Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Лукизм в кинематографе контент-анализ фильмов. Монография
.pdf
Культурно-исторический анализ формирования социально-психологического контекста в кино
в смотрящего максимум эмоций, накала, концентрации событий,
звука и эффектных кадров, создавая таким образом мощнейший
водоворот событий, к которым неизбежно хочется подключиться,
и как можно скорее» [14]. А в связи с тем, что трейлер содержит
значительный объем аудиовизуальной информации и эффектно
преподносит ее за счет смены планов, демонстрации диалогов, а
также за счет определенных монтажных приемов в совокупности
с музыкальным сопровождением и звуковыми эффектами, – восприятие подобной «мини-версии» фильма не менее запоминающееся, чем сам фильм.
Другими важными феноменами при анализе киноленты являются кинозаголовок, синопсис, слоган кинофильма, основная
функция которых, как отмечает В. Е. Анисимов [2], – привлечение к просмотру кинофильма как можно большего количества
зрителей.
В. И. Щербакова указывает, что «кинематограф всегда был и
остается одним из самых популярных средств массовой информации, нацеленных на самую широкую аудиторию, с первых минут
своего существования он причисляется к искусству, коим остается до сих пор, являясь образцом “массовой культуры”» [128, c. 3].
При этом, как подчеркивает А. В. Трепакова, хотя кино считают
отражением действительности, кинофильмы создают «совершенно особый мир, рисуя образы и характеры, строя города и внеземные поселения, вырисовывая стереотипы и копируя национальные характеры» [113, c. 5]. М. Ямпольский [132], анализируя
работу В. Хазенклевера «Кинематограф как воспитатель», отмечает, что, согласно подходу данного автора, отличительной чертой
кинематографа является его активность, которая отражает современную жизнь, при этом под активностью понимается скорость, с
которой кинематограф высвечивает проблемы современного общества, создавая образ современной действительности на экране.
Как пишет М. Ямпольский, подобное воздействие кинематографа
11

РАЗ ДЕЛ 1
напоминает гипноз, который приводит к «распространению человека вовне» [132, c. 17]. Более того, по мнению автора, кинематограф оказывается «важнейшим и последним средством обретения
человеком образа реальности и себя в этой реальности» [Там же,
c. 15]. Данный подход также важен именно с позиции воспитания в человеке образов, а по сути, формирования стереотипов.
В свою очередь, С. А. Полотовский отмечает, что, хотя «некоторые культурные реалии и аллюзии непереводимы на язык другой
культуры, любой кинопродукт национально детерминирован, в
целом архетипический заряд голливудского кино, его соответствие бессознательным ожиданиям зрителей настолько сильны,
что оказываются привлекательны и для аудиторий, незнакомых
со многими реалиями, встречающимися в фильмах» [93, c. 5]. Однако, как подчеркивает И. Р. Сарбаст, «практически любой фильм
может изменить старые установки, скорректировать их или породить новые, но главной при этом является установка конкретного
человека по отношению к кино: доверять этой установке или не
доверять, корректировать ли свой внутренний мир согласно декларируемой с экрана системе координат или нет» [100].
Такое разнообразие взглядов на кинематограф свидетельствует о том, что вклад кинематографа в формирование тех или
иных стереотипов неоднозначен, однако мы можем с уверенностью говорить о том, что кинематограф является определенным
ретранслятором стереотипных представлений, бытующих в данный период времени в том или ином обществе. К подобным выводам приходит и С. И. Борисов, указывая, что, хотя любой кинофильм эксплуатирует разнообразные клише и штампы, в то же
время можно отметить, что в голливудских кинолентах особенно
ценились «актуальные идеи, востребованные темы и оригинальные, яркие героические образы, которые благодаря своим архетипическим чертам неизменно интересны людям» [13, c. 6]. В целом
мы видим в кинематографе ту же тенденцию, которую зафикси-
12

Культурно-исторический анализ формирования социально-психологического контекста в кино
ровала В. В. Смеюха при анализе отечественных женских журналов, – «конструирование образа происходит на основе синтеза
внешней реальности и внутреннего мира индивида» [104, c. 63].
Рассматривая проблему стереотипов, Д. В. Захаров [40] отмечает, что они не могут существовать без постоянной «подпитки», и в этом смысле средства массовой информации выступают
источником постоянного распространения в обществе тех или
иных стереотипных представлений. И хотя стереотипы имеют
свойство меняться во времени под воздействием исторических,
культурных, политических и даже экономических факторов, их
основная особенность заключается в том, что они отражают настроения, взгляды и предрассудки общества, а данные феномены
являются довольно стабильными. Таким образом, стереотипы не
относятся к динамичным феноменам, а темп их изменения довольно размеренный и носит скорее скачкообразный характер,
реагируя на различные социальные события.
Анализируя культурные коды в кино, Т. И. Ерохина подчеркивает, что «и коды, и стереотипы связаны с традициями и выполняют стабилизирующие и коммуникативные функции в культуре» [38]. Так, автор делает акцент на том, что стереотипы – это
часть культурных кодов, поскольку они являются фрагментами
картины мира, т. е. стереотип выступает как частное проявление
культурного кода, который, в свою очередь, представляет собой
комплексный и целостный феномен. Как отмечает Т. И. Ерохина
[Там же], культурный код героизации представлен в стереотипном
бинарном построении системы персонажей: бедный/богатый, добрый/злой, человечный/бесчеловечный, счастливый/несчастный и
т. д. Мы можем продолжить данный список парой красивый/некрасивый, при этом в ряде фильмов герой может пройти оба полюса представленных пар за счет кардинального изменения.
Кинематограф является одним из тех феноменов современности, которые формируют представление о красивом теле человека
13

РАЗ ДЕЛ 1
и его связи с успешностью в различных сферах жизни. Не удивительно, что данная тема часто поднимается в различных исследованиях.
По мнению Э. Райн [148], в современном обществе представленные в СМИ стереотипы о женщинах приводят к восприятию
красоты как недостижимого эталона, что, в свою очередь, провоцирует возникновение негативного социального сравнения.
Результаты исследования Э. Райн [Там же] указывают на то, что
по мере того, как увеличивалось количество часов, проведенных
перед телевизором, усиливались стереотипные представления
о красоте и уменьшались положительные мысли о собственном
теле. Те, кто не смотрел современные фильмы, содержащие стереотипы о теле, с большей вероятностью сравнивали свое тело с
телом своих сверстников, а не с эталонными представлениями.
Сам по себе феномен социального сравнивания, т. е. сравнения
себя с другими, является фундаментальным психологическим механизмом, влияющим на суждения, опыт и поведение людей. Как
отмечают К. Коркоран и соавторы [135], всякий раз, когда человек сталкивается с информацией о том, каковы другие, что другие
могут и чего не могут сделать или чего другие достигли и не достигли, он соотносит эту информацию с собой. Ю. В. Наседкина
[72], рассматривая эстетические идеалы и образ тела, подчеркивает, что огромное влияние на формирование эталонного образа
тела оказало появление кинематографа, который породил такой
феномен, как культ кинозвезд. Автор пишет, что такие кинозвезды, как «Марлен Дитрих, Мерилин Монро, Бриджит Бардо и др.
были кумирами своего времени, модницы старались подражать
им во всем, из чего следует, что их можно считать эстетическими
идеалами разных периодов XX века» [Там же].
Обращаясь к проблеме фемвертайзинга (т. е. маркетинговой
стратегии, ориентированной на женщин и разрушающей традиционные гендерные стереотипы), Е. С. Панарина отмечает, что с
14

Культурно-исторический анализ формирования социально-психологического контекста в кино
1970-х гг. одним из самых популярных паттернов гендерной репрезентации женщины был выведен такой набор характеристик:
«материнство и воспитание детей, забота о семье, работа по дому,
пассивность, зависимость от мужчин, внешность, а также поиск
мужчины» [80]. И хотя публично не раз заявлялось о сдвиге гендерных стереотипов, а в обществе наблюдалось расширение женских ролей, большинство рекламных роликов и кинообразов, по
замечанию автора, стабильно демонстрировали традиционные
гендерные стереотипы, укрепляя их. Более того, как подчеркивает Е. С. Панарина [Там же], СМИ демонстрируют образ женщины через «призму мужского взгляда», который предполагает,
что женщина «должна хотеть соответствовать сформированному
мужчинами идеалу красоты». Рассматривая образ женщины в
современной рекламе, Е. Ю. Потапчук и К. С. Авдюшина отмечают, что сегодня одним из трендов в рекламе и СМИ (а мы также
можем добавить в этот перечень кинематограф) является демонстрация бодипозитива, как «принятие своей реальной внешности, уважительное отношение к естественному состоянию своего
или чужого тела» [95]. Однако, если говорить о рекламе, необходимо подчеркнуть, что чаще всего красота женского тела формируется через демонстрацию сексуальности и концентрацию внимания на отдельных частях тела. По наблюдению М. В. Терских
[111], «женщина как сексуальный объект» чаще всего встречается
в рекламе освежающих и алкогольных напитков, мобильных операторов, парфюмерии, жевательной резинки, фастфуда.
Анализируя образ женщины в музыкальной культуре,
Т.Г.Логинова и А. И. Голубурдо отмечают, что он менялся на протяжении XX в. неоднократно. Например, до 1960-х гг. образ женщины был наделен такими качествами, как «пассивность, покорность, смирение, желание соответствовать ожиданиям общества»
[65, c. 73]. Авторы считают, что хотя сейчас на женщину оказывается гораздо меньше влияния, в обществе все еще можно наблю-
15

РАЗ ДЕЛ 1
дать определенные шовинистские тенденции. По мнению Т.Г.Логиновой и А. И. Голубурдо, «актуальный образ женщины на
данный момент характеризуется в первую очередь такими чертами, как независимость, творческая свобода, стремление к самоактуализации, не ограниченной сферой отношений в семье, осознанием своей индивидуальности, порой агрессивным поведением»
[65, c. 73]. Тенденция к демонстрации этих качеств наблюдается
и в кинематографе. Рассматривая женский образ в узбекском кинематографе, О. Кхан [141] отмечает, что женщина в кино всегда
была отражением общественно-политических трансформаций,
поэтому изменения социального статуса женщин напрямую связаны с их художественным воплощением: так, образ современной узбекской женщины в кино сочетает в себе традиционализм,
свойственный среднеазиатскому региону, и гламурную женственность, навеянную Западом. Как подчеркивает О. Кхан [Там же],
хотя женский образ претерпел диверсификацию в коммерческом
кинопроизводстве, готовность к созданию семьи остается неотъемлемой частью женских устремлений и желаний.
Проблема лишнего веса нашла отражение в работе Б. Плотц
[143] «Жир в кино», в которой автор представляет критический
анализ современного американского кинематографа с акцентом
на взаимосвязь пола, расы и полноты. Анализ основан примерно на 50 голливудских фильмах, выпущенных с 2000 г., и в нем
показаны как клише, связанные с лишним весом человека, так и
обыденные представления о полноте, являющиеся частью современного дискурса «эпидемии ожирения» и отраженные в этих
фильмах.
В то же время Р. Рове [147] отмечает, что не всегда связь между фильмами и стереотипами о теле настолько прямолинейна, как
это может показаться в некоторых исследованиях, поскольку изучается только влияние чрезмерно худых персонажей. В своей работе автор проанализировала женские тела в 67 фильмах, снятых
16

Культурно-исторический анализ формирования социально-психологического контекста в кино
несколькими американскими анимационными студиями с 1989 по
2016 г., она классифицировала 239 женских персонажей как один
из четырех типов телосложения: песочные часы, груша, прямоугольник или перевернутый треугольник. По наблюдению Р. Рове
[147], за последние 30 лет произошел сдвиг от единственной доминирующей формы (песочные часы) к доминированию нескольких
форм тела (особенно груши и прямоугольника). Автор утверждает, что молодые девушки видят различные образы тел, а не единый
образ, который исследуют ученые. На образ тела девушек может
влиять анимация, но анимированные изображения настолько разнообразны, что этот эффект весьма трудно определить. Однако
важно отметить, что анализ проводился на анимационных фильмах и рассматривались персонажи – ровесники респонденток, обладающие и в мультфильмах «юношескими» телами.
О роли образов в кино говорится и в работе В. Хефнер с
коллегами [140], которые выявили, что существует взаимосвязь
между просмотром фильмов с очень худыми актрисами и расхождениями между фактическим и идеальным размером тела у
женщин, а также с восприятием того, как другие хотят, чтобы они
выглядели, и более строгим выбором продуктов питания в присутствии других людей.
В работе М. Тцоутцоу [152] проводился анализ мультсериалов для подростков и было выявлено, что положительные черты
персонажей, определяемые привлекательностью и физической
активностью, относились к худощавым героям, причем девять из
десяти были симпатичными и физически активными. Кроме того,
из 58 положительных отзывов о внешности, высказанных либо
другими актерами, либо самими персонажами, 51 относился к
оценке стройных и привлекательных персонажей. Авторы делают
заключение, что уже на уровне мультсериалов формируется стереотип о том, что в обществе больше ценят стройность и связывают потребление нездоровой пищи с избыточным весом.
17

РАЗ ДЕЛ 1
К. Малгрю и Д. Крагг [142] в своем исследовании отметили,
что просмотр музыкальных клипов в наибольшей степени влияет на представления о собственном теле у молодых мужчин (в
сравнении с мужчинами старшего возраста), которые смотрели
видеоролики с мускулистыми певцами или иными участниками
клипов. Эти данные свидетельствуют о том, что молодые мужчины (но не среднего и старшего возраста) особенно восприимчивы
к идеализированным изображениям мужской внешности. В другом исследовании К. Малгрю с Д. Волцевски-Костес и П.Ренделл
[143] показали, что музыкальные видеоклипы являются мощной
формой медиа для передачи информации об идеальной форме мужского тела и что негативные эффекты обнаруживаются
у мальчиков уже в возрасте 12 лет. Исходя из этого, мы можем
предположить, что молодые люди, юноши и мальчики могут считывать стереотипы о мужском теле и из кинофильмов, особенно
если это кинофильмы молодежные, т. е. изображают мужчин их
возрастной группы (по аналогии с выводами, полученными в исследованиях К. Малгрю и его коллег [142; 143]).
В работе Дж. Фаркуар и Л. Василькив [137] проводился контент-анализ образов моделей-мужчин в рекламе издания Sports
Illustrated. Авторами было выявлено, что в современных средствах
массовой информации все больше внимания уделяется эстетическим, а не рабочим качествам мужчин. Результаты исследования
с участием подростков показали, что просмотр медиаидеалов,
подчеркивающих эстетические качества, способствует отрицательной самооценке внешнего облика, тогда как просмотр медиаидеалов, подчеркивающих характеристики производительности,
способствует положительной самооценке внешнего облика. Эти
результаты говорят о том, что концептуализация тела, а не просто тип телосложения (например, мускулистость), играет роль в
том, как мужчины относятся к себе и своему телу. Изучая общие
стереотипные суждения о теле в СМИ для детей и подростков,
18

Культурно-исторический анализ формирования социально-психологического контекста в кино
М. Гонсалес и др. [138] обнаружили, что физическая привлекательность была связана с наличием большего количества друзей
и получением большего внимания со стороны мужских персонажей и отрицательно ассоциировалась с весом женщин. Кроме
того, облегающая одежда ассоциировалась с привлекательностью
у женщин и с популярностью, мускулатурой и силой у мужчин.
Однако такие параметры у мужчин, как мускулистый, сильный и
высокий рост, ассоциировались с более низким уровнем интеллекта. Что касается идеалов тела, основанных на гендерных стереотипах, то женские персонажи чаще изображались стройными
и привлекательными, чем мужчины, которые, как правило, были
крупнее, мускулистее и сильнее. В исследовании К. В. Игаевой и
Н. В. Шмелевой [43] делается акцент на кризисе традиционной
маскулинности в мировых СМИ в последние 20–30 лет и отмечается, что в зависимости от жанра кинематографа маскулинность
может изменять свои внешние формы, становясь при этом «менее
брутальной и агонистичной», но главенствует тренд «классической» мужественности, с физически развитым телом.
Несмотря на то что мужчины являются заложниками различных стереотипов о теле наравне с женщинами, чаще всего
фильмы анализируются с позиции «феминистской кинонарратологии», которую авторы понимают как дисциплину, изучающую
и нарративы, созданные женщинами, и нарративы о женщинах
[151]. Как подчеркивает Б. Шчекала [Там же], основной целью
феминистской кинонарратологии является попытка разоблачить
«иллюзорный (мужской) универсализм в традиционных и структуралистских предложениях теории повествования». Однако, по
сути, введение такой терминологии еще раз подчеркивает разнообразие стереотипов о женщинах в кино и попытку сторонников
феминистской кинонарратологии обратить на это внимание общества. Рассматривая данную проблему, Б. Шчекала отмечает, что
«категория повествования связана с категорией опыта»[Там же],
19

РАЗ ДЕЛ 1
а это означает, что феминистская нарратология направлена на
изучение того, как нарративизируется гендерный (особенно женский) опыт в кинематографе. И, интерпретируя этот термин таким образом, мы можем взглянуть на проблему лукизма в кинематографе с еще одной стороны – кто представлен как объект и
субъект лукизма в кинематографе, а также от чьего лица ведется
повествование, подразумевая под автором сценариста и режиссера. С другой стороны, мы понимаем, что лукизм гендерно не дифференцирован – ему подвергаются независимо от пола, а также
что количество женщин-сценаристов, продюсеров и режиссеров
в кинематографе гораздо меньше. Таким образом, основываясь на
приведенных работах, мы можем сделать вывод о том, что, несмотря на стремление различных феминистских организаций представить женщину основным объектом лукизма, все чаще ученые
обращают внимание на то, что мужчины наравне с женщинами
также подвержены воздействию стереотипов об эталонном теле
и, как результат, подвергаются лукизму.
Исследуя проблемы телесности в кинематографе, С. С. Козлова отмечает, что «динамика телесности персонажа обладает
мощным сюжетообразующим потенциалом, является ключом для
раскрытия многих злободневных тем, предполагает разнообразие сюжетных стратегий и концепций, что позволяет применять
данный инструментарий в кинодраматургии» [50, c. 5]. В своем
исследовании С. С. Козлова рассматривает различные примеры
современного кинематографа, который активно демонстрирует
конфликт «телесной неполноты», когда запускается процесс преображения тела персонажа. Это, в свою очередь, формирует новое
направление в кинодраматургии – «сюжет телесности». По мнению автора [Там же], «сюжет телесности» работает с «многоуровневым внутренним конфликтом персонажа (Я и мое тело, мое тело
в восприятии окружающих), а также с открытым противостоянием, когда тело персонажа превращается в объект воздействия со
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
