Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Репрезентация самосознания в личных дневниках современных девушек. Монография
.pdf
ГЛАВА II. ОСОБЕННОСТИ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ РАЗВИТИЯ САМОСОЗНАНИЯ ЛИЧНОСТИ
В ИНТИМНЫХ ДНЕВНИКАХ СОВРЕМЕННЫХ ДЕВУШЕК
по психологическим личностным особенностям (эмоциональным, интеллектуальным) встречается у троих из двадцати респондентов, а еще
у пяти – по личностной или социальной успешности.
Репрезентация идентификации с лидерами из ближайшего окружения автора (из компании, из команды) в личных дневниках превалирует и в отрочестве и в юности. По поведенческим особенностям
нарраторы идентифицируют себя в этих возрастах одинаково (по два
автора из двадцати в подростковых и юношеских записях). Репрезентация особенностей идентификации на основании характерологической
специфики не претерпевает динамических изменений (у трех авторов
из двадцати в отрочестве и в юности). По психологическим личностным особенностям (эмоциональным, интеллектуальным) респонденты
соотносят себя с лидерами (в подростковых записях – один автор,
а в юношеских – двое из двадцати). Внешние, физиологические, телесные характеристики являются основой для идентификации в отрочестве –
для четверых нарраторов из двадцати и для двоих в юности.
Идентификация с братом или с сестрой репрезентирована только
в текстах четверти наших авторов, поскольку остальные респонденты
или являются единственными детьми в семье, или не поддерживают
связь с имеющимися родственниками (в лице двоюродных, троюродных сестер, братьев). Идентифицируют себя со своими родственниками
и в подростковом, и в юношеском возрасте по внешним особенностям
и специфике характера по одному нарратору (по физиологическим данным девушка-автор соотносит себя со своей сестрой, а по характеру –
другая девушка сравнивает себя с братом). По поведенческим проявлениям в отрочестве соотносят себя с братом или с сестрой двое из пяти,
а в юношеском – один автор. На основе социальной или личностной
успешности респонденты идентифицируются с братом или с сестрой
только в юности (двое из двадцати), а по психологическим личностным
особенностям (эмоциональным, интеллектуальным) – только в отрочестве (один автор).
Идентификация с родителями или с другими членами семьи
по убыванию представленности в дневниковых записях подросткового возраста репрезентирована так: по характерологическим особенностям; по внешним, физиологическим данным и по успешности
(социальной или личностной); по специфике поведения; по психологическим личностным особенностям (эмоциональным, интеллектуальным). В личных дневниках юношеского возраста по убыванию представленности данная репрезентация выражена: на основе
91
Е. Е. ЧУРИЛОВА. РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ САМОСОЗНАНИЯ В ЛИЧНЫХ ДНЕВНИКАХ СОВРЕМЕННЫХ ДЕВУШЕК
идентификации по успешности; по внешним, характерологическим
и поведенческим особенностям.
Особенности идентификации наших респондентов со значимыми для
них взрослыми (преподавателями, тренерами) также репрезентированы
в текстах их личных дневников. В подростковых записях доминирует
репрезентация идентификации, связанной с особенностями поведения.
У семи авторов из двадцати преобладает репрезентация идентификации,
основывающейся на характерологической специфике. По внешним, телесным, физиологическим особенностям себя со значимыми взрослыми
соотносят трое нарраторов из двадцати. И по одному автору идентифицируются в соответствии с показателями успешности и психологическими личностными особенностями. В юношеских записях преобладает
репрезентация идентификации со значимым взрослым по личностной
или социальной успешности. И по два автора из двадцати в своих дневниковых записях соотносят себя на основе телесных, психологических
и поведенческих особенностей.
Репрезентация идентификации с идеальным «Я» (с созданным самим автором собирательным образом, включающим в себя все субъективно значимые психофизиологические личностные характеристики)
имеет динамичные изменения при переходе от отрочества к юности.
Если в подростковых записях соотнесение реального «Я» с идеальным «Я» было отображено в тексте только у одного автора из двадцати,
то в юношеском у большинства. По поведенческим реакциям, проявлениям себя идентифицировали семь девушек-подростков из двадцати,
и только одна, находясь уже в юношеском возрасте. По особенностям
телесного образа, физиологического «Я» в отрочестве идентификация
отображается у семи нарраторов из двадцати, а в юности у двоих. Один
автор соотносил свое реальное «Я» с субъективно идеальным, собирательным «Я» на основе психологических личностных характеристик
и в подростковых текстах, и в юношеских. Особенности характера стали основой для идентификации, репрезентированной в меньшинстве
записей и в отрочестве, и в юности.
Репрезентация в личных дневниках современных девушек такого
звена структуры самосознания как половая идентификация претерпевает динамические изменения с подросткового по юношеский возраст,
которые можно отразить в некоторых тенденциях:
репрезентация идентификации автора с кумиром, с известной
1.
и успешно воспринимаемой им личностью на основании социальной или личностной успешности возрастает к юности;
92
ГЛАВА II. ОСОБЕННОСТИ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ РАЗВИТИЯ САМОСОЗНАНИЯ ЛИЧНОСТИ
В ИНТИМНЫХ ДНЕВНИКАХ СОВРЕМЕННЫХ ДЕВУШЕК
2. репрезентация идентификации с героями произведений искусства, литературы, кинематографа, музыки по внешним, физиологическим особенностям при переходе от отрочества к юности
снижается;
динамические изменения репрезентации идентификации
3.
со сверстницами по телесным, внешним особенностям выражаются в ее уменьшении; а по успешности (личностной или
социальной) – в ее возрастании при переходе от подросткового
к юношескому возрасту;
репрезентация идентификации с лидерами из ближайшего окру-
4.
жения автора (из компании, из команды) на основе критериев
успешности превалирует и в юношеском, и в подростковом возрасте и динамических изменений не претерпевает;
5. репрезентация идентификации со значимым взрослым претерпевает возрастные трансформации: по успешности увеличивается; по особенностям характера и по особенностям поведения – уменьшается;
6. динамические изменения претерпевает и репрезентация в личных дневниках идентификации с идеальным «Я
» (с созданным
самим автором собирательным образом, включающим в себя
все субъективно значимые психофизиологические личностные
характеристики): по социальной и личностной успешности –
возрастает; по поведенческим особенностям и по внешним,
физическим – снижается.
Следующее звено – психологическое время личности. Данное звено
формируется индивидуально, но обязательно в сознании человека все
три времени должны быть взаимосвязаны. Если человек погружен в какое-то одно время (живет только прошлым), то это может приводить
к всевозможным нежелательным последствиям (психическим расстройствам). У каждого преобладает какое-то одно психологическое
время личности, что может быть обусловлено особенностями культуры
и религии (это зависит от родовой культуры).
Исследуемые нами авторы, заранее ориентированы на прошлую
часть в психологическом времени: они регистрируют уже прошедшие
события, которые важны для них и к которым они смогут возвращаться
в будущем и переживать их снова. Правда, стоит сказать о том, что
записи, в большей части, содержат «ориентации на будущее» – мечты,
желания, планирование (учеба, работа, семья). В сознании каждого
из наших авторов присутствуют все три времени: они живут настоящим,
93
Е. Е. ЧУРИЛОВА. РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ САМОСОЗНАНИЯ В ЛИЧНЫХ ДНЕВНИКАХ СОВРЕМЕННЫХ ДЕВУШЕК
фиксируют происходящие и происшедшие события с целью дальнейшего возвращения к ним в будущем и их актуализации.
В отрочестве и в юности в личных дневниках современных девушек
репрезентация в тексте психологического прошлого (воспоминаний, попыток пересмотреть и переосмыслить определенные события, описаний
тогдашних мыслей, эмоций, состояний) претерпевает как динамические
изменения, так может выступать и в неизменном виде при переходе с подросткового к юношескому возрасту. В дневниковых записях, относящихся к обоим периодам развития, преобладает репрезентация прошлых
переживаний, эмоций, чувств, мыслей («…я готова была сквозь землю
провалиться, думала, что лицо у меня цвета помидора, чувствовала себя
не в своей тарелке…»). Психологическое прошлое как негативное в подростковых записях отрицательно оценивается только одним автором
из двадцати. Отображение в дневнике регистрационных аспектов – в качестве фиксации воспоминаний («Помню, когда я пришла на эту дискотеку…») – не имеет динамических трансформаций (наличествует у четверых авторов из двадцати и в отрочестве, и в юности). Также отсутствие
динамики репрезентации выявлено в меньшинстве дневниковых текстов
в репрезентации переосмысления происшедшего события
с учетом особенностей межличностного взаимодействия («…если бы тогда я сделала
иначе, то, возможно, они бы…»). Позитивное оценивание собственного
психологического прошлого репрезентировано в одном личном отроческом дневнике и уже в четырех юношеских из двадцати.
Репрезентация психологического настоящего (констатация происходящих событий, описание переживаний, которыми живет автор, описание особенностей межличностного взаимодействия, в которое включен
нарратор, регистрация значимых явлений и ситуаций, их приписывание
к определенной календарной дате по принципу записной книжки) также
имеет свои особенности. В личных дневниках обоих возрастных этапов
превалирует отображение описания нынешних переживаний, мыслей,
чувств, которыми живет автор («…не могу думать больше ни о чем,
кроме этого радостного чувства, оно занимает мои мысли целиком, кажется, что я тону в нем…»). Репрезентация в дневниковых текстах негативного отношения автора к своему настоящему встречается у одного
автора в отрочестве. Положительно собственное настоящее оценивают
меньшинство нарраторов и в подростковом, и в юношеском возрасте.
Описание особенностей межличностного взаимодействия, в которое
включен автор репрезентировано у четверти респондентов в отроческих записях и у троих – в юношеских.
94
ГЛАВА II. ОСОБЕННОСТИ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ РАЗВИТИЯ САМОСОЗНАНИЯ ЛИЧНОСТИ
В ИНТИМНЫХ ДНЕВНИКАХ СОВРЕМЕННЫХ ДЕВУШЕК
Репрезентация психологического будущего (целеполагание, прогнозирование возможных событий или исхода дел, происходящих в настоящем, построение планов, идей, мечтаний, желаний) имеет несущественные динамические изменения. Отображение в тексте мечтаний,
желаний, идей («как было бы здорово, чтобы мы с ним все-таки стали
уже жить вместе… я бы тогда…») выявлено у семи авторов из двадцати
в подростковом возрасте, а в юношеском – у четырех. Репрезентация
в дневниковых текстах планирования, целеполагания (автором намечается определенная цель и разрабатываются шаги для ее достижения:
«Для того, чтобы мне сдать эти экзамены, надо потратить примерно
на каждый… значит…») встречается у троих из двадцати нарраторов в отрочестве и почти у половины – в юности. Позитивная оценка
психологического будущего присутствует в записях четверти респондентов в обоих возрастах. Репрезентация негативно оцениваемого
будущего наличествует в личных дневниках двоих из двадцати нарраторов-подростков, а в юношеских записях отсутствует. Прогнозирование возможного исхода дел, происходящих в настоящем («…если
я скажу ей это, она может обидеться, и мы не станем тогда вместе поступать в тот вуз…»), отражено в меньшинстве подростковых и юношеских дневников.
Репрезентация в личных дневниках современных девушек такого
звена структуры
самосознания как психологическое время личности
претерпевает динамические изменения при переходе от подросткового к юношескому возрасту, которые можно отразить в некоторых
тенденциях:
репрезентация психологического прошлого на основании опи-
1.
сания бывших переживаний, эмоций, мыслей, чувств преобладает в текстах личных дневников подросткового и юношеского возрастов, но при этом значимых динамических изменений
не выявлено;
репрезентация психологического настоящего на основании опи-
2.
сания нынешних эмоций, мыслей, переживаний, чувств превалирует в дневниковых текстах и отрочества, и юности без значимых количественных изменений, которые могли бы указывать
на динамические трансформации;
динамические изменения репрезентации психологического
3.
времени личности выявлены в связи с репрезентацией в личных дневниках психологического будущего авторов: отображение в тексте мечтаний, желаний, планов, идей в подростковом
95
Е. Е. ЧУРИЛОВА. РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ САМОСОЗНАНИЯ В ЛИЧНЫХ ДНЕВНИКАХ СОВРЕМЕННЫХ ДЕВУШЕК
возрасте превалирует, а к юношескому – снижается; планирование, целеполагание (когда автором намечается определенная
цель и разрабатываются шаги для ее достижения) репрезентировано больше в юности;
4. негативная оценка авторами своего прошлого, настоящего и будущего одинаково репрезентирована в меньшинстве подростковых записей, а в юношеских – не отображена ни в одном из личных дневников (чаще такая негативистическая оценка сменяется
на позитивную).
Пятым является звено социально-нормативное пространство лич-
ности, которое в контексте социальных ценностей является наиболее
сложной проблемой. Человек в первую очередь выступает в качестве
социально ответственной единицы. В. С. Мухина 1 говорит о том, что
социальное пространство как феномен культуры и как психологическое
пространство личности соединяет в особый феноменологический узел
все факторы и все условия, определяющие развитие и бытие человека,
генотипически обусловленные предпосылки и внутреннее пространство личности. Эти факторы вводят человека постепенно в сферу прав
и обязанностей. Социальное пространство всегда культурно и этнически
определено, а также зависит от внутренней позиции самого человека.
«Социальное пространство личности – это нерасторжимый комплекс
знаковых систем предметного и природного мира, а также человеческих отношений и ценностей» 2. Условиями развития и существования
человека при этом выступают: место, где протекает жизнедеятельность
человека; особенности общения, зависящие от культуры человека; внутренняя позиция самого человека. Социальное пространство обусловлено, в первую очередь, культурно-этническими особенностями, на основе которых определяются значения и смыслы прав и обязанностей.
В процессе развития личности освоение социального пространства
происходит постепенно – сначала через реализацию ребенком своих
притязаний на признание. Чтобы быть признанным и одобренным, ребенок должен усвоить ценностные нормы к своим обязанностям и правам.
Современные подростки, молодежь, рефлексируя на себя и на других,
стремятся к становлению себя как личности. При этом у каждого процесс присвоения и усвоения обязанностей и прав, социальных норм
и ценностей – индивидуален.
1 Мухина В. С. Личность: Мифы и Реальность (Альтернативный взгляд. Системный подход.
Инновационные аспекты). – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Прометей, 201
2
Мухина В. С. Возрастная психология. Феноменология развития. – 12-е изд. – М.: Академия,
200
9. – С. 136–137.
0. – С. 719.
96
ГЛАВА II. ОСОБЕННОСТИ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ РАЗВИТИЯ САМОСОЗНАНИЯ ЛИЧНОСТИ
В ИНТИМНЫХ ДНЕВНИКАХ СОВРЕМЕННЫХ ДЕВУШЕК
Все это отражается и в текстах личных дневников юношей и подростков. Основным механизмом развития личности при этом остается
рефлексия, самоанализ человеком себя и своей деятельности. Ведение
дневника в данном случае способствует рассмотрению своего «Я»
с различных сторон. При этом распространенным методом является
«диалоговый», то есть автор ведет беседу со своим дневником, что дает
возможность увидеть себя «со стороны» («Как я могла так сделать?!
Это же неправильно…/Так, соберись, успокойся. Ты все сделала правильно. По-другому – никак…»). Одной из доминирующих проблематик в личных дневниках является проблема межличностных, социальных взаимодействий (в классе, в семье, на улице и т. п.). И именно
ведение дневника во многом способствует следованию автора ценностным и нормативным особенностям, в которых он бытует (к примеру,
снятие эмоционального напряжения посредством терапевтической
функции дневниковых записей – вместо общественных конфликтных
ситуаций: («…Эта училка – просто дура! Если она еще раз заставит
меня бегать столько… Вообще! Ненормальная…! Ох! Как-то даже, кажется, немного полегчало!.. И вообще она недостойна, даже, чтобы
я к ней прикасалась…!» (автор – Ч. Е., 1986 г. р., запись от 03.05.2001)).
В личных дневниках современных девушек репрезентация такого
звена структуры самосознания, как психологическое пространство личности, имеет свои особенности. Динамичные изменения при переходе
от подросткового к юношескому возрасту выявлены в положительном
отношении автора к своим правам, в их принятии и осознании. Игнорирование собственных прав («…мне все равно, я не стану никому жаловаться и подавать апелляцию, пусть это останется на их совести…»)
отображается у половины девушек в подростковых записях, и у меньшинства в юношеских. Репрезентация непринятия, отрицания своих
прав («…все равно я не имею права так с ними поступать…»), а также –
незнания и неимения интереса к этому познанию не претерпевают динамических трансформаций: выявлены у двоих авторов-подростков
из двадцати, и у одного – юноши. Также у одного респондента в юношеских записях не отображено отношение к своим правам вообще (в тексте
не упоминается), в отроческих – таких респондентов не выявлено.
Динамические изменения репрезентации существуют и в положительном отношении к чужим правам, которые приемлемы для самого
автора, в их осознании и принятии («…Им виднее, они знают, что делают
и их за это не накажут, потому что все – по закону…»): в отроческих
дневниках – у
троих нарраторов, а в юношеских – у семи из двадцати.
97
Е. Е. ЧУРИЛОВА. РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ САМОСОЗНАНИЯ В ЛИЧНЫХ ДНЕВНИКАХ СОВРЕМЕННЫХ ДЕВУШЕК
Отображение неприемлемости и отрицания, несогласия автора с правами
других выявляется менее, чем в половине отроческих и юношеских
записей. Игнорирование прав («…плевать я хотела на нее, я еще не совершеннолетняя – у меня прав больше…!») репрезентировано примерно у половины респондентов – подростков и у четверти – юношей.
Незнание чужих прав отображено только у одного нарратора из двадцати в отроческих дневниковых текстах, а в юности – ни у кого из них.
Слабо репрезентировано отношение к правам других людей в личных
дневниках на обоих изучаемых этапах развития личности.
Положительное отношение, принятие, личностная значимость,
осознание своих обязанностей («Я знаю, что должна это сделать, никто
кроме меня все равно не станет…») репрезентированы в текстах личных дневников и претерпевают некоторые динамические изменения:
возрастают к юности. Непринятие, отрицание своих обязанностей
(«Я не обязана так делать… если кому-то надо, пусть сами делают…»)
отображены в половине подростковых записей и в четверти юношеских.
Отношение к своим обязанностям совсем не отображено у одного
и того же автора в текстах обоих возрастных периодов. Репрезентация
игнорирования обязанностей («…я не собираюсь тратить на это свое
время…») динамической выраженности не имеет: у шести из двадцати
нарраторов в отрочестве и у пяти в юности. Незнание своих обязанностей демонстрирует один респондент и только в подростковых текстах.
Отношение автора к обязанностям других людей, социума не имеет
значимой динамики при переходе от подросткового к юношескому возрасту. Непринятие, отрицание чужих обязанностей («Он не обязан это
делать, его родители – себе на уме, только и знают, что заставлять его…»)
и игнорирование чужих обязанностей («… я сама это сделаю, чтобы он
не тратил время, мне не сложно, помогу…») одинаково слабо отображены в личных дневниках. Незнание чужих обязанностей выражено
только у одного респондента и только в подростковых записях. Из двадцати респондентов отношение к чужим обязанностям в тексте вообще
не отображено у пяти девушек-подростков и у семи – в юношестве.
Положительное отношение, принятие, личностная значимость, осознание чужих обязанностей («Они не должны так относиться к своей сестре, они же – старшие братья, и обязаны защищать и оберегать ее…»)
репрезентированы в половине отроческих и юношеских текстов.
Самоощущение и переживания автора о себе как об идеальном «Я»
в семье, которое репрезентировано в тексте в виде положительно или
отрицательно «окрашенной
» рефлексии о соответствии своему нефор-
98
ГЛАВА II. ОСОБЕННОСТИ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ РАЗВИТИЯ САМОСОЗНАНИЯ ЛИЧНОСТИ
В ИНТИМНЫХ ДНЕВНИКАХ СОВРЕМЕННЫХ ДЕВУШЕК
мальному статусу в семье, а также в виде соответствия или несоответствия идеального «Я» реальному «Я», на основе принятия и соблюдения
прав и обязанностей как члена семьи превалирует в обоих возрастах.
Следование семейным ценностям, традициям и нормам отображено
в четверти отроческих и юношеских дневников. Несоблюдение прав
и обязанностей как члена семьи слабо отображается и в подростковом,
и в юношеском возрасте. Непринятие и неследование семейным традициям, несоблюдение семейных норм репрезентировано у двоих респондентов из двадцати в их отроческих записях и одного – в юношеских.
Самоощущения и переживания автора не выражены в текстах одного
личного дневника и только в отрочестве.
Самоощущение и переживания автора о себе как об идеальном «Я»
в референтной группе, которое репрезентировано в тексте в виде положительно или отрицательно «окрашенной» рефлексии
о соответствии
своему статусу в референтной группе, а также в виде соответствия или
несоответствия идеального «Я» реальному «Я», имеет динамические
изменения: на основе принятия и соблюдения своих прав и обязанностей как члена референтной группы – репрезентация увеличивается;
на основе следования нормам и традициям группы и на основе неследования нормам и традициям группы – уменьшается. Не претерпевает значимых динамических изменений репрезентация переживаний
и самоощущений нарраторов, основанная на непринятии и несоблюдении прав и обязанностей как члена референтной группы (у четверых
из двадцати респондентов в отрочестве и у пятерых в юности).
Самоощущение и переживания автора о себе как об идеальном «Я»
в социуме, которое в тексте репрезентировано в виде положительно
или отрицательно «окрашенной» рефлексии о соответствии своему
статусу в социуме, а также в виде соответствия или несоответствия
идеального «Я» реальному «Я», претерпевает значимые динамические
трансформации при переходе от подросткового к юношескому возрасту:
на основе несоблюдения прав и обязанностей как социальной единицы –
уменьшается (вплоть до исчезновения в тексте в юности); на основе
соблюдения прав и обязанностей как социальной единицы – возрастает;
на основании не отображения нарратором данного критерия в записях
(у четырех авторов из двадцати и только в юности). Отображение неследования социальным нормам и традициям выявлено в двух отроческих
дневниках из двадцати и ни в одном юношеском. Отображение следования социальным нормам и традициям динамически не изменяется
(у одних и тех же четырех из двадцати респондентов в обоих возрастах).
99
Е. Е. ЧУРИЛОВА. РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ САМОСОЗНАНИЯ В ЛИЧНЫХ ДНЕВНИКАХ СОВРЕМЕННЫХ ДЕВУШЕК
Репрезентация самоощущения и переживания автора о себе
как об идеальном «Я» как представителя рода, этноса, конфессии
не претерпевает динамических изменений, но имеет преобладание
по представленности в тексте на основе того, что не отображается
в записях большинства авторов и в подростковом, и в юношеском
возрасте. Принятие и соблюдение прав и обязанностей как представителя рода, этноса, конфессии и неследование родовым, этическим
и религиозным традициям и нормам одинаково репрезентированы
в личных дневниках (по одному респонденту из двадцати в обоих
возрастах). Следование родовым, этническим, религиозным традициям и нормам отображено в текстах одних и тех же двух респондентов и в отрочестве, и в юности. Непринятие и несоблюдение прав
и обязанностей как представителя рода, этноса, конфессии не репрезентировано вообще (ни у одного из авторов, ни в подростковых,
ни в юношеских текстах).
Восприятие автором своего индивидуального жизненного пути
в качестве динамических изменений репрезентации имеет показатели
только на основе того, что является не отраженным в тексте (у трех
из двадцати нарраторов в подростковом возрасте и ни у кого – в юношеском). Позитивное восприятие, когда автор доволен своей жизнью,
принимает ее такой, отображено в половине отроческих и юношеских записей. Негативное восприятие, когда автор не доволен своей
жизнью, старается что-то изменить, репрезентировано у пяти из двадцати девушек-подростков и у шести – в юношестве. Отражение
респондентами своего жизненного пути: как уникального встречается редко и в подростковом, и в юношеском возрасте; а как сознательно повторяющего чей-то – выявлено у одного автора из двадцати
и только в юности.
Репрезентация в личных дневниках современных девушек такого
звена структуры самосознания как социально-нормативное пространство личности претерпевает динамические изменения при переходе
от подросткового к юношескому возрасту, которые можно отразить
в некоторых тенденциях:
в процессе развития личности с отрочества до юности репрезен-
1.
тация игнорирования своих прав снижается;
2. отображение положительного отношения и осознанного приня-
тия своих прав увеличивается;
3. положительное отношение автора к правам социума и их осознанное принятие возрастает в своей репрезентации;
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]