Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:История родительского воспитания в отечественной православной традиции. Учебное пособие
.pdf
напротив, отчасти оправдывает эту женщину, замечая, что двигало ею сильное
материнское чувство любви к своему ребенку: И только сам Феодосий в итоге
побеждает «звериную» любовь матери к нему: он уговаривает свою родительницу принять монашество и поселиться в женском монастыре.
Образ отца как воспитателя также находит свое яркое воплощение в произведениях Древней Руси. Здесь мы можем увидеть многочисленные поучения
отца детям: это переводная «Повесть об Акире Премудром» (XI век); «Слово
некоего отца к сыну своему», входящее в состав «Изборника» (1076); «Поучение» Вл. Мономаха (начало XII века); «Наставление о детях» князя Константина Владимирского (начало XIII века) и др.
Например, переводная «Повесть об Акире Премудром», пришедшая на
Русь в XI веке, рисует перед нами образ мудрого отца Акира, который дает
наставления своему приемному сыну Анадану. Заметим, что данная повесть
была составлена в Ассирии-Вавилонии в VII веке до н.э. и позже была переведена в Византии. Историческая судьба данной повести объясняет тот факт, что
идеальные качества личности, которые Акир хочет воспитать в своем сыне, достаточно близки ветхозаветному воспитательному подходу. Это такие добродетели, как страх Божий, мудрость, воздержанность, скромность, милосердие,
помощь ближним, миролюбие, терпение, сострадание, честность, правдивость,
умение ценить друзей, трудолюбие, неосуждение, невосприимчивость к греху,
преодоление блудных желаний, отсутствие зависти, гнева, корыстолюбия,
скверноприбытчества и мздоимства.
«Поучение» Вл. Мономаха также рисует перед нами не только образ
умудренного жизненным опытом отца, дающего перед смертью последние
наставления своим детям, но и включает в себя понимание воспитательного
идеала личности ребенка. Как замечает М.И. Демков, главными свойствами
этого идеала являются человеколюбие и трудолюбие, основанные на религиозности и благочестии, причем благочестие и деятельность поставляются в основании всего.
Идеал личности ребенка, представленный в другом княжеском поучении
детям — «Наставлении о детях» князя Константина Всеволодовича Владимирского (ум. 1219), представляет собой интересный пример сочетания не просто
ветхозаветного и новозаветного воспитательных подходов, но и определенной
доли «светского княжеского» понимания идеала личности детей. Так, князь,
находясь на смертном одре, советует своим детям следовать таким добродетелям, как миролюбие, взаимная любовь друг к другу, послушание старшим, добротолюбие, милосердие, справедливость, отсутствие гнева и гордости, воздержанность, храбрость и мужество.
Древнерусское наследие доносит до нас и еще один педагогический памятник, в котором мы можем наблюдать следование новозаветному пониманию
идеала личности ребенка. Речь идет о «Слове некоего отца к сыну своему»,
41
входящему в состав «Изборника» (1076). В своем поучении отец ставит перед
сыном главную цель жизни — наследование «живота вечного» в Царствии
Небесном. Отсюда исходят качества личности, которые являются идеалом для
каждого христианина. Это вера и любовь к Богу, радение о своем спасении,
любовь ко всем людям, любовь к врагам, помощь нуждающимся, милосердие,
миролюбие, смиренномудрие, знание «слова Божия», мудрость, стремление
уклоняться от злого, творение милостыни, послушание старшим, отсутствие
страстности, лености, самолюбия и своеволия.
В то время получает развитие не только ветхозаветное, но и новозаветное
направление православной родительской культуры. Именно это направление
описывается в житии русского святого Сергия Радонежского, составленного на
рубеже XIV–XV веков Епифанием Премудрым. В этом произведении особо
подчеркивается благочестивый образ жизни родителей великого святого, воспитавших своих детей в любви и вере к Богу, заботящихся не только об их пропитании, но и об образовании и духовно-нравственном становлении. Епифаний
замечает: «Преподобный отец наш Сергий родился от родителей благородных
и благоверных: от отца, которого звали Кириллом, и матери, по имени Мария,
которые были Божьи угодники, правдивые перед Богом и перед людьми, и всякими добродетелями полны и украшены, что Бог любит. <…> Избранным родителям Бог его даровал, что и случилось: соединилось добро с добром и лучшее с лучшим». Епифаний повествует, что Кирилл и Мария сами обрели покой
в монашеском чине. Дети же их являли собой пример послушания своим родителям и преданности Богу.
Изучение русской агиографии той эпохи повествует об идеальном образе
материнской любви. Такую женщину-мать встречам в житии святой Ульянии
Лазаревской (ум. 1604) из Мурома. Многодетная мать и верная супруга Ульяния оказывает попечение всем людям, которые нуждаются в ее трудах, молитве, хлебе и одежде. В послушании мужу, в воспитании своих детей она полна
смирения и любви. При этом ей с мудростью и кротостью приходится преодолевать постоянные ссоры, возникающие между ее домочадцами.
3.3. Труды древнерусских авторов XVI–XVII веков
о воспитании чад
Древняя Русь перенесла тяжелое испытание в XIII–XIV веках, когда подверглась татаро-монгольскому завоеванию. Сопротивление этому завоеванию
способствовало укреплению государства, что повлияло на создание национальной системы воспитания. Данная система строилась на влиянии христианского
идеала человека на сложившийся столетиями народный идеал.
В этот период русской истории в качестве образца принимается система
ценностей, основанная на страхе Божьем и непреложном исполнении Божьих
42
1
заповедей. Этот воспитательный поход воплотился в поучительных сборниках
данного периода «Златоусте», «Измарагде» и в «Домострое».
Тема памяти смертной, страха Божьего, Страшного Суда как расплаты за
свои грехи, необходимости неукоснительного соблюдения обряда является постоянной темой изучаемых нами сборников, поэтому преодоление собственной
греховности, верное служение Богу, а также праведное домостроительство рассматривается как путь спасения. Как полагает Н.И. Костомаров, в XVI–
XVII веках русские согласовали свой домашний образ жизни с богослужебным
порядком, и в этом отношении делали его похожим на монашеский1.
«Златоуст», «Измарагд» и «Домострой» рисуют перед нами все черты
этого образа жизни. Они подчеркивают величайшую ответственность родителей перед Богом и людьми за должное воспитание своих чад. Чистота и непорочность детей сравнивается с чистотой и непорочностью души самих родителей, поэтому за любой грех своих детей родители будут отвечать перед Богом
на Страшном Судилище: «Бог даст любити их (детей) и беречи и страхом
спасати уча и наказуя … аще что дети согрешают отцовым и матерним
небрежением им о тех гресех ответ дати в день Страшнаго Суда» («Домо-
строй»). При этом «богобоязливые» родители, воспитавшие «благорассудных»
чад, будут Господом спасены и помилованы: «от освященнаго чину благослове-
ны, а от добрых людей хвалими».
Дети рассматриваются в данных памятниках как часть самих родителей,
часть их телесно-душевного естества, это идея единства христианской семьи и
соборного характера воспитания, доведенная до своего максимального воплощения. Отсюда та самая строгость в воспитании, когда греховность детей рассматривается как собственный недостаток, подлежащий жесточайшему искоренению. Русские тексты предлагают такое понимание воспитания: нужно «лю-
бить их (чад) и беречь, но и страхом спасать, наказывая и поучая, а, осудив,
побить» («Домострой»). Недостойные дети всячески осуждаются и в «Изма-
рагде» — непочтение к родителям рассматривается как величайший смертный
грех: «Аще кто злословит родителей своя, сей перд Богом грешен есть. И про-
клят есть от Бога и от людей. Иже кто бьет отца или матерь от церкви да
отлучится и лютой смертью да умрет. Писано бо есть отчая клятва иссущит, а материна искоренит. Сын бо непослушлив отцу в пагубу будет». По-
этому одной из тем «Златоуста», «Измарагда», а еще более «Домостроя» становятся советы родителям о телесных наказаниях детей, помогающим сделать из
ребенка достойного человека, который в будущем не опозорит родителей своим
поведением. Данные рекомендации содержатся во многих других поучительных сборниках, например, это «Слово и притчи о наказании детей к родителям
См.: Костомаров Н.И. Очерк домашней жизни и нравов великорусского народа в XVI и XVII столетии. СПб.,
1860. С. 93.
43
1
своим» (сборник XV века) и один из разделов «Азбуки» Ивана Федорова
(1574), называемый «Поучение сыну».
В текстах данных древнерусских произведений родительское наказание
рассматривается в ветхозаветном ключе как научение детей воле Божьей, путям
спасения и преодоления собственной греховности. Поэтому наказания понимаются как помощь душе ребенка, когда телесная боль заглушает душевные пороки. Однако, по мнению Э.Д. Днепрова, «Домострой» дает советы воспитывать детей не только «в страхе Божии», но и «в добре наказании» (т.е. в поучении). В данном тексте существуют как рекомендации «казнить сына своего от
юности», так и советы о том, что родителям воздействовать нужно «наказующе
не нужею, не ранами, не работою тяжкою»1.
В этом плане для нас показательна глава «О вскормлении детей», помещенная в один из «Златоустов» XVI века. Авторство этого текста приписывается Иоанну Златоусту. В этой главе Иоанн призывает родителей иметь большое
попечение о детях и всячески заботиться о спасении их душ. Он советует им
думать не о земном благополучии и богатстве их ребенка, а стремиться к тому,
чтобы они были богаты своими добродетелями. При этом Златоуст настаивает
на наказании непокорных детей, полагая, что таковые, если останутся без родительского слова и родительской розги, вырастут преступниками, которые, в
конце концов, будут отданы на судилище и казнены. Тем самым они погубят
себя и опозорят своих родителей. Святитель подчеркивает, что родители, которые не заботятся о воспитании и наказании своих детей, хуже убийц, так как те
умерщвляют тело, а они убивают душу своего ребенка, обрекая ее на вечные
мучения в аду. Поэтому нерадение о своих детях понимается Златоустом как
величайший из всех грехов. При этом в изучаемой нами главе из «Златоуста»
есть места, в которых автор замечает, что родители могут обойтись без побоев
детей, если «с самого раннего возраста определят деятельность детей луч-
шими правилами: привычка к доброй жизни обратится для них впоследствии в
закон».
Свое понимание значения наказания в родительской педагогике той эпохи и предлагает в своих работах В.О. Ключевский, замечающий, что телесные
наказания были одним из основных приемов родительского воспитания. Ученый полагает, что педагогика той поры возлагала на телесные наказания преувеличенные надежды, считая, что с помощью их можно привить человеку
добродетели. При этом Ключевский призывает помнить о том, что мы имеем
дело с планом, а не с практикой домашнего воспитания, план воспитания жесток, но это еще не свидетельствует о том, что он полностью претворялся на
практике. Ученый замечает, что родителей призывали любить своих детей и
только любя наказывать их за дело. При этом известно, что любящая рука «бьет
Очерки истории школы и педагогической мысли народов СССР: с древнейших времен до конца XVII в. / ред-
кол.: Э.Д. Днепров, Р.А. Симонов, В.Л. Янин. М., 1989. С. 155.
44
1
2
не больно». Это обстоятельство дает основание Ключевскому называть более
распространенным методом родительского воспитания живой пример1.
Можно согласиться с Н.А. Лавровским, полагавшим, что евангельские
определения о воспитании и согласные с ними понятия о воспитании отцов
церкви медленно проникали в домашний быт; между тем библейские (ветхозаветные — авт.) ближе подходили к старинной русской воспитательной практике. Нравственные явления вырабатывались веками, и странно было бы представить древнюю русскую семью, вдруг превратившуюся из патриархальной и
грубой в устроенную по Евангельскому образцу2.
Все эти педагогические идеи нашли свое яркое воплощение в XVII веке,
ставшем переломным периодом для духовного воспитания в русском государстве. В этот период было создано большое количество трудов: новые списки
«Измарагдов», «Златоустов», «Домостроев», «Повесть о Горе-Злочастии», сочинение «О Царствии Небесном и о воспитании чад», авторские сочинения о
воспитании Симеона Полоцкого.
«Повесть о Горе-Злочастии» являет собой образец литературного творчества. Ее сюжет основывается на ослушании молодца наказа отца и матери,
увещевавших его следовать праведной жизни. Отказавшись от послушания родителям, молодец попадает во власть Горе-Злочастия. От окончательной гибели
его спасет лишь возвращение к родительским заветам: молодец, пропив все, что
имел, кается. Мораль повести содержится в словах Горе-Злочастия: «Спомятуй,
молодец, ьжитиеьсвое первое / и как тебе отец говорил, ь/ и как тебе мать
наказывала! /ьО чем тогда ты их неьпослушал? /ьНе захотел тыьим покоритися, /ьпостыдился им поклонитися, / а хотел ты жить, как тебе любо есть. /
А хто родителей своих на доброе учения не слушает, / того выучю я, Горе злочастное». Послушание родителям рассматривается в этом произведении как
залог спасения детей.
Другое сочинение «О Царствии Небесном и о воспитании чад», написанное предположительно князем И.А. Хворостининым, содержит в себе размышления о Царствии Небесном и увещевание родителей о том, как нужно воспитывать детей, чтобы приготовить их к Вечной жизни в этом Царствии. Как полагает П.Ф. Каптерев, данная работа написана под сильным влиянием текстов
И. Златоуста и содержит прямые цитаты из него и других отцов церкви. Средством достижения Небесного Царствия автор считает просвещение: «Учение
есть благоразумие, просвещая очи сердечные, опаляя неистовство самохотных
стремлений; свеща бо ото огня просвещенна есть входящая озаряет в храмине: очи благоучнеия просвещают всякого к добродетели грядуща, и язык
праведен влечет ко спасению». Просвещение, по мнению автора, гораздо важ-
нее богатства, поэтому он призывает родителей заботиться главным образом о
См.: Ключевский В.О. Два воспитания // Сочинения : в 9 т. Т. IX. Материалы разных лет. М., 1990.
См.: Дубакин Д.Н. Влияние христианства на семейный быт русского общества. СПб., 1880. С. 106.
45
том, чтобы просветить ум и сердце своих детей светом истины: «Того ради да
не убо смотрием, яко да богатыя оставим дети, но яко да добродетельны и
праведны Богу представим». При этом главнейшей заботой родителей является
необходимость доставить своим детям Царствие Небесное.
Большой вклад в педагогику своего времени внес видный деятель изучаемой эпохи — воспитатель детей царя Алексея Михайловича Симеон Полоцкий.
Полоцким написано более 200 проповедей и стихотворений, в наиболее
известных из них мы встречаем размышления о воспитании. Сборник стихов
«Вертоград многоцветный» посвящен вопросам обучения детей, приучения их
к труду, необходимости начинать их воспитание с малолетства, необходимости
телесных наказаний.
В другом своем произведении «Тестаменте» Полоцкий в предисловии
«Увещание к читателям» советует родителям наставлять своих детей прежде
всего собственным примером и словесным обращением к ним: «Да образ пом-
нят, слово же читают, / добродетели твоя подражают. / Тоже ведь рождший, яко твое чадо, / весма подобно тебе бытии радо». Здесь ученый повто-
ряет мысль И. Златоуста о том, что зло в ребенке происходит от дурного воспитания. Поэтому родители должны окружить своих детей примерами добра:
«Дабы ничто зло слышати и зрети / тако добрии будут ваши дети». В каче-
стве средства воспитания Полоцкий в традициях того времени предлагает страх
и благое делание: «От дел бесчинных страхом отучайте, / от детства благим
делесем учити».
Мысли о воспитании детей их родителями содержатся в двух сборниках
проповедей Симеона Полоцкого «Обед душевный» и «Вечеря душевная». В
этих сборниках можно увидеть сочетания традиционных для педагогики того
времени ветхозаветных представлений о воспитании детей, новозаветных и отчасти гуманистических, характерных для западной культуры. Причем ветхозаветный подход у Полоцкого все-таки преобладает. Показательна в этом плане
глава «О наказании чадам» из «Обеда душевного», в которой Симеон задумывается над вопросом о том, почему у добрых родителей рождаются злые дети.
Причину этого он видит в баловстве детей, полагая, что происходит это «от
матерняя ласкательства, от отча ненаказания, от обою же пространно воспитания».
Поэтому первой «вещью» благовоспитания ученый называет наказующий
жезл, спасающий детей «от погибели вечныя». И здесь он прибегает к почти
дословному цитированию «Книги Иисуса, сына Сирахова»: «Конь неучен сви-
реп идет и сын самовольный блудник будет… Не даждь ему власти во юности: сокруши ребра его, дондеже млад есть, еда како ожестев, не покорится». Второй «вещью» правильного воспитания мыслитель считает попечение
родителей о том, чтобы дети уклонялись от дурного общества и общались с
добрыми и мудрыми людьми: «Обаче с добрыми общение да будет чад ваших.
46
тако общающиеся с благим, благостыни обучаются, или поне зла творити не
навыкают». Третьим правилом благовоспитания Полоцкий называет родитель-
ский пример праведной жизни: «… еже злого по себе образа не являти чадом
ибо якож пифик, что видит человеки творящияобне то тщится деяти… и бывают блажени и убо суть родителие их житиедобродетельное есть чадам образ благонравия и зерцало исправления». Последним правилом, которым роди-
тели должны руководствоваться в воспитании своих детей, является, по мнению Полоцкого, научение их страху Божьему с малолетства: «… от младых
ногтей, от сосцу матернюю страху Божию обучати младенцы своя, да паче
растут в добродетели, нежели в количество плоти».
В целом педагогический план воспитания у Полоцкого носит традиционный характер. Однако можно наблюдать и определенные черты новозаветного
воспитательного подхода. В главе «О должном чад воспитании» Симеон прославляет любовь родителей к своим детям: «Великая добродетель есть лю-
бовь… Любовь выше веры и надежды. Она все любит, всем веру имеет, все
уповает, все терпит. Это любовь духовная». Тут же мыслитель замечает, что
есть другая любовь родительская — «плотская». Это слепая любовь выше меры, вредоносная для детей. Поэтому Полоцкий предостерегает родителей от такой любви к своим детям, когда ребенок становится баловнем отца и матери.
Те же взгляды на воспитание детей находим в другом произведении С.
Полоцкого «Вечеря душевная». В нем также переплетаются между собой ветхозаветные, новозаветные и даже гуманистические идеи. Ученый практически
цитирует «Книгу Иисуса, сына Сирахова», размышляя о детях как о даре Божьем. Однако, как и древний библейский автор, Симеон полагает, что «бесплодное
дерево лучше, чем приносящее плохие и вредные плоды, так счастливее родители, не родившие детей, чем родившие плохих». Поэтому, по его суждению,
«родители должны иметь постоянное старание, чтобы их плод был хорошим». В этом произведении Полоцкий сравнивает душу ребенка с воском, а ро-
дителей с той печатью, которая навеки запечатлевает на этом воске добрый или
дурной образ. Родителей, которые стремятся запечатлеть в своем ребенке добродетельный образ, мыслитель прославляет, полагая, что такие родители являются истинными воспитателями не только тела, но и души своих детей, ибо
«родив для мира их тела», родители нравственно рождают «их души для Бога».
Рассмотрев педагогические взгляды С. Полоцкого, можно утверждать,
что мыслитель придавал огромное значение родительскому воспитанию детей.
Будучи сторонником принципа природосообразности воспитания, он считал,
что родители могут сделать из ребенка, как из воска, все, что угодно, поэтому
он советовал начинать воспитание с малых лет, развивая в детях добрые привычки, которые с возрастом укрепятся и помогут человеку следовать праведному пути.
47
Православная система родительского воспитания, сформировавшись в
древнерусской научной мысли, носила национальный характер и существовала
как целостное педагогическое явление на протяжении многих столетий.
Основополагающими доминантами этой системы были идеи единства семьи в ее служении Богу и спасении, и всемогущая сила воспитания. Отсюда вытекало требование к детям подчиняться воле родителей (знающих истинный
путь жизни и ведущих своих детей к нему), а к родителям — помнить о величайшей ответственности за плоды своего воспитания. Главным методом воспитания избирался страх Божий, заключающейся в памятовании человеком
Страшного Судилища, осознании своей греховности и стремлении стяжать
добродетели, помогающие его душе обрести спасение. Физические наказания
рассматривались как необходимая воспитательная мера, способствующая не
только подчинению воли непокорных детей, но через телесную боль преображающая их души, остерегающая от дальнейшего зла и возвращающая их на
праведный путь.
Список рекомендуемой литературы
1. Антология педагогической мысли Древней Руси и Русского государ-
ства XIV–XVII веков / сост. С.Д. Бабишин, Б.Н. Митюров. — М. : Педагогика,
1985. — 363 с.
2. Шестун, Е.В. Православная педагогика. — М. : Про-Пресс, 2001. —
576 с.
3. Лихачев, Д.С. Человек в литературе Древней Руси. — М. : Наука,
1970. — 180 с.
4. Демков, М.И. История русской педагогики. — СПб. : Типография
М.М. Стасюлевича, 1899. — Ч. 1. Древнерусская педагогия. — 328 с.
5. Лихачев, Д.С. Великое наследие. Классические произведения литерату-
ры Древней Руси. — М. : Современник, 1975. — 368 с.
6. Чурсина, Э.А. Православное воспитание как духовная традиция отече-
ственной педагогики. — Елец, 2001. — 150 с.
Задания для самостоятельной работы
1. Выберите любую русскую пословицу о семейном воспитании детей и
напишите небольшое рассуждение, посвященное ее анализу.
2. Представьте себе, что Вам необходимо провести занятие по истории
русского традиционного воспитания с дошкольниками. Что Вы отразите в содержании данного занятия? Какие формы работы будете использовать?
3. Какие ценности христианского воспитания детей Вы можете выде-
лить? Отличаются ли они от ценностей светской родительской педагогики?
48
4. Проанализируйте текст «Поучения Владимира Мономаха». Какой
идеал человеческого поведения в обществе предлагает своим детям князь? Какой воспитательный принцип он исповедует?
5. Как Вы полагаете, каким был идеал матери и отца в древнерусской
педагогической культуре. Что должен был делать в семье отец, а что —
мать. Как влиял подобный идеал родителей на процесс воспитания детей?
49
ГЛАВА 4
ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ИДЕИ И ПОВСЕДНЕВНЫЙ ОПЫТ
СЕМЕЙНОГО ВОСПИТАНИЯ В ТРУДАХ
МЫСЛИТЕЛЕЙ ЭПОХИ ПРОСВЕЩЕНИЯ
Развращение детей происходит
не от чего другого,
как от безумной привязанности
(родителей) к житейскому.
(Святитель Иоанн Златоуст)
Изменение ценностных приоритетов воспитания детей в данный исторический
период.
Деятели Петровской эпохи о семейном воспитании детей.
Воспитание детей добродетельным примером как образец семейного воспитания в трудах Димитрия Ростовского.
Идеалы семейного воспитания детей в наследии святителя Тихона Задонского.
4.1. Изменение ценностных приоритетов в воспитании детей
XVIII столетие является уникальным периодом в истории нашего Отечества. Именно в это время получили свое развитие многие философскопедагогические идеи, не потерявшие своей актуальности до сих пор. Поэтому
неудивительно, что современные ученые обращаются к культуре Российского
Просвещения, изучая которую, можно постичь основы национального бытия.
Немаловажно, что, рассматривая особенности семейной жизни людей
этого периода, мы можем выделить два характерных философско-культурных
пласта: педагогические идеи, отражающие представления о семье и родительстве, и реалии повседневной жизни. На наш взгляд, взаимодействие этих пластов и рождает определенное отношение к родительству и детству как культурным феноменам, соответствующим характеру эпохи.
Следует отметить, что современные историки, исследуя быт и нравы того
времени, отмечают, что вся эпоха была буквально проникнута духом педагогики, когда идеи западноевропейских просветителей, воспринятые русской педагогической мыслью как передовые, стали ключевыми символами частной и общественной жизни.
Однако отчасти подобные нововведения не всегда сочетались с традициями русской семьи, берущими свое начало еще в древнерусской культуре. Связано данное обстоятельство с изменением ценностно-смыслового типа культуры, произошедшим в России в конце XVII века. Ведь, как известно, древнерусская государственность столетия опиралась на сотеологический тип культуры.
50
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]