Пловец Снов. Роман

Уже после смерти французского астронома его труд принес­ли Павлу I… Тот шума вообще не терпел, а потому стрелять за­претил категорически. Вдобавок повелел сделать мосты дере­вянными, чтобы по ним колёса не дребезжали.

рано — эти пушки потерпят окончательное поражение, как и все их предшественницы. Как все орудия на свете, как все люди.

Издалека казалось, будто на перекрёстке произошла авария, а потом началась потасовка прямо на проезжей части. Тут всег­да что-то случается, проблемное перепутье. Крики и шум уси­ливались, вокруг собралась толпа. Движимый рефлексом лю­бопытства, Горенов ускорил шаг.

ми смыслами. Сотрудники полиции, например, знают о почте­нии и респектабельности что-то, превращающее в их устах во­кабулу «уважаемый» едва ли не в междометие. Или, например, весь город увешен объявлениями: «Помощь попавшим в слож­ную ситуацию». Слово «помощь» выделено жирным и круп­ным начертанием, чтобы люди, узнав знакомую последователь­ность букв, подумали, что здесь спасение, а на самом деле — нет… Георгий видел, как слова вокруг теряли значения, это всерьёз беспокоило его.

— Нам машины нужно обыскать. Будете понятым?

Горенов обернулся. Перед ним стоял невысокий человек в чёрной куртке и чёрной водолазке. «Такой бы легко затерялся в толпе», — подумал он. На лице мужчины застыла странная гримаса… Казалось, ему то ли больно, то ли неприятно смотреть на окружающих. Или он щурился от солнца, но ведь уже вечере­ло… Старая одежда, неухоженный вид… Ещё немного, и его мож­но было бы принять или выдать за бездомного, недавно попав­шего на улицу, а потому пока не запаршивевшего, но удостовере­ние следователя в руках расставляло всё по местам.

Мистика, магия, эзотерика — люди часто смешивают и пута­ют эти понятия, хотя на деле между ними мало общего. Геор­гий же, как ему казалось, знал разницу, а потому, если нужно было что-то обойти — люк, столб или автомобиль — он старал­ся заходить справа, делая это против часовой стрелки. Если нужно было на что-то наступить — на полоску зебры, дорож­ную плитку или поребрик — он, если возможно, опускал ногу на правый верхний угол. Ведь его дело правое. Обсессивно­компульсивное расстройство? Безусловно, но это серьёзнее, чем может показаться на первый взгляд. Подобное «заболева­ние» восходит к самой природе человека, к тем далёким време­нам, когда для поддержания нормы жизни люди справляли ри­туалы. Древнему представителю того же вида, предку Горенова, требовалось совершать обряды, чтобы был хороший урожай, чтобы дети не болели, чтобы избежать нелепой, несправедли­вой смерти… Тогда это не считалось отклонением. Так поче­му же теперь многие глядят на него искоса?

Георгий не любил лес… Море прекрасно уже потому, что за­блудиться в нём нельзя. Можно утратить ориентиры, потерять курс, попасть в шторм и даже утонуть, но оно не давит своим самоподобием, не воздействует мшисто-плесневым запахом тлена, не манит в чащу, как в капкан.

Горенов считал, что критически относится к приметам и со­впадениям. Однако в то же время существовали вещи, игнори­ровать которые он не мог. Скажем, несколько дней назад у него возникло странное предчувствие: что-то обязательно должно произойти. Такое ощущение ни из чего не следовало, ничто конкретное на это не указывало, он просто знал. Будто кости ломило перед штормом. Хотя сказать «странное предчув­ствие» — всё равно что не сказать ничего. «Что-то» происходит постоянно. Плохое чуть чаще, чем хорошее. Большинство лю­дей, а в особенности русских людей, каждый день живут в ожи­дании неприятностей, а то и бед. Но даже если сделать скидку на это ожидание, также не чуждое Георгию, то в данный мо­мент он действительно чувствовал нечто другое. Да ещё сегод­няшний сон…