4.8.5. Основные черты шляхетской демократии и правосознания

В XVI веке в белорусско-литовском обществе наблюдаются значительные изменения в политической идеологии и правосознании господствующих классов и сословий. Прежде всего на смену пониманию государства как определенной территории с относительно однородным (по статусу) населением (люди полоцкие, люди минские, люди туровские) приходит его понимание как политического органа шляхетского (дворянского) сословия. Изменяется и представление о содержании и функциях Великого князя (как монарха). Так, до XVI века Великий князь – это господар (хозяин) с довольно широкими функциями, носитель высшей власти, судья, защитник всех проживающих в государстве. Начиная же с XVI века, указанное лицо представляет собой только первого в среде шляхты, является инструментом и представителем власти, выразителем ее воли, защитником субъективных прав шляхетского сословия и духовенства.

Схожую тенденцию можно увидеть и в правопонимании. В XV – начале XVI столетия та или иная норма чаще всего объяснялась как выражение воли «господора» (Великого князя) либо совместной его воли с высшим политическим органом государства – панами-радой. Кроме того, встречались и объяснения от имени населения определенной земли-княжества или населения всего государства. Последние можно рассматривать как дань традициям древнерусского правопонимания и вечевого строя, когда в качестве субъекта правотворчества рассматривалось все население определенной территориальной общности. Примером этому служат правовые нормы, выданные великокняжеской властью Полоцкой, Витебской, Смоленской землям, отдельным волостям, где в качестве обязательного условия их принятия называется воля «людей» или «мужей» полоцких, витебских, смоленских и других.

С начала XVI века такое правопонимание постепенно сменяется и вытесняется шляхетско-сословным, согласно которому закон рассматривался как выражение воли «народа-шляхты».

Подобная трактовка права была тесно связана с «теорией шляхетства», получившей широкое распространение как в правящих кругах, так и во всем шляхетском сословии. Ее сущность состояла в доказательстве правомерности привилегированного положения шляхетского сословия в обществе и государстве. При этом использовались идеи родства по крови, происхождение шляхетских родов от римской знати, врожденной благородности и высшей нравственности, богоизбранности шляхты. Поэтому считалось справедливым, что лучшие (шляхта) получают привилегии над худшими (крестьянами, горожанами). Законодатель стремился не к реализации всеобщего равенства перед законом, а к установлению комплекса прав, которые соответствовали бы его представлениям о социально-политической ценности того или иного сословия.

Теория шляхетства использовалась и как идеологическое средство борьбы шляхты, особенно магнатов, за ограничение власти короля. Указанное нашло отражение в специальной политико-правовой программе, получившей название экзекуцийной. В ее основу были положены требования возвратить шляхте права, которые когда-то якобы забрала у них королевская власть. Параллельно пропагандировался принцип верховенства закона в государстве, который на самом деле означал верховенство прав шляхты.

Идеологическое обоснование необходимости расширения демократии и ее практическое осуществление вели к ослаблению центральной власти, одновременно трансформируя государственной строй Речи Посполитой и Великого княжества Литовского в направлении олигархии. Лозунги общешляхетских свобод служили удобным прикрытием фактического перехода власти в руки магнатов. Но поскольку в их среде не было единства, шла борьба между различными группировками, ни одна из которых не имела достаточно силы, чтобы полностью захватить власть. В то же время использовался принцип абсолютного единогласия в сейме. Приведенное парализовало законотворческую деятельность и вело к политической анархии. Однако широкое распространение в обществе получило представление о том, что государственный строй Великого княжества Литовского и Речи Посполитой является эталоном совершенства и может служить примером для всех европейских стран. На деле же представляется, что подобное «совершенство» вело к консерватизму и застою в политике, а также правотворчестве. В итоге – развал, крах и самого Великого княжества Литовского, и Речи Посполитой.