История международных отношений 1918-1999 гг. - Ди Нольфо, Эннио

1066 Часть 4. Биполярная система: разрядка напряженности...

Никакой другой расчет не был настолько необоснованным. В Тель-Авиве уже настроились на военные решения. Израильт я- не знали, что они все еще обладают безусловным военным пре - восходством, благодаря систематическим поставкам воору жений из Франции, а затем и из Соединенных Штатов, и также знали, что в случае их поражения Соединенные Штаты не смогут сох ранять свою нейтральную позицию. Теоретически Израиль был о к- ружен враждебной коалицией, образованной Сирией, Иордани ей и Египтом. На практике, как и в предыдущих войнах, единствен - ным настоящим противником являлся Египет. Американская обеспокоенность была продиктована страхом, что война мож ет продлиться долго. Но ход военных действий опроверг это пр едположение.

5 июня 1967 г. израильская авиация неожиданно атаковала египетские аэродромы и авиабазы, нейтрализовав таким обр азом авиацию Насера до того, как его самолеты смогли подняться в воздух. В последовавшие за этим дни в действие вступили су хопутные войска и танки. Быстрое продвижение войск под кома н- дованием начальника израильского главного штаба Ицхака Рабина лишило смысла стратегические планы египтян. За четыре дня израильтяне оккупировали весь Синайский полуостров впл оть до восточного берега Суэцкого канала, который они не форсиро вали. В первый день войны из Тель-Авива раздалось предупрежд е- ние Хусейну: в случае, если иорданские войска не будут учас твовать в конфликте, израильтяне не сдвинутся со своих позиц ий. Хусейн не мог или не хотел прислушаться к предупреждению, и ответ Израиля был радикальным: он оккупировал весь западн ый берег реки Иордан так же, как весь Иерусалим. На севере в последние два дня войны израильтяне атаковали Голанские высоты, то есть гряду холмов, составлявших границу с Сирией. 9–10 июн я эта территория была оккупирована. В полдень 10 июня, в час, на который Советом Безопасности ООН на заседании днем раньш е было назначено прекращение военных действий, они дошли до города Кунейтра.

«Шестидневная война» более чем вдвое увеличила территор ию, оккупированную Израилем. Израильтяне овладели Голански ми высотами, они осуществляли полный контроль над сектором Газа, западным берегом реки Иордан, всем Синайским полуострово м. 28 июня правительство Тель-Авива приняло решение об объеди - нении еврейского и арабского Иерусалима в одну «окончате льно» неделимую единицу, в отношении которой единственно возмо ж- ные переговоры могли касаться норм доступа к христиански м и мусульманским святыням.

11.4.3. ПОСЛЕДСТВИЯ УСПЕХА ИЗРАИЛЯ ДЛЯ БЛИЖНЕГО ВОСТОКА И ВСЕГО МИРА

Впечатляющий военный успех Израиля в войне против коалиции, включавшей на бумаге все пронасеровские страны, по д- держиваемой общественным мнением всего арабского мира, а в политическом и военном отношении и Советским Союзом, привел к радикальным трансформациям на Ближнем Востоке, затр о- нувшим не только проблемы этого региона, но и международн ые отношения в целом; более того, он превратил палестинский в опрос и израильскую проблему из проблем, имеющих локальное значение, в проблемы, от которых зависел баланс сил во всем мире. Восточное Средиземноморье вновь стало, как некогда, одним из ключевых регионов политической, религиозной, эконо - мической и культурной жизни мира.

Не все эти аспекты могут быть здесь рассмотрены. И все-таки необходимо дать, по крайней мере, одну общую оценку. Палест и- но-израильский вопрос остро выявил проблемы развития, мир а, национальных прав, безопасности и свободного доступа к за пасам сырья. Он стимулировал более ясное осознание этих про блем в качестве оснований для позиций правительств или дискус сий в общественном мнении (например, в период холодной войны).

Страны Западной Европы и американцы узнавали в израильск их событиях что-то похожее на их историю: это могли быть остат ки колониализма, религиозные мотивы или же воспоминания и уг - рызения совести по поводу преследований евреев, имевших м есто главным образом в Европе.

Арабы видели в израильской победе новую демонстрацию своей изоляции, враждебности Запада в их отношении, огран и- ченности воздействия, которое Советский Союз был способе н оказать в защиту палестинского дела. Недавно освободивши еся страны были подвержены двум тенденциям. Часть стран, сост авлявшая незначительное меньшинство, видела в Израиле моде ль поразительной трансформации колониального государства в развитую страну. Другая — составлявшая очевидное большинств о — видела в Израиле символ сохраняющегося влияния западног о капитализма, а следовательно, империализма.

Египет должен был пережить самое унизительное поражение . Влияние Насера как лидера арабских народов в борьбе за ре ванш заметно уменьшилось. Но поражение поставило также пробле му отношений с Советским Союзом, которому ставилось в упрек то, что он не поддержал дело арабов в достаточной мере.

1068 Часть 4. Биполярная система: разрядка напряженности...

С тех пор в отношения двух стран был привнесен элемент кризиса. Советы были вынуждены усилить свое военное прису т- ствие, увеличив численность своего контингента в Египте п риблизительно до 20 тыс. человек, которым придавалась основна я военно-техническая инфраструктура, создав шесть аэропор тов (что было очевидным симптомом недоверия к военным способ - ностям египтян). Кроме того, они послали военно-морские корабли на базы в Порт-Саиде и Александрии, что стало первым шагом к присутствию крупного советского военного флота в Средиземноморье.

Помимо этого, Советы усилили экономическое вмешательство. Постройка Асуанской плотины была закончена в 1971 г., но одновременно Советский Союз финансировал (всегда на свои х условиях, предусматривавших полное возмещение инвестиц ий, пусть и предоставленных под низкие проценты) сооружение ряда других объектов инфраструктуры и промышленных предприя тий

âсамом Египте и в Иране. Однако именно это усиление вмешательства породило определенные расхождения. Методы, испо льзовавшиеся русскими, не соответствовали потребностям ме стного населения. Поведение советских специалистов и военных зл овеще напоминало поведение оккупационных войск, действовав ших

âпервую очередь в своих собственных интересах, а не в инте ресах египтян. Это были затруднения, которые не могли прояви ться сразу же, в том числе и из-за крайней слабости египтян. Одна ко, возникнув в тот момент, они привели к неразрешимому проти воречию между различными аспектами советского присутстви я, что начало проявляться с 1972 г.

Следующим моментом египетского кризиса стала неожиданная смерть 28 сентября 1970 г. президента Насера. Его преемник, полковник Анвар Садат, принадлежал к узкому кругу «молоды х офицеров», организовавших в 1952 г. государственный переворо т. Опасались, что он будет проводить еще более доброжелатель ную политику в отношении Советского Союза. Действительно, ему пришлось заняться проблемами укрепления своей власти пр ежде, чем он смог отойти от внешнеполитического курса (в направ лении, противоположном ожидаемому), оставленного в наследс тво его предшественником.

Не менее тяжелыми были последствия поражения для Иордании и для Сирии. Утрата Западного берега реки Иордан созда вала для правительства Аммана и короля Хусейна совершенно нов ую ситуацию. Иорданию наводнили толпы палестинских беженце в именно в тот момент, когда она потеряла самую плодородную и производительную часть своей территории. Только помощь С ау-

довской Аравии, Кувейта и Ливии (последних двух стран — огр а- ниченная с точки зрения времени и условий) позволила Хусе йну выжить. Однако лагеря палестинских беженцев стали также м естами для интенсивной антиизраильской деятельности и баз ой для ведения партизанской войны, которую федаины ООП вели против врага в соответствии с военными директивами, на котор ые Иордания не оказывала никакого влияния, но за которые она платила определенную цену в связи с израильскими репрессиями. На практике власть ООП противостояла власти иорданско го правительства и поддерживалась Сирией. В сентябре 1970 г. это противоречие обострилось до крайности. Под угрозой заклю че- ния соглашения между сирийцами и ООП Хусейн принял радикальные меры против палестинских беженцев. В те дни, поздн ее получившие известность как «черный сентябрь», тысячи пал естинских бойцов были уничтожены, а влияние ООП радикальным образом уменьшилось в результате соглашения, которое Ара фат вынужден был подписать с иорданским правительством, в соо т- ветствии с которым политическая деятельность ООП в Иорда нии осуществлялась под контролем правительства Аммана.

Для Сирии последствия поражения также были тяжелыми. Правительство генерала Салах-ад-дин Битара, представител я левого крыла партии Баас, вступило в период глубокого кризи са, который привел в сентябре 1970 г., одновременно с попыткой вмешательства в Иордании, к отстранению самого Салах-ад-д ин Битара и его замене представителем этой же партии генерал ом Хафезом Асадом, использовавшим власть гораздо более праг матичным образом и укреплявшим ее, не стесняясь подавлять п ротивников.

Хотя Ливан и не принимал участие в войне и остался своего рода островом благополучия в регионе, где царило насилие, с 1967 г. он также стал ощущать последствия поражения арабов. Для ООП Ливан, по сравнению с Иорданией, имел пока второстепенное значение в качестве базы для проведения военны х операций. Однако рост числа беженцев сразу же выдвинул пробл ему властных полномочий и регламентации партизанской деяте льности. Вмешательство Насера помешало в тот момент развитию с и- туации в конфликт, аналогичный тому, что возникал в Иордании. В 1969 г. был достигнут компромисс, который ограничивал свободу передвижения ООП южной частью Ливана. После «черного сентября» этот компромисс стал инструментом, благод аря которому ООП удалось обосноваться в Ливане автономным об разом в той степени, в какой это не удавалось сделать в Иордан ии — в качестве государства внутри другого государства.

1070 Часть 4. Биполярная система: разрядка напряженности...

Иным был характер проблем, с которыми пришлось столкнуться победителям. Неожиданное превращение Израиля из осажденного государства в державу, доминирующую в беспок ойном регионе, пронизанном столькими противоречиями, выдви гало проблему придания новой ситуации нового внутреннего и международного смысла. В плане внутренней ситуации оккуп а- ция обширных арабских территорий выдвигала перед израил ь- ским правительством необходимость регламентировать отн ошения между двумя этническими группами, которые по численности уже почти сравнялись. Если до войны население Израиля сос тавляло 2 млн 300 тыс. жителей, то в июне 1967 г., несмотря на отъезд многих новых беженцев, израильское население увел ичи- лось до более чем трех с половиной миллионов человек, из ко торых 1,5 млн — арабы (частично те жители Израиля, которые в 1948 г. не покинули свои дома, частично — более миллиона — арабы, заявлявшие о своей палестинской идентичности).

Впервые Израилю пришлось столкнуться внутри страны и на собственных границах с одной и той же проблемой: признава ть ли существование наряду с нациями, которые исторически сф ормировались после падения Оттоманской империи, также и пал естинскую нацию или же отрицать такое признание и отказатьс я, следовательно, от каких бы то ни было уступок точке зрения арабского мира. Отказу арабов 1948 г. противостоял теперь отк аз израильтян, столь же упорный, основывающийся на тезисе, чт о только отрицание существования палестинской нации созд аст гарантии безопасности израильской нации. Однако все это п однимало также юридические проблемы, которые не могли рассматриваться в чисто репрессивных категориях, поскольку внутри Израиля отношение к палестинцам оставалось враждебным, н о пока еще пассивным.

Наряду с этой проблемой этнического равновесия возникал а также проблема территориального характера. Что делать с о ккупированными территориями? Существовало две противополо ж- ных тенденции: направленная на создание великого израиль ского государства, которое аннексировало бы Западный берег рек и Иордан, постепенно превратив его в колонию; и тенденция, на - правленная на поиск компромисса, возможно, с Египтом, кото - рый соответствовал бы, по крайней мере частично, резолюци ям Совета Безопасности ООН. Два параметра были четко определ е- ны: Голанские высоты были главной позицией с точки зрения безопасности Израиля, и их можно было бы уступить только в рамках общего урегулирования, в тот момент еще весьма дал екого. Иерусалим должен был остаться столицей Израиля как недел имый город, где находятся святые для еврейской религии места. Э то,

следовательно, исключало переговоры с Иорданией и Сирией . Напротив, проблемы Синайского полуострова рассматривал ись как поле для возможного компромисса с Египтом. В течение н е- которого времени после смерти Насера посредники ООН рассматривали эту гипотезу, однако на том этапе не достигли н икакого конкретного результата.

Сверхдержавы ограничились лишь косвенным участием в конфликте. Совокупность проблем, с которыми сталкивалась каждая из них, и желание, чтобы шаги, совершенные в политике разрядки, не были напрасными, не позволяли идти другим пут ем. Соперничество носило скрытый характер, налагавший на оба правительства строгие ограничения. Однако глубина кризи са ставила под сомнение главные вопросы. Соединенные Штаты, ока - завшиеся в ловушке вьетнамской войны, вынуждены были убедиться в том, что Израиль стал доминирующим элементом в Во с- точном Средиземноморье и что, следовательно, союз с арабс ким консервативным миром должен совмещаться со все более тес ным сотрудничеством с израильским правительством. Это оказа лось возможным не сразу, но с избранием в 1968 г. президентом Никсона постепенно становилось все более очевидным и привел о к повороту 1972–1973 гг.

Для Советского Союза поражение арабов было болезненным поражением, поскольку косвенно отражало ограниченность того влияния, на которое он мог рассчитывать, и хрупкость антии зраильской коалиции (хрупкость, не восполненную переворотом , который в 1969 г. сверг сенуситскую династию и привел в Ливии к власти полковника Каддафи). Поражение не могло быть прин я- то как таковое, поскольку оно отразилось на всей деятельн ости Советского Союза в развивающихся странах, что делало необ ходимым направлять все больше ресурсов в зону, где субъектов, б езусловно преданных советским целям, было очень мало. Поддерж ка Египта являлась императивом с неясными перспективами. С д ругой стороны, решение Советского Союза порвать в сложивших ся обстоятельствах дипломатические отношения с Израилем о казалось необдуманным шагом, вынудившим СССР действовать на Ближнем Востоке только в качестве защитника палестински х интересов и лишив его возможности участвовать в каких бы то ни было посреднических инициативах.

В ходе кризиса границы, которых сверхдержавы вынуждены были придерживаться, и пределы их соответствующего влиян ия в ближневосточном регионе стали очевидными благодаря том у, каким образом они действовали в Организации Объединенных Наци й. Совет Безопасности занялся этим вопросом по инициативе и зраильтян, разыгравших и в этом случае неожиданную карту. Он о б-

1072 Часть 4. Биполярная система: разрядка напряженности...

судил и одобрил одну за другой несколько рекомендаций с ц елью положить немедленный конец военным действиям. Израильтя не

âконце концов согласились со сроками, которые вынуждали их остановить наступление, когда все цели (включая оккупаци ю Кунейтры) на всех фронтах были достигнуты, — 10 июня. С этого дня сверхдержавы стремились выработать если не полность ю идентичную, то, по крайней мере, согласованную линию поведения , как это было в 1956 г.

23 и 25 июня советский премьер-министр Косыгин, участвовавший в работе Генеральной Ассамблеи ООН, встретился в Г ласборо, университетском центре штата Нью-Джерси, с президен том Джонсоном. Косыгин пытался побудить своего собеседника т вердо осудить действия Израиля с тем, чтобы заставить его немед ленно вывести войска с оккупированных территорий. Джонсон, напр о- тив, не намеревался отходить от компромиссных формулиров ок, приемлемых также и для израильтян. Однако за этой дискусс ией просматривалась проблема ограничения стратегических во оружений, и главный вопрос, несмотря на давление русских, в конце концов возобладал над региональными проблемами.

Встреча двух государственных деятелей показала, что реги о- нальное соперничество, вовсе не нарушив диалога, сделало его еще более необходимым и что, следовательно, частные проти воречия могли быть улажены, если иметь в виду соглашение бол ее широкого масштаба. В этом смысле кризисные дни 1967 г. в том, что касается общей разрядки (то есть тех рамок, в которых п роисходили региональные кризисы), означали момент гораздо более важного поворота, чем тот, о котором трактуют своеобразны е пессимистические оценки, дававшиеся и тогда, и затем в ист ориографии этому этапу робкого возобновления диалога после ухода со сцены Хрущева. Соглашения не последовало, однако сам факт, что два государственных деятеля встретились вскоре после шестидневной войны и во время конфликта во Вьетнаме, демо н- стрировал, что соображения диалога как никогда преоблада ли над соображениями соперничества.

Âтакой атмосфере осуждение израильской агрессии, за кото - рое Генеральная Ассамблея ООН проголосовала 4 июля подавл яющим большинством (99 голосов «за» , ни одного «против» и 20 воз - державшихся), имело только декларативный смысл. Гораздо б олее важной была напряженная работа, приведшая к единогласном у одобрению Советом Безопасности резолюции ¹ 242, основы для всех дальнейших дискуссий по палестинскому вопросу, в кот орой был сформулирован мирный план, базировавшийся на двух при н- ципах: вывод израильских войск «с территорий, оккупирован ных

âрезультате недавнего конфликта» («from territories occupied in the

recent conflict»); прекращение любого состояния войны, уважение и признание «суверенитета, территориальной целостности и политической независимости всех стран региона и их права жи ть в мире в надежных и признанных границах, свободными от угро з и актов насилия».

Резолюция связывала вывод израильских войск с формирова - нием безопасных, мирных границ, не подверженных угрозам. Н о наряду с этой концепцией, однозначной, хотя и допускающей субъективные истолкования, она содержала формулу, котора я объективно положила начало бесконечным спорам. Первый из двух одобренных принципов приводился выше в переводе с ан г- лийского варианта, из которого следовало, что израильские войска должны уйти «from territories», а не «from the territories», то есть с некоторых территорий. Интерпретация этой формулы, в намерен ной двусмысленности которой трудно сомневаться, подразумев ала, что обязательство вывода войск касалось не всех оккупирован ных территорий, а могло ограничиваться какой-то их частью, пус ть и очень важной. На английском языке статья, следовательно, о с- тавляла возможность для различных интерпретаций. Францу з- ский текст резолюции был, напротив, гораздо более четким, п о- скольку предусматривал вывод израильтян «des territoires», то есть со всех оккупированных территорий. Какой из двух языков д олжен был стать приоритетным также являлось предметом спор а, а двусмысленность могла лишь высветить границы компромис са. Однозначная версия, возможно, не была бы принята всеми стр а- нами с правом вето в Совете Безопасности. С другой стороны , то, что этот документ был принят, являлось важным результа том как для палестинцев, которых устраивало признание того, ч то израильтяне должны уйти с оккупированных путем агрессии те рриторий, так и для израильтян, которых устраивало признание их права на безопасные и мирные границы. С дипломатической т оч- ки зрения, английский текст отражал допустимые для сторон пределы компромисса. В последующие годы посредничество ООН с целью выполнения резолюции продолжалось и было поручено способному шведскому дипломату Гуннару Яррингу.

11.5. Вьетнамский кризис 1954–1968 гг.

11.5.1. ПРОВАЛ ЖЕНЕВСКИХ СОГЛАШЕНИЙ 1954 г.

Ни одна из двух частей, на которые был разделен Вьетнам в соответствии с Женевскими соглашениями 1954 года, не соблюдала данные ими обязательства. Свободные выборы, которые в течение двух лет должны были состояться в стране, преврат ились

1074 Часть 4. Биполярная система: разрядка напряженности...

âнесбыточные иллюзии. Коммунисты Ханоя и проамериканско е правительство, которое после изгнания французов было соз дано в Сайгоне под руководством католического деятеля старой п равящей группы президента Нго Динь Зьема, действовали только в интересах укрепления собственных позиций. После 1954 г. и вплоть до начала китайско-советского конфликта Хо Ши Мин и его режим получали постоянную помощь как от русских, так и от китайцев. В самый критический период китайско-советских р азногласий (1963–1964 гг.) Северный Вьетнам сблизился с Китаем, от которого он мог получить немедленную помощь; а затем он занял сначала равноудаленную и, наконец, откровенно просо ветскую позицию.

Если «культурная революция», борьба за власть в Китае и Вьетнамская война представлялись со стороны разными, но с водимыми вместе моментами борьбы с империалистическим миром, то

âконкретной ситуации они развивались по расходящимся направлениям. Во Вьетнаме требовался не беспорядок, привнос имый «красными охранниками», а военный приказ, необходимый на войне, ведущейся с соблюдением суровой дисциплины. В этой войне им способны были помочь только Советы, державшие в своих руках, в определенном смысле, ключи от ее исхода, поскольку индокитайский конфликт был для Москвы одним из способов ограничения свободы действия американцев в дру гих регионах и влияния на диалог с Соединенными Штатами.

Сохранение разделения на два разных государства привело затем к возобновлению борьбы, к проникновению националистичес ких (северовьетнамских) сил на Юг и к эскалации американского вмешательства. Локальный конфликт превратился в масштаб ный международный кризис и национальную трагедию для Соедин енных Штатов. С 1964 г. он возбуждал общественное мнение и потряс Соединенные Штаты до основания, поставив под сомнени е (именно в те годы, когда по-новому встала проблема черного меньшинства) базовые ценности американского образа жизн и: «внутренне присущая справедливая» природа американских институтов; «свободный и либеральный» характер американск ой политики; смысл американской международной политики. Это бы ли темы, в отношении которых ранее критически высказывались только незначительные группы «радикалов».

Все это сказалось на многих аспектах американской жизни: от масс медиа (телевидение принесло в каждый дом суровую реа льность разрушений войны) до литературы, до академической ж изни и научных исследований. Это были годы, когда «ревизиони стская» школа переосмыслила базовые основания американск ой