По русскому и скандинавскому северу

Мне показалось это чрезвычайно умным приемом. Ведь таким образом публика подготовляется к настоя­щей военной стрельбе, к службе и к защите своего отечества.

Тут же вблизи находится и дворец короля, о котором уже говорено, и дворянский дом.

Вечером отправился в возвышенную часть города, куда поднимаются с помощью элеватора. Я пошел пеш­ком туда. Проходя корабельными и товарными приста­нями, видел драку или, скорее, стычку колоссального мулата с местными матросами. Но и эта буйная сцена кончилась, не успев разыграться, при приближении од­ного из солидных и благообразных здешних полисменов, имеющих самый привлекательный костюм и располага­ющий вид.

Тут, на высоте, в садике с кладбищем внутри его сто­ит Катаринкирхе, знаменитая тем, что здесь были со-

жжены тела восьмидесяти двух жертв стокгольмской «кровавой бани». Теперь здесь находится обыкновенное небольшое кладбище-парк, в котором в тот раз гуляли несколько взрослых и детей скромного достатка да па­рочка влюбленных ремесленников, имевших здесь, по­видимому, свое рандеву. Времена меняются, и мы меня­емся с ними.

На нескольких приличных дамах я увидел простые красные байковые одеяла заместо пледов. Они сидели в них преспокойно, точно в самых модных одеяниях.

Еще раз здесь пришлось увидеть, как охотно в Шве­ции пьют горячительные напитки, в особенности мест­ные вкусные пиво и пунш.

Это заключение привело меня в грустное настрое­ние, и я пошел, удрученный, домой спать.

Остановки очень коротки, так как поезда вообще идут быстро в Скандинавии. Поэтому есть приходи­лось спешно. Еда хороша и недорога. Но вечный варе­ный картофель, который и в Скандинавии, как и в Фин­ляндии, подают ко всякому кушанью, а также ячменный, повсеместный там и тут сухарь не то блин надоели до смерти.

Мимо окон вагона проносятся невысокие, лесистые горы, зеленые долины, плодородные нивы с полегшими тучными хлебами. Кой-где блестят изо всей этой роскош­ной зелени озера и реки. Виднеются одинокие сельские домики, или мызы, как в Финляндии. Иногда эти жили­ща группируются в маленькие поселки.

Всюду довольство и зажиточность. Всюду спокой­ствие, трудолюбие и благосостояние.

Должно заметить, что этот путь через южную часть Швеции, после побережного объезда Скандинавии, по­казался мне почти совсем неинтересным. И я был дово­лен, когда он кончился.

А кончился он в десять часов вечера, когда поезд прибыл в Мальмё, мне уже хорошо знакомое и виденное мною немного раньше.

Местные жители мне рекомендовали дешевую и очень хорошую, по их словам, гостиницу «Дания». Но там не оказалось свободных номеров, и я поневоле дол­жен был обратиться в ближайшую и самую роскошную «Отел Хорн», о которой уже говорил выше, при описа­нии Мальмё. Там я получил за две кроны всего роскош­ную комнату с прекрасной обстановкой: умывальник, электрический свет по желанию, великолепная постель с чудным, чистым бельем. Всего этого я не имел за всю длинную свою дорогу. Поэтому, походивши немного но­чью по городу, темневшему и успокаивавшемуся, я с удовольствием вернулся спать в свой номер.

здесь было далеко до тех изящных и недорогих предме­тов, каковых так много в Стокгольме.

Второй пароход отходил в половине десятого утра. Это было видное, хорошее судно. Публики было на нем много, особенно первоклассной, т. е. нарядной. Общий обед был положительно роскошен. Его подавали всем в первом классе.