Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Ответственность политической элиты. Теория и современная российская практика. Монография

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

08.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 23 / 153 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 > Следующая >>>

литическая и материальная ответственность»,

а непосредственные руко‑ водители процесса принятия решений несут индивидуальную уголовную ответственность.

В современной юридической науке дискутируется проблема содер‑ жательного понимания ответственности. Во многих работах российских правоведов проводится анализ ответственности институтов власти, госу‑ дарственных чиновников, различных структур управления с позиций нрав‑ ственности, долга, служебных обязанностей, разного рода санкций, вплоть до уголовного наказания.

Некоторые авторы рассматривают явление юри‑ дической ответственности с точки зрения ее базовых принципов, занимае‑ мого места в правовой системе России, возможностей влиять на укрепление государственности.

Однако проецирование ответственности на деятель‑ ность правящих групп современного общества, на политическую элиту осуществляется редко и представляется слабо разработанной проблемой.

Однако во многих публикациях раскрывается только юридическое понима‑ ние ответственности.

Прежде всего следует отметить, что важнейшим основанием ответ‑ ственности современные правоведы считают общечеловеческие ценности: демократизм, гуманизм, справедливость, свободу, равенство граждан перед судом и законом. Особым значением наделяется принцип справедливости, в котором, по мнению М. Б. Мироненко, сфокусированы нравственные ос‑ новы юридической ответственности, взаимосвязь с правами и свободами

Во‑вторых, особо, как наиболее важная, выделяется ответственность госу‑ дарства, государственных структур власти, бюрократии, поскольку в сфере

Большой юридический словарь/Под ред. проф. А. Я. Сухарева. — 3‑е изд.,

доп. и перераб. — М.: ИНФРА‑М, 2007. С. 215–216.

См.: Краснов М. А.  Ответственность власти. — М. 1997; Цыбулевская О. И. Мораль, право, власть. Саратов, 2004; Бондарев А. С. Юридическая ответственность и безответственность — стороны правовой культуры и антикультуры субъектов права. — СПб, 2008; Носкова Е. А. Позитивная юридическая ответственность. Казань, 2004; Савин В. Н. Ответственность государственной власти перед обществом//Государство и право, 2000. — № 12; Сырых  В. М. Проблемы правовой ответственности государства, его органов и служащих//Государство и право. —

2000. — № 3; Топоркова М. К. Конституционно‑правовая ответственность Правительства Российской Федерации//Право и права человека. Сб. научных трудов. — М., 2005; Эбзеев Б. С. Личность и государство в России: взаимная ответственность и конституционные обязанности. — М., 2007; Романова В. В. Ответственность государства. Дисс… канд. юрид. наук. — Казань, 2007; Малько А. В. Стимулы и ограничения в праве. — М., 2004.

См.: Мироненко М. Б. Принципы юридической ответственности. — Тольятти, 2001; Серебренников В. В. Ответственность как принцип власти//Социально‑ политический журнал. — 1998. — № 4.

Малько А. В., Затонский В. А. От в етственно с ть публичной вла сти как спо соб повышения российской государственности//Актуальные проблемы юридической науки. Сб. научных тр. Вып. 1, — Тольятти, 2007.

Мироненко М. Б. Указ. соч. — С. 213.

государственного управления принимаются решения и осуществляются действия, распространяющиеся на все население страны. Естественно, что здесь проявляется совокупность всех видов социальной ответственности: морально‑нравственной, юридической, политической, экономической, лич‑ ной, коллективной и других. В‑третьих, основное содержание юридической ответственности политических институтов государства сводится к над‑ лежащей реализации существующего законодательства, в котором прямо закрепляются взаимные права, обязанности, характер и мера ответствен‑ ности граждан и государства. О. И. Цыбулевская и Т. В. Милушева подчер‑ кивают, что в этом случае юридическая ответственность выступает, наряду со всеми иными проявлениями, еще и как метод воспитания внутренних принципов и механизмов поведения субъектов управленческой деятельно‑

. Эти позиции раскрываются, дополняются, комментируются во многих

сти исследованиях российских ученых‑юристов.

Однако сохраняющееся на протяжении многих лет «отсутствие четких, обоснованных критериев привлечения к ответственности органов государственной власти и должностных лиц (во всяком случае их явно недостаточную проработанность в законодательстве РФ) обуславливает невозможность привлечения их к ответу за ненадлежащее исполнение

возложенных на них полномочий»

. По мнению Е. В. Комбаровой, ответ‑ ственность в большинстве случаев зависит от эффективности санкций, обеспечивающих ее реализацию. Именно налаженная система ответствен‑ ности делает правовые нормы надежными и оправдывает возложенные на них социальные ожидания. Но если правовые нормы не реализуются, то это провоцирует обесценивание прав и обязанностей публичной власти. Это случается, если за нарушением действующих норм не следует санк‑ ция. Так, ответственность органов публичной власти является важным элементом их правового статуса. В данном контексте рассматривается конституционно‑правовая ответственность, которая регулирует вопро‑

сы обеспечения функционирования органов публичной власти

. Говоря о российской практике, автор ссылается на Конституцию РФ, в которой со‑ держится большое количество норм, не подкрепленных санкциями. Отме‑ чается, что на всех уровнях власти существует дисбаланс ответственности, прав и обязанностей. Права имеют свою основу на одном уровне, отличном

Цыбулевская  О. И.,  Милушева Т. В.  Публичная власть: взаимодействие юридической и нравственной ответственности//Публичная власть: проблемы реализации и ответственности. — Саратов, 2011, С. 131.

Аналитический вестник Совета Федерации Федерального собрания РФ № 17 (210). Формы и механизмы ответственности органов государственной власти и местного самоуправления: перспективы законодательного обеспечения./Под. ред. М. В. Глигич‑Золотаревой. — М.: 2003. — С. 3.

Комбарова  Е. В. Конституционно‑правовой механизм разрешения разногласий в системе органов публичной власти Российской Федерации: Дисс. … канд. юрид. наук. — Тамбов. — С. 139.

22 23

от уровня распределения обязанностей, а формы правовой ответственно‑ сти, зачастую, не прописаны вообще.

Попытку некоторого обобщения существующих суждений о правовом

содержании ответственности осуществил Б. Б. Сулейманов.

Он считает, что хотя ответственность государства распространяется на все ветви вла‑ сти, центральным субъектом является все же исполнительная власть, осу‑ ществляющая реальное управление обществом. При этом ответственность власти рассматривается как бы в трех плоскостях: на уровне власти в целом, на уровне отдельных государственных органов и на уровне должностных лиц. По сути, говоря о должностных лицах, Б. Б. Сулейманов имеет в виду представителей властвующей, правящей элиты. Правда, он не говорит об ответственности элиты вообще, а выделяет наиболее массовую группу государственных служащих, на которую элита опирается в своей деятель‑ ности. По отношению к государственным служащим Б. Б. Сулейманов под‑ тверждает существующее в науке мнение о необходимости использовать два вида ответственности: функциональную, больше ориентированную на оценку работы коллектива, и персональную, направленную на конкрет‑ ное должностное лицо. Также подразделяется и применение юридических санкций в качестве меры ответственности. Автор подчеркивает, что реали‑ зацию принципа персональной ответственности существенно затрудняет расплывчатость, неконкретность, противоречивость содержания многих нормативно‑правовых актов, регламентирующих деятельность чиновни‑ ков. Он называет такие недостатки как многоступенчатость управления, параллелизм в функциях и полномочиях, бесконтрольность, частые пере‑ становки кадров.

Происходит размывание персональной ответственности чиновников, а вместе с этим нарастает общая безответственность государ‑ ственных структур власти и управления.

Б. Б. Сулейманов дает подробный анализ теоретических суждений о юридической ответственности в системе государственного управления, опираясь при этом на труды как советских (З. А. Астемиров, И. С. Самощен‑ ко, М.С, Строгович, В. А. Тархов, М. Х. Фарукшин и др.), так и современных российских юристов (Е. А. Агеева, Е. А. Ковалева, О. Э. Лейст, Т. А. Терещен‑ ко и др.). Однако практически не учитывает аспекта принципиальных раз‑ личий проявления ответственности в политических системах Советского Союза и Российской Федерации и нередко оценки советских юристов пере‑ носит в современную систему политико‑правовых отношений. Он также как и большинство исследователей‑юристов, не затрагивает проблему ответственности политической элиты, во всяком случае, не акцентируется на этой теме.

М. М. Мокеев рассматривает ответственность политической власти как «один из факторов эффективности политико‑административного управле‑

Сулейманов  Б. Б. Ответственность публичной власти: исторические и методологические аспекты//Публичная власть: проблемы реализации и ответственности. — Саратов, 2011.

Сулейманов Б. Б. Указ. соч., С. 51–53.

ния. Ответственность реализуется более эффективным использованием действующих законов и разработкой новых, более совершенных; усилением демократического контроля за деятельностью органов власти, сочетанием демократических и административных методов управления и более сво‑

бодным их выбором в принятии политических решений»

. Это понимание, в силу специфики исследования автора, не является сугубо юридическим, т. к. затрагивает и политическую сторону вопроса, напрямую относится к представителям политической элиты и описывает их ответственность за принятие решений.

Анализу политологического подхода в исследовании ответственности уделяется в нашей книге более пристальное внимание, поскольку в нем представлены разные традиции в понимании ответственности представи‑ телей политической элиты. Этот подход отличает присутствие у участника отношений, в которых возникает ответственность одного актора перед другим при реализации общественно или государственно‑значимой цели. Однако эта ответственность не выражается в дисциплинарных или юриди‑ ческих санкциях. В рамках данного подхода ученые выделяют участников процесса выявления ответственности, что обеспечивает возможность подвергнуть исследованию их соподчиненность. Однако в данном подходе есть две традиции — назовем их «отечественная» и «англоязычная». Они связаны во многом с особенностями понимания ответственности учеными в разных странах и с традициями юридической и политической практики в России и США.

Для более четкого понимания разницы подходов рассмотрим более позднюю традицию с точки зрения исторического периода становления и развития — русскую. Необходимо ответить, что большая часть исследова‑ ний этой темы базируется на разработках психологической и юридической школ. Кратологический словарь дает два определения ответственности:

1) обеспеченность правами и обязанностями в осуществлении какой‑либо деятельности, 2) необходимость, обязанность на основе зафиксированных в законах и актах санкций отвечать за свои решения, неправильные дей‑

ствия, поступки

. Наиболее часто встречающимся в литературе можно назвать словосочетание «социальная ответственность». При этом полито‑ логический аспект такого понятия слабо выражен. Например, А. С. Разин и А. В. Белов выделяют наряду с индивидуальной и коллективной, мораль‑ ную, гражданскую и юридическую виды ответственности. При этом необ‑ ходимо отметить недостаточность данной классификации из‑за отсутствия

политической составляющей

Мок еев  М. М. Конституционно‑правовая ответственность органов и должностных лиц местного самоуправления: Дис. … канд. юрид. наук: 12.00.02 — Саратов, 2003. — 158 c.

 Халипов В. Ф. Власть: кратологический словарь. — М., 1997. — С. 244–245.

 Разин А. С.,  Белов А. В. Формы, виды и правовое поле социальной ответственности//Политика и общество. — 2012. — № 3 (87); Ореховский А. И. Введение в философию ответственности. — Новосибирск: СибГУТИ, 2005. — 186 с.

24 25

Г. В. Атаманчук считает, что «ответственность в общем виде — это отношения, обеспечивающие интересы и свободу взаимосвязанных сторон и гарантируемые обществом и государством: долг, оценка поведения, санк‑

ции»

. При этом автор отмечает, что основным элементом в данном случае выступает оценка принятого решения или действия гражданина с точки зрения признанных или действующих идеалов, принципиальных норм, пользы общественного развития. Это значит, что в подходе совмещается внешнее стимулирующее воздействие на представителя элиты и отмеча‑ ется обязательность выполнения каких‑либо норм. При этом автор рас‑ сматривает ответственность вне акторов и без детализации их отношений. Данное определение близко к правовому, т. к. ответственность выступает как негативный элемент, только как санкция.

Эту точку зрения развивают и представители так называемой «ростовской школы» элитологии. Они понимают ответственность как «способность субъекта ответственности выполнять определенные требо‑ вания и осуществлять стоящие задачи, достигая общественно или лично значимого результата». Один из представителей «ростовской» школы уче‑ ных — А. К. Агапонов — считает, что политическая ответственность — это «осознание ответственной зависимости политического лидера, субъекта властных отношений от государства, гражданского общества, политической организации, населения и в деятельности по осуществлению коллективно выработанного курса, выполнению предвыборной программы, обещаний перед электоратом, неуклонное следование в своей деятельности кон‑ ституционным положениям и политико‑правовым нормам»

. При этом автор выделяет также «ответственность высших должностных лиц», под которой понимает «ответственность за характер их деятельности на посту руководителя субъекта Федерации»

. Такое определение оказывается недостаточно конкретным, поскольку «характер» деятельности не рас‑ сматривается как система параметров или критериев оценки. Однако мы поддерживаем данное определение и на протяжении нашего исследования придерживаемся его основных положений. При этом А. К. Агапонов пред‑ лагает свой вариант определения рамок политической ответственности: «важно четкое разграничение политической и юридической ответствен‑ ности — необходимое условие установления конституционного порядка в стране». Предложенное А. К. Агапоновым разделение правовой и по‑ литической ответственности, по нашему мнению, важно для дальнейшего исследования ответственности именно с политологической точки зрения, для обособления этого взгляда на проблематику ответственности элиты, закрепления его в качестве самостоятельного подхода.

 Атаманчук Г. В. Теории государственного управления. Курс лекций. — М.:

Юридическая литература, 1997. — 245 с.

 Агапонов А. К. Ответственность региональной политической власти: анализ

и технологии (на примере ЮФО)//Власть. — 2004. — № 6. — С. 29.

Там же. — С. 30.

Д. Ю. Знаменский в своей диссертации рассматривает ответственность функционально, через результат работы некоторых ее субъектов. Он отве‑ чает, что сознание ответственной зависимости политического лидера, субъ‑ ектов властных отношений от государства, политическая организация на‑ селения в деятельности для осуществления коллективно выбранного курса, выполнения обещаний, данных электорату, следование конституционным

положениям государства.

В этом же ключе рассуждает и Н. М. Колосова, отмечая, что «политическая ответственность — это ответственность власти перед обществом за выполнение принятых на себя обязательств, обеща‑ ний, программ». В то же время автор считает, что мерой ответственности является «отстранение от должности тех, кто не должен осуществлять свои

публичные функции»

Не смотря на преобладание в науке положения о разделении юридиче‑ ской и политической ответственности представителей политической элиты, многие отечественные авторы склоняются к ее пониманию как санкции, что сужает представление о социальной сути элиты и о функциональности субъектов и объектов ответственности. Например, ответственность пу‑ бличных политиков не может быть встроена в эту систему, исходя из того, что к ним не могут быть применены традиционные юридические санкции. Таким образом, актуализируется вопрос о расширении применения от‑ ветственности в ее преломлении к элите. Эту мысль можно найти в иссле‑ довании В. Г. Афанасьева, который делит ответственность на внутреннюю и внешнюю. Первая проявляется во внутренней работе человека над собой, внешняя, наоборот, — в воздействии на человека со стороны социальной группы, мнение которой значимо для него

. М. В. Краснов добавляет, что внутренняя ответственность также является показателем самооценки, степени самостоятельности в принятии решений и в прогнозировании их

результатов и последствий

Как видим, исследование феномена ответственности в отечественной науке имеет ограниченный масштаб, затрагивает немногие вопросы его содержания и реализации. Это, конечно, объясняется слабым развитием тематических исследований по такого рода проблемам современного российского общества. Вместе с тем, считаем существенным факт недо‑ статочного укоренения в действующей политической практике многих де‑ мократических институтов. Отсутствие достаточной практики реализации политики на основе демократических принципов сковывает возможности анализа многих общественных явлений. Среди них и такой важный для по‑ литической системы государства феномен как ответственность в политике.

 Знаменский Д. Ю. Ответственность и эффективность деятельности органов и должностных лиц публичной власти в Российской Федерации. Дисс… канд. полит. наук. — С. 122.

Там же — С. 178.

 Афанасьев В. Г. Человек в управлении обществом. — М., 1977. — 340 с.

 Краснов  М. А.  Ответственность в системе народного представительства (методологические подходы). — М.: Наука, 1992. — 281 с.

26 27

Гораздо глубже и разнообразнее данная проблема исследуется в за‑ падной науке, в частности, американской. С английского языка словом «от‑ ветственность» традиционно переводят три термина — amenability, liability, responsibility, accountability. Все они отмечают особенности его понимания, аутентичные для разных сфер применения. Рассмотрим в сравнительном ключе содержание данных определений.

Аmenability — типично юридический термин, который употребляется в литературе в словосочетании «amenability to the bar of public opinion», т. е. «ответственность перед авторитетом общественного мнения»

. В юридиче‑ скую лексику он пришел из математических наук, в которых аменабель‑ ность трактуется как усредненность, созависимость. В иностранных источ‑ никах также встречается термин «liability», который также предполагает трактовку как «долг» в значении отсроченной выплаты.

Более близким для применения к ответственности элиты, но мало употребляемым в литературе по этой теме, является термин responsibility. Однако в применении к политической сфере у него есть два значения: «на‑ личие зависимости между действиями какого‑либо лица и благосостоянием других лиц, которая налагает определенные моральные обязательства на это лицо» и «обязательства лица, в явном виде заданные его служеб‑ ным или социальным положением». Важно отметить, что в наиболее часто употребляемых вариантах responsibility определяется как «зависимость от общественного мнения», что расширяет юридическое представление об ответственности только за конкретные проступки или невыполнение должностных обязанностей. Поэтому есть возможность расширить систему акторов этих отношений. Таким образом, этот термин более всего подходит для определения ответственности представителя элиты.

Однако самым употребляемым определением ответственности в ан‑ глоязычной литературе стало слово «accountability», которое в более точном переводе звучит как «необходимость отчитываться, подотчётность». Термин употребляется в словосочетаниях «accountability to a body», т. е. подотчет‑ ность какому‑либо органу. Под термином «accountability» в англоязычных политологических источниках понимают политическую ответственность (буквально «подотчетность») власти, которая, в свою очередь, представляет собой «социальный механизм в демократической системе, влияющий на по‑ ведение представителя государственной власти (президента, государствен‑ ного служащего, депутата, парламента), сущность которого заключается в необходимости отчитываться перед внешним контролером (например, перед общественностью) за свои поступки».

В более широком контексте (в системе государственного управления) через ответственность описывается метод организации муниципального управления, в соответствии с которым различные задачи реализуются специализированными службами муниципального образования, так на‑

 Оксфордский словарь английского языка: 2‑е изд. — М., 2004. — 249 с.

зываемый accountability management. В политической литературе по го‑ сударственному управлению accountability в различных словосочетаниях описывает механизмы ответственности, функциональные особенности при‑ менения ответственности. Характерно, что этот подход определяет меха‑ низмы ответственности, чего нет в русскоязычных источниках. Сам по себе механизм ответственности (account‑giving mechanism) определяется через способ влияния ответственности как социального процесса на поступки представителя государственной власти. В литературе различают несколько типов таких механизмов, каждый из которых предполагает определенные этические стратегии поведения.

Самый близкий к российской традиции понимания ответственности термин — accountability‑as‑liability или ответственность по закону. Он возникает в связи с требованиями закона или строгих правил организации; предполагает наличие конкретных санкций, налагаемых за совершение тех или иных проступков. Accountability‑as‑answerability (ответственность по обязанностям) — это тип механизма ответственности государственного служащего, который проявляется в случаях, когда его служебные обязан‑ ности формализованы или четко регулируются. В этом случае служащий отвечает за выполнение своих обязанностей перед конкретным должност‑ ным лицом, государственным органом и т. п. Примерами механизма такого типа являются вотум недоверия в парламенте, установление порядка подчиненности в иерархической организации и т. д. Этот подход сравним с традиционным пониманием ответственности российскими учеными.

Еще один механизм — ответственность как атрибутивность (accountability‑as‑attributability), что предполагает расширение сферы ответственности госслужащего. Данная форма ответственности возникает в случаях, когда какое‑либо должностное лицо вынуждено отвечать за свое поведение не только в профессиональной, но и в личной сфере. Наиболее часто ответственность как атрибутивность несут высшие должностные лица, которые постоянно находятся «на виду» и вынуждены отвечать уста‑ новленным общественностью нормам поведения.

Самый распространенный механизм — accountability‑as‑blameworthiness «ответственность по статусу» — возникает в случаях, когда социальный статус (должность, положение в обществе, принадлежность к группе) пред‑ ставителя государственной власти налагает на него дополнительную от‑ ветственность. Например, не только в англоязычных странах, но и в России высшие офицеры в военных организациях отвечают (вплоть до отставки) за любой инцидент, произошедший в их ведении, даже если они не имеют к нему непосредственного отношения. Из российской практики можно при‑ вести пример ответственности глав муниципальных образований за слабую реализацию задач политики государства в сферах, которые формально не входят в их полномочия.

Современный ученый Дж. Кэйден отмечает, что, несмотря на то, что слова responsibility, accountability, liability часто используются как взаи‑

28 29

мозаменяемые, их употребление должно быть дифференцировано и рас‑

сматриваться как комплекс связанных понятий, а не как синонимы

. Автор

рассматривает данные определения следующим образом:

– быть ответственным (be responsible) означает иметь полномочия, сопряженные со свободой в принятии решений, а также со способностью различить результаты деятельности (как правильно и неправильно), вести себя рационально, последовательно и иметь обоснованную точку зрения;

– быть подотчетным (be accountable) означает ответить за взятые на себя обязательства;

– быть ответственным (be liable) означает принять обязанность ком‑ пенсировать последствия негативного проступка или неверного суждения.

Политической ответственностью в англоязычной традиции называется принцип, по которому государственные должностные лица, принимающие решения в условиях демократии, должны быть подотчетны народу за свои действия. К такому четкому определению механизмов ответственности западные ученые пришли, исходя из демократических традиций и поли‑ тической практики. Современная доктрина ответственности обязана своим происхождением развитию институтов представительной демократии в XVIII веке. Всеобщие выборы должностных лиц и относительно короткий срок их полномочий, по замыслу законодателей, должны дать избирателям возможность контролировать своих представителей в их должностной дея‑ тельности. Те, чье поведение отражает слабую ответственность, могут быть наказаны своими избирателями на следующих выборах. Таким образом, по‑ нятие ответственности подразумевает больше, чем просто молчаливое со‑ гласие управляемых групп населения с принятыми элитой политическими решениями. Эта система предполагает механизмы активного мониторинга деятельности государственных должностных лиц и расходования средств для обеспечения интересов и ожиданий общества.

Составители классических изданий «Федералиста» отмечали, что ответственность — новое слово, которое получило свое классическое опре‑ деление в процессе обсуждения предлагаемого проекта Конституции США 1787 года. Несмотря на то, что термин нерегулярно появлялся в британском политическом дискурсе, именно «в Америке в 1780‑е годы он занял особое место в лексике описания политиками своей деятельности»

. В «Федерали‑ сте» приводится несколько значений «ответственности», из которых только одно является синонимом «подотчетности». В своем эссе о президентстве Александр Гамильтон так же описывает ответственность как эквивалент подотчетности. А. Гамильтон и Дж. Мэдисон отмечали, что когда населе‑ ние настаивает на предвзятых, безответственных или несправедливых в отношении их интересов мерах, избранные ими должностные лица под

Kayden Jerald S. Historic Preservation and the New Takings Cases: Landmarks

Preserved. — 1995. — URL: http:// ir.lawnet.fordham.edu/elr/vol6/iss3/3/

См.: Печатнов  В. О. Американские федералисты: Гамильтон, Мэдисон,

Джей. Избранные статьи. — М., 1984. — С. 156, 352, 395–397.

влиянием «долга» вынуждены противиться популярным среди своих избирателей желаниям, так как хотят восстановить свое влияние на боль‑ шинство. Государственные должностные лица в некоторых случаях несут ответственность за свои действия, совершенные против общественного мне‑ ния, хотя и в интересах общественного блага. Такое понимание ответствен‑ ности выходит далеко за рамки классического понимания подотчетности. В современной трактовке, ответственность в более широком смысле связана с результатами деятельности

При этом существуют и более простые определения. Например, амери‑ канские ученые М. Альберт и Ф. Хедоури считают, что ответственность — это «обязательство выполнить задание и обеспечить его удовлетворитель‑ ное завершение».

«Методы, процедуры и факторы, которые определяют ценности, отражающиеся в административных решениях», Г. Саймон на‑ зывает подотчетностью и считает «осуществлением ответственности»

В англоязычной традиции ответственность (accountability) иногда рас‑ сматривается вместе с понятием «отзывчивость» (responsiveness). Имеется в виду активность представителей власти не только в получении инфор‑ мации и мнений от граждан, но и в реализации их как основополагающих в своей дальнейшей деятельности. Естественно, определенный уровень реагирования всегда являлся желательной характеристикой ответственной элиты, однако в своей крайней форме он может обесценить политическое лидерство в его важнейших проявлениях (стратегические и тактические шаги по улучшению благосостояния граждан, формулирование долгосроч‑ ной политики и принятие важных для всей страны решений и др.). «Ваш представитель во власти предает вас не тогда, когда строит свой завод, а когда жертвует вашими интересами и обязательством служить вам, забы‑ вая свои суждения», — писал Э. Берк

. В этом случае отпадает и необходи‑ мость реализации механизмов отчетности, так как функцию фактического руководства государством полностью (в деталях и методах) берут на себя граждане, отказываясь таким образом от необходимости выдвижения аген‑ тов (представителей) во власти.

По К. Ванрок, ответственность публичного должностного лица состоит

в том, чтобы «заботиться о правильном результате» и «благе для многих»

Такой подход к пониманию ответственности является наиболее интерес‑ ным, поскольку он выходит за рамки вопросов отчетности и обязательств

Dahl R. Polyarchy: Participation and Opposition. — New Haven: Yale University

Press. — 1971. — С. 89–92.

Мескон М., Альберт М., Хе доури Фр. Основы менеджмента: Пер. с англ.//ред. Л. И. Евенко. — Академия народного хозяйства при правительстве Российской Федерации. — М.: Издательство «Дело», 1997. — С. 208.

Саймон Г. А. Administrative Behavior: Пер. с англ. — М., 1997. — С. 163–166.

Цит. по Brevold L., Ross К. The Philosophy of Edmund Burke. Ann Arbor. — MI: University of Michigan Press, 1960. — С. 52.

Warnock C. Statue of Responsibility. — Daily herald. — 2005. — С. 3.

30 31

<<< < Предыдущая 1 23 / 153 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]