Актуальные проблемы права и правоприменительной деятельности. История и современность. Коллективная монография

хозяйства и воспитанием детей (а таких женщин было большинство), сначала судебная практика, а потом и законодательство отошли от принципа раздельности имущества супругов. НКЮ предписал толковать ст. 105 Кодекса как запрет для одного супруга посягать на имущество, составляющее определенную собственность другого; некоторые же предметы домашнего обихода, приобретенные совместным трудом во время продолжительной супружеской жизни, признавались общим достоянием. Судебная практика утверждала общность имущества, нажитого супругами совместно за время их сожительства. Законодательство 20-х годов предписывало, что при расторжении брака на территории одной из автономных областей каждый из супругов сверх личного имеет право на получение половины имущества, нажитого совместно трудом супругов при условии брачного сожительства не менее года. Пленум Верховного Суда РСФСР в 1925 году указал, что в трудовой семье на все нажитое во время брака имущество оба супруга имеют равные права70. И принятый в 1926 году Кодекс законов о браке, семье и опеке РСФСР (далее – КЗоБСО), введенный в действие 1 января 1927 года, а затем и кодексы других союзных республик устанавливают общность нажитого в браке и раздельность добрачного имущества. Согласно ст. 10 КЗоБСО имущество, принадлежавшее супругам до вступления в брак, остается раздельным их имуществом; имущество, нажитое супругами в течение брака, считается общим имуществом супругов. Размер принадлежащей каждому супругу доли в случае спора определяется судом (ст. 10). Статья 13 КЗоБСО устанавливала, что супруги могут вступать между собой во все дозволенные законом имущественно-договорные отношения. Соглашения между супругами, направленные к умалению имущественных прав жены или мужа, недействительны и необязательны как для третьих лиц, так и для супругов, которым предоставляется в любой момент от исполнения их отказаться (ст. 13). Можно сказать, что с принятием КЗоБСО в России начался новый этап в развитии правоотношений собственности супругов. При этом КЗоБСО распространил режим супружеского имущества на собствен-

70 Собрание узаконений РСФСР. 1918. № 76 – 77. Ст. 612.

71

ность лиц, фактически состоящих в брачных отношениях, хотя бы и не зарегистрированных.

Институт брачного договора в советском праве отсутствовал. Поскольку данный институт отсутствовал и на большей части территории Российской империи, то решение Советской власти об окончательном исключении данного института из права России можно назвать последовательным продолжением политики российского государства в данной сфере общественных отношений71.

КоБС, продолжая линию КЗоБСО, установил режим общей совместной собственности супругов на нажитое ими во время брака имущество и равные права супругов владеть, пользоваться и распоряжаться этим имуществом даже в том случае, если один из них был занят ведением домашнего хозяйства, уходом за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного заработка (ст. 20).

При разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, их доли признаются равными; от принципа равенства долей суд может отступить в отдельных случаях, учитывая интересы несовершеннолетних детей или заслуживающие внимания интересы одного из супругов, например, увеличить долю одного из супругов, если другой супруг уклонялся от общественно полезного труда или расходовал общее имущество

вущерб интересам семьи (ст. 21).

Кличной собственности каждого из супругов КоБС относил имущество, принадлежавшее супругам до вступления в брак, полученное ими во время брака в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши (ст. 22).

Личное имущество может быть признано общей совместной собственностью, если будет установлено, что в течение брака были произведены вложения, значительно увеличившие стоимость этого имущества: капитальный ремонт, достройка и т.п. (ст. 22).

71 Бондов С.Н. Брачный договор. М., 2009. С. 19.

72

КоБС также установил правила обращения взыскания на имущество супругов по обязательствам одного из них (ст. 23).

Таким образом, в нашей стране был закреплен императивными нормами правовой режим общей совместной собственности на нажитое супругами во время брака имущество.

Библиографический список:

1.Бондов С.Н. Брачный договор. М.: «ЭКМОС», 2009.

2.Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. М.: «Территория будущего», 2005.

3.Загоровский А.И. Курс семейного права. М.: Гарант, 2008.

4.Законы о браке и разводе: Сб. постановлений действующего законодательства, относящихся к союзу брачному и расторжению браков, с приложением свода разъяснений по кассационным решениям Правительствующего Сената / Сост. Я.А. Канторович. СПб., 1899.

5.Кавелин К. Очерк юридических отношений, возникающих из семейного союза. СПб., 1884.

6.Кандыба Ф.С. Брак, развод и имущественные отношения супругов в дореволюционной России // Актуальные проблемы юридической науки и правоприменительной практики: сб. материалов 2-й Международной научнопрактической конференции (Чебоксары, 4 дек. 2012 г.).

– Чебоксары: Изд-во Чувашского университета, 2012.

7.Малютина А.В., Палий Т.В. Брачный договор в системе зарубежного и российского права. // Государство и право: проблемы, поиски решений, предложения. Ученые записки Ульяновского гос. ун-та. Сер. Право / Под ред. А.И. Чучаева. Вып. 1. Ульяновск, 2006.

8.Мейр Д.И. Русское гражданское права. М.: Статут, 2010.

9.Неволин К.А. История российских гражданских законов. Т. 1. СПб., 1911.

10.Нечаева А.М. Основные направления развития семейного права // Семейное право России: проблемы развития. М., 2010.

73

11.Павлов А.С. Курс церковного права. Спб.: «Лань», 2002.

12.Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М., Поспект, 2008.

13.Собрание узаконений РСФСР. 1918. № 76-77.

14.Спасович В.Д. Имущественные отношения супругов в древней Руси и Польско-Литовском государстве. СПб., 1916.

15.Цатурова М.К. Русское семейное право XVI-XVIII вв.: Автореф. дис. канд. юрид. наук. М., 2002.

74

РАЗДЕЛ2 АКТУАЛЬНЫЕПРОБЛЕМЫРАЗВИТИЯ

СОВРЕМЕННОГОРОССИЙСКОГОПРАВА

2.1ОБХОДЗАКОНАСПРОТИВОПРАВНОЙЦЕЛЬЮ КАКФОРМАЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯПРАВОМ

Всвете основных концептуальных проблем гражданского законодательства пристального внимания заслуживает регламентация обхода закона с противоправной целью. С 1 марта 2013 г. он определяется законодателем в качестве одной из форм злоупотребления правом (ст. 10 Гражданский кодекс Российской Федерации – далее ГК РФ)72. Подобное нововведение нельзя назвать простым редакционным усовершенствованием норм. Процесс обсуждения Проекта сопровождался многочисленными дискуссиями по данной проблеме, которая не утихает до настоящего времени и рассматривается как внедрение новой правовой концепции в ГК РФ.

Учитывая место обхода закона в системе норм ГК РФ, его анализ нагляднее всего проводить в контексте доктрины о злоупотреблении правом.

Висторическом аспекте понятие «действовать в «обход закона» было известно римскому праву. Как свидетельствуют источники, римские юристы проводили разницу между выражениями «contra legem facere» («нарушать закон») и «facere in fraudem legis», «facere fraudem legi» («действовать в обход («обман») закона»)73.

72 Гражданский кодекс (часть 1) от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ (ред. от 2 ноября 2013 г. № 302-ФЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. № 32. Ст. 3301; 2013. № 44. Ст. 5641.

73 Муранов А.И. Проблема «обхода закона» в материальном и коллизионном праве: дис. … канд. юрид. наук. М., 1999. С. 40.

75

Согласно Ульпиану: «Обход закона присутствует, когда делается то, чего закон не желает, но и не запрещает; и как сказанное слово отличается от мысли, так обход закона отличается от того, что противозаконно»74.

Следует отметить, что «frauslegi» играло незначительную роль в правовой системе. В дальнейшем данное понятие в результате рецепции римского права было унаследовано законодательством европейских государств. В результате деятельности глоссаторов и постглоссаторов оно приобрело достаточно широкий смысл. К понятию «frauslegi» относили все случаи, в которых имелся не совсем правильный образ действий, содержались уловки и т.д. В частности, в это понятие входили и притворные сделки75.

Вконце XIX – начале XX века к понятию «обход закона» наблюдается повышенное внимание, но его смысл становится более узким и рассматривается как один из случаев правонарушения, прямого несоблюдения закона.

Вопрос возникновения категории «злоупотребление правом» является достаточно дискуссионным. По мнению известного отечественного ученого-цивилиста И.А. Покровского римское право не знало подобного института. Речь шла об отказе в защите права применительно к конкретным случаям, упоминавшимся в древних источниках76.

Взаконодательстве европейских государств был закреплен институт запрета злоупотребления правом. Принято считать, что он был признан вначале в Прусском земском уложении 1794 г., затем в Саксонском гражданском уложении 1863 г. и в Уложении Германской империи 1896 г. Именно германское право оказало влияние на его становление в Российской империи77.

Вотечественной доктрине конца XIX – начале XX вв. и судебных решениях обнаруживаются попытки обосновать необходимость ограничения принципа беспрепятственного осуществления гражданских прав, единственной целью которого являлось

74 Бартошек М. Римское право. Понятия, термины, определения. М., 1989. С. 396. 75 Муранов А.И. Указ. соч. С. 41.

76 Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права (серия «Классика российской цивилистики»). М., 2003. С. 114.

77 Яценко Т.С. Категория шиканы в гражданском праве: история и современность. М., 2003. С. 15-78.

76

причинение вреда другому лицу78. Таким образом, злоупотребление правом рассматривалось в качестве запрета причинения вреда (запрета шиканы).

В советский период статья 30 ГК РСФСР 1922 г., которая устанавливала недействительность сделок «в обход закона», порождала массу противоречивых толкований. Так, И.С. Перетерский определял подобные сделки как соответствующие по своему содержанию закону, но в результате совершения которых в совокупности с другими обстоятельствами возникало положение, находящееся в противоречии с законом. В качестве примера приводился случай дарения одним лицом другому имущества стоимостью 1500 рублей в форме двух простых письменных актов на 750 каждый с целью избегнуть налога с дарений79.

Представители другого мнения не видели никаких особенностей в исследуемых сделках и относили их к числу противозаконных80.

Существовала еще одна точка зрения – отождествление сделок в «обход закона» с мнимыми и притворными сделками. В частности, А.Г. Гойхбарг замечал, что суть исследуемых сделок состоит не в нарушении формальных запретов, а стремлении достигнуть юридических последствий, не допускаемых законом, прямым или косвенным путем81.

В.А. Рясенцев также ряд обходных сделок относил к мнимым. По его мнению сделка в обход закона, по своему содержанию не идет вразрез с законом, поскольку непосредственная цель сделки ему не противоречит. Вместе с тем, субъект, который совершает сделку, стремится к результату, являющемуся противозаконным82.

78 Шерстобитов А.Е. Злоупотребление правом (доктрина и практика) // Проблемы развития частного права: Сборник статей к юбилею Владимира Саурсеевича Ема / отв.ред. Е.А. Суханов, Н.В. Козлова. М., 2011.

79 Перетерский И.С. Сделки, договоры. Гражданский кодекс РСФСР. Научный комментарий. Выпуск V. М., 1929. С. 18.

80 Вольф В.Ю. Основы хозяйственного права. М., 1928. С. 68 / Цит. по: Муранов А.И. Проблема «обхода закона» в материальном и коллизионном праве: дис. …канд. юрид. наук. М., 1999. 81 Гойхбарг А. Хозяйственное право РСФСР. М., 1924. Т.1. С.85 / Цит. по: Муранов А.И. Проблема «обхода закона» в материальном и коллизионном праве: дис. …канд. юрид. наук. М., 1999.

82 Рясенцев В.А. Лекции на тему «Сделки по советскому гражданскому праву». Для студентов ВЮЗИ. М., 1951. С. 24.

77

О.С. Иоффе вслед за И.С. Перетерским, И.Б. Новицким противопоставлял сделки в «обход закона» противозаконным сделкам, но о соотношении их с притворными сделками умалчивал. Однако, приводимые им примеры и аргументы свидетельствуют, что сделки в «обход закона» он отождествлял с притворными83.

Существовали и другие взгляды ученых на данную проблематику. Их анализ, включая вышеназванные, позволяет сделать вывод, что понятие «сделка в «обход закона» представляла собой собирательное явление, состоящее из совокупности неправомерных действий: мнимости, притворности, злоупотребления правом. В своем диссертационном исследовании А.И. Муранов объединяющую характеристику этих действий называет «видимостью правомерности»84.

Относительно злоупотребления правом в ГК РСФСР 1922 г. было предусмотрено: «Гражданские права охраняются законом, за исключением тех случаев, когда они осуществляются в противоречии с их социально-хозяйственным назначением» (ст. 1)85. Аналогичный принцип был закреплен в Основах гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 г. (ст. 5) и ГК РСФСР 1964 г. (ст. 5), Основах гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1991г.

По мнению А.В. Волкова, упомянутая уже нами ст. 30 ГК РСФСР во взаимосвязи с нормами ст. 1 и 4 ГК РСФСР использовалась в качестве жестокого инструмента классовой борьбы. В качестве аргумента автор приводит примеры, когда в жилищной сфере изымались излишки жилой площади, используемой под склад или сдававшейся в наем. Речь шла об использовании жилого помещения не в соответствии с его «общественно-хозяйствен- ным назначением»86.

В ГК РСФСР 1964 г. сделки в обход закона не упоминались, как и сама классификация противозаконных сделок, но дискуссия по данному вопросу в доктрине гражданского права продол-

83 Иоффе О.С. Советское гражданское право. М., 1967. С. 252. 84 Муранов А.И. Указ. соч. С. 67.

85 Хрестоматия по истории отечественного государства и права. 1917-1991гг. / Под ред. О.И. Чистякова. М., 1997.

86 Волков А.В. Обход закона как наивысшая форма злоупотребления правом // Законы России, опыт, анализ, практика. 2013. № 1. С. 3.

78

жалась. В частности, О.С. Иоффе полагал, что она не утратила своего теоретического значения, а также практического смысла, поскольку противозаконны не только сделки, с очевидностью нарушающие закон, но и те, незаконность которых тщательно замаскирована, наносит вред интересам государства и общества87.

Запрет злоупотребления правом четко сформулирован лишь в нормах последнего по действию ГК РФ. При этом до 1 марта 2013 г. понятие «обход закона» в нем отсутствовало. Как указано в юридической литературе, фрагментарно оно содержалось в ст. 170 ГК РФ, но при этом квалифицировалось как притворная сделка88.

В советской правовой литературе можно отметить различное отношение к самому понятию «злоупотребление правом». Отдельные авторы полностью его отвергали, считали лишенным всякого правового смысла. Так, по мнению известного ученогоцивилиста М.М. Агаркова осуществление права не может быть противоправным: «Те действия, которые называют злоупотреблением правом, на самом деле совершены за пределами права»89.

После принятия ГК РФ понятие «злоупотребление правом» достаточно традиционно в науке гражданского права рассматривается через пределы его осуществления. Обстоятельное исследование данной проблематики, имеющее существенную научную и практическую значимость, проведено В.П. Грибановым. Он утверждает, что о злоупотреблении правом речь может идти лишь в случае, когда управомоченный субъект, действуя в границах принадлежащего ему субъективного права, использует такие способы его реализации, которые выходят за установленные законом пределы осуществления права90.

По мнению автора, пределы осуществления гражданских прав устанавливаются в гражданском законодательстве следующим образом:

– субъектными границами, которые определяются рамками дееспособности;

87 Иоффе О.С., Толстой Ю.К. Новый ГК РСФСР. Л., 1965. С. 61. 88 Волков А.В. Указ. соч. С. 3.

89 Агарков М.М. Проблема злоупотребления правом в советском гражданском праве // Известия АН СССР. Отделение экономики и права. 1946. № 6. С. 427.

90 Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. М., 2001. С. 46.

79

–временными границами, которые охватывают сроки осуществления права;

–требованием осуществлять субъективные гражданские права в соответствии с их назначением;

–регламентацией способов осуществления права, например, способов реализации имущества, таких как продажа, дарение и т.д.;

–предоставленными лицу средствами принудительного осуществления или защиты принадлежащего ему субъективного права91.

При этом, соотношение между поведением, составляющим содержание субъективного права, и поведением, составляющим содержание процесса его осуществления можно представить в виде соотношения объективного и субъективного. Содержание субъективного права предопределено законом, который предписывает управомоченному лицу определенное поведение, либо санкционирует его. Процесс реализации права зависит от воли управоченного лица92.

Заметим, что дискуссия о правовой природе злоупотребления правом связана с вопросом о его соотношении с категорией «правонарушения». Рассматривая злоупотребление правом

вкачестве вида гражданского правонарушения, В.П. Грибанов формулирует его понятие как особый тип гражданского правонарушения, совершаемого управомоченным лицом при осуществлении принадлежащего ему права, которое связано с использованием недозволенных форм в рамках дозволенного ему законом общего типа поведения93.

В качестве специального вида гражданского правонарушения определяет злоупотребление правом и А.Е. Шерстобитов. Он выделяет его характерные черты:

1) с объективной точки зрения предполагается форма осуществления права, не соответствующая цели, с которой субъективное гражданское право предоставляется участникам правоотношений;

91 Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. М., 2001. С. 48-49. 92 Там же. С. 44.

93 Там же. С. 63.

80