Глава XIX. О том, что мудрец является целью всех вещей и своего рода земным богом

Мудрец является истинной и последней целью всех материальных вещей в поднебесье и, как многие считают, своего рода земным смертным богом⁴⁵. Однако смертен он, как мы уже гово-

_А, Смерть есть

рили⁴⁶, только в качестве целого, и это вопреки при-

разъединение

роде и на время: по причине временного разъедине-

^ ^ ~ г> частей

ния и распада его частей. Ведь вслед за сим разъединением в какой-то момент то, что мы называем в его целостности Человеком, на время прекращает быть, гибнет, не существует более; и одна его часть, тело, обязанное жизнью другой — Душе, снова возвращается назад в материю, превращается во прах, разлагается до атомов. Душа же, по природе своей неделимая, нематериальная, будучи эфирной и духовной субстанцией, никоим образом не бывает повергнута смертью, не растворяется, не гибнет: но невредимая, целая и единая, она сама и то, что в ней потаено, пребывает целостной и продолжает жить вечно.

Ведь мы уже показали, что мудрые и истинные герои мира и полубоги обладали счастливейшей на- У^тьмУ Р°^сти деждой, поскольку им было известно, что смертны они в качестве целого и той своей частью, каковой является тело, и только на какое-то

525

время. Они поняли и знали, что Душой они бессмертны, а некогда исчезнувшая и разложившаяся их часть вновь восстановится из праха земного и первобытных атомов и воссоединится с Душой вечным союзом, так что Человек в своей целостности обретет изначальную свою природу: то есть тело вновь станет для Души инструментом и естественным обиталищем, которое она никогда более На еж а _{не покинет}· Ду_Ша же будет для тела жизнью. Эта бессмертия радующая мысль о своем бессмертии денно и нощно предстает внутренним взорам людей мудрых. Ей они постоянно посвящают предутренние и ночные бдения, подвергая блаженнейшую надежду бессмертия тщательному молчаливому исследованию на весах духа.

Понятно, что «множество мудрых», как гласит Пи-

Множество _ΛΊ -

сание, - «спасение миру»⁴⁷, ибо они знают причины

мудрых — спасение ' „ ^J

всех вещей, что существует и вследствие чего су-^миру ществует; им известны величина, порядок, число

и место каждой; более того, только они умеют как следует распорядиться всем. Наподобие божественного Ума, они охватывают все веши, располагая их соответственно достоинству и в естественных для них местах; каждую они доводят до ее цели. Без них в мире воцарится непостоянство и несправедливость, и одному уделено будет больше, другому — меньше. Во всем мире не будет правды, если отсутствует его зеркало. Именно Человек, особенно Мудрец, является естественным зеркалом Вселенной, тот, чей ум открывает, что все вещи, в мире сущие, произведены, дабы обнаружиться, быть познанными и заблистать. Подобно тому, как субстанции вещей пребывают в мире, так же и их умопостигаемые отблески, огоньки, идеи и истинные понятия живут в Человеке. Мир, будучи всем, не знает, однако, и не ведает ничего. В свою очередь, Человек, будучи ничтожно малым и почти ничем, знает, однако же, и ведает все. И оказывается, что сколь велик тот субстанцией, столь же велик этот знанием. Тот есть местопребывание всех субстанций, этот - всех разумных оснований (rationum omnium). Тот есть подобие, этот — истина.

Мир все являет; Человек все судит, исследует, на-Сопоставление блюдает. Мир есть все как объект (obiectum omni-человека и мира _ит^ заключающий в себе всякую истину; Человек же есть зеркало всего, охватывающее и представляющее (objiciens) себе самому всякий образ. Человек, наконец, есть сияние, знание, свет и Душа мира; мир же есть как бы само тело Человека. И то и другое есть максимум и минимум: мир есть максимум в отношении субстанции, в отношений знания — минимум, тогда как Человек обладает огромнейшим знанием и ничтожной субстанцией. Одно содержится в другом, одно способно к восприятию другого; ибо субстанция Человека пребывает в мире, знание же мира — в Человеке.

526

	Мир	субстанций	всех	местопребывание
	Человек	знаний	всех	средоточие
	В мире	субстанция	всякая	находится
	В человеке	знание	всякое	помещается
	Мир	обладает субстанцией	всякой,	знанием никаким
	Человек	обладает субстанцией	ничтожной,	знанием всяким
	В мире	субстанции вещей	являются	несмешанными
	В человеке	субстанции разумных оснований	являются	неслитыми

Мир есть субстанциальный мир; Человек есть рациональный мир. Насколько в мире разграничены субстанции и разнятся вещи, настолько же и Человеке различаются разумные основания. И в том и в другом есть все, все во всем и ничто в каждом. Человек лишен субстанции, мир так же точно лишен разума и представления. И то и другое полно и пусто одновременно. Скуден Человек вещами, богат разумными основаниями; мир же изобилен вещами и не имеет разумных оснований.

Рис. 7.