Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Эмфатическая интонология. Учебно-методическое пособие
.pdf
особенно богатой интонационной игрой. Начинал он [Мандельштам. – Д. Р.]
вкрадчиво, почти жеманно и так вел до конца второй строфы… Затем ускорял
темп, который все нарастал и нарастал до самого конца стихотворения за исключением двух передышек – в четвертой и пятой строфах: строку Ротозей-
ство и величье он так раскачивал голосом, как
будто… сладко потягивался.
А любование молоденькими грибками в лесу передавалось паузой в строке «Так
… немного погодя». Затем темп и интонация становились еще стремительнее
и резче, пока это нарастание не разрешалось апофеозом, провозглашенным
полной грудью на открытом и глубоком дыхании…» [Герштейн 2002: 40–41].
9. Эмфаза, безусловно, должна иметь ярко выраженную национальную
специфику. Н.
В. Черемисина отмечает, что «характеристики компонентов интонации составляют особенности, специфические для каждого национального
языка и связанные с ритмическим строем речи…» [Черемисина 1982: 20]. Действительно, ритмы языков ощутимо различаются, ибо это связано со свойствами ударений разных типов. Если принимать за единицу ритма ритмическую
группу, то по ней языки, в частности европейские
, существенно отличаются
друг от друга, но это общая характеристика интонации, но не эмфазы.
Что же касается непосредственно связи интонация-эмоция, – национальная
языковая специфика или общность в этой сфере экспериментально еще не доказана. По мнению И. Г. Торсуевой, эмфаза, включающая в себя отражение сразу
нескольких коммуникативных пластов (речь – говорящий – социум –
язык),
должна показывать, «принадлежит ли индивид данной языковой общности»
[Торсуева 1979: 60]. В 1970–1980 гг. были получены отдельные эксперимен-
тальные данные как подтверждающие, так и опровергающие это предположение. Обобщая их, Т. М. Николаева отмечала: «… Эмоции неоднородны. Если
одни эмоции не обусловлены данной языковой принадлежностью, то другие
могут быть правильно поняты носителями одного
языка и превратно истолкованы носителями другого» [Николаева 1975: 88]. Вполне очевидно, что проблема нуждается в экспериментальной разработке (данных массового направленного обследования). Несмотря на то, что репрезентация эмоций на других
уровнях языковой системы имеет явную национальную специфику, а при комплексном характере форм отражения эмоциональности – эмфаза в этом не мо-
принципиально отличаться от них, тем не менее, ее гипотетическое нацио-
жет
нальное своеобразие нужно доказывать.
Прочие свойства конкретных эмфаз необходимо рассмотреть на материале
экспериментальных данных и частных наблюдений.
21
5. ТЕМП И ПАУЗАЦИЯ
КАК КОМПОНЕНТЫ ЭМФАЗЫ
(по данным психолингвистического эксперимента)
Темп как эмфатический компонент, разумеется, присущ звуковой речи,
т. е. он передаётся через вокально-аудиторный канал информационной связи.
Любая устная речь невозможна вне характеристики темпа. Он является одним
из ее главных показателей. Темповые характеристики интонации устной речи
не раз становились предметом детального рассмотрения (см. проведённые
в библиографическом списке работы Л.
Т. М. Николаевой).
Гораздо сложнее вопрос о темповых характеристиках письменной формы
речи (визуально-графический информационный канал). Считать, что письменная речь не имеет темповых характеристик, не следует. Можно утверждать, что
она лишена их до тех пор, пока у неё не появится читатель. Не важно, станет он
читать вслух или «про себя», – он непременно будет воспроизводить особенности темпа, мысленно обрабатывая и дешифруя знаковую структуру в речь со
всеми ее особенностями, поэтому роль темповых характеристик в графическом
тексте не менее важна, чем роль лексического значения, знаков препинания,
структуры предложения, словесной синтагматики.
Темп, с которым звучит речь, очевидно,
стей личности и эмоциональной характеристики ситуации. Воспринимая звучащую речь, слушатель осознает, в каком эмоциональном состоянии находится
индивид; читатель – дешифрует это из контекста. Зная обычный темп речи любого человека, реципиент может определить тенденцию к более медленному
или более быстрому произнесению как сигнал изменения его настроения и со
стояния в целом. Отсюда вытекает предположение, что темп как компонент
эмфазы неразрывно связан с эмоциями индивида, которые он испытывает в момент речи.
В связи с этим встает вопрос о темпе зафиксированной в графическом виде
речи, например, речи литературных персонажей. Эквивалентность реалистического художественного текста действительности позволяет рассматривать последних
и создал темперамент, характер, эмоции. В художественном произведении
«объемных» жанров (в романе, повести) описывать характер героя и особенности его речи автору принципиально важно.
речь не только смысл, но и интонационные
Наша задача в этом параграфе работы – экспериментально обнаружить, есть ли
закономерности адекватного раскодирования темповых характеристик.
характеристик в эмфазе героев художественных произведений и доказательство
значимости темповых просодических единиц в графическом тексте. Мы рассмотрим данные, полученные в ходе психолингвистического эксперимента
как реальных носителей языка. Для каждого из героев автор обдумал
Существуют особые законы, по которым человек кодирует в письменную
Целью предпринятого эксперимента является выявление роли названных
В. Златоустовой, Л. В. Бондарко,
является отражением особенно-
-
показатели речи, в частности темп.
,
22
направленного на исследование – во взаимосвязи с эмоцией – характера темпа
и интенсивности паузации, отмеченных в прозаических и стихотворных художественных текстах.
Ещё раз обратим внимание на то, что эти данные могут быть вполне релевантны и для звучащей речи реальных носителей языка ввиду очевидной эквивалентности реалистического текста действительности.
Основные теоретические положения
темповой и паузационной концепций
славянской речи были выявлены Т. М. Николаевой с помощью метода экспериментального исследования с точными подсчетами длительности паузы и темпа. В нашу задачу входило посредством метода психолингвистического эксперимента выявить соотношение эмоций, пауз и темпа, а затем с помощью
наблюдения проверить полученные экспериментальным путём данные (
эмфа-
тические характеристики темпа и паузации).
На этой стадии работы не предполагается устанавливать полного перечня
неоспоримых канонов, которые необходимо учитывать при «прочтении» эмфазы. Первостепенным для нас является определение темповых характеристик
различных эмфаз в художественной и спонтанной эмфатической речи.
Предварительно была выдвинута гипотеза о заданности темпа, паузации,
темпоритма эмоциональной ситуацией.
Психолингвистический
эксперимент состоял в исследовании зависимости
характера темпа и интенсивности паузации от эмоции, заключенной в художественном произведении.
Чтобы разносторонне оценить темповые характеристики и их закономерности, были взяты не только отрывки из прозаических произведений, но и два
стихотворных отрывка. Отметим, что в стихотворном тексте есть темповые
особенности, связанные с соразмерностью
строк (версификационными особен-
ностями стиха).
Н. В. Черемисина утверждает: «Темп синтагмы, равной стихотворной
строке, определяется на основе вторичного ритма – закона изохронности соотнесенных строк, общего для изометрического и разностопного стиха. В соответствии с законом изохронности, независимо от величины, корреспондирующие строки произносятся в приблизительно равные единицы времени» [Черемисина – Ениколопова
1999: 226]. Но в нашем эксперименте основной принцип
отбора материала иной – максимальное сближение с разговорной речью от первого лица. В этом отношении строфика уже не является препятствием. Текстовые фрагменты были сознательно «оторваны» от контекстного окружения и отбирались с учетом смысловых различий, заключенных в них самих, что и долж-
было воссоздать определенную эмоциональную ситуацию.
но
В частные задачи эксперимента входило
1) определить, однозначным (объективным) или многозначным (субъективным) является эмоциональное наполнение текста, формирующее его
эмфазу;
2) доказать, что вне реконструкции эмоциональной ситуации верного вычитывания эмфазы, заключенной в тексте, не может быть;
3) найти систему соответствия между эмоцией и определенным темпом;
23
4) рассмотреть, какова интенсивность паузации в соотношении с обозначенным темпом.
Второстепенной, но весьма интересной задачей стала попытка выявить
адекватность понимания носителями языка замысла автора (разумеется, в эмоциональном плане). Для этого нами предпринято сравнение мнений информантов с результатами, полученными в ходе анализа текстов с помощью теоретических положений авторитетных
интонологов: Т. М. Николаевой, И. Г. Торсуе-
вой, Н. В. Черемисиной и Л. В. Златоустовой.
В эксперименте приняло участие 28 человек в возрасте от 15 до 71 года
различного уровня образования и различных сфер деятельности. Испытуемым
было предложено прочитать текст, а затем
– назвать эмоцию, которая в нем представлена;
– расставить паузы так, как они
могли бы стоять, если бы с указанной эмо-
цией произносили этот текст сами респонденты;
– указать, в каком темпе следовало бы произнести данный отрывок.
Были введены следующие условные обозначения:
короткая пауза – /,
пауза средней длительности – //,
длительная пауза – ///.
Респондентам была рекомендована шкала темпа с диапазоном из 5-и показателей: очень медленный, медленный, средний
, быстрый, очень быстрый.
Для анализа были избраны два отрывка из стихотворений В. В. Маяковского – 1) «Стихи о Советском паспорте» (эмоция – восторг) и 2) «Лиличке»
(любовь); два отрывка из повести А. И. Куприна «Гранатовый браслет» – 3) лю-
бовь и 4) горе-страдание; 5) отрывок из пьесы Н. В. Гоголя «Ревизор» (гнев-
ярость) и 6) отрывок из
романа А. А. Фадеева «Молодая гвардия» (решитель-
ность). Тексты помещены в приложении № 1.
В ходе эксперимента были получены следующие результаты.
Адекватное понимание эмоционального смысла текста неразрывно связано
со знанием эмоциональной ситуации, что можно проследить на примере двух
эмоционально самых «узнаваемых» текстов: текста № 1 и текста № 6 (их либо
знают наизусть,
либо легко восстанавливают в памяти, либо эмоционально вычитывают по содержанию, т. е. эмоциональная ситуация точно реконструируется по тексту). Конечно, эмоция не константное понятие, ее нельзя во всех случаях определить абсолютно точно. Каждый испытуемый вносит оттенок индивидуальности в обозначение эмоций, причем этот субъективизм, как уже не раз
отмечалось
, отражается и в названии эмоциональной модальности, и в ее феноменологическом психическом качестве, и в ее «количестве». Так, в тексте № 1 –
отрывок из «Стихов о Советском паспорте» испытуемые отмечают следующие
эмоции: 20 – восторг, 5 – торжественность, 3 – восхищение. Все эти эмоции
можно идентифицировать с восторгом, потому что он как фундаментальная
эмоция обобщает и торжественность,
и восхищение тем предметом, который ее
(эмоцию) вызывает. Таким образом, верно определив эмоциональный смысл,
диктуемый известной всем эмоциональной ситуацией, испытуемые неодинаково лишь назвали эмоцию, заключенную в данном отрывке, хотя, если приме-
24
нить методику эмоциональной идентификации [Романов 2005], эмоцию
можно считать определенной однозначно.
С этой же позиции (почти однозначное определение эмоции) можно расценивать текст № 6 – отрывок из романа А. А. Фадеева «Молодая гвардия».
Нами был выбран момент принесения клятвы. Почти все испытуемые – 27 человек – сошлись на том, что в этом отрывке эмоция – торжественность
, двое –
параллельно с этим отметили гордость, один – уверенность. Безусловно, эти
эмоции идентифицируются друг с другом; испытуемые указали на оттенки интенсивности одной эмоции.
В других примерах, где эмоциональная ситуация не была знакома всем испытуемым (из-за меньшей известности самих текстов или менее явной эмоциональной прозрачности содержания), диапазон обозначенных
эмоций был значительным, причем иногда указанные респондентами эмоции оказывались диаметрально противоположными по факторным признакам, например, встречались
следующие контрастные модальности: в тексте № 2 – радость – отчаяние, спо-
койствие – волнение, в тексте № 5 – презрение – ликование, злость – отчаяние.
Результаты эксперимента приводят к выводу о неразрывной связи точной
атрибуции текстовой эмоциональности со знанием эмоциональной
пропозиции.
Там, где испытуемые могли точно и адекватно реконструировать ситуацию,
наблюдается единообразие в характеристике эмоции. Особенно ярко это видно
на примере клятвы молодогвардейца Олега Кошевого. Этот текст легко иллюстрирует ситуацию, т. к. не содержит дополнительных имплицитных смыслов;
испытуемые оценили эмоцию однозначно. Что касается отрывка из «Стихов
о Советском паспорте»,
то здесь ситуация воспроизводится несколько труднее,
но в целом она довольно ясна; кроме того, этот отрывок известен большинству
опрошенных, поэтому его оценка также адекватна. В других текстах смысл тоже напрямую связан с ситуацией, но она незнакома или мало знакома респондентам, и определение эмоционального наполнения текста зависит от индивидуального
понимания, социального опыта информантов, т. е. во всех этих слу-
чаях оценки были более субъективны.
Объективность оценки эмоциональной наполненности отрывка художественного произведения зависит от адекватности понимания индивидом ситуации, в которой произносится речь. Чем адекватнее понимание ситуации человеком, тем объективнее понимание эмоции, заключенной в этом тексте.
Однозначного понимания
темпа речи «в пределах» одной эмоции выявлено не было. В связи с этим изначально можно выдвинуть несколько предположений-гипотез:
1) особенности темпа речи каждого говорящего индивидуальны. Испыту-
емые могли представить произнесение одного отрывка в определенном темпе,
но в соответствии с особенностями своей речи они по-разному определяли
темп: так
, в одном и том же тексте для одного испытуемого темп будет медлен-
ным, для другого – средним, для третьего – быстрым и т. д.;
2) единообразного понимания темпа речи каждой эмоции у информантов нет;
3) согласно идее Н. В. Черемисиной, темпы делятся дихотомично – на
темпы полного и разговорного стилей. Средний темп разговорного
стиля сбли-
25
жается с быстрым темпом полного стиля [Черемисина – Ениколопова 1999:
156–157]. Не все респонденты отмечают, что применительно к художественно-
му произведению значим только полный стиль, поэтому неизбежны смешения
и, соответственно, смещения темпа.
Нами были проведены две статистические обработки полученных экспериментальных данных. Первая заключалась в выявлении для каждого текста
соответствия между наиболее часто
называемой эмоцией и наиболее часто фиксируемым темпом произнесения. Такой соотносительный подсчет нельзя считать стопроцентно объективным, потому что он включает не все, а лишь избранные нами произвольно 5 эмоций (эмоция любовь повторяется в двух из шести текстах). Однако можно указать самые частотные соответствия для пяти
эмоций в шести текстах
: 1) эмоция восторг: темп – средний; 2) эмоция любовь:
темп – медленный; 3) эмоция любовь: темп – средний; 4) эмоция горе-стра-
дание: темп – средний; 5) эмоция гнев-ярость: темп – средний; 6) эмоция решительность: темп – медленный.
Эти статистические данные показывают текстовый эмоциональный темп.
В результате статистического расчета выявлено, в каком темпе большинство
участвующих в эксперименте произносит определенный эмоциональный
текст.
Суть второй статистической выкладки состоит в следующем: были проанализированы все отмеченные испытуемыми эмоции (совокупно во всех
текстах) и для каждой эмоции был определен её частотный темп (по числовому
максимуму ответов). Данные статистические результаты фиксируют устойчивое в сознании носителей языка представление о соотношении определенной
эмоции с темпом безотносительно к
конкретным текстам.
Так, эмоция
гордость в ответах встречается 30 раз; из них 7 – в медленном темпе, 16 –
в среднем, 5 – в быстром, 2 – в очень медленном;
торжественность встречается 34 раза; в среднем темпе – 14 раз, в мед-
ленном – 15, в очень медленном – 4 раза;
любовь – 27 раз; в среднем темпе – 16, в медленном – 11;
горе-страдание – 25 раз; в среднем – 11, в медленном – 10, в
очень мед-
ленном – 4;
восторг – 16 раз; в среднем – 8, в очень медленном – 4, в медленном – 2,
в очень быстром – 2;
отчаяние – 14 раз; в быстром – 7, в медленном – 4, в среднем – 3;
умиротворение – 13 раз; в среднем – 4, в медленном – 6, в очень быстром –
2, в очень медленном – 1;
гнев-ярость – 11 раз; в быстром – 7, в среднем – 3, в очень медленном – 1;
радость-удовольствие – 10 раз; в очень
быстром – 6, в быстром – 2,
в среднем – 2;
нежность – 8 раз; в медленном – 3, в очень медленном – 5;
презрение-пренебрежение – 15 раз; в среднем – 6, в быстром – 4, в очень
быстром – 3, в очень медленном – 2.
Из этих статистических данных можно получить более точные сведения о
соответствии темпа и эмоций, выявить основные тенденции соотнесения эмоции и темпа в сознании человека. В
частности:
26
гордость – средний темп;
решительность – средний / медленный темп;
любовь – средний темп;
спокойствие – средний / медленный темп;
восторг – средний темп;
отчаяние – быстрый темп;
горе-страдание – медленный темп;
гнев-ярость – быстрый темп;
радость – очень быстрый темп;
нежность – медленный темп;
презрение – средний темп.
Теперь соотнесем выявленные показатели темпа и эмоций с эмоциональ-
ной характеристикой текстов
и проверим первую статистическую обработку.
Оказывается, что в 4 случаях из 6-и, т. е. для значительного количества текстов,
данные обеих серий эксперимента совпадают.
Большинством в первом тексте выбран средний темп, средний темп при
втором подсчете соотносится с эмоциями гордость и восторг.
Далее, текст № 2 большинством зафиксирован в медленном темпе – 16 че-
ловек, в
среднем темпе – 10, но эмоция любовь, которую мы отметили по большинству предпочтений, характеризуется средним темпом; это несовпадение.
Таким образом, мы можем предположить, что эмфаза эмоции любовь в тексте
имеет тенденцию реализовываться и в медленном, и в среднем темпе. Для текста № 3 15-ю мнениями определен именно средний темп.
В тексте
№ 4 эмоции обозначены в весьма широком спектре. Относительным большинством мнений отмечено горе-страдание – 8, но если учесть, что
испытуемых 28, то это весьма незначительное число (только 29 %). Средний
темп обозначен 16 голосами, а быстрый – 8.
В тексте № 5, где большинством анкет отмечена эмоция гнев-ярость – 9,
но неоднозначное оценивание ситуации привело к тому, что появились такие
эмоциональные оценки, как злость, отчаяние, горе (общий показатель – 13).
Текст произносится в среднем темпе (так считают 17 человек).
Для 6-го текста темп определен как средний или медленный – точных показателей нет.
Заключительная часть эксперимента была посвящена подсчету интенсивности паузации в зависимости от характера темпа. Естественно предположить,
что чем быстрее темп, тем
меньше число пауз или эти паузы меньше по дли-
тельности (короче). По нашему мнению, это может быть названо компенсаци-
онным законом эмфазы.
Результаты эксперимента следующие. Была проведена статистическая обработка всех индивидуальных фиксаций паузации, заключавшаяся в том, что для
каждого темпа (очень медленного, медленного, среднего, быстрого, очень быстрого) из ответов
информантов были выбраны в количественной представленно-
сти все возможные паузы. Они приводились к следующей классификации:
1 – 9 пауз, 10 – 19 пауз, 20 – 29 пауз, 30 и более пауз (для коротких и средних пауз);
27
для долгих пауз (из-за их малочисленности) была введена особая класси-
– –
– –
фикация: 1 – 2 паузы, 3 – 4 паузы, 5 и более пауз.
Применительно к каждому темпу было посчитано число ответов с приведенным выше набором пауз. Результаты в абсолютном и относительном выражении занесены в таблицы 3 и 4.
Итак, ответов, обозначивших средний темп, – 195, медленный – 127, быстрый – 96, очень
медленный – 40, очень быстрый – 25. Общие тенденции темпа и
паузации на основании данного подсчета установить можно. Вероятно, преобладающее количество ответов, фиксирующих средний темп практически со
всем диапазоном пауз, указывает на то, что средний темп речи наиболее распространен среди носителей языка.
Средний темп речи позволяет четко проговаривать слова, а следовательно,
определяет
равное количество времени для произнесения в общем разных по
смысловой значимости отрезков: главного / неглавного, нужного / ненужного,
значимого / незначимого, – но зато он позволяет четко расставлять паузы между словами и синтагмами разных объемов в соответствии с той длительностью,
которая необходима и соответствует смыслу текста. Средний темп речи, таким
образом, можно считать эмоционально
нейтральным и наиболее адекватным
для реализации эмфазы посредством паузации.
Чтобы верно оценить интенсивность паузации, была рассчитана постановка
пауз в процентном соотношении. В результате получены следующие данные об
интенсивности паузации.
Таблица 3
Абсолютное количество пауз
Паузы
Темп
Очень медленный 5 6 8 8 2 – – – 5 1 5 40
Медленный 32 40 14 11 9 1 5 – 12 7 5 127
Средний 45 52 29 20 6 2 5 – 31 2 3 195
Быстрый 13 30 24 10 2 – 2 – 14 1 – 96
Очень быстрый 5 8 3 2 3 – 2 –
1 – 9 10 – 19 20 –29 30
и более
/ // / // / // / // 1–2 3–4 5 и бо-
/// Всего
лее
2 25
пауз
Таблица 4
Относительное количество пауз (в %)
Паузы
Темп
Очень медленный 12,5 15 20 20 5 –
Медленный 25 31 11 9 7 0,8 4 – 9,4 5,5 4
Средний 23 27 15 10 3 1,02 2,5 – 16 1,02 1,5
Быстрый 13,5 31,3 25 10,4 2,1 – 2,1 – 14,5 1,04 –
Очень быстрый 20 32 12 8 12 – 8 – – – 8
1 – 9 10 – 19 20 – 29 30 и
более
/ // / // / // / // 1–2 3–4 5 и бо-
12,5 2,5 12,5
///
лее
28
Как уже было отмечено выше, средний темп охватывает практически весь
диапазон длительности пауз, хотя процентно больше всего в текстах среднего
темпа произнесения пауз с интервалом от 1 до 9 (50 %), причем средних пауз –
27 %, а коротких – 23 %. При грубом приближении их почти равное число; количество пауз от 10 до 19: средних – 10 %, коротких – 15 %. Намечается отчетливая тенденция
к расстановке в тексте средних пауз в небольшом количестве.
Более интенсивная паузация состоит чаще из коротких пауз.
Следовательно, чем меньше пауз в тексте, тем длительнее они могут быть,
и наоборот, чем короче паузы, тем большее их количество может встречаться
в тексте. В среднем темпе доминирование коротких и средних пауз подтверждается
практически равным их присутствием в процентном отношении.
В среднем темпе чаще всего также встречаются 1–2 длительные паузы.
Далее по ходу подсчетов паузы располагаются в обратном отношении
к противопоставленным темповым парам (быстро – медленно, очень быстро –
очень медленно).
В медленном темпе процент средних пауз в количестве от 1 до 9 больше,
чем в среднем темпе (
процент их равен 31), коротких – 25 %, их также больше,
чем в среднем темпе, средние и короткие пауза в данном случае очевидно замедляют темп.
В быстром темпе средних пауз текста в количестве от 1 до 9 больше, чем
в медленном – 31,25 %, число коротких пауз в количестве от 10 до 19 в тексте –
25 %. Это может объясняться только тем,
что большее количество коротких пауз в тексте ведет к компенсации быстроты темпа. Возникает обоснованный вывод, что большее количество коротких пауз создает впечатление увеличения
скорости произносимой речи. Кроме того, в медленном темпе самый большой
процент длительных пауз в количестве 3–4 (5,5 %) и велика интенсивность коротких пауз в количестве 20–29 (7 %), что также ведет
к замедлению темпа.
Еще одной соотносимой парой являются очень быстрый и очень медленный темпы. Очень медленный темп характеризуется наибольшим процентом
пауз в количестве от 10 до 19, что как для коротких, так и для средних пауз составляет 20 %, а также наибольшим процентом длительных пауз в количестве
от 5 и более – 12,5 %.
Что касается
быстрого темпа, то для него характерна наибольшая интенсивность паузации от 1 до 9, причем средних пауз – 31,3 %, что больше, чем в
среднем и медленном темпе, а коротких – 13,5 %.
Длительные паузы встречаются в единственном отрезке диапазона очень
быстрого темпа – от 5 и более (таких пауз 8 %).
Итак, подводя итог психолингвистического эксперимента по определе-
нию темповых и паузационных
характеристик эмфазы на материале графического текста, следует отметить, что эмоция, заключенная в тексте, безусловно,
влияет на характер темпа, а характер темпа, в свою очередь, на интенсивность
паузации: чем быстрее темп, тем меньше длительных и больше коротких
пауз; чем медленнее темп, тем больше длительных пауз, кроме того, общее количество
пауз различной длительности значительно повышается.
Все компоненты эмфазы влияют друг на друга. Если один их этих компонентов не может быть адекватно эмоционально определен, не могут адекватно
29
быть определены и другие характеристики, в частности это касается темпа и
паузации.
На основе анализа приведённого экспериментального фрагмента можно
заключить, что темп художественного произведения представляет благодатную
почву для дальнейших исследований в нём эмфатических компонентов. Кроме
того, в рамках психолингвистики массовых обследований возможно рассмотрение темпа и паузации устной речи в сопоставлении
с теми же компонентами
опосредованно-графического представления эмфазы.
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]