Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Введение в политическую философию. Учебное пособие
.pdf
тельности на те или иные социальные и моральные ценности. С определенными оговорками можно сказать, что в этом русле развивалась политология
большинства стран континентальной Европы.
Что касается англоязычных стран, то там политическая наука во
все возрастающей степени делала крен в сторону позитивизма, в
рамках которого наблюдалась тенденция к приравниванию науки о
политике и естественных наук. Главную задачу политического исследования cтали усматривать в поисках так называемых научных
законов общественно-исторического развития. А в еще формировавшейся американской политической науке началась настоящая
атака на политическую теорию и политическую философию. Известный исследователь конца XIX в. Ф. Поллок прямо назвал историю политической теории «историей науки политики». Хотя он и
не считал, что такая наука равнозначна естественным наукам, тем
не менее основную задачу ее он усматривал в том, чтобы критически оценить «дикие спекуляции» и «абсурдные теории и проекты» в
сфере политики [141, p.1, 4].
Позитивизм, особенно в англоязычных странах, прежде всего в
США, стал оттеснять политико-философское, теоретическое начало
на второй план. Такой подход не мог не сказаться и на изучении мира
политического, где постепенно начали преобладать принципы дробления предмета исследования, фактографии и эмпиризма. Главным
объектом изучения стали политическое поведение, избирательный процесс, общественное мнение, процесс принятия политических решений,
правила политической игры. Постепенно политические феномены и
процессы во всевозрастающей степени становились объектом математизации и квантификации, что, в свою очередь, вело к изгнанию из
политологических исследований теоретического, мировоззренческого и ценностного начал.
Позитивизация политических исследований достигла своего апогея в послевоенный период. В 50-е годы в США развернулась так
называемая бихевиористская революция в социальных науках. Американским ученым принадлежит заслуга разработки системного и
структурно-функционального анализа политических феноменов,
политико-культурного подхода, сравнительной политологии и т.п.
Политическая наука почти полностью оттеснила на второй план
политическую философию. По сути дела позитивизм и бихевиоризм
отказались от изучения политической философии и теории на том
основании, что она является преградой на пути научного анализа.
В свете всего сказанного не случайно, что 30–50-е годы ХХ
в. были наименее плодотворными в плане разработки проблематики политической философии. Не случайно и то, что в 1956 г. Г.
31
Триумф позитивизма
Ласлет написал получившую известность статью, в которой заявил, что «традиция разорвалась» и «политическая философия умерла».
Особенности развития политической философии после Второй мировой войны
Вместе с тем анализ реального положения вещей в рассматриваемой
сфере убедительно показывает несостоятельность рассуждений о наметившейся в 50-е годы смерти политической теории и политической философии. Обнаружилось, что они просто не могут исчезнуть до тех пор,
пока люди не перестанут разрабатывать и обсуждать социально-политические цели и идеалы. Более того, сами позитивизм и неопозитивизм в
различных их формах являются философскими направлениями и, естественно, характеризуются собственным видением мира политического.
В частности, уже сам постулат о необходимости четкого разграничения
количественных и поддающихся измерению и исчислению эмпирических фактов, с одной стороны, ценностей, теоретических и философских
рассуждений – с другой, представляет собой самую что ни на есть философско-мировоззренческую позицию. Скажем так, свобода от морали, отказ от ценностей – тоже определенная позиция в политике.
Политическая теория и политическая философия продолжали более или менее успешно развиваться в 50–60-е годы, т.е. в период так
называемого триумфа позитивизма. Об этом свидетельствует, к примеру, работа известного американского философа К. Скиннера «Возвращение большой теории в гуманитарные науки», название которой говорит само за себя. Как бы подтверждая правоту Скиннера, уже на рубеже 50–60-х годов, несмотря на широкую популярность концепции о
конце идеологии, появился целый ряд работ о политической философии и истории политических учений и теорий от античности до нашего
времени. Немаловажное значение с рассматриваемой точки зрения
имели работы, посвященные различным течениям идейно-политической мысли и политической идеологии.
Существенный вклад как в разработку важнейших положений политической философии, так и в возрождение интереса к классической
политической теории внесли Л. Страусс, Э. Вогелин, Х. Арендт и др.
Они, в частности, настаивали на том, что изучение политической мысли
прошлого имеет решающее значение для правильного понимания современных политических феноменов, равно как и для освещения и решения современных политических проблем. Они пришли к вполне
обоснованному выводу, что стремление отделить факты от ценностей
Глава 1. Исторические вехи формирования политической философии
представляет собой не что иное, как выхолащивание задач по-
32
литического исследования.
Отправной точкой для рассуждений этой группы авторов стала идея
существования четко обозначенной единой западной традиции политической теории, понимаемой как некий комплекс идей, плавно эволюционизировавшихся (или должных эволюционировать) от античности
до нашего времени.
Следует отметить, что основы такого подхода были заложены еще
в конце XIX – начале ХХ в. представителями позитивизма, пытавшимися заменить политическую теорию и политическую философию просто историей политических идей и теорий. В этом плане
показательна опубликованная в 1902–1920 гг. трехтомная работа
У. Даннинга «История политических теорий», в которой автор
предпринял попытку проанализировать процесс развития западной
традиции политической мысли, сконцентрировав внимание на классических работах и их историческом контексте, начиная с Платона
до конца XIX в. [106]. Даннинг пытался обосновать мысль о том, что
современные ему политические институты и политическая наука составляют кульминационный момент того процесса развития, который
начался в античной Греции.
Следуя Даннингу, Л. Страусс уже после Второй мировой войны утверждал, что классическая политическая философия представляла собой истинную науку о политике. Более того, продолжал он, в работах Аристотеля содержатся универсальные знания о
политике. В них – «истинная политическая философия» и «политическая истина» [148, p. 68–69]. Вслед за Л. Страуссом Э. Вогелин также рассматривал изучение истории политической философии как
форму «терапевтического анализа», необходимого в качестве ответа
на интеллектуальный и политический кризис, угрожающий Западу в
наши дни. Для преодоления негативных последствий позитивизма он
считал необходимым вернуться к системе политического исследования, основанного Платоном и Аристотелем [154, p. 171–189], причем, по мнению Вогелина, существует прямая преемственная связь
между гностицизмом первых веков христианства и нынешними губительными системами идей – прогрессизмом, позитивизмом, гегельянством, марксизмом, психоанализом, коммунизмом, фашизмом, национал-социализмом и либерализмом, которые повинны в убийстве
Бога и ликвидации опыта трансцендентного.
Складывается впечатление, что эти авторы по сути дела создали некий миф о единой и неразрывной западной политико-философской традиции, якобы простирающейся от Сократа – Платона – Аристотеля до
наших дней, и почти все основные свои постулаты строили именно на
этой искусственно сконструированной схеме. Нельзя не отметить, что авторы, о которых идет речь, сыграли большую роль в
33
Особенности развития политической философии после Второй мировой войны
раскрытии многих важных аспектов античной мысли, в том числе и тех
из них, которые относились к интерпретации политического, как адепты этой мысли его понимали. Но их работы не всегда и не обязательно
давали адекватные ответы на современные реальности. При этом анализ содержания работ этих авторов, которые, судя по названиям (например, «Политическая философия Платона» Л. Страусса), считаются
посвященными политической философии античных мыслителей, показывает, что в них по сути дела речь идет о философии в античном понимании этого слова как дисциплины, охватывающей знания и мудрость о всех сторонах жизни людей и человеческих сообществ. В сущности это – работы не о политической философии и не об истории
политической философии, а об истории философской мысли вообще Пла-
тона, Аристотеля и других античных мыслителей, которые стали объектом их исследования.
Иначе говоря, здесь совершенно без ущерба для содержания работ можно было бы обойтись без прилагательного «политическая». Как уже указывалось, в античности термин «политический» понимался в самом широком смысле, охватывая в совокупности все то, что мы в настоящее время
обозначаем понятиями «социально-экономический», «обществено-политический» и, возможно, некоторыми другими.
Они предлагали по сути дела искусственную, так сказать, рационализированную версию истории политической философии и политической мысли. Некоторые внешние схожести используемых в них терминов и понятий не дают сколько-нибудь убедительных оснований рассматривать работы «Политика» Аристотеля и «Государство» Платона,
«О граде Божием» св. Августина, «О правлении властителей» и «Сумма
теологии» Фомы Аквинского, «Государь» Н. Макиавелли, «Левиафан»
Т. Гоббса и «Дух законов» Ш.-Л. Монтескье как творения единой и
непрерывной традиции.
Говорить о некой единой и неразрывной философской и, тем
более, политико-философской традиции, идущей от античности
через средневековье к нашему времени, можно, лишь прибегнув к
изрядной доле насилия над историческими реальностями или загнав их в прокрустово ложе искусственно сконструированных схем.
Во всяком случае дважды за двухтысячелетнюю историю эта «традиция» подверглась радикальному разрыву: первый раз – с гибелью
античного мира и наступлением средневековья, и во второй – с
формированием европейской капиталистической цивилизации.
Каждый раз имела место по сути дела радикальная переоценка ценностей, осевых идеалов мироустройства, что в конечном счете при-
Глава 1. Исторические вехи формирования политической философии
вело к смене основополагающих парадигм и, соответственно,
34
самих цивилизаций: на место греко-римской или средиземно-
мор-ской пришла средневековая, а на смену ей – современная рационалистическая капиталистическая цивилизация.
Поэтому без всякого преувеличения можно сказать, что история
политико-философской мысли – это отнюдь не история различных
ответов на один и тот же общий для всех времен и народов вопрос,
а во многом – история различных ответов на различные вопросы,
которые каждая конкретная историческая эпоха ставила по-своему, поскольку менялись, порой радикально, характер и сущность
проблем, выдвигаемых каждой эпохой.
К началу 60-х годов стал очевиден окончательный кризис позитивизма. Об этом и о преждевременности суждений о смерти
политической философии и теории свидетельствовала также наметившаяся в 70-е годы реидеологизация социальных и гуманитарных
наук, когда снова стал популярен тезис о взаимосвязи ценностно-нормативного и эмпирического аспектов политического исследования. Проанализировав положение вещей в данной области в середине 60-х годов, П. Ласслет, который ранее констатировал смерть политической
философии, вынужден был признать в 1967 г., что «политическая философия в англоязычных странах снова жива».
Следует отметить, что континентально-европейская гуманитаристская традиция в сущности никогда не отказывалась от политико-философского, ценностного, оценочно-нормативного подходов при анализе
политических феноменов. В течение всего ХХ столетия теоретические и
философские аспекты политики довольно интенсивно разрабатывались
в различных философских направлениях, таких как экзистенциализм,
феноменология, постмарксистская критическая теория и др. В отличие
от США, в континентальной Европе были восстановлены и успешно
развивались историко-правовые, государственнические, политико-философские традиции, в результате чего политические исследования базировались на органическом сочетании теоретического и эмпирического начал.
Из всего изложенного можно сделать вывод, что политико-философские системы являются одновременно и детищем, и причиной конкретных исторических и социально-политических реальностей. Детищем – потому что условия, в которых они возникли, накладывают на
них свою неизгладимую печать, причинами – потому что сами социально-философские системы, в свою очередь, способствуют формированию и эволюции упомянутых условий. Эта закономерность проявляется в том, что каждая эпоха, как уже указывалось, вырабатывает собственную, характерную только для нее, парадигму. Здесь как нельзя
лучше подходит постулат О. Шпенглера, который гласит: нет
вечных истин, каждая философия есть выражение своего и толь-
35
Особенности развития политической философии после Второй мировой войны
ко своего времени, и нет двух эпох, которые имели бы одинаковые
философские устремления.
Поэтому естественно, что расщепление средневекового целостного
религиозного мировоззрения в Новое время неизбежно вело не только к
диверсификации научных дисциплин, но и к появлению разнообразных, зачастую конфликтующих трактовок различных сфер общественной жизни, в том числе и политических реальностей. А это стало той
основой, на которой произошло формирование и постепенное размежевание различных политико-философских и идейных течений и направлений, призванных обосновать те или иные альтернативные пути общественно-исторического развития.
Эти течения и направления, получившие названия либерализма,
консерватизма, марксизма, социал-демократизма и т.д., различаются
трактовкой места и роли отдельного человека, групп, партий, социальных
сил, классов и др. в мире политического; подходом к решению важнейших экономических и социальных проблем; местом и ролью, отводимым основным социально-экономическим и общественно-политическим институтам (частной собственности, свободному рынку, государству, партиям и т.д.); предлагаемыми программами и средствами решения
стоящих перед обществом проблем и т.д. Но следует особо подчеркнуть
тот факт, что все эти течения в целом базировались на инфраструктуре
основополагающей парадигмы, которая, в свою очередь, на каждом этапе развития современного индустриального общества подвергалась существенным трансформациям.
Контрольные вопросы
1. Каможноохаратеризоватьстатс, место ирольфилософиив ан-
тичном мире?
2. Мола ли сществовать в античном мире политичесая филосо-
фия в современном ее понимании?
3. Каовыособенноститратовиантичнымимыслителями полиса?
4. Каютрансформациюпретерпелстатсфилософиивпериодсред-
них веов?
5.Каов владсредневеовых мыслителей в разработ политичесих
идей?
6.Почеммыназываемполитичесюфилософию историчесим фено-
меном?
7. Каие именнофаторыспособствовалиформированию основ поли-
тичесой философии?
8.Кооможносчитатьотцами-основателямиполитичесойфилософии?
9.Кто именно в онце XVIII – начале ХIХ в. внес наибольший влад в
разработ политио-философсих идей?
Глава 1. Исторические вехи формирования политической философии
36
10. Каовыособенностиразвитияполитио-философсоймысли
вовторой половинеXIX– началеXXв.?
11. Дайтехаратеристидвхтенденцийвразвитииполитичесойфилософии.
12. Охаратеризйтеособенностиитенденцииразвитияполитичесойфилософии в послевоенный период.
13. Что вы понимаете под «смертью» и «возрождением» политичесой
философии?
Особенности развития политической философии после Второй мировой войны
37
Политическая философия:
сущностные характеристики
В античности и средневековье в условиях, когда политиче
ское было интегрально слито с другими сферами обще
ственной жизни и не знало самостоятельного существова
ния, оно, как говорится, пребывало в состоянии «всебебы
тия» и обосновывалось в контексте общей господствующей
социальноисторической парадигмы. С развертыванием и
завершением процесса разграничения между миром по
литического и гражданским обществом в общественнопо
литической мысли созрело осознание необходимости раз
Глава 2
работки особых социальнофилософских и мировоззрен
ческих оснований, призванных обосновать идею о мифе
политического как самостоятельной сфере жизнедеятель
ности людей, вывести его, так сказать, из состояния «в
себябытия» в состояние «длясебябытия».
Обнаружилось, что политическое может использовать
свое видение мира в качестве орудия собственного про
изводства и воспроизводства, придания себе фундамен
тальной значимости. В этом контексте политическая фи
лософия приобрела определяющее значение.
Ранее было показано, что политическая философия яв
ляется историческим феноменом, и в силу этого ее форми
рование и эволюция представляют собой не только посто
янное противоборство и смену различных конфликтующих
видений, концепций, трактовок мира политического, различ
ных концепций и методологических позиций, но и измене
ние самого способа его познания и осмысления.
Мир политического как объект
политико-философской рефлексии
Что есть политическая философия? Чтобы ответить на этот
вопрос, необходимо определить, что именно является как
объектом самой политико-философской рефлексии, так и предметом
исследования политической философии. Разумеется, это – мир политического в его мировоззренческом и парадигмальном измерении.
Но сами эти измерения невозможны без выявления основных контуров,
параметров и составных элементов «мира», или подсистемы, «политического».
Проблема определения мира политического конкретизируется как
проблема вычленения границ между ним и другими подсистемами
человеческого общежития. Как отмечал известный германский философ К. Шмитт, политическое имеет свои собственные критерии,
«начинающие своеобразно действовать в противоположность различным, относительно самостоятельным предметным областям человеческого мышления и действования, в особенности в противоположность моральному, эстетическому, экономическому» [88, с. 39].
Мир политического как одна из основополагающих подсистем
человеческого сообщества представляет собой весьма сложный и
многослойный комплекс явлений, институтов, отношений, процессов и т.д. Он включает множество сфер, таких как государственноправовая, партийная, избирательная, механизмы принятия решений, структурные и системные компоненты и т.д.
Важная структурно-функциональная составляющая мира политического — это политические отношения. Говоря об отношениях,
естественно предположить и существование субъектов этих отношений. К. Маркс считал субъектами политики и политических отношений классы, А. Парето и Г. Моска — элиты, А. Бентли, Д. Трумен и др. — заинтересованные группы. Однако очевидно,
что политические отношения могут реализоваться как между различными политическими институтами, так и между различными
социально-политическими силами. Иначе говоря, и те и другие
могут выступать в качестве субъектов политических отношений.
Поэтому естественно, что политические реальности и феномены нельзя понять без учета системы общения, средств и механизмов политической коммуникации, которые в одинаковой степени
связаны как со сферой общественного сознания, социокультурной
и политико-культурной сферами, так и с миром политического в
собственном смысле этого слова. Политическое пронизывает мировоззренческая система, где немаловажное место занимают идеология и различные идейно-политические течения, обеспечивающие
его субъективную инфраструктуру.
Когда мы говорим о мире политического, то имеем в виду
прежде всего уже застывшие, статичные, наличные в каж-
39
Мир политического как объект политико-философской рефлексии
дый конкретный момент феномены, структуры, составные элементы,
функции, условия для их нормального функционирования, соотношение и взаимодействие друг с другом и т.д. Но политическое не ограничивается этим, поскольку одной из важнейших характеристик политического является динамика, т. е. сфера, подверженная постоянным
изменениям. К тому же политическое своей интегральной частью включает теоретический и социально-философский аспекты. Здесь полити-
ческое охватывает историю политических учений и традиций, политических систем и идейно-политических парадигм и течений.
В центре мира политического стоят государство, власть и властные
отношения. Они составляют основополагающие категории политической философии и политической науки и дают ключ к пониманию сущности и предназначения политики, политических институтов и всего
мира политического. Только раскрыв вопрос о природе власти и государства, можно выделить политику из всей общественной системы и комплекса общественных отношений.
Дискуссионным является вопрос, правомерно ли говорить о политическом в догосударственном состоянии, как это было, например, в эпоху первобытно-общинного строя. В древнем мире и средневековье государство и власть составляли часть политического,
которое, в свою очередь, еще не отделилось от общества. Следовательно, применительно к древности и средневековью не совсем корректно говорить о политическом в современном понимании этого
слова. Государство существует там, где есть политика, но политика
сама по себе может существовать и вне государства. Наглядный пример — политика международных организаций, где не всегда государство, по крайней мере официально, играет определяющую роль.
Но все же тесная взаимосвязь понятий «государство» и «политика», «государство» и «политическое» само собой подразумевается.
К. Шмитт совершенно справедливо отмечал, что «понятие государства предполагает понятие политического». По его словам, «государство есть политический статус народа, организованного в территориальной замкнутости». Шмитт подчеркивал, что оба этих признака — статус è народ — получают смысл лишь благодаря более
широкому признаку, т. е. политическому [88, ñ.37].
Некоторые авторы придают власти столь большое значение, что
зачастую отождествляют ее с миром политического в целом. Как
считал, например, американский политолог Дж. Кетлин, политическая наука по сути отождествляется с исследованием власти, т. е. пре-
Глава 2. Политическая философия: сущностные характеристики
вращается в науку о власти. Очевидно, что здесь политическая
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]