Актуальные проблемы правовой теории государства. Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденция»

Таким образом, функциональная характеристика отражает природу и сущность государства. Можно назвать природу государства организационной. Государство мы рассматриваем как особую форму организации политического общества, и даже ряд теорий происхождения государства, таких как ирригационная теория и пр., подтверждают именно то, что государство возникло как форма полити- ческой организации общества для определенной цели. Соответственно, оно имеет организационную природу.

Сущность государства — политическая, она связана с узакониванием произвола, а правовые функции государства появляются как выражение одной из сторон его политической сущности, но при этом принципиально определены его организационной природой.

Принципиальна в контексте функциональной характеристики государства постановка вопроса о его целях и задачах. Цели у государства разные, а значит, и функции его различны. Без сомнения, любое государство связано с решением определенных социально значимых задач, но, в отличие от общества, оно носит обслуживающий, служебно-инструментальный для общества характер.

Существует ряд задач, которые может решить только конкретное государство или государство определенного типа, и есть общие, универсальные для государства, задачи. В принципе, государство может решать самые разные задачи, однако все же можно выделить задачи, решаемые любым государством, — те задачи, которые мы охарактеризовали как универсальные.

Ряд исследователей выделяет следующие задачи: охрана, консолидация, принуждение, воспроизводство власти1. Мы видим, что в последнем случае добавляется такая важная задача, как суд. На основе вышеобозначенных позиций следует сформулировать и нашу точку зрения. Полагаем, в соответствии с потребностями любого государственно-организованного общества государство всегда решает следующий круг основных задач.

1.Защита. Связана в самом широком смысле с обеспечением безопасности, защитой сложившихся общественных отношений, лиц, находящихся под юрисдикцией государства, ценностей и т.д.

2.Стабильность. Любое государство обеспечивает определенный порядок и воспроизводство этого порядка. Если государство при этом использует юридическое право, можно говорить о правопорядке (в узком смысле слова) как о законосообразном порядке, т.е. режиме.

3.Ñóä. Одна из важных задач государства — разрешение противоречий (споров). Суд шире правосудия, однако суд очень быстро приобретает правовые формы, становясь правосудием. Суд по при-

1 Палазян А.С., Малахов В.П. Óêàç. ñî÷. Ñ. 217.

61

роде — не право, для суда право лишь форма, ставшая сущностью. Первоначальный суд — суд по произволу без формальных правовых критериев. Он еще не является правовым. Для того чтобы он стал правовым, нужны соответствующие формальные критерии.

4.Обеспечение социального единства. Это важная задача для государства, которую оно решает, прежде всего, на идеологическом уровне. Государство, по сути, трансформирует гражданское общество как «общество хищников» в политическое общество, объединенное рядом публичных интересов и верований.

5.Экспансия (разрастание). Для современного государства экспансия — чуть ли не основная задача. Государство, сосредоточивая все больше властных полномочий, начинает подчинять себе общество. Общество уже начинает обслуживать современное государство через налоги, социальную политику и т.д.

Природа государства организационная, и для решения поставленных задач государство проявляет свою организационную природу, т.е. организует решение этих задач, а способ связи природы государства с указанными задачами и есть функция государства. Здесь следует выделить определенные функции, присущие государству, которые можно подразделить на правовые и неправовые. Иными словами, обозначенные задачи решаются как в правовой, так и в неправовой формах. Соответственно, существуют правовые функции и неправовые.

Необходимо также подчеркнуть, что государство «умеряется» правовыми функциями в силу того, что право ограничивает государство даже в том случае, когда выступает формой решения стоящих перед ним задач.

Итак, если государство имеет организационную природу, то,

стало быть, функции — это различные способы реализации организационной природы в контексте стоящих перед государством задач.

Сущность государства связана с его природой и представляет собой категорию, характеризующую специфику государства определенного типа (так, мы говорим о классовой и общесоциальной сущности государства, о сущности Российского государства и т.д.)1. Однако для любого государства указанные выше задачи являются наиболее важными.

Следует подчеркнуть, что у государства есть также основные и производные функции; функции, непосредственно выражающие природу и сущность государства; функции, выражающие ее опосредованно (таковы, например, правовые функции, которые опосредованно — через право выражают природу и сущность государства). Можно выделять бесконечное множество функций, и это, как пра-

1 Палазян А.С., Малахов В.П. Óêàç. ñî÷. Ñ. 214.

62

вило, связано с дифференциацией задач и усложнением форм их решения.

Производные функции носят ситуативный (временный) характер (например, экологическая функция государства). Об экологиче- ской функции не могло быть и речи в то время, когда цивилизация существовала в относительной гармонии с природой, а после индустриализации эта функция оказалась востребованной, более того, осуществление других функций часто происходит под видом реализации экологической функции.

2. ¯ТОПГОЬЖ РСБГПГЬЖ ХФОЛЧЙЙ ДПТФЕБСТУГБ

Можно выделить множество правовых функций. Дело не в том, по какому критерию выделять функции (какие функции выделять, а какие нет, какие важны, какие надуманны), — это вопрос о предпочтениях, точнее, о степени дифференцированности анализа. Все эти функции взаимосвязаны, и их связь может быть понята через одну правовую системообразующую функцию — правообеспечительную. Все остальные правовые функции государства могут быть представлены как формы реализации правообеспечительной функции1.

Что значит обеспечивать правом и обеспечивать право? Обеспе- чить правом означает придать действиям государства правовые формы. Обеспеченность правом деятельности государства предполагает решение задач, стоящих перед государством через правовые механизмы. Правообеспечение реализуется через следующие формы, которые выступают в качестве системы правовых функций (и в этом смысле они производны от правообеспечительной функции).

1. Функция правовой защиты — направлена на защиту и охрану порядка и безопасности и в этом плане имеет два аспекта. Ее цель — охрана правового порядка и обеспечение безопасного функционирования общества. Эта функция предполагает создание условий для прогнозируемости типовых форм поведения участников общественных отношений. Она создает и основу для стабильности этих отношений. Ведь стабильность возможна лишь в ситуациях прогнозируемости социальной жизни. Защита и охрана здесь осуществляются не непосредственно, а через правовые механизмы.

Таким образом, участники общественных отношений защищены от произвола и проявлений непредсказуемой ситуативности, они заранее знают, что, как и каким образом будет защищено. В этом отношении данная функция тесно связана и с функцией самоограничения ввиду того, что государство защищает не те ценности, со-

1 Есть и другие позиции, предполагающие выделение нескольких системообразующих правовых функций.

63

стояния, отношения, которые ему выгодно защищать в конкретный момент (или которые выгодны в настоящее время правящему классу), а те ценности, состояния и отношения, которые оно через право публично «условилось» защищать. Это, разумеется, и есть один из способов самоограничения государства правом.

2.Правосудная функция — представляет собой практику суда как публичного разрешения спора посредством права. Суд может вершиться не только по праву, но и по иным критериям. В частности, можно говорить о суде по произволу; соответственно, правосудие и суд — не тождественные понятия.

Государство нуждается в праве для разрешения социальных конфликтов и противоречий, и именно правосудная функция предстает как важнейшая функция государства. Можно сказать, что правосудная функция представляет собой правообеспечение суда. Такое правообеспечение возникающих споров также закономерно ведет к самоограничению государства.

3.Законотворческая функция — присуща государству в отличие от функции правотворческой. Речь идет о воспроизводстве государством права в его юридической форме — форме закона. Издавая законодательные акты, государство «консервирует» в юридическом праве свою волю, придавая ей прогнозируемый и публичный характер. Не случайно сегодня в основе теории правового государства лежит идея связанности государства собственными законами. Можно сказать, законотворчество есть правообеспечение нормотворче- ства государства и один из способов самоограничения государства.

4.Регламентирующая функция — заключается в регламентировании различных действий должностных лиц и органов государства. Такое регламентирование осуществляется, главным образом, не че- рез законодательство, а через подзаконные акты, ведомственное нормотворчество, которое во многих случаях и определяет характер правоприменения.

Регламентирующая функция тесно связана с законотворческой. Однако следует подчеркнуть, что о регламентирующей функции как

îправовой следует говорить лишь тогда, когда она осуществляется в тесной взаимосвязи с законотворческой функцией и функцией самоограничения. В ином случае регламентация может стать юридическим прикрытием государственного произвола (например, когда она направлена прямо или косвенно на самих граждан). Именно для регламентирующей функции связь с самоограничением государства принципиально важна.

5.Функция самоограничения. Государство само себя должно ограничивать — это выражение «разумности» государства. Функция самоограничения постепенно превращается в ограничение внешнего (общего). В «органических» государствах традиционного общест-

64

ва, которые существовали ранее, самоограничение реально существовало, в современных же государствах самоограничение все больше превращается в видимость.

Нормы конституционного права содержат многочисленные положения, ограничивающие государство. Конституционное право представляет собой провозглашение государством согласия на самоограничение. Тем не менее, конституционное право современных государств является самоограничением, прежде всего, по своей видимости. Оно преподносится нам как самоограничение, а факти- чески является вынужденным ограничением.

Конституционное признание ограниченности власти компенсирует некоторую размытость этих границ как понятия. Даже узаконивание произвола государством предполагает не только придание произволу вида права, но и его ограничение. Когда в современном государстве нет единоличной власти, власть анонимна и коллективна (полицентрична), то становится ясно, что функция самоограни- чения, несмотря на все соображения в отношении ее иллюзорности, будет существовать как вполне реальная.

Различные политические интриги, процессы, борьба политиче- ских групп за влияние связаны с самоограничением (однако в несколько другом, политическом смысле). Государство, ограничивая отдельные полномочия, функции, определяя границы компетенций государственных органов и должностных лиц, ограничивает себя в целом.

Самоограничение — важный механизм правообеспечения. При этом речь идет не о самоограничении вообще, а именно о самоограничении как о правовой функции государства, как способе обеспечения права, т.е. как о форме правообеспечения.

Самоограничение как политический процесс — иллюзия. Только право устанавливает формализованные границы и, следовательно, ограничивает. Исходящее от государства формализованное право ограничивает и само государство. Оно не может этого не делать, каково бы оно ни было по содержанию. Если государство использует право, оно не может не ограничивать себя правовыми средствами. Здесь присутствует явная внутрисистемная связь с законотворческой, регламентирующей и правоохранной функциями государства.

Каким образом реализуется самоограничение именно как правовая функция государства, и как оно соответствует политической сущности государства, — это другой вопрос. Здесь возникают иллюзорные формы, становится востребованной государством правовая идеология. Она начинает работать, демонстрируя видимость самоограничения.

Действительно, суд превращается в правосудие через самоограничение, а правосудие предполагает не только обеспечение спокойствия, но и является формой обеспечения права. В этом смысле

65

функция самоограничения — одна из важнейших правовых функций государства.

Итак, следует сделать вывод о том, что правообеспечение как системообразующую правовую функцию можно понять лишь через все указанные функции. Правообеспечение касается решения всех задач, стоящих перед государством.

Полагаем, что можно определять одну функцию через другую. Это будет представлять собой богатое содержательное развертывание системы правовых функций. Вместе с тем это достаточно сложный теоретический анализ, который может стать предметом науч- ного исследования. Следует подчеркнуть, что все указанные правовые функции государства, являясь формами правообеспечения, тесно связаны между собой, и их можно рассматривать в этой взаимосвязи. Так, самоограничение возможно через правосудие, законотворчество и регламентацию. Правоохрана возможна через законотворчество, правосудие, регламентацию, самоограничение и т.д.

3. ¯ТОПГОЬЖ ОЖРСБГПГЬЖ ХФОЛЧЙЙ ДПТФЕБСТУГБ

Неправовые функции мы называем таковыми не в силу того, что они противоречат праву. Напротив, они могут реализовываться и в правовой форме, но она для них не свойственна и не эффективна. Их реализация идет по другому принципу, не через связь с правом, а через непосредственную связь с конечным результатом. Можно ли говорить о системе неправовых функций и, соответственно, о системообразующей неправовой функции? Полагаем, что можно.

Государство имеет политическую сущность. Политика представляет своего рода искусство «сбрасывания» правовых форм. Соответственно, когда мы говорим о неправовых функциях, то системообразующей является политическая функция.

Итак, системообразующей функцией в отношении неправовых функций выступает политическая функция, соответствующая политической сущности государства. Следует определить разные виды политики как деятельности по достижению конкретных результатов («политика — искусство возможного»). В этом плане можно говорить об экологической политике, идеологической политике и т.д.

Какие задачи, в принципе, решает политическая функция? Консолидирование, охрану и все выделяемые нами задачи, но неправовыми средствами. Война представляет собой один из примеров использования подобных экстремальных неправовых средств при решении стоящих перед государством задач (попытки ввести войну в правовое поле через международное гуманитарное право вызывают определенные противоречия в правовой системе, поэтому можно говорить о том, что правовые средства негодны или дис-

66

функциональны). Например, международное право — это попытка придать международной политике некие правовые формы, далеко не всегда соответствующие направлению и содержанию этой политики, поэтому оно и недостаточно стабильно.

Неправовые функции государства вовсе не представляют собой некую деятельность, вообще не связанную с правовыми формами, просто роль правовой формы здесь совсем другая. Правовая форма в данном случае носит вспомогательный, внешний характер, ничего не говорящий о самой специфике этой деятельности.

Самое важное в определении неправовых функций государства — то, что они не связаны с правообеспечением (не являются его формами). Они могут быть связаны с правом инструментально, т.е. могут быть связаны с правоиспользованием и являться формой реализации политической функции государства.

Все в общественной жизни может приобретать правовые формы — это следует рассматривать как феномен юридизации. Данное положение справедливо и в отношении неправовых функций государства. Однако правовые формы не существенны для неправовых функций государства.

Выделим основные неправовые функции государства, которые представляют собой формы реализации системообразующей политической функции.

1.Организационная функция. Государство может выступать как структура, организующая общество для решения самого широкого спектра задач, причем эти задачи должны быть общезначимыми и насущными, а также сложнорешаемыми. В этом смысле государство мобилизует все силы общества для решения задач, перечень которых зависит от проблем и вызовов, существующих в рамках конкретного общества.

2.Идеологическая функция. М. Рейснер рассматривал государство как идеологический феномен. Действительно, цементирующей основой государственности выступает идеология. Развитию идеологии государство уделяет особое внимание. Несмотря на то, что в современных государствах развитие получила именно правовая идеология, в своей сущности идеология — феномен социальнополитический (хотя по содержанию можно говорить о правовой, религиозной, эстетической и других идеологических системах). Эффективность идеологической функции государства — своего рода катализатор для осуществления всех иных его функций.

3.Экономическая функция — заключается в регулировании государством экономической жизни общества. От данного регулирования и его типа зависит многое. Это особенно понятно в контексте дискуссий

îвзаимных преимуществах и недостатках «рыночной» и «плановой» систем управления экономической сферой жизни общества.

67

4.Экологическая функция — актуализировалась в последнее время, красноречиво иллюстрируя то, что перечень неправовых функций государства открыт. Перед современными государствами возникла проблема возможности разрушения или серьезного изменения самой среды обитания. Соответственно, современные государства предпринимают меры для того, чтобы не допустить этого изменения. Несмотря на то, что современные государства имеют развитое экологическое законодательство, экологическая функция не выступает формой правообеспечения и, соответственно, не может считаться правовой.

5.Налоговая функция — это неправовая функция, просто современное государство всему пытается придать правовую форму. Налоговая функция также не является формой правообеспечения и поэтому не может считаться правовой.

Попытка придать неправовым функциям правовую форму представляет юридизацию неправовых функций. Если мы юридизируем правовые функции, то мы их совершенствуем, а если юридизируем неправовые функции, то придаем не свойственные им, чуждые формы.

Правовое оформление правовых функций следует отличать от юридизации функций неправовых. Юридизация не меняет существа дела и подчинена политической (инструментальной) задаче. Юридизация неправовых функций в лучшем случае ничего не дает.

Поскольку задача правообеспечения не поставлена, то элемент самоограничения отсутствует, и все вырождается в формализм, детальную регламентацию. Это, тем не менее, далеко не безобидный процесс. Он в итоге рождает неэффективность — дисфункциональность в осуществлении неправовых функций государства.

Действительно, дисфункциональность государства зачастую заключается в том, что вместо осуществления правовых функций наряду с неправовыми государство юридизирует свои неправовые функции и начинает придавать им правовые формы, которые выступают как прикрытие, своего рода параллельная иллюзорная реальность. Государство начинает юридизировать то, что в юридизации ранее не нуждалось, и поэтому оно начинает мешать обществу, «загоняя» естественные процессы в некие искусственные и зачастую надуманные юридические формы, явно мешающие развитию содержания и не адекватные ему.

Для неправовых функций принципиальное значение имеет руководитель государственного органа — должностное лицо как лич- ность, его реальные способности, качества и возможности. Для правовых функций это не имеет значения. Когда указанное условие для неправовых функций не выполняется (нет таких людей), то государство их юридизирует, что и рождает бюрократизм как негативное явление. Пример: недоверие к должностным лицам, повы-

68

шенная юридическая регламентация их деятельности, значительный «бумажный» элемент работы чиновника, наличие громоздкой разветвленной и разноуровневой системы контроля.

Юридизация — практика снятия ответственности, а не форма правообеспечения. Система снятия ответственности состоит в юридизации неправовых функций государства. Снятие ответственности деформирует власть государства, разделяя саму власть и ответственность, что рождает дисфункции. Правовые функции всегда связаны с концентрацией ответственности (прямо пропорционально степени свободы и власти как формы свободы).

Итак, можно говорить о юридизации неправовых функций государства, которая в современном государстве часто является причи- ной дисфункций, и о конституировании, которое заключается в развитии правовых форм осуществления правовых функций.

4. ¥ЙТХФОЛЧЙЙ ТПГСЖНЖООПДП ДПТФЕБСТУГБ

Впервые понятие дисфункции в пространстве социальной науки было введено Р. Мертоном. В.А. Бачинин, в частности, отмечает, что «дисфункция — понятие, означающее способность системы порождать в процессе своего существования следствия и эффекты, противоположные ее прямому функциональному предназначению»1. Категория дисфункции имеет важное значение в контексте функционального анализа.

Применительно к анализу функций государства следует говорить и о понятии дисфункции, так как применительно к функциям государства функция выступает зависимостью, допускающей определенные отклонения. Дисфункции государства порождают неблагоприятные последствия для общества. Наиболее системно свидетельства и примеры дисфункциональности государства представлены в анархистской литературе.

Исходя из нашего понимания функции государства, дисфункция представляет собой искаженную связь между задачей и средствами ее достижения. Иными словами, возникает ситуация, когда перед государством поставлены задачи, а средства их достижения негодные. Дисфункция разрушает то, на что направлена (общественные отношения, ценности, само общество и государство). Она не способствует достижению названных нами задач государства. При этом дисфункциональность понижает эффективность государства, она в своих крайних формах может свидетельствовать об искажении его природы, о деформации (перерождении).

1 Бачинин В.А. Энциклопедия философии и социологии права. СПб., 2006. С. 272.

69

Итак, что же приводит к дисфункциям государства? Прежде всего, следует выделить два фактора.

Первый связан с отказом государства от правовых функций и попыткой подмены этих функций неправовыми. Наиболее красноречиво это показано в практике «политического правосудия» в переходные периоды развития государства. Здесь правосудие уступает место суду политического произвола. Данная подмена не всегда дисфункциональна. В ряде экстремальных состояний общества и государства она может рассматриваться как необходимая временная мера, однако в стабильном состоянии государство не может позволить себе такую подмену без негативных последствий. В противном случае такое государство «идет вразнос» и, в конце концов, становясь дисфункциональным, уничтожает себя и само политическое общество.

Второй фактор актуализируется именно в условиях современного государства — это юридизация неправовых функций (при рассмотрении темы 2 уже отмечалось, что тенденциями развития современного государства являются юридизация и бюрократизация).

Ранее было указано, что попытка придать неправовым функциям правовую форму существенно искажает их. При этом под видом правообеспечения государство использует право либо как «ширму» (юридизируя, по сути, политические отношения, в этом не нуждающиеся), либо как «плохой инструмент». Причем в последнем качестве право является не самым подходящим инструментом, оно мешает нормальной реализации политической функции и, соответственно, всех неправовых функций, что влечет дисфункции государства. К тому же в процессе юридизации права как такового нет, есть его видимость, некие юридические конструкции, имитирующие право.

Можно предположить возражение, связанное с тем, что современная практика правового регулирования предусматривает регулирование налогообложения, идеологической работы и, тем более, экономики и экологии и т.д. Действительно, мы можем говорить об экологическом праве, налоговом праве и т.д. Однако следует под- черкнуть, что здесь юридическое право в своей юридической государственной, а следовательно, наиболее политизированной форме, выступает дополнительным средством, эффективность которого ограничена. Так, принятие налогового кодекса еще не может счи- таться юридизацией налоговой функции государства. Юридизация наступает тогда, когда проблеме налогообложения придается правовой характер; как следствие, правовой характер деятельности государства начинает превалировать над политическим. Хотя достаточ- но очевидно, что налогообложение — проблема прежде всего политическая, это проблема обеспечения существования и функционирования самого государственного аппарата.

70