Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Общая психотерапия. Учебное пособие

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
Гештальт-психология помогла ученому понять важность феноменологии текущего опыта. Он стал осторожен в ин­терпретации бессознательного, фиксируя внимание на ви­димых (сиюминутных) проявлениях проблем пациентов.
Если экзистенциализм пытается объяснить, как люди переживают свое существование в данный момент, ге штальт­психология пытается ответить на вопрос, как они воспри­нимают свое существование.
3.6.2. Основные положения учения Перлса
Точный лингвистический эквивалент немецкого слова гештальт в русском языке найти трудно. Его можно пере­вести как фигура, конфигурация. Точнее – это специфи­ческая организация частей, которая составляет органиче­ское целое.
Основной принцип гештальт-психологии заключается в том, что анализ частей не может привести к пониманию целого, поскольку целое определяется не суммой, а взаи­модействием и взаимозависимостью отдельных его частей. Отдельно взятая часть – только часть, и никакого пред­ставления о целом не дает.
Ф. Перлс отвергал идею разделения тела и ума, разде­ления объекта и субъекта и, далее, разделения человека и среды. Он делает очень важный для его времени вывод о том, что пропасти между душевной и физической дея­тельностью человека не существует.
Ученый полагал, что сознание человека не может вос­принимать окружающий мир однозначно, с одинаковой концентрацией внимания на всех деталях. Важные и зна­чимые события, по Перлсу, занимают центральное место в сознании, образуя гештальт (фигуру), а менее важная в данный момент информация отступает на задний план, образуя фон.
Построение и завершение гештальтов является есте­ственным ритмом жизнедеятельности организма и проис­ходит под воздействием процесса организмической само­регуляции.
Ф. Перлс очень верил в то, что он называл «мудростью организма». Он рассматривал здорового человека как само­регулирующееся существо. Одно из основных положений гештальт-теории заключается в том, что каждый обладает
171
способностью достигать оптимального равновесия внутри себя и между собой и средой.
Полное равновесие соответствует четкой фигуре (геш­тальту); отклонение от равновесия ведет к разрушению фигуры, размыванию четких границ между нею и фоном.
«Любое нарушение организмического равновесия, – пи­сал Перлс, – составляет неполный гештальт, незаконченную ситуацию, заставляющую организм становиться творческим, находить средства и пути восстановления равновесия... Формирование фона, оказывающегося особенно сильным, временно принимает на себя управление всем организмом. Это основной закон организмической саморегуляции».
Фокус интересов Перлса больше сосредоточивался не на гештальт-психологии, а на гештальт-терапии.
Гештальт-терапия – это сложный синтез психоанализа, экзистенциальной психологии, бихевиоризма (подчеркива­ние очевидного в поведении), психодрамы (отреагирование конфликтов), дзен-буддизма (минимум интеллектуализа­ции и фиксирование на осознавании настоящего).
Основными понятиями гештальт-терапии являются: от­ношение фигуры и фона, осознание потребностей и сосре­доточение на настоящем, противоположности, функции за­щиты и зрелость.
Отношение фигуры и фона. В процессе саморегуляции здоровый человек из всего обилия информации выбирает ту, которая для него в данный момент наиболее важна и значима. Это – фигура. Остальная информация временно отодвигается на задний план. Это – фон. Нередко фигура и фон меняются местами.
Если человек испытывает жажду, то стол, уставленный любимыми яствами, будет только фоном, а стакан воды – фигурой. Когда жажда удовлетворена, фигура и фон могут поменяться местами.
Отношения между фигурой и фоном – одно из централь­ных понятий гештальт-психологии. Перлс использовал его при описании функционирования личности.
В его понимании фигура выступает как доминирующая потребность, а ритмическая смена фигур и фона лежит в основе саморегуляции организма.
В качестве фигуры (гештальта) может быть желание, чувство или мысль, которые в данный момент преобладают над всеми остальными желаниями, чувствами и мыслями.
172
Как только потребность удовлетворяется, гештальт завер­шается, теряет свою значимость и отодвигается на задний план, уступая место новому гештальту. Этот ритм форми­рования и завершения гештальтов является естественным ритмом жизнедеятельности организма, посредством ко­торого он поддерживает свой динамический баланс, или гомеостаз.
Иногда потребность удовлетворить нельзя. В таком слу­чае гештальт остается незавершенным, а поэтому не может быть отреагирован и уступить место другому. Такая неот­реагированная потребность становится, по мнению Перлса, причиной многих незавершенных проблем, которые через некоторое время начинают оказывать воздействие на теку­щие психические процессы. К примеру, если человек не выразил сразу и прямо свой гнев и злобу, то в последу­ющем эти чувства не исчезнут совсем, а будут проявляться в более скрытых и коварных формах. Полная блокировка незавершенных гештальтов может привести к неврозу.
Задача гештальт-терапевта заключается в том, чтобы по­мочь пациенту осознать свою потребность, сделать ее более четкой (сформировать гештальт) и в конечном итоге – ней­трализовать (завершить).
Осознание потребностей и сосредоточение на настоя­щем. Основным условием, необходимым для того, чтобы
сформировать и завершить гештальт, является способность человека осознавать себя и свою доминирующую потреб­ность в данный момент. Осознание и сосредоточенность на потребности является важным принципом в гештальт­терапии, получившим название здесь и теперь.
«Нет ничего, – учил Перлс, – кроме того, что есть здесь и теперь. Теперь есть настоящее... Прошлого уже нет. Бу­дущее еще не наступило».
Рассматривая организм и среду как единое целое, Перлс вместе с тем подчеркивал, что есть контактная граница между индивидуумом и его внутренней и внешней средой. У здорового человека эта граница подвижна. Поэтому воз­можен как контакт со средой, так и отход от нее.
Контакт сопровождается формированием гештальта, от­ход – его завершением.
Движущей силой этого ритма (контакт – отход) Перлс считал иерархию потребностей. Доминирующая потреб­ность является гештальтом, на ограничение, завершение
173
и нейтрализацию которого в данный момент направлены все усилия организма.
Чтобы удовлетворить свои потребности, мы постоян ­но должны быть в контакте с зонами своего внутреннего и внешнего мира. Мы отвечаем на свои внутренние по­требности, когда пьем, ощущая жажду. Мы отвечаем на свои внеш ние потребности, когда надеваем свитер, ощущая холод.
У невротиков эта саморегулирующаяся подвижность границ нарушается, и индивидуум сталкивается с конгло­мератом не до конца сформированных и незавершенных гештальтов.
Неврозы, считал Перлс, возникают в результате сосре­доточения индивидуума на средней зоне за счет исключе­ния событий, происходящих во внутренней и внешней зо­нах. Эту среднюю зону Перлс называл зоной фантазий. Зона фантазий несет в себе незавершенные гештальты из прошлого, а поскольку деструктивная природа этих геш­тальтов проявляется в настоящем, то невротику трудно жить в этом настоящем. Перлс утверждал, что корни не­вроза лежат в тенденции фантазировать и интеллектуали­зировать (умничать) там, где нужно просто осознать на­стоящее.
Саморегуляция организма зависит от степени осозна ­ния настоящего и способности жить в полную меру здесь
и теперь.
Смысл гештальт-терапии состоит не в том, чтобы иссле­довать прошлое в поисках замаскированных травм (как счи тал Фрейд), а в том, чтобы помочь пациенту сфокуси­роваться на осознавании (аwаrеnеss) настоящего.
Такие ключевые понятия перлсовской гештальт-терапии, как организм как целое, здесь и теперь, «как» важнее, чем «почему», составляют основу и этапы осознания. Ученый ввел и развил понятие континуума осознания. Поддержание континуума (непрерывности) осознания кажется на первый взгляд очень простым. Нужно постепенно, от секунды к се­кунде, осознавать, что именно, какое событие в данный момент переживается. На деле это очень трудно: появля­ются посторонние мысли, ассоциации... и континуум пре­рывается.
Осознавать, по Перлсу, значит фиксировать внимание на постоянно возникающих и исчезающих в собственном
174
воображении фигурах. Он писал, что у человека есть три зоны осознания: осознание себя (внутренняя зона), осозна­ние мира (внешняя зона) и осознание того, что лежит меж­ду тобой и миром (третья зона). Исследование третьей зо­ны, зоны фантазий, Перлс считал большой заслугой Фрей­да. Однако З. Фрейд, по его мнению, недооценивал важ­ность осознания первых двух зон – себя и внешнего мира.
Противоположности. Речь идет о тех внутренних сто-
ронах явлений, которые одновременно и предполагают, и исключают друг друга. Противоположности не просто существуют, а находятся в состоянии постоянного противо­речия, борьбы между собой. Борьба противоположностей составляет внутреннее содержание, источник развития дей­ствительности.
Этот закон диалектики применяется в гештальт-пси хо­логии. Каждый из нас может одновременно и любить, и не­навидеть своих близких, испытывать чувство радости и огор­чения при завершении дела, которому посвятил часть сво­ей жизни.
Важно понять, учит Перлс, что эти противоположности не являются неприемлемыми, а, наоборот, помогают сфор­мировать и завершить гештальт. Полностью осознавая про­тивоположные полюсы своего Я, своих стремлений и жела­ний, мы более глубоко начинаем осознавать самих себя.
Противоположные стороны нашего Я в гештальт-те ра­пии получили названия Нападающего è Защищающегося.
Нападающий, аналогично фрейдовскому сверх-Я, харак­теризуется авторитарностью, Защищающийся всегда оправ­дывается, чувствует свою уязвимость, бессилие. «Как и каж­дая пара родитель – ребенок, они борются за власть друг над другом, стремятся контролировать друг друга».
Одна из задач гештальт-терапии – используя закон един­ства и борьбы противоположностей, помочь пациенту вы­делить фигуру из фона, завершить гештальт и снова воз­вратить его в фоновое окружение.
Функции защиты. Индивидуум реагирует на угрозу или стрессовую ситуацию посредством защитных реакций. Это могут быть уход от проблемы, искусственная невосприим­чивость к ситуации или даже болезнь (истерия). По суще­ству, вся жизнь человека состоит из трудностей и защитных реакций на эти трудности. Можно привыкнуть к трудно­стям, можно, наоборот, привыкнуть к защитным реакциям
175
и прибегать к ним даже в тех случаях, когда никакая ре­альная опасность не угрожает.
Здоровые люди, которые могут четко сформировать ге­штальт и провести грань между собственным Я и окружа­ющей средой, на возникающие трудности реагируют адек­ватно.
При возникновении невроза защитные механизмы иска­жаются и препятствуют росту личности. Среди реакций, препятствующих росту личности, Перлс выделяет четыре основные: реакцию слияния, ретрофлексию, интроекцию и проекцию.
Ïðè реакции слияния индивидуум не может дифферен­цировать себя от других, он не в состоянии четко опреде­лить, где оканчивается его Я и начинается Я другого чело­века. У таких людей граница собственного Я настолько раз мыта, что они с трудом отличают собственные чувства, мысли и желания от чужих. Слияние делает невозможным саморегулирующийся ритм контакта и отхода, что, в свою очередь, делает невозможным формирование гештальта.
По сути реакция слияния – это невротический механизм избегания контакта.
Ретрофлексия означает «обращение назад на себя» (Perls,
1973). В этом случае граница между личностью и средой смещается в сторону личности.
Если попытка удовлетворить свою потребность встре­чает сопротивление, то ретрофлексирующий индивидуум вместо того, чтобы направить энергию борьбы на измене­ние среды, направляет ее на себя. У ретрофлексирующего индивидуума формируется отношение к себе как к посто­роннему объекту. Происходит разделение Я как субъекта и Я как объекта. Разделяя себя таким образом, ретрофлек­сирующий человек становится и субъектом, и объектом своих действий. Все его усилия направлены не на борьбу с внешними трудностями, а на самоосуждение, самобиче­вание, в лучшем случае – на коррекцию собственных эмо­ций и поведения.
Интроекция – тенденция присваивать себе убеждения, способы мышления и поступки других людей без критики и попытки сделать их своими собственными. В результате граница между Я и средой переносится, перемещается во­внутрь Я. Индивидуум настолько занят усвоением чужих убеждений, что ему не удается сформировать свою соб-
176
ственную личность. Все усилия такого человека направле­ны на примирение чужих идей, он буквально разрывается между ними на части. Примером интроекций могут слу­жить родительские поучения, которые усваиваются ребен­ком без критического осмысления их ценности.
При гештальт-терапии очень важно отличать интроек­ции от собственных убеждений пациента. Корригировать можно только собственную позицию, чужую нужно осо­знать и отбросить.
Проекция противоположна интроекции. Граница между собственным Я и средой смещается в сторону среды. Про­екция – это тенденция переносить собственные ошибки и ответственность за то, что происходит внутри Я, на дру­гих, на окружающую среду. Такой человек считает, что окружающий мир холоден и безразличен к нему, что имен­но он, этот мир, виноват в его неустроенности, безынициа­тивности, неудачах.
В то время как интроецирующий субъект делает полем битвы свое Я, проецирующий – окружающий мир.
«Как» важнее, чем «почему». Ф. Перлс считал, что каж­дое действие, каждый поступок может иметь множество причин. Поэтому каузальный, причинно-следственный под­ход, по Перлсу, не в состоянии связать элементы чувство­вания и поведения в единое целое.
Ученый был убежден, что каждый поступок – это геш­тальт, и более важно осознать, как совершается этот по­ступок, а не почему он совершается.
Зрелость. Ф. Перлс определяет зрелость, или психи чес кое здоровье, как способность перейти от опоры на среду и от регулирования средой к опоре на себя и саморегуляцию.
Для того чтобы достичь зрелости, индивидуум должен преодолеть свое стремление получать поддержку из окру­жающего мира и найти новые источники поддержки в са­мом себе.
Главным условием как для опоры на себя, так и для са­морегуляции является состояние равновесия. Для дости­жения этого равновесия необходимо осознание иерархии потребностей. Основной составляющей равновесия явля­ется ритм контактов è отходов. Саморегуляция опира­ющегося на себя индивидуума характеризуется свободным протеканием и отчетливым формированием гештальта. Та­ков путь к зрелости.
177
Здесь нам хочется процитировать Перлса. Вот что он писал во введении к книге «Гештальт-терапия дословно» (Perls, 1969): «Есть только один путь к зрелости, это: ста­новиться реальным, учиться иметь позицию, развивать соб­ственный центр, понять основу экзистенциализма: роза, которая есть роза, есть роза. Я есть то, что я есть, и в этот момент я не могу быть ничем иным, кроме того, что я есть. Вот о чем эта книга. Я даю вам гештальтистскую молитву, может быть, она будет вас направлять. Молитва гештальт­терапии такова: «Я делаю свое, а ты делаешь свое. Я в этом мире не для того, чтобы соответствовать твоим ожиданиям, а ты в этом мире не для того, чтобы соответствовать моим. Ты есть ты, а я есть я. А если нам случится найти друг друга – это прекрасно. Если нет, этому нельзя помочь».
Если индивидуум не достиг зрелости, то он, вместо того чтобы попытаться самому удовлетворить свои потребности и брать ответственность за свои неудачи на себя, более склонен манипулировать своим окружением.
Зрелость наступает тогда, когда индивидуум мобилизу­ет свои ресурсы для преодоления фрустрации и страха, возникающих из-за отсутствия поддержки со стороны окру­жающих. Ситуация, в которой индивидуум не может вос­пользоваться поддержкой окружающих и опереться на себя самого, называется тупиковой. Зрелость заключается в уме­нии пойти на риск, чтобы выбраться из тупика. Некоторые люди, не способные (или не желающие) идти на риск, на долгое время берут на себя защитную роль «беспомощно­го» или «дурачка».
Понятие зрелость связано с понятием социальное созре- вание. Большинство современных молодых людей в социаль­ном отношении взрослеют очень медленно. Точнее, многие из них не спешат становиться взрослыми и брать на себя их обязанности. «Трагедией позднего повзросления» назвал это явление Ю.Н. Давыдов (1983). St. Реtrоvic (1986) го­ворит о «социально незрелой личности».
Проблема эта не нова, но особенно актуальной она ста­ла, когда на горизонте замаячили длинноволосые, неопрят­ные, отрешенные от мира юноши-подростки, именующие себя «битниками»; потом появились «хиппи», «байкеры», «гамлеры», «панки», «металлисты» и др. При внешней не­похожести всех их объединяет один общий признак – не­желание трудиться.
178
Стараясь подвести какую-то теоретическую базу под проблему «загадочной молодежи», одни социологи объяс­няют это упорное нежелание молодых людей взрослеть психологическим конфликтом отцов и детей, другие – кон­фликтом между молодежью и обществом, третьи – кон­фликтом нового поколения с современной культурой и ци­вилизацией в целом.
Статус взрослого человека дает определенные права, в том числе право на половую жизнь, право распоряжаться материальными ценностями, временем, право реализовы­вать свои жизненные установки и т.д. Но статус взрослого одновременно накладывает ряд обязанностей и обяза­тельств, среди которых на первом месте – обязанность тру­диться и обязательство отвечать за себя и за свои поступки перед обществом.
Основная причина «трагедии позднего повзросления» заключается в принципиальном нежелании определенной части молодежи принимать на себя обязанности взрослых. Однако это не означает, что они одновременно отказыва­ются от прав и привилегий взрослых. Совсем наоборот: именно эта часть молодежи очень рано экспроприирует у взрослых их права и привилегии, даже не задумываясь об их связи с соответствующими обязанностями и обяза­тельствами.
Ф. Перлс полагал: чтобы достичь зрелости и принять ответственность за самого себя, человек должен тщательно, как бы снимая шелуху с луковицы, проработать все свои невротические уровни.
Первый уровень – клише – характеризуется стереотип­ностью и конформностью поведения. Второй уровень – ис- кусственный, где доминируют роли и различные игры. На этом уровне человек, пытаясь получить поддержку, мани­пулирует другими. Далее – уровень тупика, для которого характерны отсутствие поддержки и неумение в достаточ­ной мере опереться на себя. Следующий уровень – внут- ренний взрыв. Только на этом уровне серьезно затрагивает­ся истинное Я, «похороненное» до этого под толстым сло­ем «защиты».
Некоторые упражнения гештальт-терапии предполага ­ют искусственное создание тупика и риск как путь выхода из него.
179
* * *
Целью гештальт-терапии является пробуждение организ­мических процессов пациента путем поощрения осознания и продвижение по направлению достижения зрелости.
Методики и упражнения гештальт-терапии направлены на расширение сознания, интеграцию противоположностей, усиление внимания к чувствам, работу с мечтами, принятие ответственности за самого себя и преодоление сопротив­ления. (Все эти методики будут рассмотрены в разделе «Гештальт-терапия».)
3.7. Уильям Джеймс и психология сознания
3.7.1. Исторический очерк
Уильям Джеймс родился в 1842 г. в состоятельной аме­риканской семье. В детстве вместе с родителями он жил в Нью-Порте, Нью-Йорке, Париже, Лондоне, Женеве, Було­ни, Бонне.
В 1862 г. юноша поступил в Гарвардский университет. Он увлекался живописью, музыкой, занимался поначалу хи­мией, потом анатомией. В 1865 г. Джеймс оставил универ­ситет и отправился в увлекательную экспедицию по Ама­зонке, но через год решил возвратиться в Гарвард. В 1869 г. он окончил университет, получил степень доктора медици­ны, но работать по специальности не стал... Вероятно, в этот период У. Джеймс перенес глубокую депрессию, по­тому что за год совершил несколько попыток самоубийства. Однако через год он снова вернулся в университет и стал читать там психологию и философию.
В 1890 г. вышла его книга «Принципы психологии», а за­тем два сборника лекций: «Воля к вере» (1896) и «Разго вор с учителями» (1899), принесших ему всемирную извест­ность. Основные работы Джеймса: «Принципы пси холо­гии», «Разнообразие религиозного опыта», «Прагматизм».
В своих исследованиях У. Джеймс всегда старался быть предельно объективным и беспристрастным в интерпрета­ции фактов. Эпиграфом ко всем его исканиям могут слу­жить слова Пьера Лапласа: «Мы так далеки от знания всех сил природы и различных способов их действия, что недо­стойно философа отвергать феномены только на том осно­вании, что они невыразимы на нынешнем уровне знаний».
180