Региональные аспекты системной трансформации отношений собственности. Монография

– в социальной сфере в полной мере проявилось негативное влияние анонимной трансформации отношений собственности на социальные процессы: резкое падение уровня доходов насе­ления; прогрессирующий рост безработицы; невостребованность высококвалифицированных кадров, и как следствие – психологи­ческий шок у значительного числа экономически активных аген­тов, оказавшихся невостребованными по результатам бессистем­но проведенных институциональных реформ;

– неудовлетворительное экологическое состояние во многих субъектах региона (РСО-Алания, Республика Дагестан, Кабарди­но-Балкарская Республика, Ингушетия); высокая загрязненность окружающей среды не только оказывает негативное влияние на состояние здоровья граждан, но и снижает привлекательность субъектов федерации как рекреационных объектов, угрожает без­опасности региона в целом;

Многие решения о ходе процесса приватизации, принятые на общероссийском уровне, так называемые алгоритмы действия и правила поведения, не вписались в местную специфику, диссони­ровали с национальными представлениями и традициями хозяй­ствования народов, проживающих в регионе, их представления­ми о собственности и об отношениях собственности, о праве на

ее владение и способах приобретения или передачи такого права. Все вышесказанное наложило негативный отпечаток на качество результирующего фактора при подведении итогов приватизации в регионе.

Со времен советской власти в организационно-структурной компоновке хозяйственных комплексов северо-кавказских респу­блик сложились национальные «управленческие» пропорции: но­менклатурные руководящие места (по количеству и значимости), занимаемые представителями той или иной коренной, «титуль­ной» национальности. Как правило, со сменой начальника или директора крупного хозяйствующего субъекта представителям соответствующей национальности обеспечивалась преемствен­ность. С началом приватизации это негласное правило не было отменено и оказало крайне негативное влияние на результаты трансформации собственности, что впоследствии явилось се­рьезным препятствием на пути развития производственных от­ношений.

Справедливости ради необходимо признать, что ситуация таковой остается по сегодняшний день, даже в так называемых «новых рыночных условиях», когда на передний план по логи­ке вещей должны ставиться деловые качества работника, а не национальная принадлежность. В ситуационной конкретике мы полагаем, что при проведении приватизационных мероприятий в многонациональном регионе с низким уровнем социально-эконо­мического развития особо важно обеспечить соблюдение нацио­нальных и межнациональных интересов, не допустить ущемле­ния интересов национальных меньшинств, закрепить равнопра-

В условиях перманентного продолжавшегося экономического спада, как на всем протяжении трансформационного периода, так и впоследствии, сказались неподготовленность, а во многих слу­чаях отсутствие, нормативно-правовой базы проведения процес­са с учетом особенностей конкретного субъекта федерации, сла­бая профессиональная подготовка кадрового состава управления институциональными преобразованиями также не способствова­ла их организованному проведению. Сама компания, официаль­но объявленная в Российской Федерации в 1992 году во многих Северо-Кавказских субъектах федерации, началась с опозданием на 20-22 месяца (в Чеченской Республике и в Республике Ингу­шетия спустя почти десятилетие) и была в основном проведена по ценам 1992 года, что значительно снизило продажную стои­мость ее объектов, и соответственно были недополучены необхо­димые для бюджета средства. Незначительной была и рекламная компания в средствах массовой информации на местном уровне, и практическое отсутствие разъяснительной работы в трудовых коллективах и среди широких слоев общественности, что, в свою очередь, породили в обществе недоверие к проводимым рефор­мам, а зачастую их элементарное игнорирование.

Большое количество государственных предприятий в регионе было приватизировано путем выкупа ранее арендованного иму­щества по остаточной стоимости. До 73% из общего числа пред­приятий, находившихся в собственности субъектов федерации, были реализованы посредством аренды с выкупом, в то время объекты муниципальной собственности преимущественно реа­лизовывались через конкурсы (57%) и аукционы (43%), то есть через свободную продажу.

Мы не находим целесообразным, спустя почти двадцать лет, подробно останавливаться на нарушениях, выявленных при про­ведении конкурсов и аукционов; суть в другом – выручка от кон­курсной продажи объектов оказалась в 64 раза выше стартовой

цены, от аукционной – в 49 раз, а от аренды с выкупом – осталась на уровне начальной оценки выкупаемого имущества. Состояние неуверенности в перспективах экономического развития, инфля­ция, неоднократные переоценки основных средств государствен­ных предприятий способствовали дезорганизации трансформа­ционного процесса и значительным нарушениям статистической бухгалтерской отчетности; в ряде случаев практически невоз­можно было изучить и реально оценить их стоимость. В Севе­ро-Кавказском регионе на первом «ваучерном» этапе приватиза­ции объективно присутствовала «чекоизбыточность» (табл.7).

Совокупная стоимость государственного и муниципального имущества, подлежащего приватизации, составляла на начало 1992 года около 30 млрд рублей, а населению было выдано при­ватизационных чеков на общую сумму по номиналу в 120 млрд рублей, что привело к тому, что обеспечение одного чека иму­ществом оказалось в 4 раза меньше требуемого и почти в 3 раза меньше, чем в среднем по Российской Федерации.

Практически во всех субъектах нынешнего СКФО к середине 90-х годов прошлого столетия не сложился предпринимательский и управленческий (менеджерский) корпус, который мог бы умело вести частный бизнес в условиях перехода к рыночным спосо­бам хозяйствования. В подавляющем большинстве случаев, на промышленных предприятиях региона после приватизации ру­ководителями остались прежние директора, или пришли новые, но получившие «благословение» старых; что, впрочем, не свиде­тельствует предположению, будто бы акционерные общества, в которых сменился управляющий, начали эффективнее работать.

Вследствие нарушения единого производственного цикла, на который замыкались указанные предприятия, а таковых в регионе было достаточно (в одной только РСО-Алания 14 крупных пред-

ствующее законодательство в этом контексте. Подобная ситуация неизбежна в переходный период «вследствие того, что экономиче­ские отношения первичны относительно правовых; разрушение прежних экономических отношений означает устранение старого права, а новое и соответствующие ему институты появляются по мере становления новых экономических отношений. В результа­те образуется так называемый вакуум, создающий предпосылки для изъятия объектов собственности у прежних субъектов, равно как и у конкурентов, не озадачиваясь при этом соблюдением пра­вовых норм».