Блаженны милостивые. Благотворительная деятельность Великой княгини Елизаветы Федоровны

(Гневушев) твердым голосом, с присущим ему искусством и искренним воодушевлением говорил народу изустную проповедь, имевшую, как это было видно по настроению слушателей и их лицам, выдающийся успех. Для того же народа после песни канона священник Н. Архангельский выразительно произнес составленное им поучение с паперти балкона Воскресенского собора.

В Успенском соборе с житием благоверной княгини Анны ознакомил богомольцев с церковной кафедры священник Н. Ушаков.

Прекрасное впечатление на слушателей произвело в Воскресенском соборе слово, произнесенное в присутствии Ее Высочества с душою, с убеждением протоиереем И. Хильтовым.

Во время сего слова из главного алтаря вышли пять архимандритов, два протоиерея и два священника и направились в теплую часть собора к временной раке со святыми останками благоверной княгини Анны для приготовления оной к перенесению на уготованное ей место на катафалке среди холодного собора.

Кончена проповедь; гробница приготовлена: сняты с нее покровы, прикреплены к ней полотенца. Отверзаются царские двери. Сияя золотом облачений, архипастыри, во главе с митрополитом Владимиром, архимандриты, протоиереи и, наконец, священники и диаконы при воцарившейся в храме тишине молча, длинною лентою проходят в первую часть собора к той же гробнице.

Митрополит совершил каждение вокруг временной раки; затем с коленопреклонением прочитал молитву благоверной княгине Анне.

Временную раку окружают высшее духовенство, Ее Высочество Великая княгиня Елизавета Федоровна, обер-прокурор Св. Синода Лукьянов, губернатор ф. Бюнтинг и др. власти, родичи преподобной (князья Касаткин-Ростовский и Куракин, Штюрмер), и вот из нее появляется богато устроенная сребропозлащенная гробница; ее подхватывают на рамена особо назначенные архимандриты и священники; Ее Высочество идет в головах, держа конец прикрепленного к гробнице полотенца. При пении «преподобная мати Анно, моли Бога о нас», неоднократно повторенном, направляются в холодную часть собора. Медлен- но-медленно идут; наконец, поставляют на катафалке…

Площадь живет. Около собора многие, пользуясь теплой и тихой погодой, расположились на ночлег и заснули; неспавшие, собравшись в кучки, разговаривали; иные, сгруппировавшись, пели общеизвестные молитвы и тропари. Ночью на 12 июня (так же как и на 11 июня) Августейшая паломница Великая княгиня Елизавета Федоровна в одеянии монахини, сопровождаемая лишь своей горничной, проследовав по улицам пешком более версты, явилась помолиться у раки запросто, вместе с так называемым серым людом. Усердие и благоговение к праведникам не знает

препятствий ни в рабочем времени, ни в недостатке средств, ни в отсутствии для них удобств во время многолюдных стечений богомольцев. С некоторыми из этих терпеливцев Ее Высочество, оставаясь незамеченной, изволила разговаривать. О ее присутствии могли догадываться лишь немногие лица, стоящие в числе соборной администрации.

12 июня, «утру глубоку», еще с 4 часов кашинские колокола начали призывать богомольцев в храмы. На улицах города полное оживление. Во всех храмах для народа с возможной торжественностью и при участии приезжего духовенства отправлены ранние литургии, а после оных молебны святой благоверной княгине-инокине Анне. Многие из богомольцев за этими литургиями приобщались Святых Таин.

В7 час. утра перезвон со всех кашинских церквей возвестил о приготовлениях к общеградскому крестному ходу.

Со всех сторон раскинувшегося по холмам и точно лентой опоясанного рекою города потянулись к Вознесенской церкви, стоящей среди обширной площади и только через реку от соборов, кресты, иконы и хоругви от монастырей и приходских церквей города.

Вэто время архиерейским служением шли две литургии. В Воскресенском соборе в пределе «Всех святых», где рака с останками благоверной так долго стояла неприкосновенною, литургию

совершал архиепископ Тверской Алексий с епископами — Евгением Муромским и Алипием Старицким и большим числом архимандритов, протоиереев и священников, прибывшими на торжество. Со всеми особенностями архиерейского служения литургию прекрасно исполнил, под управлением священника Романовского, общенародный хор. Проповедь произнес священник С. Соколов. За литургией было много причастников. Собор был переполнен богомольцами.

В Вознесенском храме, откуда должен был тронуться крестный ход к собору, литургию служил епископ Орловский Александр; ему сослужили приезжие священники и настоятель храма. Пели монахини Александровской общины, Калязинского уезда. Во время литургии были произнесены две проповеди — одна местным священником А. Малиновским, а другая протоиереем г. Орла Ливанским.

На соборную площадь еще с раннего утра начал стекаться народ. Громадные толпы народа запрудили не только площадь, но и примыкающую к ней Думскую улицу. На пространстве, ими занимаемом, безбрежное море голов, волнующееся, переливающееся, сверкающее разными цветами и красками. Толпы стоят в ожидании величавой процессии.

Вот открылось блестящее зрелище. От Вознесенской церкви двинулся грандиознейший крестный ход. Впереди идут священники — Д. Молчанов

и Воскресенский (ключарь Орловского собора) — распорядители крестного хода. За ними по сторонам священники — С. Сретенский и В. Александровский со своими диаконами. Окропляют народ и путь крестного хода святой водой. Далее вытянулись бесконечной лентой целый лес хоругвей и крестов и целое ополчение икон. Здесь святыни двадцати кашинских приходских церквей, Успенского собора и трех монастырей. Их сопровождают псаломщики в стихарях, в блестящих облачениях диаконы и священники, разместившиеся парами. Среди духовенства много прибывших на торжество с разных сторон священников. Всего духовенства свыше 100 человек. При великолепной погоде, ярко блиставшем солнце, под дружный и мощный звон колоколов, медленно, с пением церковных песнопений движется эта чудная, необычайная для Кашина священная процессия.

Процессию завершает почтенный старец иконописного вида, окруженный своей свитой и многотысячными толпами народа.

Зрелище производило неизгладимое впечатление. Подъем религиозного воодушевления самый высокий. Гигантская толпа настроена торжественно и соблюдает прекрасный порядок, не требуя большого вмешательства со стороны всюду расставленных солдат и стражников.

Из Воскресенского собора для встречи священной процессии вышли: митрополит Владимир, архиепископы — Тихон Ярославский, Назарий

Нижегородский, епископы — Гавриил Омский, Гермоген Саратовский, Никон Вологодский, Серафим Кишеневский и до 30 архимандритов, протоиереев и священников, назначенных к сослужению с помянутыми архипастырями поздней литургии в Воскресенском соборе.

После обычной литии иерархи и духовенство проследовали в собор, где началось служение Божественной литургии.

Хоругви и все прочие святыни крестного хода разместились непрерывной круговой линией около соборов на улице в ожидании обнесения гробницы со святыми останками по месту их расположения.

Во всем великолепии православного обряда шла торжественная литургия. С чувством, с душою пели кафедральные тверские певчие. Не забудешь чудно исполненной, тихой и умиляющей «Херувимской» Глинки; «Верую» Гречанинова с удивительною выразительностью, на фоне тихих отголосков хора, исполнил мальчик-альт. Прекрасно было пение и кашинских певчих, занимавших левый клирос. Московский протодиакон Розов своим чудным голосом и благолепным, исполненным религиозного воодушевления служением восхитил всю церковь. Высокопреосвященный митрополит Владимир сказал слово глубокосодержательное, церковножизненное и трогательное. Все умилены речью святителя Московского и его благоговейным служением.

В соборе присутствовали: Ее Высочество Великая княгиня Елизавета Федоровна, гофмейстерина Олсуфьева, обер-прокурор Святейшего Синода С.М. Лукьянов, член Государственного Совета Б.В. Штюрмер, тверской губернатор Н.Г. ф. Бюнтинг, командующий войсками Московского округа Плеве, губернаторы — московский, ярославский, костромской, Т.С. Столпаков, князь Ка- саткин-Ростовский, графиня Игнатьева, тверской губернатор предводитель дворянства Кушелев, д.с.с. В.М. Скворцов, д.с.с. И.А. Иванов, игуменья Московского Вознесенского монастыря, игуменья Вировского монастыря Холмской епархии, тринадцать игумений Тверской епархии, командиры Астраханского и Фанагорийского полков, представители от разных городов и учреждений, местные власти, представители Кашинского городского и земского управлений, местное дворянство и именитое купечество и немалое число простых богомольцев.

Во время литургии священник Н. Рождественский освятил на мощах иконы, предназначенные в разные города и селения. Среди помянутых икон была древняя икона благоверной княгини Анны, привезенная Великой княгиней Елизаветой Федоровной. Икона эта чеканная, сооружена в Царской Оружейной палате лучшими царскими мастерами в царствование Царя Феодора Алексеевича, в 1676 году, когда было уже предрешено приостановить почитание благоверной Анны Кашинской

как святой. Теперь она находится в храме-усы- пальнице в бозе почившего В.К. Сергия Александровича, к коему поступила по кончине Государыни Императрицы Марии Александровны.

Окончились литургии в соборах.

В Воскресенский собор собрались все архипастыри. Наступает торжественный момент обнесения гробницы со святыми останками воспрославляемой древней праведницы вокруг соборов.

Положено начало молебну. При пении «Бог Господь» и тропаря прп. Анне архимандриты и священники снимают блещущую золотом гробницу с катафалка и, подняв на свои рамена, выносят наружу. За гробницей шествуют архипастыри и власти. Около паперти собора, вытянувшись в две линии, как бы священной стражей, стоят более сотни протоиереев и священников в ожидании выноса гробницы.

Вот она… Вышла к народу целительница недугов и скорбей. Колокола собора и города гремят ей славу. Гробницу устанавливают на высокие носилки, покрывают роскошным бархатным, шитым золотом покровом — усердным даром жителей с. Кимры.

Высоко на носилках, видимою для всех, плывет гробница воспрославленной, точно воскресшей «многоскорбной княгини», покоясь на раменах архимандритов и священников,

поддерживаемая знатными богомольцами — С.М. Лукьяновым, Б.В. Штюрмером, Бирилевым, сопровождаемая 13 архипастырями, во главе с митрополитом Московским Владимиром, Ее Высочеством Великой княгиней Елизаветой Федоровной, губернатором ф. Бюнтинг и другими видными паломниками.

Кругом как будто не народ, а волнующееся море, готовое прорваться через все цепи и преграждения. В воздухе густой гул колоколов… громкие, воющие, стонущие голоса больных, одержимых… приятные звуки военных оркестров, играющих «Коль славен наш Господь в Сионе»… Стройное пение тропаря преподобной… Все это сливается в один аккорд, в хвалебный гимн благоверной княгине-инокине, святой Анне. Солнце ласково смотрит с высоты на ликующий народ, празднующий явление праведницы.

Картина величественная, торжественная, потрясающая, и она долго не изгладится из памяти присутствовавших на торжестве. Религиозное настроение народа достигает крайнего напряжения. Взоры всех с выражением беспредельной веры и страстных надежд устремлены к гробнице благоверной и «многоскорбной княгини».

Велика сила веры в народе! Надо было посмотреть на эти лица — сосредоточенные и умиленные, чтобы понять и оценить значение торжества. Вереницы страждущих стояли сплошною цепью, склоняясь и жаждая, чтобы над их головами

пронесли гробницу святой. Но это оказалось, к величайшему огорчению всех, не исполнимым: тяжесть гробницы и особое устройство носилок не позволили удовлетворить очень понятное желание больных.

На четырех сторонах соборов остановки; совершается лития и читается Евангелие около паперти Успенского собора, шествие встречает пением тропаря преподобной общенародный хор.

Явление праведницы народу совершилось.

В соборе гробницу опускают в сребропозлощенную раку, над коей красиво возвышается на золоченых колоннах сень.

Высокопреосвященный митрополит Владимир с умилением читает коленопреклоненно молитву преподобной. Ему внимает весь храм.

Молебен оканчивается обычными многолетиями. Духовенство, прибывшее в собор с крестным ходом, отправляется на площадь к святыням, и последние, сопровождаемые народом, возвращаются в свои церкви.

После торжественных служений в соборе опять началось непрерывное пение молебнов. Народ снова послушно встал длинной лентой и пошел на поклонение святыне.

Как во время обнесения гробницы со св. останками, так и после благодаря бдительности военных и политических чинов и особенной распорядительности полицмейстера Гоффенберга