Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Эколого-экономическая диагностика устойчивости предприятий нефтегазового комплекса. Монография
.pdf
да (ОТ), промышленной безопасности (ПБ) и охраны среды
(ОС), сопровождающих деятельность предприятия.
Отметим, что практика расчета многих частных составляющих экономической устойчивости еще далека от совершенства. Вызывает серьезные затруднения необходимость стоимостных оценок эффектов от природоохранных мероприятий
(особенно с учетом фактора времени [37]), как и необходимость
оценок эколого-экономических ущербов
. Это, в свою очередь,
затрудняет оценки ущербоемкости и производительности, что
влечет за собой невозможность использования в качестве основы для оценки не только единого «индекса экологичности» или
«индекса ЭЭУ». Адекватная оценка состояния предприятия,
с точки зрения его эколого-экономической устойчивости, в этих
условиях возможна лишь на основе системы критериев, выра
-
женных через характеристики производительности, ресурсоемкости, оперативности системы, а также ее экологической безопасности с учетом иерархического уровня анализируемой системы и особенностей направлений ее деятельности.
Особое значение приобретают методы оценки и управления риском как инструмент индикации кризисных ситуаций.
При этом не все риски могут контролироваться и подвергаться
управлению
предприятием. Так, Е.Н. Вахромов и Д.Ю. Маркарян [16] отмечают, что лишь финансовый и производственный
риски подлежат контролю и управлению. По нашему мнению,
большинство экологических рисков также не следует исключать из категории оцениваемых и управляемых. Проблема заключается лишь в сложности их идентификации и оценки, что
следует из самой
природы экологических рисков.
Поскольку экологические риски могут быть оценены и
выражены в стоимостной форме, появляется возможность
включить их в интегральную оценку устойчивости предприятия, например, через «подключение» к процедурам анализа
финансово-хозяйственной деятельности. По аналогии с границами финансовой устойчивости [23], с учетом величин экологических рисков предприятия можно предложить следующую
градацию:
31
• максимальная ЭЭУ: суперустойчивость, средств предприятия достаточно для покрытия экологических обязательств, значение экологических рисков минимально;
• минимальная: экологические обязательства предприятия
не выполнены, величины экологических рисков значительно превышают собственный капитал предприятия;
ущербы не покрываются уставным капиталом и фондами;
• кризис: покрытие экологических обязательств лишь с
привлечением заемных и страховых
средств.
Исходя из близости к одной из данных точек, формируются представления о зонах риска, напряженности, устойчивости. При этом наряду с финансовыми обязательствами, традиционно применяемыми для анализа устойчивости, учитываются
экологические (эколого-экономические) риски и обязательства.
В этом случае речь идет о «зеленом» собственном капитале – в рассмотрение включаются
обязательства предприятия в
сфере ОТ, ПБ, ОС. При установлении их размера необходимо
обратиться к определению экологических ущербов. Не останавливаясь подробно на существующих подходах к исчислению
ущербов (они представлены в обширной методической, нормативной и монографической литературе), приведем лишь некоторые примеры таких оценок. В большей части это реципиент-
ные оценки
, основанные на прямом счете. Выбор именно этой
группы оценок обусловлен тем, что в подавляющем большинстве случаев эколого-экономические ущербы, подлежащие
компенсации, определяются как совокупность затрат на ликвидацию последствий неблагоприятного события, затрат компенсации недополученной выгоды, а также на оплату организационных мероприятий.
Один из наиболее удачных примеров влияния
экологических рисков на общее финансовое состояние предприятия был
продемонстрирован в работе [99]. В качестве объекта анализа
авторами выбраны экономические показатели Байкальского
ЦБК. Анализ был проведен на основе общепринятых подходов,
согласно которым рассмотрены важнейшие показатели, характеризующие устойчивость предприятия, – уровень рентабель-
32
ности, финансовой устойчивости, деловой активности, платежеспособности. Однако при этом авторы использовали «зеленые» показатели – характеристики успешности предприятия с
учетом необходимости отчислений за загрязнение окружающей
среды. Авторами убедительно показано, что деятельность
БЦБК является убыточной при условии выплаты им всех экологических издержек (выручка 52,7 млн долл., чистая прибыль –
9,7 млн долл., объем
выплат, который следовало бы внести за
загрязнение природной среды, – 271,7 млн долл.).
По аналогии с этим подходом для предприятий НГК, относящихся к различным направлениям деятельности, можно
предложить ряд характеристик эффективности деятельности с
учетом специфики затрат и прибылей. В простейшем случае,
например для добывающих предприятий, можно рассчитать
ЧДД проекта с учетом экологических
обязательств. Как показывает практика проектирования, природоохранные издержки
зачастую либо не обосновываются в достаточной степени (используется укрупненная оценка как доля от стоимости проекта),
либо вообще не принимаются во внимание. Следствие такого
подхода – недостаточное финансирование мероприятий по охране ОС либо «неожиданные» затраты в случае аварийных событий. Не вдаваясь
в подробности формирования выручки от
добычи сырья и реализации основных и дополнительных услуг
добывающего предприятия, ЧДД для них можно схематично
представить в виде
τ
t 1
1
доп доп
где t – текущий год, T – год завершения проекта; П
от добычи углеводородов; П
– прибыль от реализации попут-
доп t
τ
∑∑
==
t
– прибыль
доб t
,
+−−−−−+=
)Э(КАвИскиНЭК)П П( ЧДД )(
ttttttttt
ной продукции (например, попутный нефтяной газ, ПНГ, и других
видов сырья); К
ходы; Н
– налоги; Искиt – суммы исковых выплат реципиентам
t
экологических ущербов в случае претензий; Ав
– капиталовложения; Эt – эксплуатационные рас-
t
– затраты на лик-
t
видацию последствий аварий (опыт эксплуатации добывающих
предприятий показывает, что абсолютно безаварийно работающих
объектов крайне мало).
Моделирование системы устойчивого эколого-экономиче-
ского развития предполагает отображение объектов, процессов
33
и взаимосвязей, внутренних связей подсистем, а также действия
факторов внешней среды, способствующих устойчивости или
неустойчивости эколого-экономического развития предприятия. Также необходимо принимать во внимание «этап жизненного цикла» системы – пульсаций (кризисы в каждой из сфер),
экологических катастроф или бифуркаций (внезапной смены
устойчивого состояния на неустойчивое в результате длительного накопления
незаметных и плавных изменений под внеш-
ним воздействием на ту или иную подсистему) [99].
1.3. Экологическая безопасность и экологическая
эффективность как элементы эколого-экономической
устойчивости
Понятие ЭЭУ весьма тесно связано с представлениями об
экологической безопасности и экологической эффективности.
Традиционно понятия «безопасность» и «эффективность» рассматриваются как характеристики качества функционирования
систем и, таким образом, при оценках ЭЭУ представляют особый интерес [46].
Понятие безопасности особенно важно в связи со спецификой экологической составляющей устойчивости предприятия. Очевидно, что
безопасность предприятия с точки зрения
взаимодействия с ОС способна значительно отразиться на финансовых показателях его деятельности. Ярчайший пример этого – аварийные ситуации, среди которых можно особенно выделить разлив нефти из аварийной скважины в Мексиканском
заливе. Даже для столь крупной и успешной корпорации, как
BP, ликвидация последствий аварии, ее локализация
и компен-
сационные выплаты стали весьма ощутимыми – и это стало ясно уже сразу после аварии, когда еще не была озвучена окончательная цифра ущерба и не выявлены все отдаленные последствия.
В свою очередь, экологическая эффективность – аспект
деятельности предприятия, который необходимо анализировать
при оценке динамики развития предприятия. Говоря об
устой-
34
чивости развития, безусловно, следует оценить эффективность
деятельности как своего рода характеристику движения (развития) предприятия по выбранной траектории.
1.3.1. Экологическая безопасность
Прежде всего, остановимся на понятии «безопасность» с
точки зрения оценок функционирования систем. Так, в [46] разделяют понятия внешней и внутренней безопасности (по отношению к системе):
• внутренняя безопасность: характеристика целостности
систем или показатель ее гомеостаза: она отражает способность системы поддерживать свое нормальное функционирование в условиях внешних и
внутренних воз-
действий;
• внешняя безопасность: способность системы взаимодействовать со средой без нарушения ее гомеостаза (то
есть без наступления во внешней среде необратимых
изменений и нарушений важнейших параметров).
Эти трактовки в полной мере могут быть интерпретированы и для экологической безопасности. Под экологической
безопасностью согласно официальным формулировкам принято
рассматривать
состояние защищенности природной среды и
жизненно важных интересов человека от возможного негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности, чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, их последствий (Закон РФ №7-ФЗ «Об охране окружающей среды»,
2002 г.). Категория «экологическая безопасность» закреплена
Конституцией РФ (ст. 72), международными актами, Федеральным конституционным законом «
О Правительстве Российской
Федерации» (ст. 18), законами «О безопасности» (ст. 13), «Об
охране окружающей среды» и другими правовыми актами. Однако определения термина весьма разнообразны.
С точки зрения оценок устойчивости ЭЭС предприятия,
экологическая безопасность – одно из множества возможных
состояний данной системы, однако это состояние, безусловно,
является «целевым». При этом состоянии обеспечен баланс в
35
ОС, ей не причиняются ущербы сверх допустимых нормативов,
а техногенные объекты не являются источниками угроз. Иными
словами, экологические риски минимизированы (как со стороны человека в отношении ОС, так и со стороны ОС в отношении человека и его объектов жизнедеятельности). Такое благополучное состояние может быть охарактеризовано набором индикаторов
, которые отразят различные аспекты взаимодействия
антропогенных объектов и природных систем, а значения данных индикаторов будут оптимальными (находиться в пределах
устойчивости системы).
С понятием экологической безопасности теснейшим образом связано представление об экологических рисках. Теоретические и практические вопросы анализа и управления экологическими рисками, в том числе для объектов
НГК, представлены
в обширной научной литературе. Среди крупнейших разработок
в данном направлении следует отметить работы [1, 21, 22, 49, 72
и др.]. Общепринятая трактовка экологических рисков – вероятность наступления неблагоприятного события. Рассматривая
экономическое выражение экологического ущерба как следствие неблагоприятного события, оценивают эколого-экономические риски. Очевидно, что для устойчивости ЭЭС предприятия (в особенности
для опасных производственных объектов)
величины рисков способны играть решающее значение.
Однако в настоящее время не существует единого общепринятого понятия экологической безопасности, как нет и четких представлений о том, с помощью каких критериев она
должна выражаться. Это характерно не только для научной литературы, где в различных отраслях данное понятие
может приобретать весьма разнообразные трактовки (от акцентирования
на необходимости защиты от конкретного набора неблагоприятных техногенно-индуцированных событий до безопасности
как защищенности от влияния природных факторов). В гораздо
большей степени отсутствие общепринятой трактовки термина
«экологическая безопасность» и критериев безопасности и риска опасно при разработке нормативных и законодательных до
кументов, поскольку риски характеризуют интенсивность дей-
-
36
ствия факторов внешней среды на ЭЭС. В случае адекватной и
достоверной оценки величины эколого-экономического риска
появляется возможность количественной оценки устойчивости
предприятия через суммирование возможных результатов деятельности и значений рисков. Однако отсутствие унифицированного подхода к их расчету и общепринятой трактовки данного понятия в многочисленных нормативных документах
серьезно осложняет
использование данного подхода. Важную
роль играет именно оценка величины риска, поскольку теоретически на этом строится регулирование устойчивости функционирования объекта экономики.
Определенные особенности характерны для анализа и регулирования экологических рисков с точки зрения управления
проектами. Понятие риска в этой сфере связано с возникновением непредвиденных событий, способных влиять
на конечные
результаты проекта или нанести какой-либо ущерб при его реализации. В зависимости от последствий появления того или
иного события риски подразделяют на допустимые, критические и катастрофические. Поскольку экологические риски присутствуют на всех стадиях жизненного цикла проектов, имеет
смысл рассмотреть экологическую составляющую рисков, анализируемых в ходе
проектирования объектов НГК. Для большинства нефтяных компаний управление проектными экологическими рисками не получило должного распространения, хотя
выгода от такого управления очевидна на всех этапах жизненного цикла проекта. Эта выгода складывается не только из возможности предвидения нежелательных последствий, но, в
большей степени, она подтверждается экономически. Так,
практически
все аварийные события с катастрофическими последствиями изначально рассматривались как весьма мало вероятные. Лишь после того как случается авария, выявляется
цепь предшествующих событий, которые, как выясняется, не
могли не привести к масштабным последствиям. Однако более
детальный анализ развития аварии показывает, что многие их
причины могли быть устранены еще на стадии
проектирования.
Один из примеров – авария на трубопроводе ШФЛУ [105].
37
Идентификация наиболее характерных рисков, свойственных проектам разработки нефтяных месторождений, позволила выявить наиболее значимые группы рисков: геологические, инжиниринговые, строительные, эксплуатационные, финансовые, маркетинговые, экологические [13]. Вероятность возникновения рисков данных групп и степень их влияния на результат проекта оцениваются по-разному для различных стадий
разработки и реализации проекта. При
этом экологические риски представлены в статье Р. Боковни [13] лишь двумя основными видами: риск нарушения законодательства по ООС и риск
негативного влияния природно-климатических факторов, а риски для персонала и населения не включены в анализ вообще. По
нашему мнению, спектр анализируемых проектных рисков должен быть расширен за
счет рисков в сфере промышленной
безопасности (ПБ). Также формулировка «риск нарушения законодательства ОС» требует уточнения или корректировки, поскольку состояние законодательства и состояние ОС могут
быть связаны весьма слабо. Даже для такой узкой и хорошо
разработанной проблемы, как аварийные разливы нефти, законодательно определены однозначные критерии оценки последствий. Размытость
нормативной базы приводит к невозможности точных оценок рисков. Кроме того, крайне затруднительно
спрогнозировать саму вероятность принятия того или иного
нормативного акта с набором требований к деятельности предприятия. В результате оценить вероятность нарушения еще не
принятого нормативного акта становится практически невозможным.
Еще одна проблема заключается в определении «горизонта планирования»: многие проекты в недавнем прошлом составлялись без учета стадии закрытия объекта и ликвидации его
инфраструктуры. Результат такого подхода – «неожиданные»
расходы по окончании срока реализации проекта [88]. Для объектов НГК это весьма значительные объемы работ и соответственно затрат, а величины рисков экологических последствий
здесь могут выйти на первый
план по сравнению со всеми про-
чими группами рисков.
38
Значительные «неудобства» при анализе экологических
рисков может доставить иерархичность большинства объектов
НГК. Также при анализе рисков для различных управленческих
уровней необходимо учитывать разнообразие профилей деятельности. Кроме того, их эколого-экономические характеристики во многом зависят от особенностей природных условий
регионов их деятельности. Основная деятельность предприятий
предполагает их разделение на геологоразведочные
, добывающие, транспортные, перерабатывающие, предприятия по сбыту
и сервисные. Помимо основной деятельности необходимо рассматривать вспомогательную. Соответствующим образом могут
быть классифицированы и экологические (а также в сфере ОТ и
ПБ) риски, сопровождающие деятельность предприятий.
Тесная взаимосвязь рисков в сфере охраны труда, промышленной и экологической безопасности – одна из специфических
особенностей НГК. В связи с этим управление ЭЭС
предприятия предполагает принятие согласованных решений по
всем трем направлениям и создает предпосылки для формирования единой схемы регулирования данных рисков. Как следствие состояние системы предприятия должно анализироваться и
регулироваться на основе единой системы критериев, включающих не только экологические, характеристики, но и
индикаторы деятельности в сфере ОТ и ПБ. Тесная взаимосвязь трех
указанных сфер привела к формированию нового научного направления – управление ОТ, ПБ, ОС. Наиболее серьезно данное
направление представлено в работах по управлению рисками
в техносфере, техносферной безопасности, интегрированным
системам менеджмента – в том числе HSE-менеджменту [1, 8,
10, 117].
Анализ результатов оценок риска аварий
на ОПО [21, 22]
показал, что риск загрязнения ОС при авариях на ОПО, как правило, существенно ниже риска материальных потерь. Например, для ОПО риск загрязнения ОС в среднем в 3,5 раза меньше
ожидаемого материального ущерба от аварии. Это можно объяснить несовершенством существующих методик оценки экологических (эколого-экономических ущербов), большинство
из
39
которых были разработаны десятилетия назад и в части ценовых показателей значительно устарели. Также недооценки
ущербов природной среде связаны с недостаточно полным учетом отдаленных последствий аварийных загрязнений ОС и частично – отсутствием удовлетворительных программ постмониторинга [89-91].
Производственные предприятия и организации НГК, про-
водящие разведку месторождений, добычу нефти и ее перера
-
ботку, транспортировку нефти и нефтепродуктов, а также их
хранение и реализацию потребителям в соответствии с ФЗ
«О промышленной безопасности опасных производственных
объектов» и «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» относятся
к категории опасных производственных объектов (ОПО). Одним из направлений воздействия этих предприятий
на ОС являются аварийные разливы нефти и нефтепродуктов. Продемонстрируем на примере проблемы предупреждения аварийных
разливов нефти и планирования их ликвидации влияние данных
событий на состояние ЭЭУ предприятия.
Важность данных проблем можно иллюстрировать примером из практики НГК – Керченской аварии (по данным
В.В. Яковенко [2]. 11 ноября 2007 г. при разломе
танкера «Волганефть 139» в акваторию Керченского пролива попало более
2 тыс. т мазута, более 6 тыс. т серы с других судов, также потерпевших крушение. Общая протяженность территорий, загрязненных нефтепродуктами, составила около 183 км при наиболее сильном загрязнении территорий косы Чушка и косы Тузла общей протяженностью 49 км. Для проведения спасательных
операций было привлечено более 24 судов различной категории, более 30 профессиональных водолазов, выставлены боновые заграждения протяженностью 150-170 м, произведены откачка около 800 т мазута и чистка береговой полосы от нефтесодержащих продуктов. Для локализации последствий ЧС привлекалось около 2,5 тыс. человек и 300 единиц техники.
В настоящее время разработана региональная целевая программа
по восстановлению биоресурсов на 2008-2012 гг. с общим
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]