. Ее Высочество с благоговением приложилась к чтимой иконе Иверской Божией Матери, к иконе печерских чудотворцев с частицами св. мощей преподобных Кукши и Пимена и к раке с частицами св. мощей угодников Божиих.

В трепетном безмолвии стояла братия обители, толпа богомольцев при виде Царственной молитвенницы, горячо молящейся и источающей, как драгоценные жемчужины, слезы умиления.

«Слава Богу! Господь утешил нас великим утешением», — слышалось всюду.

Затем осмотрев храм Ее Высочество в сопровождении Преосвященнаго Палладия, архимандрита Варлаама и игумена Серафима проследовала в приготовленные для нее покои в верхнем этаже большого каменного корпуса.

Не прошло и получаса, как послышался звон к всенощному бдению. Ее Высочество со своею постоянною спутницей и помощницей по управлению обителью В.С. Гордеевой прибыла в храм, заняв место среди молящихся, на правой стороне перед заклиросной иконой… Началось служение всенощного бдения. Служба совершалась Иверской Божией Матери, во имя которой создан и самый

храм… У всех песнословцев были как бы одно сердце и одна душа, рвавшаяся к Богу Живому.

На литию вышел Преосвященнейший Палладий с сонмом монашествующих священнослужителей. Окна храма были открыты. Народ не вместился в храм, а стоял на террасе храма, с которой представлялась чудная картина.

Вершина горы, освященная лучами догорающего солнца, с грандиозным собором, с сияющими массивными золотыми крестами, а далеко-да- леко внизу, насколько хватает глаз, необъятная ширь горизонта. Дым от кадил, исходящий из окон, свет горящих в храме свечей и лампад, разносящиеся под сводами храма и доносящиеся далеко по храму звуки церковных песнопений и множество молящихся, из грудей которых вырывались вместе с молитвой восторг и умиление, — все это создавало высокое религиозное настроение и трогало до слез…

Закончилась вторая кафизма, малая ектения, возглас и торжественно из Царских врат выходят: Преосвященнейший Палладий, архимандрит Варлаам, игумен Ювеналий, игумен Серафим, ключарь собора прот. Андрей Сергиев, иеромонахи: Антоний, Вячеслав, Игнатий, Сергий, Герман, Иосиф в красных бархатных облачениях. Владыка подносит зажженную свечу Ее Высочеству, а вслед за сим и все богомольцы зажгли имевшиеся у них свечи. Море огня залило храм. Певчие запели чудным напевом: «Хвалите имя Господне». Затем