Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Секреты успеха уроков физкультуры. Учебно-методическое пособие
.pdf
общеобразовательных предметов потому, что сама природа
стремится доставить нам возможность не только правильно направлять свою деятельность, но и прекрасно пользоваться нашим досугом».
Как видите, в отличие от нас сегодняшних, для древних
греков музыка являлась прежде всего активным стимулятором
выполняемой под нее деятельности и только потом уже средством приятного отдыха и праздного развлечения.
Александр Македонский (356–323 гг. до н.э.) с самого детства всерьез занимался подготовкой к боям и походам и целые
дни проводил в палестре, развивая физические и воинские
качества, в частности раньше своих сверстников научился
скакать на коне, хорошо бороться и прицельно метать копья.
В палестре не было ему равных ни в физических упражнениях,
ни в умении владеть оружием. Его отец – царь Македонии
Филипп II хотел, чтобы сын получил наилучшее образование,
в связи с чем пригласил для его персонального обучения
одного из самых знаменитых философов того времени – Аристотеля.
Учиться и набираться знаний у Аристотеля на фоне положительных эмоций с целенаправленным использованием музыки
Александру Македонскому очень нравилось, за что он, став
царем, подарил Аристотелю 800 000 талантов – огромную по
тому времени денежную сумму. А несколько позднее поставил
своему учителю и другу красивый памятник с надписью
«Александр поставил этот памятник сыну Никомаха, мудрому
божественному Аристотелю». Как сообщает одно из восточных
преданий, как-то Александра Македонского спросили: «Почему
наставника своего, Аристотеля, ты почитаешь больше, чем отца
родного, царя Филиппа?». «Отец, – отвечал Александр, – воспитав мое тело, низвел меня с неба на землю, а Аристотель,
мудро воспитав душу мою и устремив мысли ввысь, поднял
меня от земли в небо».
31
Спустя 23 столетия известный президент Франции генерал
Шарль де Голль (1890–1970), оценивая командные способности
и исторические достижения Александра Македонского, отмечал, что в основе его побед мы всегда, в конце концов, находим
Аристотеля, обогатившего ученика общей культурой, глубиной
соображения и уверенностью суждений, черпаемых из сокровищницы человеческого разума.
Успешно воспитав Александра Великого, Аристотель в 336 г.
до н.э. возвратился в Афины и открыл там свою перипатетическую школу – знаменитый Ликей (от которого позднее произошло слово «лицей»). Он располагался в просторных галереях известной школы борьбы того времени и на прилегающих
участках, у восточных ворот Афин [54]. А на противоположном
краю этого города, в помещении гимнасия и прилегающих
к нему садах находилась Академия философа Платона.
Управление государством Аристотель рассматривал следующим образом: государственный деятель не может ждать, пока
наступят идеальные политические условия, а должен, исходя
из реальных возможностей, наилучшим образом управлять
людьми – такими, каковы они есть, и прежде всего заботиться
о физическом, духовном и нравственном воспитании молодежи – будущей основы общества – в желаемом государству
направлении. А музыку рекомендовал использовать как активную помощницу в этих процессах.
В первом тысячелетии до н.э. музыкальная стимуляция
спортивной деятельности все более и более прочно входит
в обиход Олимпийских, Истмийских, Немейских, Пифийских, Панафинейских, Делосских игр, а также других массовых спортивных состязаний античного мира.
Наиболее впечатляющая картина массовой музыкальной
стимуляции разворачивалась на главных и самых красочных
спортивных состязаниях античного мира – Олимпийских
играх.
32
Наши современники, включая даже дипломированных
специалистов физической культуры, привыкли думать, что
первые Олимпийские игры Древней Греции были проведены
в 776 г. до н.э. Однако, это не совсем так, ибо на самом деле они
начали проводиться намного раньше.
По античным описаниям Пиндара, спортивные игры в Олимпии, включавшие в себя борьбу, бег, кулачный бой, скачки
и некоторые другие виды, проводились еще в XIII в. до н.э.
В те времена их организовывали эпизодически в честь какихлибо важных общественных событий.
Хронография византийского летописца И. Мамаласа называет Олимпиады, проведенные в период правления упоминаемого в Библии царя Саула (1030–1010 гг. до н.э.).
В IX в. до н.э. с образованием греческих городов-государств
(полисов) Олимпийские игры приобретают систематизированную, юридически закрепленную, межгосударственную основу.
Начало этому процессу положил договор царя Элиды Эфита
с правителями Ликургом из Спарты и Клеосфеном из Пиз,
в 884 г. до н.э. По этому межгосударственному договору были
установлены правила и порядок проведения Олимпийских игр
и провозглашена Экехерия (священный мир), ограждающий
данные игры от войн и враждебных захватов. В договоре Олимпия публично объявлялась священным местом, а месяц проведения Олимпийских игр – обязательным периодом мира.
Договор 884 г. до н.э. способствовал спортивно-культурному
единению греческих государств более целого тысячелетия.
Известный греческий историк и путешественник Павсаний
в ходе своего посещения Олимпии в 170 г. видел и описал
сохранившийся в Герайоне красивый медный диск, на котором
был выгравирован текст данного договора.
А несколькими веками ранее, как сообщает Плутарх, этот
самый диск с научным любопытством осматривал Аристотель.
33
Таким образом, с 884 г. до н.э. Олимпийские игры стали проводиться ежегодно, но по мере роста их популярности, в связи
с тем, что многие участники и зрители приезжали или приходили пешком издалека, с большими издержками средств и времени на дорогу, ежегодные проведения оказались нерациональными. К тому же организаторам захотелось выгодно выделить
Олимпийские игры из числа других ежегодных спортивных
состязаний и избежать совмещений по времени проведения
с некоторыми из них.
В результате после некоторого перерыва Олимпийские игры
были преобразованы в большой спортивный праздник, проводившийся каждые четыре года. Это произошло в 776 г. до н.э.,
и он стал началом общегреческого летосчисления по Олимпиадам, в котором кроме порядкового номера Олимпиады обозначали и номер года данного четырехлетнего цикла. Например,
757 г. до н.э. назывался четвертым годом пятой Олимпиады и т.д.
По свидетельству древнегреческих историков Аристодама
и Полибия, с 776 г. до н.э. в греческой истории начинают регулярно фиксировать имена победителей Олимпийских игр,
на что ранее не обращали должного внимания. Возможно
и поэтому отечественная историография глубже 776 г. до н.э.
в историю Олимпийских игр не проникает, хотя с научной
точки зрения это, конечно, не оправдание.
С первого и до последнего дня на месте состязаний царила
музыка. Открывались Олимпийские игры большой торжест-
венной процессией с обязательным музыкальным сопровождением. Согласно традиционному олимпийскому ритуалу во главе
процессии «шли глашатаи и трубачи. За ними следовали элланодики (судьи – Ю.К.) в торжественных пурпурных одеждах.
Потом шли жрецы и их помощники с животными, предназначавшимися для жертвоприношения, представители власти
и официальные посольства разных государств со своими жертвенными дарами из золота и серебра. Затем следовали много-
34
численные участники состязаний; процессию замыкали кони
и колесницы». [58, с. 63].
Поэтические тексты исполняемых на Олимпийских играх
песен были актуально ориентированы социальной жизнью
и внутренними особенностями выполняемой деятельности.
Содержание музыкальной стимуляции процесса самих состязаний на Олимпийских играх дифференцировалось в зависимости от вида спорта и возраста участников.
Так, например, состязания мальчиков с 12 лет в беге и прыжках осуществлялись в сопровождении вдохновляющего пения
хора мальчиков. Хоры для этой цели подготавливались и выставлялись различными городами вместе с участниками состязаний
в данных видах спорта.
Состязанию взрослых на колесницах аккомпанировали воинственные звуки труб. Для музыкальной стимуляции этого вида
спорта существовала также специальная песня колесницевожатых, написанная Олимпом Фригийским в VII в. до н.э.
Когда олимпионика, то есть победителя Олимпийских игр
в том или ином виде соревновательной программы, подводили
к трону Зевса для увенчания лавровым венком, звучала церемониальная музыка. Обычно это была «Торжественная песня»
Архилоха, под звуки которой глашатаи с художественным
пафосом выкрикивали имя и родной город сильнейшего атлета.
Известный античный историк Плутарх в трактате «О музыке» обращает внимание на тот факт, что еще за много веков
до нашей эры аргосцы применяли музыкальное сопровождение
на авлосе (двойная флейта) при состязаниях в борьбе на традиционно проводимых Сфенийских играх, которые первоначально
были учреждены в честь Даная, а впоследствии посвящены
Зевсу Сфению. В примечаниях поясняется, что, по-видимому,
это был еще доэллинский культ.
Далее Плутарх отмечает, что у древних греков существовал
обычай – в целях оптимизации выполняемой деятельности
35
подыгрывать на такой флейте участникам состязаний в пентатлоне (классическое спортивное пятиборье в Древней Греции,
в состав которого входили: бег на стадий, прыжки в длину,
метание диска, метание копья, борьба). Для этих состязаний
музыканты исполняли специально сочиненную Гиераком арию
под общим названием «Набегание» (Epidrome), составные части
которой были органично приспособлены к специфике движений каждого отдельного вида пентатлона.
Такое частное приспособление музыкального сопровождения к специфическим особенностям стимулируемой двигательной деятельности тогда считалось наиболее рациональным,
поскольку еще великий Сократ, проводя свои методические
беседы на эту тему даже на Олимпийских играх, куда он приходил пешком из Афин, учил: «Часто то, что прекрасно для бега,
безобразно для борьбы, а то, что прекрасно для борьбы –
безобразно для бега: потому, что все хорошо и прекрасно
по отношению к тому, для чего оно хорошо приспособлено,
и, наоборот, дурно и безобразно по отношению к тому,
для чего оно плохо приспособлено».
И греки еще за 25 веков до нас с вами великолепно пользовались этим мудрым теоретическим положением в практике
физической культуры и спорта, хотя многим нашим современникам, даже с высшим физкультурным образованием, оно
по неведению кажется порождением лишь нашего времени.
Именно поэтому нам сплошь и рядом приходится тратить
много сил, средств и времени на изобретение «велосипеда»
давно уже известного истории. А ведь без всех этих многочисленных затрат можно великолепно обойтись, если разумно
воспользоваться драгоценным опытом далекого прошлого.
Это была молодость нашей цивилизации, молодость античного мира, молодость спорта.
По записям Павсания, особенно высоким мастерством
музыкальной стимуляции состязаний в пентатлоне отличался
36
флейтист Пифокрит из Сикиона. За виртуозное музыкальное
сопровождение состязаний в пентатлоне на шести Олимпийских играх ему была установлена в Олимпии специальная
мемориальная доска, на которой было выгравировано:
«Пифокриту, сыну Каллиника, За искусство виртуозной игры
на флейте Памятник».
Письменные свидетельства о широком применении музыкальной стимуляции в античном спорте подтверждаются
многочисленными археологическими находками памятников
культуры той эпохи с изображениями, как обобщенных сцен,
так и отдельных фрагментов из различных видов спортивной
деятельности в музыкальном сопровождении. Наиболее впечатляющими из них являются работы крупнейших мастеров художественной росписи греческих ваз VI в. до н.э. – Эпиктета,
Амасиса и Ахелоса (рис. 2–8 на цветной вклейке).
В VI–IV вв. до н.э. физическая культура античной Греции
достигла такого высокого уровня, к которому не мог даже
приблизиться ни один другой народ того времени. Греки успеш-
но практиковали разностороннее начальное физическое обучение, научно обоснованную агонистику, движущим мотивом
которой было постоянное стремление к достижению все более
и более высоких качественных показателей, развитую систему
регулярных состязаний, сеть продуманно оборудованных спортивных комплексов, стадионов, палестр и гимнасий – специальных учебных заведений.
В учебных заведениях – палестрах и гимнасиях имелись
специальные залы, в которых ежемесячно собирались умнейшие люди города или данного населенного пункта, философы,
ученые, врачи, поэты, музыканты и вместе с учителями и тренерами обсуждали перспективные планы разносторонней (физической, умственной, духовной, нравственной) подготовки учащихся, предлагали актуальные идеи и по мере своих возможностей способствовали их практическому осуществлению.
37
Процесс спортивной подготовки у них делился на макроциклы (4 года, согласно олимпийскому циклу) и микроциклы
(4 дня). В первый день тетры, т.е. 4-х дневного микроцикла,
проводились подготовительные занятия, во второй день –
применяемая нагрузка планомерно возрастала, в третий –
несколько снижалась и в четвертый – достигала уровня, необходимого для поддержания организма в требуемой спортивной
форме.
Объемы, содержание и интенсивность физической нагрузки,
используемой в текущей тетре, теоретически обоснованно
вытекали из результатов предыдущей тетры и готовили каждого
спортсмена к следующей тетре, с учетом поставленных перед
ним краткосрочных и долговременных целей и задач.
Уровень их спортивных достижений порой кажется просто
фантастическим и опережает наши, даже самые смелые предположения о спортивных рекордах.
В качестве примера интересно обратить внимание на такой
вид пентатлона, как прыжок в длину. Нашим современникам,
знакомым с античными изображениями соревнований по прыжкам в длину, зачастую просто удивительно и непонятно, почему
древние греки прыгали в длину с разбега с гирями в руках?!
Попробуем разобраться в этой многовековой загадке с привлечением просвещенных очевидцев того времени.
Вес этих гантелеобразных гирь, так называемых гальтеров,
в зависимости от возраста и массы тела прыгуна колебался
в пределах от 4 до 9 фунтов, а длина их варьировала от 12
до 29 см (см. на вклейке рис. 3, 6, 8).
Первоначально указанные гальтеры с изготовлялись из камня,
свинца или железа. Позднее в качестве гальтеров стали использовать лишь металлические гири полуовальной формы с удобным хватом для пальцев посередине.
Как объясняют просвещенные очевидцы тех лет – философы
и писатели Аристотель, Филострат и Феофраст – эти гири
38
должны были (по античным биомеханическим представлениям) увеличить длину прыжка и помочь прыгуну удержать
равновесие при приземлении.
Для этого прыгун после стремительного разбега и энергичного отталкивания от земли, взлетал, хотя и без крыльев,
но словно птица, умело использующая воздушные потоки.
Во время полета он выбрасывал руки с гирями вперед (в целях
увеличения инерционной тяги), а перед приземлением – резко
откидывал их назад, как бы отталкиваясь от гирь и получая новый
энергетический заряд для ускорения и продолжения полета.
Подобранное соответствующим образом музыкальное сопровождение, помимо активирующего психического воздействия,
предназначалось для более эффективной регуляции ритмики
движений прыгуна, усиления его толчка и более длинного полета.
Прыгая таким необычным для нашего времени способом,
лакониец Хионис, по свидетельству Юлия Африкана (греческий ученый II–III вв., автор исторической «Хронографии»
и списка олимпиоников) на Олимпийских играх 664 г. до н.э.
прыгнул на 52 фута, что в пересчете с олимпийского фута
на современные линейные меры составляет 16,66 м.
Другой античный атлет – Файллос из Кротона, как выбито
на одной сохранившейся с тех времен статуе, на Пифийских
играх 500 г. до н.э. совершил прыжок в длину на 55 футов,
что по бравшемуся там за основу измерения пифийско-дельфийскому футу составляет 16,28 м.
Для сравнения: нынешний мировой рекорд по прыжкам
в длину с разбега, установленный американским атлетом Майклом Пауэллом на чемпионате мира в Японии 31 августа 1991 г.
равен 8,95 м. С тех пор превысить этот рекорд никто из современных спортсменов пока не смог.
Приведенная для сравнительного примера длина прыжков
Хиониса и Файллоса зафиксирована в достоверных источниках
и не подвергается сомнению современной историографией.
39
Однако не все могут смириться с таким огромным превосходством (почти в два раза) античных спортивных результатов над современными. Поэтому некоторые комментаторы,
не углубляясь в изучение подлинных исторических документов,
выдвигают кочующую в нашей печати умозрительную версию
о том, что это якобы мог быть не обычный, а тройной прыжок.
В этом случае нам вроде бы проще объяснить очень высокие
античные результаты и субъективно согласовать их с нынешними.
Однако на самом деле, тройной прыжок в античном спорте
вообще не культивировался, и потому в античных источниках
о нем нет абсолютно никаких сведений.
В связи с этим версия тройного прыжка не имеет объективного подтверждения, и современные специалисты до сих пор
ломают голову над тайнами этих античных рекордов.
Таким образом, совокупность письменных и археологических данных неопровержимо доказывает, что родина Олимпийских игр на протяжении многих столетий являлась уникальным
феноменом органического слияния спорта и музыки, возведенного в ранг ортодоксальной государственной политики, где
проблемой музыкальной стимуляции двигательной активности
человека занимались лучшие умы общества.
С возрождением Олимпийских игр современности после
15-векового перерыва (393–1896 гг.) традиции использования музыки как средства приятной активизации спортивных занятий были, как это ни прискорбно, в значительной
мере утрачены, и специалисты физической культуры
и спорта о них почти ничего не знали.
Видимо, по этой причине уроки физической культуры
и спортивные занятия в подавляющем большинстве видов
спорта: легкая атлетика, тяжелая атлетика, гребля, скоростное плавание, различные виды борьбы, бокса и других
единоборств, разнообразные спортивные игры и т.д. –
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]