Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Производство предварительного расследования по уголовным делам о преступлениях, совершенных женщинами
.pdf
можном или достоверно известном уклонении подозреваемого,
обвиняемого от обязательств, предусмотренных ч. 1 ст. 56 УПК
КНР. В случае невыполнения поручителем своих обязательств
на него может быть наложено денежное взыскание, а если в
его действиях имеется состав преступления, то он может быть
привлечен к уголовной ответственности. Полагаем, что данные
положения следует учесть в УПК
РФ, что обеспечит эффектив-
ность применения данной меры пресечения.
1
Мера пресечения — домашний арест
стала промежуточной
между заключением под стражу и мерами пресечения, не связанными с лишением свободы. Таким образом, данная мера пресечения ликвидировала большой разрыв, образовавшийся между
этими мерами пресечения. Хотя по данным нашего исследования
около 3% следователей считают, что данную меру пресечения необходимо исключить из системы мер пресечения. Не равнодушными к домашнему аресту остались и УПК некоторых стран СНГ.
В частности исследуемую меру пресечения, кроме УПК РФ, закрепили УПК Азербайджана, Казахстана и Беларуси.
Мы полагаем, чем больше мер пресечения содержится в законе, тем больше альтернатива у органа, производящего расследование и суда, при решении вопроса об избрании меры
пресечения.
Мировой опыт показывает, что эффективность домашнего ареста
зависит от механизма его реализации. Несколько лет назад наотрез отвергались такие способы контроля на домашнеарестованными, как электронные браслеты, чипы и т. п. В настоящее время,
когда, разрабатываются спутниковые технологии, все больше на
государственном уровне замечается о необходимости разработки
организационно-правового
механизма использования новых технологий в уголовно-процессуальной и уголовно-правовой сферах
деятельности. Более того, п. 7 «Декларации об использовании научно-технического прогресса в интересах мира и на благо человечества» прямо указывает, что все государства должны принимать
«необходимые меры, включая законодательные, в целях обеспечения того, чтобы использование достижений
науки и техники спо-
1
И. О. Цоколова полагает, что «домашний арест — это мера пре-
сечения, состоящая в ограничении свободы передвижения обвиняемого
и запрете на общение и переговоры с другими лицами».
141
собствовало наиболее полному осуществлению прав человека и
основных свобод…»
1
.
Закрепив домашний арест в ст. 107 УПК РФ, законодатель поставил перед правоприменителем большое количество процессуальных и прикладных проблем, многие из которых за годы действия УПК РФ, так и не были решены. Так законом не урегулированы вопросы порядка, способа, формы реализации применения
домашнего ареста, а также не определены
органы и должностные
лица, осуществляющие надзор за подозреваемым и обвиняемым,
к которым избрана данная мера пресечения. Указанные проблемы
влияют на правоприменительную практику и делают домашний
арест, по-прежнему, малоприменяемой мерой пресечения. Так, за
2004—2009 г. г. по России домашний арест был применен в 513
случаях
2
.
Возможность его применения как альтернативы заключения
под стражу является проявлением гуманизма законодателя и согласуется с принципом уважения чести и достоинства. Закон в
качестве специального условия предусматривает, что домашний
арест применяется при наличии оснований и условий для заключения под стражу (ст. 108 УПК) тогда, когда содержание под стражей подозреваемой,
обвиняемой нецелесообразно в силу ряда обстоятельств, к которым, на наш взгляд можно отнести: старческий
возраст, тяжелое состояние здоровья, беременность женщины или
период кормления ребенка грудью
3
.
Применение домашнего ареста не связано с предельным стес-
нением прав и свобод личности. Женщина
4
, в отношении которой
избрана данная мера пресечения, не изолируется от семьи и обще-
1
См.: Декларация о праве и обязанности отдельных лиц, групп и ор-
ганов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека
и основные свободы // Международные акты о правах человека: сборник
документов. — М., 2002. — С. 340.
2
URL: http// index. org.ru /turma /st (07.12.2016).
3
Пленум Верховного Суда Российской Федерации Постановление
от 29 октября 2009 г. № 22.«О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста» (по
состоянию на июнь 2010 г. в ред. Постановлений Пленума ВАС РФ от
10.06.2010 № 15). п. 28.
4
Овчинников Ю. Г. Домашний арест как мера пресечения в уголов-
ном процессе. — М.: «Юрлитинформ», 2006. — С. 79.
142
ства, может реализовывать свои процессуальные права и нести
процессуальные обязанности, полностью или частично пользоваться социальными благами.
Применение домашнего ареста в РФ несколько затруднено,
так как отсутствует полноценная детальная правовая регламентация данного института
1
. Норма о применении домашнего ареста
в качестве меры пресечения вступила в действие с 1 июля 2002
г. Однако на сегодняшний день ее исполнение является затруднительным, поскольку нет надлежащих механизмов, регулирующих
ее порядок, не определены конкретные органы, на которые возлагается осуществление надзора за соблюдением как самого домашнего ареста, так и
Мы солидарны с Л. К. Труновой
установленных ограничений.
2
в том, что необходимо разра-
ботать и принять закон федерального уровня «О домашнем аресте
в Российской Федерации», который бы четко регламентировал порядок и условия осуществления домашнего ареста к подозреваемым и обвиняемым в совершении преступления и гарантировал
их права и законные интересы.
Наряду с избранием меры пресечения в виде
домашнего ареста, уже имеется положительная практика в ряде зарубежных
стран об использовании электронных средств слежения. В частности, в Великобритании и Франции электронные браслеты применяют с 2004 года. В США электронный мониторинг используется в 49 штатах из 50, в Европе его особенно активно применяют Британия, Швеция и Нидерланды
3
. Действует эта система в
Австралии, Новой Зеландии и в некоторых развивающихся странах. По статистике ежегодно в мире выносится более 100 тысяч
судебных решений о применении электронного мониторинга.
Учитывая социальную роль женщины
4
, в случае, если жен-
щина, совершившая преступление имеет грудного ребенка, необ-
1
См.: Булатов Б. Б. Государственное принуждение в уголовном су-
допроизводстве. — Омск, 2003. — С. 95—112.
2
См.: Трунова Л. К. Домашний арест как мера пресечения // Рос.
юстиция, 2002. — №11— С. 49—50.
3
См.: Белаш В. Амбулаторное заключение // Власть, 2006. — №17—
18 (671—672). — С. 11.
4
См.: Балибалова Д. И. Актуальные проблемы социально-правовой
защиты женщин. — СПб.: Издательский дом «Бизнес-Пресса»,2006. —
С. 32.
143
ходимо детально рассматривать все обстоятельства совершенного
преступления и принимать единственно правильное решение о ее
задержании, исходя из интересов ребенка. Наиболее оптимальным для женщины, имеющей несовершеннолетних детей будет
применение меры пресечения в виде домашнего ареста.
Показательным в этом плане может быть уголовное дело
№1—127—09 Глазовского городского суда УР, рассмотренное
в судебном
заседании 24.11.2009 г. Суть дела в том, что некто
С., вступив в преступный сговор с М., а также лицом, уголовное
дело в отношении которого выделено в отдельное производство,
в связи с его розыском, на предмет совместного сбыта наркотических веществ в особо крупных размерах, совершили преступление, предусмотренное ст. 228 УК РФ.
Соучастником по делу
проходила К. — сожительница С., кормящая мать грудного ребенка. Ее роль в преступлении выражалась в том, что она должна была передать пакет с героином другому соучастнику, заведомо зная о том, что данный героин предназначен для сбыта. К.
осознавала, что помогает своему сожителю С. конспирировать
сделку по
незаконному сбыту наркотических веществ в особо
крупных размерах, совершает пособнические действия, направленные на реализацию преступного умысла С. В ходе судебного
заседания было установлено, что подсудимая К. самостоятельно
сбытом героина не занималась, а лишь совершала пособнические действия, направленные на реализацию умысла С. и М., на
сбыт наркотических веществ в
особо крупных размерах. В судебном заседании не было доказано, что подсудимая К. действовала в составе организованной группы. К. ранее была судима за
совершение тяжкого преступления. При таких обстоятельствах
суд квалифицировал ее действия по ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 228 УК РФ
и счел необходимым определить ей меру наказания в виде лише
ния свободы с отбыванием такового в исправительной колонии
строго режима. Подсудимая К. признала свою вину и раскаялась
в содеянном. Учитывая обстоятельства (К. является матерью
новорожденного ребенка), а также пособническую роль в преступлении, являющимся особо тяжким, однако не направленным
против личности, суд счел возможным на основании ст. 82 УК
РФ отсрочить
К. отбывание наказания до достижения ее ребен-
ком 14-летнего возраста. При вынесении обвинительного при-
-
144
говора, назначая наказание, суд применил также ст. 64 УК РФ.
Окончательно срок наказания по приговору суда составил семь
лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной
колонии строго режима. Кассационная инстанция — судебная
коллегия по уголовным делам ВС УР, оставила приговор без изменений. Суд применил отсрочку одновременно с обвинительным приговором. Суд
учел характер и степень общественной
опасности преступления, которое относится к особо тяжким,
факт ранее отбытого наказания за совершение тяжкого преступления. Суд постановил об отсрочке отбывания наказания, прежде всего в интересах новорожденного ребенка, в целях защиты
его прав.
Отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и
женщинам, имеющим малолетних детей, аккумулирует
в себе
социальную потребность, отражающую интересы государства и
общества.
Самой строгой из всех мер пресечения, является заключение
под стражу. Несмотря на такой существенный правоограничительный характер, рассматриваемая мера пресечения является достаточно «популярной». Так, по данным статистики, характеризующим практику применения заключения под стражу в отношении
женщин в Удмуртской Республике 92,7% всех
брании заключения под стражу удовлетворяются судом
ходатайств об из-
1
.
Заключение под стражу может применяться только в отношении лиц, подозреваемых, обвиняемых в совершении преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание
в виде лишения свободы на срок свыше двух лет. В отличие от
ранее действовавшего законодательства, УПК РФ рассматривает
заключение под стражу как исключительную меру пресечения,
применение которой возможно
только при невозможности избрания иной, более мягкой меры пресечения. Анализ диспозиции
ч. 1 ст. 108 УПК РФ позволяет сделать вывод, что наличие предусмотренных в ней обстоятельств (отсутствие постоянного места
жительства на территории РФ и др.) является обязательным, но не
достаточным условием для заключения под стражу. Вопрос о том,
1
См.: URL: http// index. org.ru / turma (21.11.2016).
145
является ли данный случай исключительным, должен решаться
исходя из конкретных обстоятельств дела (наличие сведений о неоднократности совершения преступления, отрицательной характеристики личности и др.).
Следует согласиться с мнением В. И. Семенюка
1
, что было
бы целесообразно в качестве временной меры внести в Уголовнопроцессуальный кодекс Российской Федерации норму, предусматривающую, что суды при избрании в качестве меры пресечения
содержания под стражей должны в числе прочих обстоятельств
учитывать и наличие свободных мест в следственных изоляторах
соответствующего субъекта Российской Федерации, так обстоят
дела и
нии переполнены почти на 30%
в Удмуртской Республике, женские исправительные коло-
2
.
Целесообразность применения к женщине
3
такой меры пре-
сечения, всегда вызывала дискуссии, которые, в конечном счете,
сводились к тому, что эта мера пресечения должна использоваться
в отношении рассматриваемой группы правонарушителей в крайне редких случаях.
Согласно Постановления Пленума ВС РФ, при применении
меры пресечения в виде заключения под стражу учитываются
также социально-демографические и личностные
характеристики обвиняемого: семейное положение, наличие на иждивении несовершеннолетних детей или престарелых родителей, состояние
здоровья, возраст, ограниченная дееспособность и другие обстоятельства
4
. Учет этих обстоятельств важен для индивидуального
1
Семенюк В. И. О правовом регулировании заключения под стражу
// Российский следователь. — 2006. — № 10. — С 13.
2
На 1 января 2016г. в ПФО СИЗО УР содержались 217 тысяч 484
человека (2010— 208 тысяч 37 человек), т. е. более четверти всего количества заключенных в России, в том числе 14 женских исправительных колоний общего режима также переполнены. URL:http://udm-info.
ru.(01.02.2016).
3
См.: Соловьева Н. А. Особенности избрания меры пресечения в
отношении женщин. — Власть, 2009. — №8. — С. 146.
4
Пленум Верховного Суда Российской Федерации Постановление
от 29 октября 2009 г. № 22 «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста» (по
состоянию на июнь 2010 г. в ред. Постановлений Пленума ВАС РФ от
10.06.2010 № 15). п. 3.
146
подхода к каждому подозреваемому, обвиняемому, избранию в
отношении него той меры пресечения, которая в наибольшей степени будет способствовать достижению целей уголовного судопроизводства.
Отметим, что учет специфики статуса (процессуального, возрастного, социального, психосоматического и др.) отдельных категорий граждан позволит, во-первых, избежать неадекватности
применения конкретной меры пресечения и, во
-вторых, учесть
потенциальную опасность лица.
Лицо, взятое под стражу, физически изолируется от общества и содержится под охраной. Особое внимание судам необходимо обращать на применение меры пресечения в виде заключе-
1
ния под стражу в отношении женщин
, имеющих несовершен-
нолетних детей. При поступлении в суд ходатайств, об избрании
меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении
2
женщины
, суду следует располагать данными, свидетельствующими о том, что дети будут находиться на попечении близких
родственников или иных лиц либо будут помещены в детские
3
учреждения
Многие ученые
.
4
, в том числе А. М. Медведев5, ратуют за то,
чтобы мера процессуального принуждения — заключение под
стражу, избиралась как можно реже. 7 ноября 2008 года Президент
РФ Дмитрий Медведев заявил, что арест является исключительной мерой пресечения, а потому должен применяться лишь по
1
См.: Там же. п. 5.
2
См.: Соловьева Н. А. Особенности избрания меры пресечения в
отношении женщин. — Власть,2009. — №8. — С. 144.
3
Пленум Верховного Суда Российской Федерации Постановление
от 29 октября 2009 г. № 22 «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста» (по
состоянию на июнь 2010 г. в ред. Постановлений Пленума ВАС РФ от
10.06.2010 № 15). п. 5.
4
Власов И.С., Тяжкова И. М. Ответственность за преступления
против правосудия. — М., 1968; Милюков С. Ф. Обстоятельства, исключающие общественную опасность деяния. — СПб., 1998; Здравомыслов
Б. В. Должностные преступления. Понятие и квалификация. — М., 1975.
5
См.: Медведев А. М. Проблемы уголовного и уголовно-процессу-
ального законодательства. — М., 1994. — С. 33—47.
147
отношению к действительно опасным преступникам. Президент
выразил недовольство количеством уголовных дел, «которые расследуются долго», при этом не соблюдаются сроки предваритель-
1
ного следствия
, а соответственно нарушаются права обвиняемых,
которые в течение длительного срока находятся в следственных
изоляторах. По словам Президента, это не только приводит к тому,
что «тюрьмы переполнены, но и создает большие проблемы для
последующей социализации этих людей
2
.
Считаем, что заключение под стражу должно применяться
как крайняя мера пресечения, когда с помощью мер пресечения,
не связанных с заключением под стражу, невозможно достичь целей уголовно-процессуального пресечения и решить задачи уголовного процесса. Вместе с тем на общем фоне избрания других,
предусмотренных законом мер пресечения, радужная картина
обеспечения
прав женщины3 меркнет. Практика показывает, что
заключение под стражу — самая строгая из мер пресечения — из
исключительной превратилась в общее правило, стала нормой.
Основания для избрания ареста столь многочисленны и расплывчаты, что позволяют применять его почти по любому делу.
Мы солидарны с высказанным в юридической литературе
мнением о том, что повод для
этого дает сам уголовно-процессуальный закон, установивший общие основания избрания любой
меры пресечения, тогда как для заключения под стражу, как исключительной меры пресечения, необходимо предусматривать
особые основания и учитывать определенную категорию преступ-
1
Обратить внимание судов на их обязанность соблюдать содержа-
щиеся в части 2 статьи 255 УПК РФ положения о том, что срок содержания под стражей, исчисляемый со дня поступления уголовного дела
в суд и до вынесения приговора, не может превышать шесть месяцев./
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г..№ 1 «О
применении судами норм уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (в ред. Постановлений Пленума Верховного Суда РФ
от 23.12.2008 № 28). П.16.
2
Выступление Президента России Дмитрия Медведева на совеща-
нии по вопросам правоохранительной деятельности в России. 7 ноября
2008 года г. Санкт-Петербург.
3
См.: Шимановский В. В. Соблюдение законности при избрании мер
пресечения на предварительном следствии. — СПб.,1992. — С. 3.
148
лений, по которым возможно применение указанной меры пресе-
1
чения
.
Полагаем, что необходимо урегулировать порядок примене-
ния мер пресечения в отношении женщины
2
:
— при решении вопроса о применении меры пресечения в
отношении женщины, следует учитывать наличие у нее несовершеннолетних детей и влияние на них. При безусловном положительном влиянии на детей, следует исключить применение меры
пресечения в виде заключения под стражу;
— при установлении отрицательного влияния на детей (во-
влечение в преступную
и иную антиобщественную деятельность,
нанесение побоев, несвоевременное оказание медицинской помощи, оставление без пищи и т. д.) следует решать вопрос о применении меры пресечения, в виде заключения под стражу. В данном
случае, необходимо обеспечить безопасность детей;
— в отношении женщины следует применять в качестве меры
пресечения, ограничивающей свободу передвижения, домашний
арест;
— следует отказаться от установления минимального размера
залога в качестве меры пресечения, поскольку установленный в
УПК РФ размер залога не учитывает, что более половины россиян
не смогут объективно внести предложенную даже минимальную
сумму. В отношении женщины целесообразно применение залога,
как наиболее эффективной меры пресечения.
3.4. Особенности применения иных мер
процессуального принуждения
в отношении женщин —
подозреваемых или обвиняемых
Важнейшей задачей для государства является создание надежных правовых гарантий, обеспечения прав, свобод и законных интересов личности, подвергаемой мерам принуждения. В
этой связи в уголовно-процессуальное законодательство вносятся
1
См.: Никодимов А. Заключение под стражу — «любимая» мера
пресечения российского уголовного процесса? // Рос. юстиция. —
2004. — №6. — С. 37.
2
См.: Гусельникова Е. В. Заключение под стражу в системе мер пре-
сечения. Автореф. дисс.... канд. юрид. наук. — Томск, 2001. — С. 8—10.
149
существенные изменения, касающиеся института мер уголовнопроцессуального принуждения.
Меры уголовно-процессуального принуждения — важная составляющая часть, неотъемлемый элемент механизма
обеспечения, реализации задач уголовного судопроизводства.
Использование любых из этих мер всегда связано с ущемлением
определенных прав граждан. Вот почему большое значение имеет
правомерность ограничения прав личности при применении указанных мер
1
.
Внесение в УПК РФ 2001г. в систему мер уголовного процессуального принуждения иных мер принуждения, ограничивающих неприкосновенность, свободу человека, его социальные
и трудовые права позволило исследователям более внимательно
изучать позитивную роль судебного контроля при их применении.
Д. Р. Исеев выделяет несколько аспектов характеризующих
иные меры процессуального принуждения
2
. Первым аспектом,
по его мнению, является определение иных мер уголовно-процессуального принуждения как социального явления, которое характеризуется общественно-государственной потребностью, важностью достижения целей и выполнения назначения уголовного
судопроизводства. Последствия внесения в УПК РФ самостоятельной гл. 14, регламентирующей применение иных мер принуждения — привод, обязательство о явке, временное
отстранение от
должности, наложение ареста на имущество и денежные средства, обращение залога в доход государства, наложение денежного взыскания дисциплинируют правоприменителя, выступая как
своеобразный механизм защиты от различных процессуальных
нарушений. Думается, что применение иных мер принуждения
необходимо осуществлять с позиций гуманистического принципа
социальной деятельности вообще и в частности, с позиций
обще-
человеческих ценностей.
Второй аспект или уровень признаков характеризующих
иные меры уголовно-процессуального принуждения состоит в
определении их процессуального правовой природы. Во-первых,
1
См.: Исеев Д. Р. Система принуждения и порядок их применения в
уголовном процессе России. Автореф. дисс... канд. юрид. наук. — Уфа,
2008. — С. 4—5.
2
См.: Там же. — С. 23—24.
150
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]