Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Семантика современного русского сравнения. Лингвокультурологический анализ. Монография
.pdf
11
Результаты проведенного исследования заявить следующие положения:
1. На современном этапе развития лингвистики сложились теоретические
предпосылки к изучению средств выразительности русского языка и, в частности, сравнительных конструкций, с лингвокультурологических позиций.
2. ФСК сравнения в современном русском языке выступает как средство,
используемое для воплощения культуры в языковые сущности; как лингвопонятийное образование, обладающее когнитивным статусом и принимающее
активное участие в выражении языковой картины мира; как метод познания мира и способ закрепления этого познания в культуре.
3. Сравнительные конструкции способны выполнять функцию отображе-
ния культурно-национальной ментальности носителей языка, отражать состояние и динамику менталитета.
4. Данные функционально-семантической категории сравнения в современ-
ном русском языке позволяют формировать представление о современной русской
культуре, в том числе культуре речи, её состоянии и тенденциях развития.
5. Речевое поведение современной языковой личности, проявляемое через
машинальный и неосознанный выбор того или иного языкового средства, в том
числе сравнительной конструкции, отражает культурные особенности личности.
6. Культурные реалии, культурная ситуация оказывают значительное воз-
действие на сравнительные конструкции современного русского языка.
7. Характеристика семантики сравнительных конструкций посредством
описания субъектов и объектов сопоставления позволяет выявить как тематические предпочтения современной языковой личности, так и направления её образных ассоциаций. Анализ семантики сравнения, а именно объектов, привлекаемых сознанием автора для сравнения, позволяет выявить особенности исторического развития языковой личности, её национальной культуры, духовного
склада и миросозерцания.
8. Инвентарь традиционных сравнительных конструкций, характер их ис-
пользования приводит нас к выводу о непрерывности русской языковой традиции. Вместе с тем несомненным представляется новаторство языковой личности, творческий характер обращения с устойчивыми сравнениями, заключающиеся как в создании значительного количества индивидуально-авторских
сравнительных конструкций, так и в творческом обновлении традиционных
оборотов.
12
Источниками исследуемого языкового материала послужили разнообразные устные и письменные высказывания и тексты, в том числе: современные
литературные произведения различных жанров и художественной ценности;
устные и письменные средства массовой информации; реклама различного типа; тексты популярных песен разных стилей; язык художественных фильмов и
телесериалов; стихи местных поэтов города Зернограда Ростовской области;
стихи детей и подростков и т. п. Подбор источников производился таким образом, чтобы составить максимально объективную картину состояния и семантического наполнения сравнительных конструкций в современном русском языке.
Общее количество отобранных сравнений – более 6100. Кроме того, в ряде случаев для выявления динамики ФСК сравнения привлекались конструкции, использованные И.А. Буниным и С.А. Есениным в языке поэзии и прозы (более
3500 сравнений).
Научная новизна исследования состоит в том, что впервые осуществляется комплексное исследование ФСК сравнения в современном русском языке в
антропоцентрическом ключе как средства лингвокультурологической репрезентации языковой личности современного носителя языка; как способа выражения
культурных коннотаций в рамках русской языковой картины мира. Определённая новизна состоит в выборе объекта исследования и во введении, таким образом, в научный обиход свежего языкового материала.
Теоретическая значимость данной работы состоит в том, что она вносит
определенный вклад в развитие лингвокультурологии, теории языка, состоящий
в новом осмыслении сравнительных конструкций. Обнаруживаются общеязыковые универсалии и индивидуальные черты использования ФСК сравнения
языковой личностью в современном русском языке. Полученные результаты
могут быть востребованы специалистами при разработке теоретических проблем в области изучения языковой личности, культурной ментальности современного носителя языка, современной языковой картины мира, изменений в
культурном коде нации.
Практическая значимость работы заключается в возможности использования её результатов в вузовских курсах современного русского языка (лексика,
грамматика, стилистика), культурологии, лингвокультурологии. Фактический
материал может найти применение в лексикографической практике – при составлении словарей образов, актуальных для современного носителя языка.
13
ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ.
ТЕРМИНОСИСТЕМА
1.1. Функционально-семантический анализ
как основа системного исследования языковых единиц
В современных научных исследованиях большое значение имеет функциональный подход к изучению языковых фактов как «подход, при котором исходной точкой исследования признаётся некоторое общее значение, а затем устанавливаются различные разноуровневые языковые средства, которые служат
для выражения данного общего значения» (Роменская, 2002, 185). Этот подход
вытекает из языковых исследований в русле функциональной лингвистики.
Функциональная лингвистика характеризуется преимущественным вниманием к функционированию языка как средства общения. Она возникла как одно
из ответвлений структурной лингвистики в 50-60 годах ХХ века. Преимущество
функционально-системного подхода состоит прежде всего в том, что он даёт
возможность исследовать языковое явление с точки зрения его внутреннего
строения и в плане его функционирования. Язык изучается в конкретной реализации, в действии, в тесной связи различных языковых явлений. О необходимости обращения исследователей к функциональной стороне языка убедительно
говорит М.Г. Петросьян: «Функциональный подход …позволяет исследовать
объект с точки зрения не его внутреннего строения, а функционирования, его
связей с окружающей средой … Даёт возможность изучить язык в его конкретной реализации, в действии, исследовать языковые средства передачи экстралингвистических ситуаций … Отвечает естественным условиям речевого общения, когда различные языковые средства используются в синтезе, в их неразрывной связи» (Петросьян, 1999, 98).
Функционально-семантический подход и, соответственно, понятие поля
восходит к определению языка как системы, представляющей собой сложный
механизм, что теоретически обосновали Бодуэн де Куртенэ и Фердинанд де
Соссюр. В дальнейшем системный характер языка был признан как отечественными, так и зарубежными лингвистами.
В зарубежной лингвистике теорией поля занимались немецкие учёные
Й. Трир, В. Порциг. Изучая в основном лексический материал, данные учёные
14
разработали теорию лексических полей, построенных на парадигматических
(Й. Трир) и синтагматических (В. Порциг) принципах.
Отечественные лингвисты (В.Г. Адмони, И.П. Иванова, Е.В. Гулыга,
М.М. Гухман, Г.А. Золотова и др.) внесли значительный вклад в разработку
теории поля и функциональной лингвистики. В.Г. Адмони придавал большое
значение системному восприятию языковых явлений: «Язык, взятый во всей
полноте своего существования, представляет сложную, органически взаимосвязанную совокупность многообразных единиц» (Адмони, 1988, 9). Особенно
важны исследования А.В. Бондарко, обосновавшего принципы функциональной
грамматики, предложившего понятие ФСП и типологию ФСП в русском языке.
А.В. Бондарко сформулировал задачи функциональной грамматики как «разработку динамического аспекта функционирования грамматических единиц во
взаимодействии с элементами разных уровней языка, участвующими в выражении смысла высказывания» (Бондарко, 1984, 4). Он так обосновал функциональный подход к описанию группировок разноуровневых единиц:
«…Господствующим началом являются потребности передачи смысла, для этого используются средства разных уровней, организованные на семантической
основе» (Бондарко, 1984, 4-5). Функциональную грамматику и понятие морфологического поля как подсистемы в поле функционально-семантическом разрабатывала И.П. Иванова: «В каждой части речи существуют единицы, полностью
обладающие всеми признаками данной части речи; это, так сказать, её ядро. Но
существуют и такие единицы, которые не обладают всеми признаками данной
части речи, хотя и принадлежат к ней. Поле, следовательно, включает центральные и периферийные элементы, оно неоднородно по составу» (Иванова,
1981, 19).
Е.В. Гулыга предлагала другое название для ФСП – грамматиколексические: «Разнообразные средства грамматического и лексического уровня,
призванные выражать и называть общие значения, связаны между собой не случайными отношениями, а отношениями, позволяющими установить определённые закономерности. Совокупность взаимодействующих средств образует систему – Грамматико-лексическое поле» (Гулыга, 1969, 8-9). Термин, который
предложили Е.В. Гулыга, Е.И. Шендельс, не закрепился в языкознании, однако
сформулированные ими признаки поля остаются актуальными и на сегодняшний день: «Поле характеризуется следующими признаками:
15
1. Наличием инвентаря (набора) средств разных уровней, связанных между
собой системными отношениями. Входя в состав поля, средства становятся конститутиентами поля.
2. Наличием общего значения, которое в той или иной степени присуще его
конститутиентам.
3. Общее значение поля не едино, оно распадается минимум на два значе-
ния, которые могут быть противопоставленными или полярными. Каждое из
этих значений образует микрополе.
4. Поле обладает неоднородной и, как правило, сложной структурой, кото-
рую можно представить в виде горизонтального и вертикального сечений.
1) По горизонтали располагаются семантические участки – микрополя
<…>. 2) По вертикали располагаются конститутиенты микрополей, которые в
то же самое время являются конститутиентами макрополя» (Гулыга, 1969, 9-10).
В отечественной лингвистике значительный интерес представляет концеп-
ция полевой структуры грамматических явлений В.Г. Адмони, который выделил в структуре поля центр (сердцевину, ядро) и периферию. Эту мысль развивали многие лингвисты, к примеру, М.М. Гухман пишет: «Поле включает
иерархически неравноправные компоненты: помимо единиц, образующих его
ядро и занимающих центральную позицию, оно охватывает разнотипные образования, расположенные на периферии в большей или меньшей степени близости к ядру, формирующему данное поле» (Гухман, 1971, 169). А.В. Бондарко
отмечает: «Ядром (центром) ФСП является единица языка, наиболее специализированная для выражения данной семантической категории» (Бондарко, 1998,
567). Центр характеризуется оптимальной концентрацией всех совмещающихся
в данной единице признаков. В единицах периферии наблюдается отсутствие
одного или нескольких признаков.
Структурная типология ФСП (по А.В. Бондарко) выглядит следующим об-
разом:
1. Моноцентрические поля (сильно центрированные) поля, которые опира-
ются на сильный центр – грамматическую категорию. В русском языке таковы
аспектуальность, темпоральность, модальность, залоговость, компаративность
(центр – категория степени сравнения прилагательных и наречий).
2. Полицентрические поля (слабо центрированные), не имеющие сильного
центра, а опирающиеся на некоторую совокупность различных языковых
16
средств (морфологических, синтаксических, лексико-грамматических, лексических), не образующих единой гомогенной системы форм. В русском языке это
поле таксиса, бытийности, состояния, субъектности, объектности, качественности, количественности, посессивности, причины, цели, условия, уступки, следствия, сравнения и т. п. (Бондарко, 1984, 61-62).
Рассмотрение языковых единиц в виде поля получило название полевого подхода. Ю.Н. Власова, А.Я. Загоруйко пишут: «Изначально он применялся на лексическом уровне для изучения семантики лексических единиц. В дальнейшем понятие поля значительно расширилось, оно стало использоваться относительно единиц другого уровня, прежде всего грамматического» (Власова, 2004, 47).
В современной лингвистике накопился значительный опыт комплексного
анализа состава разнообразных функционально семантических категорий (полей). Л.А. Брусенская рассмотрела в семантическом и функциональном аспектах категорию числа в русском языке (1994); А.Г. Нарушевич описала категорию одушевлённости-неодушевлённости (2001); М.Ю. Роменская анализировала ФСП запрета в современном русском языке (2002); Е.Ю. Долгова рассматривает особенности функционирования категории безличности в русском языке
(2008). Большой вклад в описание ФСК различной семантики внёс коллектив
авторов учебного пособия «Современный русский язык: коммуникативный и
функциональный аспект» (2000). В данном пособии Г.Ф. Гаврилова анализирует
ФСК интенсивности (в сложном предложении) и императивности; Н.О. Григорьева – ФСК модальности и персональности, Л.В. Марченко – категорию квалитативности; Т.Л. Павленко – ФСК интенсивности; А.Ф. Пантелеев – категории
темпоральности и таксиса и др.
Появились работы, в которых анализируется определённая ФСК на материале
языка конкретного автора или произведения (Кокина, 1999; Исмагулова, 2008); отдельные языковые составляющие той или иной категории, например, наречия меры и степени как выражение категории градуирования (Ким, 2001) и т. п.
Интересны работы, авторы которых сопоставляют ФСП и средства их выражения в разных языках. Е.В. Корнева рассматривает семантическую категорию возвратности с позиций теории функционально-семантических полей, выявляет национальную специфику возвратности в русском и немецком языках
(Корнева, 1999). В.В. Бескровная сравнивает ФСП локативности в русском и английском языке, мотивируя это тем, что «сопоставительный подход к явлениям
17
языка позволяет глубже их понять, выявить закономерности их употребления в
речи» (Бескровная, 2005, 33).
Понятия ФСК и ФСП развиваются и уточняются. К примеру, С.Г. Агапова
оперирует термином «функционально-прагматическое поле», понимая его как
реализацию того или иного поля в высказывании, в соответствии с принципами
и правилами речевого поведения, принятыми в обществе (Агапова, 2001, 146).
В этой ситуации разработка ФСК сравнения (компаративности) оказывается своевременной и логичной, так как, по словам М.И. Черемисиной, «если посмотреть на категорию сравнения под углом зрения классического синтаксиса,
она неизбежно предстанет как пёстрое множество синтаксических форм, объединённых только функциональной общностью. Все они выражают некий общий синтаксический смысл, который интуитивно улавливается и оценивается
как “сравнение”» (Черемисина, 1976, 5-6).
На материале современного немецкого языка ФСП компаративности описали Е.В. Гулыга, Е.И. Шендельс, установив конститутиенты поля, семантические микрополя, а в качестве доминанты признав степени сравнения прилагательных и наречий (1969). Ими также были осмыслены функции сравнения:
«Было бы неверным полагать, что функция сравнения является чисто стилистической. Сравнивая между собой предметы по их качествам, устанавливая их
сходство между собой, мы глубже раскрываем явления объективной действительности» (Гулыга, 1969, 114).
Попытка описать функциональное поле сравнения на материале русского
языка предпринята в работах Ю.Н. Власовой, М.И. Конюшкевич, О.В. Кравец,
А.В. Николаевой, Е.М. Поркшеян, Е.В. Скворецкой и др. К примеру, Е.В. Скворецкая, пользуясь терминологией Е.В. Гулыга, отмечает: «Согласно теории грамматико-лексического поля, все средства выражения сравнения взаимодействуют
друг с другом и функционируют совместно, образуя компаративное поле» (Скворецкая, 1974, 107). О.В. Кравец максимально дробит поле на микрополя разных
уровней, анализирует реальное и ирреальное сравнение как составляющие микрополя сходства и делает вывод: «ФСПК (функционально-семантическое поле компаративности – М. К.) является полем смешанного типа. Его сложная, многоуровневая структура позволяет выделять на высших уровнях поля микрополя по принципу поля с онтологическим расслоением, а на низших уровнях – по принципу поля с гносеологическим расслоением» (Кравец, 20021, 104).
18
С позиций функционального подхода, семантическая сущность категории
компаративности заключается в наличии «точек пересечения с категориями качественности и количественности» (Николаева, 2002, 173), подтверждение чему
мы видим в выполнении сравнением основных функций – описательной, характеризующей, выделительной, оценочной.
ФСК сравнения характеризуется разнообразием способов формального выражения сравнительной семантики. Сравнение наблюдается на различных языковых уровнях: лексическом, морфологическом, синтаксическом. Способы выражения сравнительной семантики принято делить на союзные (с использованием сравнительных союзов как, словно, точно, будто, как будто, будто бы и
под.) и бессоюзные. Также сравнения можно классифицировать с точки зрения
полноты, наличия всех составляющих компонентов. Сравнения, где имеется в
наличии оператор и основание сравнения, в лингвистике принято называть эксплицитными: сравнительные придаточные, сравнительные обороты. Сравнения,
где опущены модуль и/или оператор, называют имплицитными: сравнения в
форме приложения, сказуемого, творительного падежа и другие конструкции.
Обобщая и дополняя вышеназванные исследования, представим структуру
ФСК сравнения современного русского языка в следующем виде. Ядро ФСК
сравнения составляют конструкции, максимально полно представляющие данную семантику. По нашему мнению, к ним относятся придаточные предложения (полные и неполные) и сравнительные обороты. Именно на синтаксическом
уровне сравнение отражается наиболее полно и адекватно, так как здесь эксплицированы все элементы его логической структуры. Для выражения сравнения
на синтаксическом уровне привлекаются, разумеется, средства других уровней.
Периферия ФСК сравнения включает все остальные способы выражения сравнительной семантики на грамматическом и лексическом уровнях. Структуру
ФСК сравнения можно представить в виде схемы (см. Приложение 2).
При анализе языковых элементов настолько разнообразной структуры,
функционально-семантический подход предпочтителен, так как «помогает критически подойти к традиционному распределению сведений о значениях, имеющих в основе общую понятийную категорию» (Брусенская, 1994, 3).
19
1.2. История вопроса в исследовании структурно-семантической
и функциональной специфики языковых средств,
выражающих сравнение
Современное состояние развития лингвистической науки может быть охарактеризовано достаточно глубокой степенью изученности языковых фактов.
Однако не все теоретические положения и практические выводы, зафиксированные в академических грамматиках и исследовательских работах, единодушно принимаются всеми языковедами. Так, в настоящее время в лингвистике не
существует общепринятой квалификационной характеристики всех способов
выражения сравнительной семантики и однозначного решения вопроса о грамматическом статусе всех компонентов ФСК сравнения. Как отмечает
В.М. Огольцев, «лингвистическая проблематика сравнения характеризуется
признаковой сложностью в силу прежде всего своей многоаспектности»
(Огольцев, 1978, 5), причём многоаспектность наблюдается как на уровне многообразия форм выражения, так и на уровне семантики сравнительных конструкций.
Анализом сравнений занимались различные лингвисты. Основы изучения
конструкций сравнительной семантики заложены в трудах классиков лингвистики: В.В. Виноградова, С.О. Карцевского, А.М. Пешковского, А.А. Потебни,
Л.В. Щербы и др. А.М. Пешковский в работе «Русский синтаксис в научном
освещении» охарактеризовал специфику сравнительных наречий, функции
сравнительной степени прилагательного и наречия. А.А. Потебне принадлежат
интересные наблюдения, касающиеся психологической сути сравнения.
В.В. Виноградов в фундаментальном труде «Русский язык» обратил внимание
на особенности функционирования союзных сравнительных конструкций. Обращался он к сравнениям и в литературоведческих трудах, посвящённых творчеству различных авторов – А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя и др., воспринимая
сравнение как «…подчёркнутую форму сопоставления с внешне, то есть морфологически выраженными признаками его» (Виноградов, 1976, 409). С.О. Карцевский подробно описал разнообразие реализаций степеней сравнения в русском языке.
Ряд сравнительных конструкций (полные и неполные сравнительные придаточные предложения, сравнительные обороты, сравнительная степень прила-
20
гательных и наречий) описаны в учебных пособиях по грамматике: учебниках
В.В. Бабайцевой и Л.Ю. Максимова, Н.С. Валгиной, С.Е. Крючкова и Л.Н. Максимова, Д.Э. Розенталя, Л.А. Брусенской и Г.Ф. Гавриловой, учебнике под редакцией П.А. Леканта, «Русской грамматике-80» и других пособиях. Авторы
указанных учебников обращают своё внимание лишь на общие положения, касающиеся основных типов сравнительных конструкций, и останавливаются
преимущественно на структурном анализе, что объясняется характером изданий, которые адресованы широкому читателю, получающему основы лингвистических знаний. Вопросы, не касающиеся структуры, рассматриваются реже,
например, в учебном пособии Л.А. Брусенской, Г.Ф. Гавриловой (1997) акцентируется внимание на назначении и функции сравнительных придаточных:
«Сравнительные придаточные выражают событие, аналогичное, с точки зрения
говорящего, событию главного предложения. Употребляются они в речи, чтобы
сделать повествование более ярким» (Брусенская, 1997, 227).
Есть также работы, полностью посвящённые сравнению как категории языка. Изучению различных типов сравнительных конструкций посвящены труды
Г.И. Демидовой, В.И. Кононенко, И.К. Кучеренко, Л.А. Лебедевой, Н.Т. Мальшаковой, Е.А. Некрасовой, Е.М. Поркшеян, А.Ф. Прияткиной, Д.И. Яхиной
и др.
Ряд лингвистов сосредоточил своё внимание на исторических изменениях
различных типов сравнительных конструкций, справедливо полагая, что изучение истории данного языкового явления позволит увидеть законы и тенденции
его развития в современном языке. Н.А. Широкова исследовала исторические
изменения союзных и предложных сравнительных конструкций русского языка.
В частности, основную линию развития сравнительных придаточных Н.А. Широкова характеризует как «процесс дальнейшей дифференциации видов сравнительных предложений, сопровождавшийся появлением новых разновидностей
при одновременном обогащении системы сравнительных союзов и уточнении
их функций» (Широкова, 1966, 3). М.И. Морозова исследовала историческую
конкуренцию синтетических и аналитических форм сравнительной степени. К
примеру, повышение частоты употребления сравнительного оборота она объясняет его аналитизмом (Морозова, 1969, 262).
Во второй половине прошлого века появились монографии, посвящённые
сравнительным конструкциям, их семантическим, структурным и отчасти сти-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]