Акционерное право России и США. Сравнительный анализ. Монография

(одобрению) сделки, что также может свидетельство- вать о пренебрежении корпоративными формальностя- ми и самой корпоративной формой в целом502.

Выплатадивидендов. Невыплатадивидендовсама по себе не является определяющим обстоятельством прирешениивопросаофактическомсуществованиикор- порации как юридического лица, однако может играть сопутствующую роль при наличии иных факторов.

Неплатежеспособность. Фактор неплатежеспо-

собности также не играет определяющей роли, однако при платежеспособности корпорации, согласно амери- канскому подходу, не имеет смысла обращать взыска- ния на имущество иных лиц, поскольку в таком случае корпорация обладает достаточным количеством соб- ственных средств.

Характер деятельности управляющих и дирек-

торов. Бездействие других управляющих и директоров может говорить об отсутствии фактической деятель- ности у данной корпорации, которая, соответственно, представляет собой лишь ширму, прикрывающую дея- тельность другого лица, и, следовательно, такое лицо и должно быть привлечено к ответственности за свои единоличные действия.

Ведение внутренней документации. Самостоя-

тельность предпринимательской корпорации и незави- симость ее действий формально подтверждает наличие устава, оформленных решений органов (resolutions), самостоятельного банковского счета, ведение налого- вой и финансовой документации.

Имущественная обособленность корпорации.

Примерами отсутствия имущественной обособленности корпорации в деле Fontana v. TLD Builders, Inc. явля-

лось смешение имущества корпорации и ее акционера

502 См.: Fiumetto at 960, 749 NE2d at 1006 (Цит. по: May M. Ibid. P. 313).

171

путем перемещения денежных средств со счета корпо- рации на счет ее акционера (в данном деле им была Т. ДиКосола). При этом данному акционеру формаль- но не выплачивались дивиденды, она также не была связана с корпорацией трудовыми отношениями, и ей никогда не начислялась заработная плата, оклад либо какая-либо иная компенсация. Таким образом происходило слияние личных средств акционера и кор- порации. В литературе отмечается, что в случаях осу- ществления корпоративных выплат с личных счетов акционеров, директоров или иных лиц такие действия должны быть надлежаще оформлены, иначе они про- изводят впечатление имущественной несамостоятель- ности корпорации503. Кроме того, корпорации следует с осторожностью осуществлять льготные выплаты кре- диторам либо контрагентам (preferential payments), по- скольку они могут быть истолкованы как совершение действий в ущерб другим кредиторам.

Осуществлениерасчетов вущерботдельным кре-

диторам. О несамостоятельности и зависимости корпо- раций свидетельствуют факты использования несколь- кими компаниями одной торговой марки (trademark) всочетаниисиспользованиемспецифическихформрас- четов, нехарактерных для независимых лиц, либо не- рыночных цен при расчетах.

Второй составляющей «двухконечного теста», ис- пользуемого судами для снятия корпоративной вуа-

ли, является «недобросовестность» (unfairness)

лица, оказывающего влияние на деятельность корпо- рации. Данный критерий является наиболее спорным и тяжело доказываемым. Например, при рассмотрении спора Judson Atkinson Candies, Inc. v. Latini-Hohberger

503 См.: May M. Ibid. P. 314.

172

Dhimantec504 суд отметил, что намеренное банкрот- ство не является «мошеннической схемой» (fraudulent scheme) и, соответственно, невыступаетвторымэлемен- том, необходимым для снятия корпоративной вуали.

В целом при полном соблюдении корпоративных формальностей суд в подавляющем большинстве слу- чаев не прибегает к «снятию вуали», а возлагает ответ- ственность на саму корпорацию505. Кроме того, в ли- тературе подчеркивается, что ни один из вышепере- численных факторов не имеет решающего значения при принятии решения о снятии вуали, все элементы оцениваются судом в совокупности506.

Анализ судебной практики507 позволяет сделать следующие выводы относительно тенденций в обла-

сти применения доктрины «снятия корпоративной вуали» в американском праве.

Во-первых, суд не руководствуется определенным правилом при принятии решения о «снятии вуали», по- скольку существующие правила слишком непоследо- вательны и противоречивы, и, соответственно, суд рас- сматривает характеристики корпорации индивидуаль- но в каждом отдельном случае.

Во-вторых, выявляется тенденция, что чем мень- ше акционеров имеет корпорация, тем более охотно суд идет на пренебрежение ее корпоративной формой, бо- лее того, корпоративная вуаль не снимается в публич- ных корпорациях.

504См.: 2007 WL 674662 (ND Ill 2007).

505См.: Kinney Shoe Corp. v. Polan. 939. F. 2d 209 (4th Cir. 1991).

506См.: May M. Ibid. P. 311.

507См.: Berkey v. Third Avenue Railway, 244 N.Y. 602, 155 N.E. 914 (1927);

Perpetual Real Estate Services, Inc. v. Michaelson Properties, Inc., 974 F.2d 545 (4th Cir. 1992); Fletcher v. Atex, Inc., 68 F.3d 1451 (2d Cir. 1995); Minton v. Cavaney, 56 Cal. 2d 576 (1961); Kinney Shoe Corp. v. Polan, 939 F.2d 209 (4th Cir. 1991); Walkovszky v. Carlton, 223 N.E.2d 6 NY (1966).

173

В-третьих, введение в заблуждение путем искаже- ния фактов (misrepresentation) является наиболее су- щественным фактором, побуждающим суд на «снятие вуали». Обычно такие случаи сопровождаются другими значимыми факторами: отсутствием достаточного раз- деления между корпорацией и ее акционерами, пере- плетением деятельности акционеров и корпорации, не- достаточной капитализацией компании, а также несо- блюдением корпоративных формальностей.

В-четвертых, снятие корпоративной вуали зна- чительно реже происходит в случаях возложения де- ликтной ответственности, чем в договорных отношени- ях, а также в случаях, когда в роли акционера высту- пает другая корпорация. Применяя доктрину «снятия корпоративной вуали», американское право демон- стрирует разный подход к возложению ответственно- сти по договорным обязательствам и из причинения вреда. Корпорация практически всегда ответственна за правонарушения (torts), совершенные ее агентами или управляющими (должностными лицами) в рамках и при выполнении своих служебных обязанностей. Этот принцип вытекает из доктрины respondeat superior508.

В-пятых, так называемые пассивные акционе- ры (акционеры, фактически не участвующие в приня- тии решений и в управлении бизнесом) практически никогда не несут ответственности за действия корпо- рации. Однако в случае выплаты дивидендов акцио- нерам корпорации, которая предшествует банкротству, акционеры (в том числе «пассивные»), получившие та- кие дивиденды, могут быть признаны ответственны- ми перед кредиторами в пределах сумм полученных дивидендов.

508 От лат. «пусть ответит старший» (доктрина права, согласно которой принципал всегда отвечает за действия своего агента). См.: Clarkson K. W., Miller R. LR., Jentz G. A., Cross F. B. West’s Business Law. Text and Cases. 2000. P. 766.

174

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Настоящая работа представляет собой комплекс- ноесравнительно-правовоеисследованиеосновныхэле- ментов акционерного права России и США. В заключе- ние приведем несколько основных выводов по резуль- татам проведенного анализа.

Анализ понятия и признаков предприниматель- ской корпорации как основной разновидности юриди- ческих лиц в США, образованных на началах акцио- нирования, позволяет сформулировать авторское опре- деление данного субъекта права и охарактеризовать предпринимательскую корпорацию как юридическое лицо, обладающее бессрочностью существования, не- зависимостью от состава ее участников, общей право- способностью, правомочное выпускать ценные бумаги (акции, облигации и др.), подлежащие свободной пере- даче; приэтомучастникикорпорацииобладаютограни- ченной ответственностью по долгам корпорации, а си- стема управления корпорации основана на принципе централизованности. Правоспособность корпорации (de jure ограниченная, de facto универсальная) включа- ет в себя, в частности, следующие правомочия: приоб- ретать имущество, совершать сделки, нести ответствен- ность, быть истцом и ответчиком в суде и т. д.

Терминологические и содержательные отличия основных акционерных юридических лиц в России и США обусловлены, прежде всего, различными социально-экономическими предпосылками и условия- ми возникновения и развития указанных юридических лиц, правовой культурой и правосознанием населения России и США, а также различием построения право- вых систем данных государств.

175

Представляется неприемлемым использова- ние в российских условиях отдельных подходов аме- риканского корпоративного права: отказ от государ- ственной регистрации некоторых юридических лиц (переход к так называемому уведомительному поряд- ку создания ряда юридических лиц, в частности ак- ционерных обществ) и отказ от концепции уставного капитала.

В праве США возможно существование так на- зываемых de facto корпораций, которые легально функционируют и предоставляют своим участникам ограниченную ответственность по обязательствам, возникшим из правоотношений, в которых они уча- ствуют. Российскому праву также знакомы организа- ции de facto (религиозные группы, народные дружи- ны и др.). Однако любое участие организации в граж- данском обороте требует ее обязательной легализации путем государственной регистрации в качестве юри- дического лица. Именно государственная регистрация в российском праве является основанием приобретения юридическим лицом гражданской правоспособности и дееспособности.

Важность государственной регистрации объясня- ется необходимостью обеспечения интересов государ- ства (контроля за деятельностью юридических лиц, ведения достоверной статистики, позволяющей осу- ществлять надлежащее правовое регулирование), кре- диторов (в определении точного статуса контрагентов)

исамого акционерного общества (в получении прав

игарантий, предоставляемых государством организа- ции со статусом юридического лица).

Также нецелесообразным представляется отказ вслед за американским правопорядком от правовых категорий уставного капитала и номинальной стоимо-

сти акций. В России данные институты традиционно

176

служат основными элементами характеристики иму- щественной основы юридического лица, а также игра- ют важную роль в защите интересов кредиторов.

Повышение эффективности реализации функции защиты интересов кредиторов возможно путем модер- низации института уставного капитала в рамках гер- манских правовых традиций, в частности путем суще- ственного увеличения законодательных требований к его величине.

Анализ классификаций предпринимательских корпораций и акционерных обществ приводит к выво- ду об их частичном совпадении. Аналогичным пред- ставляется основное разделение акционерных обществ на публичные и непубличные, а корпораций — на пу- бличные и закрытые.

При этом публичные предпринимательские кор- порации не являются в полной мере аналогом публич- ных акционерных обществ. Американское право выде- ляет понятие «публичная корпорация» на основании двух основных критериев (свободное обращение акций, котировка ценных бумаг корпорации на бирже), после реформирования отечественного корпоративного зако- нодательства те же характеристики служат для отнесе- ния акционерного общества к публичному типу.

Соответственно основанием для признания корпо- рациизакрытойислужиттотфакт, чтоееценныебумаги не торгуются столь публично (не котируются на бирже, а также не распространяются посредством иных анало- гичных институтов, в том числе путем так называемой внебиржевойторговли(over the counter)). Приэтомаме- риканское законодательство не содержит ограничений на обращение акций закрытых корпораций.

В процессе реформирования акционерного за- конодательства последних лет в качестве примера явно прослеживается влияние американского права.

177

Модель закрытых корпораций послужила примером для изменения статуса бывших закрытых акционер- ных обществ.

Новая типологизация российских обществ на пу- бличные и непубличные аналогична разграничению корпораций в США в зависимости от степени публич- ности их деятельности, а также масштабов их предпри- нимательской деятельности, в частности на финансо- вых рынках. Современная российская практика только вырабатывает четкие характеристики правового поло- жения разных типов обществ. Здесь можно воспользо- ваться разработанными американскими примерами. Например, как и в США в соответствии с отнесением об- ществакопределенномутипукнемуследуетприменять различные законодательные требования и стандарты, касающиеся, например, раскрытия информации.

Системы корпоративного управления в США и России существенно различаются. В силу разных под- ходов в распределении полномочий между основными органами корпоративного управления (собранием ак- ционеров и советом директоров (наблюдательным сове- том)) существенно различны роли данных органов и со- отношение их компетенции.

Однако в результате происходящих в настоя- щее время корпоративных реформ в праве США поло- жение и деятельность совета директоров претерпева- ет достаточно существенные изменения, которые сви- детельствуют о тенденции наделения данного органа контрольными функциями по отношению к корпора- тивным управляющим.

Анализ последних нововведений, имеющих место в корпоративном праве США, позволяет сделать вывод, что функции совета директоров в США сближаются с та- ковыми в совете директоров (наблюдательном совете)

178

российскогоакционерногообщества. Изисполнительного органа американский совет директоров постепенно при- обретает функции контрольно-исполнительного органа.

Анализ российской и американской моделей ак- ционерного соглашения позволяет прийти к выводу о разной правовой природе данного института в корпо- ративном праве России и США. Американская концеп- ция акционерного соглашения призвана восполнить недостаток правомочий акционеров в корпорации, в то время как в России общая компетенция собрания акци- онеров достаточно широка и включает гораздо больше вопросов по сравнению с большинством американских штатов.

Российская модель акционерного соглашения бо- лее схожа с американским соглашением о голосова- нии (voting agreement), поскольку собственно акцио- нерное соглашение (shareholders agreement) направле- но на расширение властных полномочий акционеров, предоставление им возможности по своему усмотрению определять правила функционирования корпорации и ее органов. Соглашения акционеров в России не мо- гут менять корпоративную структуру, порядок приня- тия корпоративных решений и иные корпоративные правила. При этом расширение предмета акционер- ных соглашений противоречит российским правовым традициям.

Нецелесообразность такого подхода обосновывает- сяследующимифактами. Во-первых, обязательственно- правовая природа данных соглашений исключает воз- можность распространения их действия на третьих лиц (на совет директоров и само акционерное общество); во-вторых, большинство вопросов, входящих в предмет американского соглашения акционеров, входят в ком- петенцию общего собрания акционеров в России.

179

Полагаем, что сформулированные в монографии выводы будут способствовать более глубокому и все- стороннему пониманию акционерного права России и США и могут быть использованы для совершенство- вания действующего российского корпоративного за- конодательства. Результаты исследования могут пред- ставлять интерес для научно-исследовательской и пре- подавательскойдеятельности, применятьсяпричтении лекций и проведении практических семинарских заня- тий по курсам «Гражданское право», «Корпоративное право», «Акционерное право», «Предпринимательское право», «Гражданское право зарубежных стран».

180