Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Альманах семейного права = International Aspects of Protection of Children’s Rights. Вып.1. Международные аспекты защиты прав ребенка
.pdf
Л.А. Яблокова
К ВОПРОСУ О МЕСТЕ ЖИТЕЛЬСТВА РЕБЕНКА
И ЕГО ИЗМЕНЕНИИ: РОССИЙСКИЙ
И МЕЖДУНАРОДНЫЙ ОПЫТ
1. Современная семья в период глобализации отличается мобиль-
ностью, увеличением числа межнациональных и международных браков. Это, в свою очередь, ведет к росту числа перемещений (переездов)
семьи или одного из родителей с ребенком после расторжения брака
или при раздельном проживании родителей. Родители с детьми как
перемещаются в пределах своего государства, так и переезжают за рубеж в силу различных обстоятельств: в поисках новых возможностей
или работы, более удобного места жительства, с целью обучения или
построения карьеры, ухода за престарелыми родителями или возвращения в страну гражданства или происхождения.
Несмотря на пандемию, которая, казалось бы, должна была в некоторой степени замедлить процессы глобализации и свободного перемещения семей, а также несмотря на национальные, социокультурные
и правовые особенности, с которыми сталкиваются семьи при переезде
за рубеж или даже в другой федеральный округ, землю, штат, кантон
или муниципалитет в своей стране, число переездов не сокращается.
Изменение стиля и условий жизни современных семей с неизбежностью обусловливает рост споров об изменении места жительства детей
после расторжения брака родителей и споров о переезде в другой регион
или область в рамках одного государства или о разрешении выезда детей
с одним из родителей за рубеж в дальнейшем в любой юрисдикции.
Увеличению количества споров об изменении места жительства
ребенка способствует также то, что «в настоящее время многие отдельно проживающие родители, у которых развито родительское чувство,
продолжают, после того как пара распалась, практически полноценно
общаться с детьми или, несмотря на чинимые препятствия, активно
стремятся к такому общению»1. Нельзя не согласиться и с тем, что
1
Шелютто М.Л. Споры об изменении места жительства детей (их переселении
с одним из родителей за границу или в пределах страны) // Комментарий судебной прак-
131
Л.А. Яблокова
«в семейных отношениях произошли серьезные изменения, которые
затронули в том числе вопросы, связанные с ролью отца в воспитании
ребенка и распределением родительских обязанностей между матерью
и отцом. В наше время отцы принимают несопоставимо большее участие в жизни ребенка и его воспитании, чем это было раньше»1. Такие
социокультурные изменения неоднократно отмечали и зарубежные
исследователи2.
В Российской Федерации, кроме того, как будет показано ниже,
негативную роль играет также несовершенство соответствующих положений национального законодательства, регламентирующего порядок
выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию,
что обусловливает рост конфликтов между родителями.
2. Российское правовое регулирование детско-родительских отноше-
ний базируется на принципе равенства родительских прав и согласуется
с международно-правовыми обязательствами Российской Федерации,
составляющими неотъемлемую часть ее правовой системы (ч. 4 ст. 15
Конституции РФ), в частности, с Конвенцией ООН о правах ребенка,
принятой резолюцией 44/25 Генеральной Ассамблеи от 20 ноября
1989 г. (Конвенция ООН 1989 г.), в силу которой государства-участники
принимают все возможные усилия к тому, чтобы обеспечить признание
принципа общей и одинаковой ответственности обоих родителей
за воспитание и развитие ребенка, чьи наилучшие интересы – предмет
их основной заботы (п. 1 ст. 18)3.
Также «государства-участники обеспечивают, чтобы ребенок не разлучался со своими родителями вопреки их желанию» и «уважают право ребенка, который разлучается с одним или обоими родителями,
тики / ФГНИУ «Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ»; Отв. ред. К.Б. Ярошенко. Вып. 24. М., 2018. С. 59.
1
Хазова О.А. Принцип 6 Декларации ООН о правах ребенка 1959 года в контексте
Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей //
Труды Ин-та гос-ва и права РАН / Ин-т гос-ва и права РАН. Т. 12. № 6. М., 2017. С. 206.
2
Miller David J. Joint Custody. Family Law Quarterly. Vol. 13. N 3. American Bar Associa-
tion, 1979. P. 345–412; Mason M.A. & Quirk A. (1997). Are Mothers Losing Custody? Read My
Lips: Trends in Judicial Decision-Making in Custody Disputes – 1920, 1960, 1990, and 1995 //
Family Law Quarterly. 31(2), 215–236; см. также: Kelly Joan B. The Determination of Child
Custody, in 4 The Future of Children: Children and Divorce, 1:121-142, 122 (1994).
3
Постановление Конституционного Суда РФ от 25 июня 2020 г. № 29-П «По делу
о проверке конституционности части 1 статьи 21 Федерального закона «О порядке выезда
из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» по жалобе гражданина
И.В. Николаенко». URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_355813/.
132
К вопросу о месте жительства ребенка и его изменении
поддерживать на регулярной основе личные отношения и прямые
контакты с обоими родителями, за исключением случая, когда это
противоречит наилучшим интересам ребенка» (п. 1 и п. 3 ст. 9 Конвенции ООН 1989 г.).
Как представляется, российский правопорядок также должен реа-
гировать на изменения, характерные для современной семьи.
Статья 61 Семейного кодекса Российской Федерации (далее –
СК РФ) предусматривает, что родители имеют равные права и несут
равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).
Согласно российскому семейному законодательству, равные родительские права включают весь комплекс прав и обязанностей родителей
по воспитанию детей. Оба родителя обладают одинаковым объемом
родительских прав, если только никто из них не лишен указанных
прав (ст. 69 СК РФ) либо не ограничен в них (ст. 73 СК РФ). Не имеет значения, состоят ли родители в браке, проживают ли они вместе
или раздельно. После расторжения брака или в ситуации раздельного
проживания родителей, независимо от определения места жительства
ребенка с тем или иным родителем, равный объем родительских прав
у каждого из родителей остается неизменным. Принцип равенства
родительских прав и обязанностей требует, чтобы родитель, проживающий отдельно, в равной мере участвовал в жизни и воспитании
ребенка и вместе с родителем, с которым проживает ребенок, решал
все важные вопросы, касающиеся благополучия ребенка, в том числе
вопросы определения или изменения места жительства ребенка.
Нельзя не согласиться с тем, что хотя «равенство прав в рамках
родительского правоотношения закреплено в законе, однако фактически непосредственную ответственность за ребенка несет родитель,
проживающий совместно с ребенком»1. При этом, как представляется, «раздельное проживание родителей неизбежно негативно
сказывается на реализации ребенком своих прав по отношению
к отдельно проживающему родителю, а также на осуществлении
отдельно проживающим родителем соответствующих родительских
прав»2. Таким образом, о неизменности объема родительских прав
после расторжения брака в российском праве, учитывая неизбежный
дисбаланс в возможностях реального осуществления родительских
1
Чашкова С. Права ребенка и осуществление родительских прав при раздельном
проживании родителей по российскому законодательству // Споры об опеке над детьми
в Финляндии и России / Под ред. М. Миккола и О. Хазовой. Порвоо, 2012. С. 100.
2
Там же.
133
Л.А. Яблокова
прав отдельно проживающего родителя на практике, можно говорить
только достаточно условно.
Если в российском праве после расторжения брака объем родительских прав формально остается неизменным, в праве многих европейских стран, а также в странах общего права объем прав зависит
от того, какими правами опеки наделен тот или иной родитель в силу
закона, по соглашению сторон или на основании судебного решения.
Например, семейное право во многих штатах США включает понятия единоличной опеки (sole custody), совместной опеки (joint cus-
tody), которая, в свою очередь, может подразделяться на совместную
«юридическую» опеку (joint “legal” custody) и совместную «физическую»
опеку (joint “physical” custody). В первом случае оба родителя наделены
правами опеки в отношении своего ребенка и совместно решают все
важные вопросы, касающиеся его благополучия, а во втором случае
включается дополнительный компонент попеременного проживания
ребенка с каждым из родителей (shared residence)1. Так, родители, обладающие в США правами совместной «физической» опеки, будут совместно решать все вопросы: и более важные, касающиеся воспитания
ребенка, его образования, вероисповедания, места жительства, оказания ребенку медицинской и психологической помощи, материального
обеспечения, поездок и каникул; и менее важные, касающиеся ежедневной жизни ребенка, – когда ему ложиться спать, какие посещать
дополнительные занятия, чем и когда питаться. При совместной же
«юридической» опеке ребенок проживает только с одним из родителей и именно этот родитель решает самостоятельно все ежедневные
вопросы (day-to-day decisions) жизни ребенка2.
В семейном праве американских штатов также можно встретить
понятия «разделенной» опеки (devided custody), при которой, так же
как и при совместной (joint custody) опеке, ребенок в течение года
проживает часть времени с каждым из родителей, при этом каждый
из родителей имеет право на посещение ребенка (visitation rights) в период, когда ребенок проживает с другим родителем. Существенное
отличие такого режима осуществления родительских прав от совместной опеки состоит в том, что родители не решают все важные вопросы,
касающиеся благополучия ребенка, совместно. Каждый из родителей
самостоятельно решает все указанные вопросы в период времени,
1
См.: Miller David J. Op. cit. Р. 360.
2
Ibidem.
134
К вопросу о месте жительства ребенка и его изменении
когда ребенок проживает с этим родителем1. Единоличная опека (sole
custody) может быть также разделенной опекой (split custody), которую
иногда на русский язык переводят как «совместная опека», но в данном
случае речь идет о «делении» детей: о единоличной опеке родителя
в отношении одного из своих детей, тогда как другой родитель одновременно будет обладать правами единоличной опеки в отношении
другого общего ребенка указанных родителей2. При этом в последнее
время американские суды все реже выносят решения о наделении
одного из родителей правами единоличной опеки после расторжения
брака, отдавая предпочтение совместной опеке, которая позволяет
сохранить для ребенка стабильную ситуацию, когда оба родителя,
несмотря на раздельное проживание, продолжают находиться практически рядом с ребенком и принимать активное участие в его жизни.
Так, например, 18 марта 2022 г. Верховный суд штата Нью-Йорк
округа Кингс наделил правами единоличной физической (physical)
и юридической (legal) опеки, а также определил место жительства
(residential custody) двоих детей 12 и 10 лет с их матерью, поскольку их
отец, по мнению суда, не способен совместно с матерью решать важные вопросы, касающиеся благополучия детей, включая вопрос о месте
жительства детей. В настоящем деле отец, ранее обладая совместными
правами опеки вместе с матерью, незаконно, т.е. без согласия матери
детей и в нарушение ее прав опеки, переместил детей из страны их
обычного проживания – США в Российскую Федерацию. Действия
отца были квалифицированы как похищение в соответствии с положениями Гаагской конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей 1980 г. (далее – Гаагская конвенция 1980 г.)3.
После вынесения решения российским судом о возвращении детей
в США и исполнения указанного решения судебный процесс о правах
родительской опеки решался в стране места обычного проживания
детей – США; американский суд наделил мать правами единоличной
опеки в отношении обоих детей.
В праве Финляндии, как отмечает М. Веняляйнен, объем родительских прав зависит от того, кто из родителей – один или оба будут определены опекунами ребенка. Родительская опека включает
1
Miller David J. Op. cit. Р. 361.
2
Ibidem.
3
Решение Дзержинского районного суда г. Санкт-Петербурга от 24 июня 2021 г.
по гражданскому делу № 2-1656/21 // Архив Дзержинского районного суда г. СанктПетербурга.
135
Л.А. Яблокова
в себя: во-первых, юридическое право родителя принимать решения
по важным вопросам жизни ребенка, таким как место жительства,
имя, паспорт, получение медицинских услуг, а также право получать
информацию о ребенке от официальных органов, т.е. являться опекуном (custodial parent) (законным представителем) ребенка; во-вторых,
непосредственную заботу о ребенке (воспитание, ежедневный уход,
досуг)1. Согласно праву Финляндии, развод не прекращает автоматически совместное воспитание; однако в случаях, когда дети после
развода не могут жить одновременно с обоими разведенными родителями, один из родителей становится так называемым «близким»,
а второй – «дальним» родителем2.
Как поясняет М. Веняляйнен, в соответствии с Законом Финляндии «Об опеке над ребенком и праве доступа» (далее – Закон об опеке) в случае решения о поочередном проживании ребенка с обоими
родителями в договоре или решении суда в любом случае должен быть
обозначен один официальный конкретный домашний адрес ребенка
(ст. 7b)3.
В соответствии с п. 1 ст. 9 Конвенции ООН о правах ребенка
государства-участники обеспечивают, чтобы ребенок не разлучался
со своими родителями вопреки их желанию, за исключением случаев,
когда компетентные органы, согласно судебному решению, определяют
в соответствии с применимым законом и процедурами, что такое разлучение необходимо в наилучших интересах ребенка. Такое определение
может оказаться необходимым в том или ином конкретном случае,
например, когда родители жестоко обращаются с ребенком или не заботятся о нем или когда родители проживают раздельно и необходимо
принять решение относительно места проживания ребенка.
Тем не менее анализ российской судебной практики по спорам
о воспитании детей показывает, что «определение места жительства
с одним из родителей может весьма существенно повлиять на объем
1
Веняляйнен М. Проблемные вопросы разрешения споров родителей относительно
детей. Опыт Финляндии и России // Семейное право и концепция развития семейного
законодательства: международные стандарты и российская модель: Сб. статей / Под
общ. ред. А.Е. Тарасовой. М., 2017. С. 102.
2
Кангас Урпо. Принятие решений по вопросам, касающимся воспитания детей,
в соответствии с правовой системой Финляндии // Споры об опеке над детьми в Финляндии и России / Под ред. М. Миккола и О. Хазовой. С. 22.
3
Веняляйнен М. Указ. соч. С. 102.
136
К вопросу о месте жительства ребенка и его изменении
осуществления родительских прав тем из родителей, с которым остался
проживать ребенок»1, и соблюсти действительное равенство родительских прав, из которого исходит российское семейное законодательство,
на практике почти невозможно. При определении места жительства ребенка российский суд решает вопрос о том, с кем из родителей в дальнейшем ребенок будет проживать – с матерью либо отцом. Ребенок
«невольно оказывается в ситуации, когда один из родителей становится
«родителем, отдельно проживающим от ребенка»»2.
В подавляющем большинстве случаев после расторжения брака
или при раздельном проживании родителей российские суды попрежнему определяют место жительства ребенка с матерью, часто
ссылаясь на принцип 6 Декларации прав ребенка3. Представляется,
что решения по искам об определении или изменении места жительства ребенка принимаются судами в первую очередь исходя из наилучших интересов ребенка, толкуемых судом с учетом внутреннего
убеждения судьи и анализа всех юридически значимых обстоятельств
по данной категории дел. Но зачастую в гражданских делах по искам
отцов об определении или изменении места жительства ребенка определяющим моментом для судов является установление «каких-либо
исключительных обстоятельств, при которых ребенок должен быть
разлучаем с матерью»4. Если такие исключительные обстоятельства
не установлены, то, как правило, определить место жительства с от-
1
Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей, утв.
Президиумом Верховного Суда РФ 20 июля 2011 г. С. 24. URL: http://www.supcourt.ru/
documents/thematics/15101/.
2
Чашкова С. Указ. соч. С. 98.
3
В соответствии с указанным принципом Декларации прав ребенка, принятой резолюцией 1386 (ХIV) Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 г., малолетний
ребенок не должен, кроме тех случаев, когда имеются исключительные обстоятельства,
быть разлучаем со своей матерью. URL: https://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/childdec.shtml. О применении принципа 6 Декларации прав ребенка российскими
судами различных уровней, включая Верховный Суд РФ, в делах по определению места
жительства детей см.: Величкова О.Ю. О необходимости введения в семейное законодательство понятия «малолетний ребенок» в свете применения Декларации прав ребенка //
Семейное право и концепция развития семейного законодательства: международные
стандарты и российская модель: Сб. статей / Под общ. ред. А.Е. Тарасовой. М., 2017.
С. 88–93; Дергунова В.А. Особенности применения судами Принципа 6 Декларации
прав ребенка при разрешении споров родителей о месте жительства ребенка // Там же.
С. 94–98.
4
Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей, утв.
Президиумом Верховного Суда РФ 20 июля 2011 г. С. 19.
137
Л.А. Яблокова
цом либо изменить место жительства (ранее определенное с матерью)
не представляется возможным.
Как справедливо отмечает О.А. Хазова, указанное положение принципа 6 Декларации прав ребенка «при всем значении Декларации
в историческом развитии основополагающих принципов прав детей,
является не только устаревшим и не отвечающим современным требованиям, но и дискриминационным и противоречащим принципу
равенства мужчины и женщины и равенству прав родителей»1. Необходимо отметить, что Декларация не является обязывающим документом, но имеет рекомендательный характер. На ее основе создавалась
Конвенция ООН о правах ребенка, которая, наоборот, является юридически обязывающим международным договором и полноправным
правовым источником, в котором данное положение не нашло отражения. Согласно позиции Европейского Суда по правам человека
(ЕСПЧ), «презумпция в пользу матери в делах об опеке над ребенком
не поддерживается ни событиями на уровне ООН после принятия
Декларации ООН, ни прецедентным правом [Европейского] Суда
[по правам человека], и она не соответствует позиции Совета Европы
и большинства государств-участников. В XXI веке методология с такой
презумпцией, опровержимой только в «исключительных обстоятельствах»… ненадежна в отношении прав, обеспечиваемых в соответствии
с Конвенцией [о защите прав человека и основных свобод]»2. В своей
работе «Совместная опека», опубликованной еще в 1979 г., Дэвид
Дж. Миллер отмечает, что в последние годы существующая в США
система наделения правами опеки, когда мать после расторжения брака
получает единоличные права опеки, а отец – только право посещений
(visitation rights) (далее – право общения) подвергается заслуженной
критике3. Среди общих аргументов такой критики в том числе приводятся следующие:
1. При таком подходе чаяния и чувства детей оказываются подчиненными интересам родителей, второстепенным по отношению к интересам родителей. Дети оказываются пешками на поле битвы родителей
за права опеки.
1
Хазова О.А. Указ. соч. С. 209.
2
Постановление ЕСПЧ от 11 июля 2017 г. по делу М.С. против Украины (M.S. v.
Ukraine), жалоба № 2901/13, п. 5 совпадающего мнения судьи Ранцони. URL: file:///C:/
Users/yablo/Downloads/CASE%20OF%20M.S.%20v.%20UKRAINE%20(3).pdf.
3
Miller David J. Op. cit. P. 355–356.
138
К вопросу о месте жительства ребенка и его изменении
2. Единоличная опека не является гибким режимом, который можно
было бы легко приспосабливать к неизбежно изменяющимся условиям
и обстоятельствам обоих родителей и ребенка.
3. Наделение правами опеки одного из родителей не разрешает вопроса враждебности родителей по отношению друг к другу. Такой режим дает недвусмысленный сигнал ребенку, что один родитель прав,
а другой – ошибается.
4. Многие тревожные симптомы, как то плохой аппетит, плохой сон, негативные поведенческие привычки, наблюдаются в семьях, где один родитель наделен правами опеки, а другой – имеет только права общения1.
5. Отношения, сформированные между ребенком и отцом, оказываются
чрезвычайно слабыми.
6. Зачастую осуществление отцом права общения зависит от настроения
и доброй воли матери.
7. Имея на руках решение о наделении правами опеки, родитель, обладающий правами опеки, зачастую использует шантаж и мстительную
тактику, дабы препятствовать формированию значимого близкого контакта ребенка с родителем, осуществляющим право общения.
8. Родитель, который не обладает правами опеки, а осуществляет право
общения, не всегда может позволить себе провести время с ребенком
так, как хотелось бы ему.
9. Школа и учителя с большей готовностью будут общаться и делиться
информацией с родителем, обладающим правами опеки.
10. Часто встречи отдельно проживающего родителя с ребенком проходят в скованной, искусственной атмосфере.
11. Родитель, который пытается осуществлять право общения, часто
оказывается гостем, «дары приносящим», этаким «воскресным папой».
При этом ребенок оказывается не посвященным в интересы своего отдельно проживающего родителя, не знает его мир, друзей, стиль жизни
и привычки, что, конечно, не способствует формированию близких
и глубоких личных детско-родительских отношений.
Интересно, что указанные аргументы в большей части применимы
в равной степени и к ситуациям, когда отец обладает правами опеки
в полном объеме, а мать – только правами общения.
Также нельзя не заметить, что указанные аргументы можно с такой
же уверенностью использовать, характеризуя проблематику семейных
1
Roman & Haddad. The Case for Joint Custody, PSYCH. TODAY. Sep., 1978, at 102
(цит. по: Miller David J. Op. cit. P. 355–356).
139
Л.А. Яблокова
споров по российскому национальному праву, когда место жительства
ребенка после расторжения брака или в ситуации раздельного проживания родителей определяется с одним из родителей (как было указано
выше, чаще всего с матерью), а другой родитель (чаще всего отец) оказывается «отдельно проживающим родителем», имеющим право на установление права доступа или порядка общения с ребенком. Ни СК РФ,
ни Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации (ГПК
РФ) не содержат правовой регламентации того, как должен действовать
родитель, с которым после расторжения брака определено место жительства ребенка и который планирует переехать на постоянное место
жительства в другую страну либо в другой город или федеральный округ
в пределах Российской Федерации, если достичь соглашения между родителями во внесудебном порядке не получилось. Несмотря на отсутствие
законодательного регулирования и единообразной практики по спорам
о разрешении выезда родителя с ребенком за рубеж, но учитывая присоединение России в 2011 г. к международному договору – Гаагской
конвенции 1980 г.1, родитель, планирующий переезд на постоянное место
жительства с ребенком в другую страну, как правило, обращается с иском
в суд, понимая, что в ситуации отсутствия согласия второго родителя
такое перемещение ребенка будет квалифицироваться как похищение2.
Как указывает М. Веняляйнен, в Финляндии положения данной
Конвенции имплементированы в Законе об опеке (гл. 4) и в том числе
гласят, что вывоз ребенка или его удержание считаются незаконными,
если при этом ущемлены права опекуна ребенка (см. ранее упомянутое
право на принятие решения о месте жительства ребенка)3.
В Российской Федерации необходимость обращения в суд за разрешением выезда за рубеж также продиктована существующим правовым
регулированием в рамках Федерального закона от 15 августа 1996 г.
№ 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда
в Российскую Федерацию», согласно которому достаточно несогласия
1
См.: Шелютто М.Л. Указ. соч. С. 57–75; Конвенция о гражданско-правовых
аспектах международного похищения детей: Науч.-практ. комментарий / Отв. ред.
Н.В. Тригубович, О.А. Хазова. М.: Статут, 2016.
2
В соответствии со ст. 3 Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей 1980 г. перемещение или удержание ребенка рассматриваются
как незаконные, если они осуществляются с нарушением прав опеки, которыми были
наделены какое-либо лицо, учреждение или организация, совместно или индивидуально,
в соответствии с законодательством государства, в котором ребенок постоянно проживал
до его перемещения или удержания.
3
Веняляйнен М. Указ. соч. С. 102.
140
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]