Борьба за гражданские права.

Расовые предрассудки глубоко укоренены в американской культуре. Всего полтора века назад, в 1856 году Верховный суд США (высшая инстанция, ареопаг непогрешимых!) вынес по делу Дредда Скотта историческое решение, согласно которому «негр никогда не может быть сочтён и приравнен к гражданину США в силу «inferiour conditions» – что-то вроде неполноценности. Это тяжкий грех американского правосудия, и он не единственный (хотя из числа редких). В 1896 году Верховный суд США по делу Плесси против Фергюсона вынес решение о том, что сегрегация не противоречит конституции США, если соблюдается равенство. Это очень и очень по-американски: вся жизнь американского общества пропитана такой сегрегацией, в основном добровольной, то есть стремлением жить обособленными однородными общинами – городками, кварталами, отдельно от непохожих «чужаков».

Движение за гражданские права развернулось уже после второй мировой войны, когда унижения чёрного населения стали совсем невыносимы для общественной морали. Считается, что всё началось с того, что в 1955 году негритянская девушка Роза Паркс в Монтгомери (столица штата Алабама) отказалась уступить место в автобусе белому мужчине – и тут же была за это арестована. В ответ местный лидер негритянского движения Мартин Лютер Кинг призвал к бойкоту автобусов. Это привлекло внимание страны, и чёрные победили: федеральный суд обязал десегрегировать автобусы. Потом пошло-поехало: ещё в 1954 году Верховный суд постановил, что сегрегация в школах противоречит конституции, потому что создаёт неравенство. И правительство обязало десегрегировать школы. Поскольку же чернокожие жили обособленными кварталами (гетто), их школы поневоле были из одних чернокожих учеников. В связи с этим была принята федеральная программа «басинга»: тысячи автобусов развозили белых и чернокожих ребятишек по разным школам, чтобы обеспечить некое приемлемое соотношение их в классах.

Юг яростно сопротивлялся. В 1957 г. губернатор Арканзаса Фобус приказал национальной гвардии блокировать приход 9 чёрных детей в белую школу Литтл-Рока, но федеральный суд приказал снять блокаду. Фобус заартачился, но в дело вмешался президент Эйзенхауэр, и весьма решительно: он переподчинил национальную гвардию себе, высадил в Литтл-Роке 101 десантный полк, и девять чернокожих ребят вошли-таки в белую школу по коридору, который десантники сделали среди беснующейся толпы. Только через несколько месяцев президент отозвал десантников. Всё это широко показывали по телевидению, и Литтл-Рок надолго стал в Америке символом мракобесия и расизма, так что сегодня это географическое название знает каждый грамотный американец.

В 60-е годы развернулись марши протеста по южным штатам, где власти относились к манифестантам крайне жестоко: сажали их в тюрьмы, травили собаками и слезоточивым газом, подвергали полицейским избиениям, а белые расисты просто стреляли по ним из кустов. Так что участие в таких маршах требовало мужества. А что ещё нужно студенческой молодёжи, как не вызов её мужеству, порядочности, энергии? Так что в те годы десятки тысяч американских студентов (белых!) проводили лето в таких походах.

Переломным моментом стали события в Оксфорде, штат Миссисипи, где расположен университет штата («Оле Мисс»). В 1962 году туда поступил негр (ветеран Вьетнама) Меридит, но ему отказали в праве придти в класс. Президент Кеннеди послал 30 тыс. (!) солдат, и они обеспечили Меридиту возможность посещать классы

Вот эта решительность в применении силовых мер всегда отличала президентов США и отлично понималась американцами, а вот нерешительность вроде бесланской у нас была бы в их понимании совершенно непростительной. Вспомним недобрым словом президента Кливленда, который в 1870 году приказал расстрелять забастовщиков на заводе в Чикаго – с этого повелось праздновать 1 мая как день трудящихся – (но только не в США!). Сопротивление расистов на всём Юге было сломлено, так что «случай Меридита» историки сравнивают с «Долгом Пикетта» (Pickett’s charge) - генерала-южанина, который в битве при Геттисберге в 1865 году пошёл «по зову долга» в отчаянную, безнадёжную атаку на редуты северян, взял первую линию, но был отброшен, потеряв половину своих солдат – и с этого момента удача вовсе отвернулась от южан.

Кульминация же движения – это поход на Вашингтон в 1964 году – 200 тысяч участников! При этом движение было сугубо ненасильственным, в духе Толстого и Ганди (это священные имена для американских либералов). В стране, где решительность и насилие в такой чести, ненасильственные действия производят сильнейшее впечатление. Перед этими манифестантами Мартин Лютер Кинг, стоя у мемориала Линкольну, произнёс свою знаменитую речь, которая начиналась словами: “I have a dream” – у меня есть мечта; их знает каждый американский школьник.

В 1968 году Мартин Лютер Кинг был застрелен расистом в Мемфисе, но к 70-м годам движение уже достигло больших побед. Все виды дискриминации были запрещены. Были приняты программы «басинга» - нарочитой перевозки детей на автобусах так, чтобы перемешать расы в школах, так что детей часто возили с одного конца города на другой. Негры получили много льгот – при найме на работу, при поступлении в ВУЗы.

Политически негры добились громадного прогресса. Всякая открытая дискриминация категорически запрещена, она преследуется прямо-таки свирепо. В 1984 и 1988 годах негр Джесси Джэксон был кандидатом в президенты и получил громадную поддержку не только черных. В 1989 году первым черным губернатором стал Дуглас Уайлдер, и где – в Виргинии! ¹⁷

В 1992 г. Кэрол Мосли-Браун из Иллинойса стала первым чернокожим сенатором-женщиной, а сейчас в стране насчитывается уже больше 10 тыс. черных на выборных постах, в том числе больше полсотни в нижней палате Конгресса США, где они образуют уже неслабую группу («кокус»). Наконец, чернокожий Барак Обама стал президентом США, и историческое значение этого факта для США и всего мира настолько очевидно, что тут и комментировать нечего.

Весьма заметен и экономический прогресс черных. Около 43% из них владеют своими домами, общий уровень жизни у них поднялся быстрее среднего темпа. Однако отставание по-прежнему очень заметно, притом во всех областях. Треть черных живёт в бедности, это уровень втрое выше, чем у белых; они вдвое чаще становятся безработными, отстают от белых по уровню дохода на четверть. У белых почти четверть имеет степень бакалавра, а у черных только 12%, причем эта пропорция падает. У них короче продолжительность жизни, выше смертность от сердечных заболеваний и т.п.

Особая проблема – давление сил порядка на черных, которых постоянно подозревают в склонности к преступлениям. Более 1 млн. черных сидят в тюрьме, и убийство является главной причиной смерти среди черных в возрасте от 15 до 34 лет.

Всё хуже и хуже. Разрыв между белыми и чёрными нарастает за последние годы. Средняя зарплата негра составляла в 1975 году 82% от зарплаты белого, а сейчас 77%. Тогда 14,5% негров имели степень бакалавра, а сейчас 12% (у белых 22%).