Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Лукизм в кинематографе контент-анализ фильмов. Монография
.pdf
Культурно-исторический анализ формирования социально-психологического контекста в кино
стороны антагониста». И хотя в своей работе автор не затрагивает
проблем, связанных с лукизмом, делая акцент на технологической
трансформации, такой взгляд на телесность позволяет нам провести определенные параллели и применить данную терминологию
к тем фильмам, в которых «сюжет телесности» раскрывает такой
аспект, как дискриминация, основанная на оценке тела человека,
т. е. лукизме. Кроме того, говоря о проблеме телесности в кинематографе, надо упомянуть «телесную нарратологию», в которой человеческое тело играет центральную роль, при этом речь идет не
только о том, чтобы сделать героя и представляемый мир настоящим. Как отмечает М. Станчук [150], нарратив телесен не только
потому, что ему нужны тела персонажей как естественные элементы рассказываемого им сюжета, но и потому, что то, как мы думаем о нарративе, отражает парадоксы тела – его способность образовывать узоры и сопротивляться им, его положение в мире и т. д.
Лукизм как социокультурное явление
Проблемы внешнего облика и дискриминации рассматриваются в рамках различных наук и подходов, но при этом важно
подчеркнуть, что чаще всего изучаются только отдельные аспекты указанных явлений и практически не рассматривается связь
этих двух категорий, которые образуют новое явление – дискриминацию по внешнему облику, или лукизм.
Несмотря на существование целого ряда научных работ, посвященных исследованиям дискриминации, необходимо отметить, что значительная часть их относится к юридическим наукам. Так, М. З. Шорова пишет, что существуют «этническая,
расовая дискриминации, классизм (дискриминация по социальному классу), кастовая дискриминация, религиозная, гендерная,
эйджизм (дискриминация по возрасту), эйблизм (дискриминация
21

РАЗ ДЕЛ 1
по признаку инвалидности)» [127, c. 525]. Однако в юридических
работах не рассматривается внешний облик как триггер дискриминационного отношения, хотя в то же время все виды дискриминации, которые автор описывает, могут запускаться именно
оценкой внешнего облика человека. Поэтому при наличии достаточного количества работ по дискриминации такое направление,
как социальная психология дискриминации по внешнему облику, т. е. лукизм, находится на этапе своего становления. Несмотря на давний интерес к феномену «внешнего облика» не только
в социальной психологии, но и в смежных областях знания (культурология, философия, эстетика, биология, антропология, социологии и т. д.), а также изучение дискриминации в правовом
и психологическом контексте, необходимо отметить отсутствие
четко сформированной структуры, а в социально-психологических исследованиях – отсутствие сформированной методической
базы изучения данного феномена. На данном этапе мы можем отметить возрастающий интерес к феномену лукизма как самостоятельной социально-психологической категории.
Стирание границ между культурами приводит к стандартизации представлений о внешнем облике человека как красивом или
некрасивом. На современном этапе феномен «внешнего облика
человека» превратился в определенный культурно-информационный символ, который говорит о социально-демографическом,
экономическом, социальном статусе личности в обществе. Кроме
того, наблюдается стабильный рост количества исследований, посвященных роли физической аттракции, т. е. внешней привлекательности или непривлекательности как факторов, влияющих на
поведение людей в различных сферах жизни (учеба, трудоустройство, судебные решения, выборы и т. д.), а также феноменам категоризации и дискриминации другого по внешнему облику.
Лукизм как самостоятельный термин возник в Америке в
конце 1970-х гг. и описывал полных людей, которые «испытывают
22

Культурно-исторический анализ формирования социально-психологического контекста в кино
на себе дискриминацию, основанную на внешнем облике». Позже, в 1999 г., термину «лукизм» было дано определение Оксфордским словарем: «дискриминация, основанная на внешнем облике
человека». И хотя в большинстве работ под лукизмом понимают
культурный аспект категоризации себя и Другого как красивых/
некрасивых, являющейся основным фактором для выбора характера отношений, все чаще лукизм сводят просто к категоризации
по внешности. Таким образом, под лукизмом понимается любая
дискриминация под воздействием оценки Другого как красивого/
некрасивого. Можно отметить, что лукизм – это чаще вербальная
практика, которая может проявляться в непосредственном или
опосредованном общении (Интернет).
Всесторонний анализ лукизма [58; 60–62; 77; 88; 90] указывает на то, что лукизм проявляется в различных жизненных ситуациях, имеет разнообразные формы выражения и сопровождает
человека на всех этапах его существования, с момента возникновения категоризации «свой – чужой» на основе внешнего облика.
Как мы отмечали ранее [89; 91; 92], в различных культурных
пространствах существует несколько основных параметров внешнего облика, которые выступают триггерами для дискриминационных практик, – среди них общая оценка красивого/некрасивого
внешнего облика, вес и рост. Данные три параметра наиболее часто встречаются как в частушках и детском фольклоре (дразнилки,
прозвища), так и в СМИ, интернет-мемах и шутках. Таким образом, мы считаем данные три параметра внешнего облика основными триггерами, соответственно, предполагаем, что деление фильмов может происходить по этим же трем направлениям.
С точки зрения формирования стереотипов кинематограф,
как мы говорили выше, является одним из тех медиакультурных
пространств, где демонстрируются стереотипы, существующие в
данный период в обществе, и формируются новые элементы имеющихся стереотипов. С этой позиции изучение кинематографа и
23

РАЗ ДЕЛ 1
репрезентации ситуаций, связанных с лукизмом, способно сформировать понимание существующих стереотипов и культурных
кодов современного общества.
В современном обществе, несмотря на общую тенденцию
к развитию толерантности, существует и противоположное явление – «практика оценивания людей по внешности, которая в
российском обществе не считается предосудительной» [77]. Мы
предполагаем, что это может быть связано в том числе с особенностями демонстрации данного феномена в кинематографе.
Рассматривая лукизм в мультипликации, Е. А. Орех и Е. С. Богомягкова [144] выделяют три основных фактора, влияющих на
формирование установок, связанных с проявлением лукизма в
мультипликации: 1) непосредственную демонстрацию ущемления
прав персонажа из-за его внешности, при условии положительной или нейтральной оценки этого действия; 2) положительную
или нейтральную оценку установки «о персонаже можно судить
по внешности»; 3) устойчивые стереотипы об образе жизни и характере персонажей с определенной внешностью.
О. И. Горбаткова [24] в своей работе, посвященной отражению проблем школьного насилия в кинематографе, отмечает, что
анализ фильмов позволяет сделать вывод о том, что физическая
внешность является наиболее распространенной причиной издевательств. Школьное насилие и издевательства затрагивают как девочек, так и мальчиков, но можно выделить следующие гендерные
различия: мальчики с большей вероятностью участвуют в физической драке и подвергаются физическому нападению, чем девочки;
физическое запугивание чаще встречается среди мальчиков, чем
среди девочек, в то время как психологическое – наоборот.
Таким образом, проведенный нами анализ позволяет предположить, что тема внешнего облика как триггера лукизма будет
подниматься в кинематографе, отражая имеющиеся в обществе
установки и стереотипы на этот счет.
24

Культурно-исторический анализ формирования социально-психологического контекста в кино
К вопросу классификации фильмов с лукизмом
и их анализа
В современном кинематографе выделяют несколько основных сюжетов. Говоря о лукизме, мы можем предложить следующую классификацию, выделив несколько групп фильмов. Первая
группа – «гадкий утенок», когда в начале фильма все оценивают
главного героя (чаще героиню) как непривлекательного, персонаж подвергается бодишеймингу, а также различным формам
дискриминации (включая вербальный буллинг и социальный
буллинг – изоляцию). Далее происходит изменение внешнего
облика героя, итогом становится формирование новых межличностных отношений, а главный герой получает ряд преимуществ.
Второй тип фильмов – те, в которых подчеркиваются некие физические недостатки персонажа, при этом никаких изменений
не происходит (чаще всего речь идет об особенностях внешнего
облика, которые трудно изменить), однако герой начинает относиться к себе иначе, обычно у него повышается самооценка или
происходит переоценка роли внешнего облика.
Кроме того, можно выделить две категории фильмов по оценке роли внешнего облика. Одни подчеркивают роль внешнего
облика во взаимодействии, другие, наоборот, пытаются сформировать установку о том, что внешний облик не так важен, как
социально-психологические особенности личности. Например, в
аниме «Семь дней» (Seven Days) персонаж Сино Юзуру рассуждает: «Что парням нравится в девушках? Конечно же, лицо в первую
очередь. Потом ноги. Затем, наверное, грудь. Я ничего не забыл?
Все люди судят по внешности. И девушки не исключение. Кого
интересует то, что скрыто? Например, душа... Их интересует лишь
моя внешность». При этом в сериале «Элита» (2018–2023, Испания) главный герой так объясняет роль внешности: «Да, я действительно часто использую свое тело и обаяние, чтобы добиться
25

РАЗ ДЕЛ 1
желаемого. Может, я просто не верю в то, что кто-то может полюбить меня за то, какой я внутри». Аналогичным образом, Григорий Урядов, персонаж сериала «Не родись красивой» (2005–2006,
Россия), отмечает, что «внешность имеет архиважную роль».
Роль изменения внешнего облика в различных кинолентах
трактуется по-разному. В сериале «Давным-давно» / «Однажды
в сказке» (2011–2018, США) также говорят о значении внутреннего наполнения человека: «Менять внешность – занятие пустое.
Как ни причесывай форму, содержание останется прежним»; в
фильме «Чудо» (2017, США) делают акцент на истории человека:
«У всех на лице свои следы. Это карта, показывающая, где мы
были, и она никогда, никогда не бывает уродливой».
Отмечается и роль внешнего облика в социальном контексте
взаимодействия. В молодежном сериале «Ханна Монтана» (2006–
2011, США) дается обратное утверждение: «Внешность не важна.
Я не хочу сказать, что она ничего не значит, но есть более важные
вещи. И если у тебя прыщ или уродливые очки, и из-за этого ты
отказываешься от чего-то в своей жизни, ты об этом очень пожалеешь». Против первостепенной роли внешности выступают персонажи таких фильмов и сериалов, как «Детективное агентство
Хаматора» (2014, Япония) – «В людях есть не только внешность»;
«99 франков» (2007, Франция) – «Почему мы все гонимся за красотой? Потому что мир уродлив до тошноты. Нам хочется быть
красивыми, ибо хочется стать лучше»; аниме «Боруто: Наруто»
(2015, Япония) – «Даже самая красивая одежда не может скрыть
уродство твоей души».
Однако, несмотря на антилукистские цитаты в различных
лентах, в большинстве случаев так или иначе декларируется общий стереотип о том, что «вся жизнь – конкурс красоты» («Доктор Хаус», 2004–2012, США). А в некоторых фильмах всплывает
интерпретация реплики из кинокартины «Лжец, лжец» (1997,
США): «Моя учительница сказала, что красота у человека вну-
26

Культурно-исторический анализ формирования социально-психологического контекста в кино
три». – «Так говорят уроды». Подобные фразы могут быть эмоционально окрашены (персонаж произносит их во время конфликта или будучи под воздействием иных сильных эмоций), однако
чаще они высказываются как философские сентенции и обращены в большей степени не к конкретному персонажу, чей внешний
облик оценивается, а, скорее, звучат как житейская мудрость. Такая подача формирует у зрителя установку, что это некая истина,
которую можно принять и в реальную жизнь.
Также во многих фильмах поднимается тема оценки внешнего облика и высмеивания отдельных характеристик. Примером может служить сериал «Университет» (2007–2011, США), в
первой серии которого, знакомящей зрителей с персонажами,
есть эпизод, где мы слышим ряд умозаключений о внешнем виде
и особенностях личности, ее социально-экономическом статусе:
«Итак, что можно сказать об Эшли только по ее внешнему виду?
Ну, кто-нибудь? Лично я сразу могу сказать четыре вещи. Первое– пятно на блузке. Значит, она неряха. Второе – юбка от Марка Джейкобса выглядит новой, но это прошлый сезон, значит, с
распродажи. Три – туфли от Прада, конечно, милые, но слишком
ей велики. Видимо, одолжила у подруги, у которой и вкус лучше,
и денег больше…» Подобные эпизоды влияют на общую тенденцию формирования отношения и классификации других по их
внешнему облику. А в некоторых кинолентах, наоборот, акцентируется оценивающий взгляд других как невербальное проявление лукизма: «Хватит смотреть. Я знаю, как выгляжу. Думаете,
мне это нравится? Думаете, у меня был выбор?» («Финал», 2010,
США). В сериале «Секс в большом городе» (1998–2004, США)
также затрагивают вопрос самооценки и оценки другими: «Известно, что Нарцисс – мужчина, который был так погружен в
себя, что захлебнулся этим. Неужели у него не было друзей, которые помогли бы ему посмотреть на себя более реалистично?
Почему всегда легче сказать что-то о внешности своих друзей,
27

РАЗ ДЕЛ 1
чем о своей собственной?» Интересное мнение о самооценке
внешнего облика выдает персонаж сериала «Касл» (2009–2016,
США): «Унее и так проблемы с самооценкой. Это свойственно
всем женщинам. В каждой из нас есть что-то, что мы ненавидим. Слишком маленькие руки, слишком большие ноги, волосы
слишком прямые, слишком курчавые, уши торчат. О, боже, задница слишком плоская, нос слишком большой. И,знаешь, что
бы ты ни говорил– это не изменится! Мужчины не понимают...
правильная одежда, обувь, макияж – скрывают наши мнимые
недостатки, и мы кажемся прекрасными себе. И поэтому... кажемся прекрасными остальным».
Рассмотрев основные тенденции демонстрации ситуаций лукизма в кинолентах, мы предлагаем следующее деление эпизодов
(рис. 1).
. 1. Вариант классификации фильмов по акценту на роли внешнего облика
Приведенная схема не раскрывает такую переменную, как
степень изменения тела, которую можно представить как определенную шкалу от «тело не меняется» до «полное изменение тела».
В этом отношении киноленты можно разделить на несколько подгрупп:
28

Культурно-исторический анализ формирования социально-психологического контекста в кино
1. «Тело не изменяется» – в эту группу могут быть включены
все фильмы, где главный персонаж никак не меняет внешний облик, а акцент делается на принятии себя и формировании бодипозитивных установок.
2. «Несущественные изменения на уровне полудинамических
параметров» – в данном случае мы опираемся на работу В. А. Лабунской [59], в которой она описывает феномен «Я для Другого»
и выделяет полудинамические параметры внешнего облика, такие
как прическа, одежда, макияж. Несмотря на обозначение «несущественные изменения», важно понимать, что в комплексе изменение оформления внешнего вида может существенно повлиять
на воспринимаемый образ, однако это те изменения, которые легко «ликвидировать», вернув первоначальный внешний облик.
3. «Существенные изменения внешнего облика на уровне статических параметров внешности» – под статическими параметрами внешнего облика В. А. Лабунская [59] подразумевает габитус,
т. е. строение тела, сюда входят рост, вес, анатомические особенности строения тела. В кинофильмах это изменения, связанные с
тем, что главный герой худеет, а также подвергает свое тело различным пластическим операциям.
Кроме того, мы разделяем мнение В. В. Канафьевой, которая отмечает, что, хотя всё чаще говорят о глобализации, каждая
страна «стремится сохранить свои специфические черты в сфере
культуры, быта, традициях и т. д.» [46]. Мы можем видеть это в
ремейках различных кинолент, которые, сохраняя общий сценарий, дополняют фильмы маркерами своей культуры. И поэтому,
вслед за В. В. Канафьевой [Там же] и другими авторами, мы придерживаемся той точки зрения, что одним из «эффективных путей познания другой культуры является кино как некий хранитель кодов индивидуального и коллективного бессознательного».
Всвязи с этим каждый параметр, выступающий основным триггером лукизма, мы будем рассматривать с позиции российского
29

РАЗ ДЕЛ 1
и западного кинематографа, отмечая страну-производителя каждой киноленты. Помимо этого, мы выделили азиатское кино как
третье культурное направление, которое, несмотря на некоторое
подражание Западу, развивается особым образом и демонстрирует свой взгляд на отображение лукизма.
Как отмечает Т. И. Кожокару [49], контент-анализ часто ограничивается вербальными конструктами, что сужает анализ. Однако, рассматривая проблему лукизма, мы будем анализировать
не только вербальный лукизм и оценку последствий ситуаций
проявления лукизма, но и визуальный ряд, куда входят мимика,
жесты и позы участников ситуаций лукизма, физический буллинг
(толчки, физическая изоляция), а также сами конструкты формирования тела, которое подвергается лукизму. С. А. Эйрус-Шулепова, также рассматривая проблемы анализа кино, подчеркивает
в своей работе, что, несмотря на «единство фильма как произведения, мы всегда прочитываем в нем набор сообщений» [129,
c.4], как визуальных, так и текстовых.
Мы, как уже сказано выше, посчитали возможным выделить
азиатский кинематограф в самостоятельный раздел, это вызвано
тем, что если российский и европейско-американский кинематограф во многом имеет схожие культурные воззрения на внешний
облик, то азиатский кинематограф, на наш взгляд, имеет отличное
отношение к внешнему облику в целом и телесным модификациям и красоте в частности. Более подробно отношение к внешнему
облику в Азии рассмотрено в соответствующем разделе.
Также мы вынесли в отдельный раздел те киноленты, в которых тема внешнего облика не является основной, однако демонстрируются ситуации с лукизмом или объяснения негативного и
дискриминационного отношения к какому-либо персонажу из-за
его внешнего облика.
Необходимо отметить, что при выборе кинолент мы использовали как контент-, так и интент-анализ содержания. С точки
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
