Лекция №8. Политическая география и государственный строй

А.ВВЕДЕНИЕ: ПАРАДОКСЫ

Знаменитое устройство:

Оно было создано 200 лет назад, и оно произвело сильное впечатление на современников. Наши декабристы практически просто переписали конституцию США (проект Никиты Михайловича Муравьева, не путать с Апостолами), тщательно обсудили и решили взять за образец. Муравьёв даже делил Россию на 13 «держав» – прямо по числу первых штатов США (правда, плюс ещё Московская и Донская области – видать, на особый лад, вроде федерального округа Колумбия). Вообще в проекте Никиты Муравьёва было множество прямых заимствований из конституции США. Правда, Пестель бы категорически против федерализма.

Стоит подчеркнуть, что конституция США была написана в 1787 году - на 2 года раньше знаменитой французской Декларации прав человека и гражданина (1789 г.), а конституция Франции 1791 года вообще была списана с американской. Множество подражаний в других странах, особенно африканских. Подсчитано, что по меньшей мере у 165 стран мира конституции либо подражают американской, либо вдохновлены ею.

Государственный строй США сложный и своеобразный, нужно особое внимание, чтобы вникнуть хотя бы в суть этого предмета, если в не т.н. "конкретные сведения". Здесь полно парадоксов. Назову четыре.

Парадокс №1 - Европа и контр-Европа.

Государство сложилось под сильным влиянием европейских политических мыслителей, вроде Монтескье или Локка. Огромное воздействие оказала и французская революция. Однако все это вылилось в очень специфические формы, которые не имели аналогов в Европе того времени. Сегодня у Америки полно подражателей, в свое время латиноамериканские создавались по этому образцу, а потом многие африканские страны. Однако в то время это была большая новация. Да и нынешние имитаторы сплошь да рядом берут только форму - сильную президентскую власть, которая камуфлирует диктаторские режимы, лишний раз показывая, что форма не так уж принципиальна, что ее можно наполнять, как бурдюк, весьма разным вином.

Парадокс №2 - Новая-старая.

Страна одна из самых молодых, не считая бывших колоний Африки да Азии. Ей всего немногим больше 200 лет. Однако действующая здесь конституция - самая старая в мире из тех, что действуют непрерывно (вторая была принята только в 1831 году в Бельгии, третья в Норвегии в 1848 году). Правда, есть мнение, сто самая старая действующая – это свод законов Сан-Марино (1600 г.). Само слово «конституция» родилось здесь, когда легислатура колонии Виргиния так назвала свой свод законов в 1776 году. В стране культ истории, историзма. Огромная роль традиций, обычаев - что вполне в духе английского права времен основания страны. Маленький пример роли обычаев. По конституции, Президент должен согласовывать с сенатом свои назначения высших чиновников, без согласия сената назначения недействительны. Однако сложилась традиция, согласно которой при этом сенаторы вникают только в моральные качества представляемых кандидатов. Вникать в их профессиональные качества - значит подвергать сомнению профессиональные качества самого Президента (мол, этот недотепа того гляди пропустит во власть невежду). И это несмотря на то, что даже в последние годы было полно случаев, когда президент назначал, скажем, послом в Южную Корею своего человека, который даже не знал, где она находится. Правда, дело тут было не в том, что президент оказался недотепой, а в том, что ему бывало важнее расплатиться с таким человеком за его поддержку во время президентских выборов.

Парадокс №3: демократия-недодемократия.

Предельная демократия, во многом даже демонстративная, огромная роль выборов, референдумов, множество способов ограничить власть. В этом сердцевина американского государственного уклада - узда на морде государства. И в то же время - множество на редкость недемократичных вещей. Например, практически за власть борются всего две партии, и обе в сущности одной ориентации (есть мнение, что это отражает единство взглядов американцев на главные вещи). Огромна роль денег. Покупка голосов в прошлом на выборах, сейчас на референдумах. Самое главное даже в другом: отцы-основатели Америки были очень обеспокоены тем, как бы народ, получив право избирать своих властителей, не обмишурился, избравши во власть невежд, демагогов или проходимцев, которые погубят державу. Поэтому многое в политическом устройстве США нацелено на то, чтобы сохранить власть за просвещённой элитой – пусть под жёстким контролем народа, но всё же за элитой. Это называется «демократический элитизм»¹⁹.

В Америке часто обсуждается больной вопрос: члены конгресса, идущие на перевыборы, побеждают в 98% случаев, и почти 90% выборов предопределены, потому что инкумбенты имеют заведомый перевес. Спрашивается: а зачем тогда ходить на выборы? Прямо чисто российский вопрос…

Парадокс №4: политизация и инфантилизм.

Огромное внимание к политической жизни страны, на первых полосах газет. Невероятное количество выборов во все возможные инстанции. В то же время резкая заниженность - и форм (смешные съезды партий), и сути, проблем обсуждения (не смысл жизни, а водопровод). На взгляд европейца, это по меньшей мере несерьезно.

Б. ГЛАВНЫЕ ОСОБЕННОСТИ

Первая половина лекции будет посвящена, так сказать, философии политического устройства США – тому, каков был замысел создателей. Для краткости сведу это в четыре особенности. Сразу их перечислю:

1. Особая роль конституции. Нам это мало знакомо, у нас каждый, кому не лень, поносит конституцию безо всякого смущения, а в США это воспринимается, как ругань матом при женщинах. Сами-то американцы не так уж хорошо знают свою конституцию. По опросам, только 20% способны показать хорошие знания о ней. Мне кажется, это неплохой результат (у нас, наверное, и 1% не наберётся), но это только если забыть, что знание двух и более персонажей сериала «Симпсоны» показывают 52% опрошенных (а сколько у нас?). Тем не менее бранить свою конституцию тут совершенно не принято. А у нас тележурналист Соловьёв в открытом эфире заявил, что конституцию нам написали американцы. И вообще поноситть конституцию собственной страны у нас широко принято. Это вощще-то неприлично и очень плохо нас характеризует. Мне очень не понравилось, что наш новый гимн на советскую музыку, но я всё равно встаю, когда его исполняют в официальной обстановке. Несмотря на моё критическое отношение к двум последним нашим президентам, я готов относиться к ним почтительно как к главам моего государства.

2. Народ-суверен. Тоже странная особенность для россиянина: а то мы не знаем. Но у нас это предмет горьких шуток, а тот, кто верит в подобную чепуху, считается наивным или дурачком²⁰. В Америке всё это совершенно серьёзно воспринимается каждым гражданином. Не скажу, что с этим там всё в порядке, но что никто над этим не хихикает – это точно. Это очень хорошо сформулировано в блестящем учебнике Согрина «История США» (я ему ужасно завидую: на 192 страницах изложить всю историию такой сложной страны! Вот бы мне отписать такой короткий и насыщенный учебник по географии США). Может быть, всё дело в том, что, в отличие от нас, американцы совершенно серьёзно относятся к идеалам личной свободы, прав человека и всему подобному, а у нас большинство почитает это прекраснодушной болтовнёй. Меня это печалит, но не гневит: трудно ждать иное от народа, который жил столько десятилетий в отсутствии реальной демократии и при навязчивой пропаганды о «Наррроде»; он во всём разуверился, и он не верит. Что где-то за океаном эти слова про народ-суверен что-то значат на деле (тем более если речь о ненавистной Америке).

3. Свобода личности – стоит особо подчеркнуть, ибо суверенитетом обладает не только народ как совокупность граждан. Нет, каждый гражданин в отдельности суверенен, его свободы священны и защищены законом. Ведь суверенитет народа сплошь и рядом лукаво понимается как верховенство общего дела над личностью (у нас в стране широко принято считать, что это и есть сердцевина коммунистической идеи, хотя Маркс говорил: свобода каждого есть залог свободы всех). Так вот, США основаны на идее, согласно которой права человека первичны, а народа – вторичны. Это очень непривычная для нас идея, но американцы верят в неё почти истерически, на ней построена вся общественная жизнь этой страны, и я очень прошу вас отнестись к этому со всей серьёзностью. Она имеет прямое отношение к следующей идее -

4. Ограничение государства – совершенно дикая для россиян идея. Казалось бы, именно у нас она должна расцветать пышным цветом, потому что уж ты-то натерпелись от своего государства особенно много и особенно недавно; есть такая знаменитая фраза Василия Осиповича Ключевского (её почему-то часто приписывают Николаю Михайловичу Карамзину): «Вся история России умещается в четыре слова: государство пухло, народ хирел». Однако у нас насилие государства над личностью воспринимается как должное – на то оно и государство. Есть такая песня Пахмутовой и Добронравова: «Жила бы страна родная, и нету других забот»: всё бы хорошо. Только россиянин ставит знак равенства между словами страна = государство = правительство, так что критика Президента считается как бы знаком отсутствия патриотизма, а американец не ставит, для него это совершенно разные не только слова, но и понятия: the country – the state – the government. Для него любовь к the country – чувство личное, а всё остальное – the state, the government - подвержено суждениям и критике. Это тоже предстоит обсудить подробнее. Как писали недавно в «Новом мире»: Надо родину любить, как её любил Некрасов; надо Родину любить, а не этих пидарасов». Лучше, конечно, звучит известный призыв Чехова – не путать слово «отчизна» со словами «ваше превосходительство».

5. Федерализм. И это у нас тоже есть, притом ещё с советских времён, и с советских времён к нему принято относиться вообще иронически. Для американцев – это святая святых, потому что штаты здесь родились раньше, чем страна, да и страна называется, в общем-то, довольно странно – не именем собственным, а каким-то техническим термином – Соединённые Штаты Америки (совсем как СССР). Это особенно сложная часть, ей тоже надо уделить время немалое.

Итак, поясню эти особенности – и только после этого перейду к самому государственному устройству, к его описанию.