Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Каменистые тропы науки. Сборник научно-реферативных работ
.pdf
Существенна также и проблема единого информационного пространства.
И электронное декларирование, и вопросы удаленного выпуска до сих пор находятся в зоне особого внимания. Соответственно, есть и задачи, стоящие перед
нашими информационно-техническими службами, касающиеся информационных систем, сопряженных с системами белорусских и казахстанских коллег.
Пока трудно сказать, когда мы повсеместно перейдем к электронному декларированию на единой таможенной территории ТС. Это комплексный вопрос,
требующий доработки всех информационных систем трех стран, организации
взаимодействия между системами на всех уровнях.
Что касается проблемы охраны рынка интеллектуальной собственности
на территории ТС Россия-Беларусь-Казахстан, то в настоящее время принято Соглашение о Едином таможенном реестре объектов интеллектуальной
собственности государств-членов Таможенного союза. Естественно, у правообладателей, в связи с предусмотренной ТК ТС необходимостью включения
в реестры всех стран-участниц ТС, возник вопрос, каковы будут неизбежные
издержки, связанные с выполнением законодательства каждого государства,
такие как обеспечение, так называемая «страховка рисков» и так далее?
Также одной из основных задач является введение единой терминологии,
применяемой в сфере использования и защиты прав на объекты интеллектуальной собственности. Это касается таких понятий, как «поддельная продукция»,
«контрафактные действия», «фальсифицированные» (последнее в РФ используется только относительно лекарственных средств, в соответствии с ФЗ «О
лекарственных средствах»).
Создание ТС предусматривает единое таможенное администрирование
на всей его территории. Однако возникают некоторые вопросы. Как, например
таможенные органы из России будут обмениваться информацией с коллегами
из других стран-участниц Таможенного союза? На каком языке будет вестись
документооборот, и одинаково ли понятны эти документы будут всем должностным лицам таможенных органов ТС? Если вопрос о создании новой документации на одном языке или сразу на нескольких еще предстоит решить, то,
что делать с «многогигабайтной» документацией прошлого? Переводить ее на
все языки и обновлять? Вопросов все еще много, а ответов пока нет.
Создание ТС непременно даст положительные результаты в развитии
таможенного дела. ТС создают три разных государства, каждое из которых
имеет свои особенности: территориальные, экономические политические, географические и т. д. Скорее всего, именно это и порождает проблемы при создании ТС. Однако уже сейчас можно наблюдать результаты существования ТС,
но еще много нюансов в нормативной базе и работе Союза, которые необходимо
решить. Хочется верить, что создание и функционирование ТК ТС не только
положительно скажется на экономическом развитии России, но и укрепит
ее положение на мировой арене, а проблемы при реализации положений ТК
ТС будут урегулированы.
131
Литература
1. О взаимном административном содействии в предотвращении, расследовании и пресечении таможенных правонарушений: междунар. конвенция.
Найроби, 9 июня 1977 г. // Таможенные ведомости. 1996. № 11. С. 103−117;
Россия присоединилась к Конвенции: постановление Правительства РФ
от 3 ноября 1994 г. № 1215. Акт присоединения России к Конвенции с принятием приложения X был сдан на хранение Генеральному секретарю Всемирной таможенной организации 13 декабря 1994 г. Конвенция вступила в силу
для России 13 марта 1995 г.
2. Толковый словарь Ушакова [Электронный ресурс]. URL: http://
slovopedia.com/3/197/785266.html
3. Ивин В.В. Oбкатка новым законодательством. [Электронный ресурс]
URL: http://tamognia.ru
4. Об утверждении формы пассажирской таможенной декларации
и порядка заполнения пассажирской таможенной декларации: решение Комиссии Таможенного союза от 18.06.2010 № 287.
5. Таможенного кодекса Таможенного союза. Ст. 190.
УДК 343
ББК 67.408
Н.Э. ПАВЛЕНКО
Исторические аспекты незаконного предпринимательства
в России (конец ХIX–ХX в.)
Перевод российской экономики на рыночные рельсы развития способствовал не только активизации предпринимательской деятельности, но и всплеску
экономической преступности, в частности, незаконного предпринимательства,
за что предусмотрена ответственность по ст. 171 УК РФ.
Среди задач, стоящих перед российским уголовным законодательством,
особое место всегда отводилось охране экономической сферы от преступных
посягательств. В современных условиях, когда борьба с экономическими преступлениями становится все более актуальной, усиливается внимание к историческому опыту борьбы с данным посягательством на нормальное функционирование экономики страны. Вопросы уголовно-правового регулирования
132
состава незаконного предпринимательства решались с учетом изменений, происходящих на различных этапах развития отечественной экономики.
Становление капиталистических отношений во всех сферах хозяйствования коренным образом повлияло на становление предпринимательского законодательства в России. В его развитии прослеживаются тенденции оформления свободы, равноправия и бессословности, отхода от законоустановлений,
ранее сковывавших предпринимательскую инициативу.
В условиях активизации рыночных начал хозяйствования в конце ХX в.
возросла потребность во всестороннем изучении и разработке правовых
средств обеспечения предпринимательской практики. В этой связи усилился
интерес правоведов к анализу становления и развития предпринимательских
правоотношений в России с целью выявления специфики рыночных отношений и соответствующего им предпринимательского права.
Некоторые исследователи в истории дореволюционного предпринимательского права выделяют несколько этапов. Так, Шубников Ю.Б. отмечает
особенности становления предпринимательского права в процессе развития
и укрепления феодального типа хозяйствования в условиях Древней Руси,
а затем Руси Московской. Если в период с X по XIV в. на Руси зарождались
предпосылки предпринимательского (торгового) права, то в Московской Руси
усилились государственные начала в общественном и государственном устройстве, что не способствовало формированию экономической свободы. Соответственно, в этот период не произошло положительных изменений в развитии
предпринимательского права [1].
В эпоху петровских реформ, когда в экономической сфере внедрялись рыночные отношения и одновременно усиливались крепостнические
и командно-административные начала хозяйственной деятельности шел активный процесс заимствования западноевропейских положений предпринимательского права. Вместе с тем господство абсолютизма привело к приоритету
публичного права торгово-промышленной деятельности при почти полном
отсутствии законов, относящихся к частному торговому праву.
Следующий этап в развитии российского предпринимательского права
связан с переходом российской экономики от преобладания феодальнокрепостнических принципов хозяйствования к капиталистическим, что относится к первой половине XIX в. Значительную роль в расширении сферы российского предпринимательства сыграл Указ Александра I «О вольных хлебопашцах» от 20 февраля 1803 г. Этот документ заложил предпосылки для расширения субъектной деятельности в сфере предпринимательства.
Вступление в силу Свода законов Российской империи (1835 г.) способствовало созданию единого правового пространства для предпринимательской
деятельности. Анализ законодательства рассматриваемого периода позволяет
сделать вывод: в условиях существования крепостного строя были созданы
определенные предпосылки для развития предпринимательства, но из-за
133
отставания России от передовых стран и использования непроизводительного
труда невозможно было создать благоприятные условия для промышленного
развития нашего государства.
Одним из самых значимых этапов в процессе зарождения предпринимательства является этап, связанный с отменой крепостничества, которое тормозило
формирование класса предпринимателей и, соответственно, не позволяло сложиться предпринимательскому законодательству. Из-за крепостного права российское законодательство развивалось больше за счет норм публичного права,
т. е. преобладало жесткое государственное регулирование данной сферы.
После отмены крепостного права были созданы условия для становления
капиталистических отношений во всех сферах хозяйствования. В правовой
сфере этот этап выразился в бурном развитии законодательства с четким разграничением его на частное и публичное. Новыми нормативными актами (Торговый устав 1887 г., Устав о промышленности 1892 г., и др.) закреплялось право
на занятие торговой и предпринимательской деятельностью всем лицам обоего
пола, как российским, так и иностранным подданным, а также товариществам
и компаниям. Серьезной законодательной новацией этого периода явилось принятие ряда положений о порядке создания и деятельности кредитных учреждений, обеспечивающих кредитование субъектов малого и среднего предпринимательства, что создавало более благоприятные условия для их развития [2].
В 1881 г. начинается подготовка Уголовного уложения, утвержденного
только 22 марта 1903 г. императором Николаем II с оговоркой, что данный
документ будет вводиться в действие отдельными распоряжениями. В период
с 1904 по 1911 г. вступили в силу наряду с Общей частью некоторые положения
о преступлениях против верховной власти, о государственной измене, о должностных и имущественных преступлениях. Несмотря на многие критические
замечания в адрес Уложения, хотелось бы отметить, что в нем впервые были
собраны воедино, по разделам, преступления и проступки против имущества
и доходов казны, постановления о кредите, нарушениях уставов фабричной,
заводской и ремесленной промышленности. Вместе с тем предпринимательская деятельность в стране находилась под постоянным надзором со стороны
правительства и соответствующих органов.
В целом Уголовным уложением 1903 г. был продолжен процесс закладывания основ для формирования законодательных положений о преступлениях
в сфере экономики, что в значительной степени облегчало правоприменительную деятельность. Наметилась тенденция к переходу от разрешительной
системы к регистрационной. Уголовное законодательство начала XX в. было
нацелено на охрану государством права собственности и ограждение потребителей от возможных злоупотреблений со стороны недобросовестных предпринимателей. Несмотря на более высокую технику описания преступлений
и меньшее число уголовно-правовых норм в Уложении 1903 г., в целом «не
удалось заменить ранее существовавшую громоздкую систему уголовного
законодательства» [3].
134
Война 1914 г. кардинально изменила государственное и общественное
устройство России, приостановив на некоторое время правотворческую и законотворческую практику, связанную с предпринимательской деятельностью.
В результате остались нереализованными целый ряд законодательных инициатив, направленных на существенное усовершенствование предпринимательского права.
В 1914 г. Министерство финансов вынесло на обсуждение законодательных учреждений проект «Положения о банковских предприятиях и меняльных
лавках», направленный на защиту кредиторских интересов и прав. Так, в соответствии с положением, среди учредителей не должно быть банкротов, вымогателей, ростовщиков и др. лиц, осужденных за преступные деяния, влекущие
за собой лишение или ограничение прав состояния. Был усилен контроль
за средствами банковского предприятия, позаимствованными супругами, родственниками и деловыми партнерами.
Одной из значительных проблем развития предпринимательской активности в эти годы была сложность открытия промышленных заведений. Действовавшие к 1914 г. нормы фабричных и ремесленных уставов устарели и не
отвечали требованиям сложившейся к этому времени хозяйственной практики. Все попытки переработать фабричные и ремесленные уставы не привели, к каким-либо изменениям как самого промышленного законодательства,
так и порядка учредительной деятельности.
Изменение системы экономических отношений после октября 1917 г.
потребовало существенного пересмотра самого понятия преступлений в сфере
экономических преступлений и новой регламентации вопросов уголовной
ответственности. Идея социалистического строительства, основанная на общественной собственности на средства производства, противоречила рыночным
отношениям и предпринимательству. Декретами советской власти провозглашались социализация земли, национализация крупных предприятий, банков,
транспорта, внешней торговли. Именно эти отрасли отличались высоким процентом концентрации предпринимателей. По существу, предпринимательство
в первые годы советской власти было запрещено. Так, были приняты Декреты
«О конфискации акционерных капиталов», «О национализации промышленных предприятий», «О национализации внешней торговли» [4]. С марта 1921 г.
начинается новый этап в экономических отношениях в России. С введением
продналога вместо продразверстки усиливается материальная заинтересованность крестьян, допускаются частная собственность в сфере промышленного
производства, концессии и аренды иностранным предпринимателям, объявляется свобода торговли. В марте 1922 г. принимается первый советский Уголовный кодекс. Он предусматривал возможность привлечения личности к уголовной ответственности по признакам ее социальной опасности, без наличия в его деяниях состава преступления. Советское уголовное право отражало в основном приоритет интересов государства и подчинение интересов
135
личности государству. Эта идея красной нитью прошла через все советские
уголовные кодексы (1922, 1926, 1960 гг.)
В конце 20-х годов Советское государство повело решительное наступление
на новую экономическую политику и частный капитал. Усиливаются плановорегулирующие начала в экономике, свертываются рыночные отношения, ликвидируется многоукладность экономики. В Конституции 1936 г. экономической
основой СССР была признана социалистическая собственность на орудия труда
и средства производства. В этой связи вносятся соответствующие изменения
в Уголовное законодательство. В 1928 г. Уголовный кодекс РСФСР дополнен
ст. 87-а, согласно которой за куплю-продажу земли, ее дарение или залог личность подвергалась наказанию. Новым содержанием наполнилось понятие
спекуляции, которая в соответствии с постановлением ВЦИК и СНК РСФСР
от 10 ноября 1932 г. стала определяться как скупка и перепродажа частными
лицами в целях наживы продуктов сельского хозяйства и предметов массового потребления [5]. Как видно, государственная политика приобретает
административно-репрессивный характер в отношении экономической деятельности. Таким образом, была подведена черта под рыночной экономикой.
В новом Уголовном кодексе РСФСР 1960 г. выделяется глава «Хозяйственные преступления». Преступления квалифицировались по сферам хозяйственной деятельности, где они совершались. Деятельность частного характера,
направленная на извлечение прибыли, рассматривалась как преступление и квалифицировалась как частнопредпринимательская деятельность, коммерческое
посредничество, занятие запрещенными видами промысла [6]. Особенностью
Уголовного кодекса 1960 г. было внесение существенных изменений в правовой регламентации правонарушений в области экономической деятельности.
Общественная собственность на средства производства и реальные экономические отношения порождали множество негативных явлений (приписки в отчетности, нарушение правил в валютных операциях, незаконное вознаграждение
от граждан путем вымогательства и др.). Исключить эти явления государство
пыталось не экономическими мерами, а, в основном, репрессивными.
Во второй половине 80-х годов, в условиях «перестроечных процессов»
и перехода к рыночным отношениям, коренным образом обновляется российское законодательство. После принятия ряда экономических законов, в том
числе законов РСФСР «О собственности в РСФСР», «О предприятиях и предпринимательской деятельности» [7], законом РСФСР от 05.12.1991 из УК
РСФСР была исключена уголовная ответственность за частнопредпринимательскую деятельность и коммерческое посредничество. Уголовная ответственность за незаконное предпринимательство в сфере торговли была установлена
в ст. 162.5 УК РСФСР, причем уголовная ответственность наступала лишь
в случае извлечения неконтролируемого дохода в крупном размере (500 минимальных размеров оплаты труда).
136
Отмеченные тенденции нашли отражение в УК РФ 1996 г. в главе 22 «Преступления в сфере экономической деятельности» и были закреплены в ст.
171 УК РФ «Незаконное предпринимательство». В условиях свободы частной
собственности и предпринимательской деятельности новые нормы уголовного
права направлены на защиту не только интересов личности, общества и государства, но и на защиту интересов собственника-предпринимателя [8].
В марте 2011 г., согласно президентской инициативе гуманизации уголовного законодательства, были внесены изменения в УК РФ, в том числе в гл. 22
«Преступления в сфере экономической деятельности». Закон принят Госдумой
и одобрен Советом Федерации. В нем, в частности, усиливается ответственность должностных лиц за воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности. Из статей УК РФ, предусматривающих ответственность за «Незаконное предпринимательство» и «Незаконную банковскую
деятельность», исключена, как неопределенная, формулировка «нарушение
лицензионных требований и условий», утратила силу неопределенная статья
«Лжепредпринимательство», расширен перечень преступлений, обвиняемые
или подозреваемые по которым не могут быть заключены под стражу. Расширено применение такой меры пресечения, как залог, – теперь его можно применять арестованным на любой стадии следствия по уголовному делу.
Таким образом, эволюция законотворческой деятельности государства
в области предпринимательства зависела от формы государственного устройства в стране и конкретной социально-политической ситуации.
Литература
1. Шубников Ю.Б. Особенности становления российского предпринимательского права до начала ХX века // История государства и права. 2001. № 5.
С. 19.
2. Тюнин В.И. Экономические преступления в дореволюционном уголовном законодательстве России // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 1999. № 3. С. 49–50.
3. Потокина И.В. Законодательное регулирование предпринимательской
деятельности в России // История предпринимательства в России. Кн. 2. М.,
2000 С. 15–20.
4. Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР
и РСФСР 1917–1952 гг. М., 1953. С. 113–146.
5. Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР
и РСФСР 1917–1952 гг. М., 1953. С. 364.
6. УК РСФСР 1960 г. М., 1961. С. 55.
7. Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РСФСР.
1990. № 30. С. 416–417.
8. Полянина А.В. Основные тенденции развития института уголовной
ответственности за незаконное предпринимательство в России // Общество
и право. 2009. № 1. С. 32.
137
УДК 343.9
ББК 67.51
К.М. САРКИСЯН
Криминологическая характеристика института причинения
вреда при задержании лица, совершившего преступление
Преступность в России в современных условиях характеризуется крайне
неблагоприятными показателями. Согласно официальной статистике МВД
РФ, несмотря на то, что за 2010 г. зарегистрировано 2628,8 тыс. преступлений,
или на 12,2 % меньше, чем за аналогичный период прошлого года, рост регистрируемых преступлений отмечен в 3 субъектах Российской Федерации, снижение – в 80 субъектах. За аналогичный период 2009 года данные показатели
были равны 15 и 68 соответственно [1].
На наш взгляд, рост общественно-опасных деяний обусловлен, в том числе,
довольно либеральным подходом законодателя к вопросам, касающимся приобретения и хранения оружия, что неизбежно приводит к обострению криминальной обстановки. Так, для получения лицензии на приобретение оружия
гражданин Российской Федерации обязан представить формальный перечень документов [2].
В 2010 г. с использованием оружия совершено 7,4 тыс. преступлений
(14,2 %). Наибольшее количество зарегистрированных преступлений данной
категории отмечается в регионах: Республика Дагестан (593), г. СанктПетербург (429), Иркутская область (340), Свердловская область (328), Ставропольский край (275) [3].
Кроме того, в условиях современной социальной, культурной и политической ситуации в стране чаще стали совершаться агрессивные, вооруженные
преступления террористической и экстремистской направленности.
Согласно официальной статистике МВД РФ, в 2010 г. количество экстремистских преступлений выросло на 19,7 % по сравнению с тем же периодом
2009 г. Было зарегистрировано 656 уголовных дел по «экстремистским» статьям УК РФ, 581 преступление террористического характера (11,2 %) [4].
В этих условиях возрастает активность института задержания преступника.
При задержании лиц, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления, которые, как правило, оказывают вооруженное сопротивление сотрудникам милиции, при этом прибегают к уничтожению имущества иных лиц, что в свою
очередь влечет причинение вреда третьим лицам. Примером могут служить
события, произошедшие 13 марта 2011 г. во Владивостоке, когда до начала проведения обыска в квартире подозреваемых в совершении убийства гражданина
138
Китая и причинении тяжкого вреда здоровью двум иностранцам, преступники
оказали активное вооруженное сопротивление. В связи с этим окна квартиры
их были обстреляны шумовыми и газовыми гранатами, в ответ подозреваемые
выстрелили боевой гранатой по крыше соседнего дома, где находились сотрудники правоохранительных органов. Через 45 минут сотрудники правоохранительных органов во второй раз штурмовали здание. Уже после выстрелов
снайперов работники спецназа несколько раз делали контрольные выстрелы,
а после закинули боевую гранату в квартиру. От взрыва начался пожар, чем был
причинен имущественный вред собственнику жилого помещения (третьему
лицу), где скрывались лица, совершившие преступление [5].
Учитывая серьезность последствий применения оружия, Закон РФ
«О полиции» (ст. 18) и ведомственные нормативные акты (уставы и инструкции) устанавливают перечень условий, при наличии которых его использование признается правомерным. Закон прямо указывает, что при задержании
лица, совершившего преступление, сотрудник вправе применить физическую
силу, специальные средства и огнестрельное оружие, при этом не несет ответственности за вред, причиненный гражданам и организациям, если их применение осуществлялось по основаниям и в порядке, установленным федеральными конституционными законами (ч. 9 ст. 18). Сходные правила применения
огнестрельного оружия, физической силы и специальных средств установлены
и для иных работников правоохранительных органов: военнослужащих внутренних войск, сотрудников органов безопасности, работников органов Федеральной пограничной службы, должностных лиц таможенных органов и др.
Представители общественности и граждане, участвующие в задержании
преступника, обладают такими же полномочиями, как и должностные лица
по поддержанию правопорядка. Однако нельзя не согласиться с мнением
С.В. Пархоменко, которая предлагает, сохранив право на задержание за каждым,
право на причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в этом
случае сохранить только за теми субъектами, которые в установленном законом порядке обязаны осуществлять задержание, в связи с чем обладают специальными для этого навыками, познаниями и средствами [6].
Одним из оснований, исключающих преступность деяния, является причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление. Данный
институт сформулирован в ст. 38 УК РФ, который гласит: «не является преступлением причинение вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании для доставления органам власти и пресечения возможности совершения
им новых преступлений, если иными средствами задержать такое лицо не представилось возможным, и при этом не было допущено превышения необходимых для этого мер». Однако несмотря на «дозволенность» причинения вреда,
на наш взгляд, лицо, осуществившее задержание, обязано учитывать характер
и степень совершенного задерживаемым лицом преступления и его действия
должны соответствовать обстоятельствам задержания.
139
Еще в ст. 15 указа Президиума Верховного Совета СССР от 26.07.1966 г.
(в редакции указа от 5.06.1985 г.) «Об усилении ответственности за хулиганство» вынужденное причинение вреда преступнику при задержании и при
пресечении преступного посягательства рассматривается как правомерное
поведение, не подлежащее уголовной ответственности. Данный указ по своим
юридическим последствиям приравнивал действия по задержанию преступника к необходимой обороне, и содержал следующее положение: «Действия
граждан, направленные на пресечение преступных посягательств и задержание преступника, являются правомерными и не влекут уголовной или иной
ответственности, даже если этими действиями вынужденно был причинен
вред преступнику» [7]. Как видно из самого текста ст. 38 УК РФ, рассматриваемое нами обстоятельство, исключающее преступность деяния, именуется
не «задержанием преступника», как в указе Президиума Верховного Совета
СССР от 26.07.1966 г., а причинением вреда при задержании лица, совершившего преступление.
Рассматриваемый нами институт задержания лица, совершившего преступление, актуален в современной России, что нашло отражение в работах
И.Г. Плэмэяде, С.В. Пархоменко, Ю.В. Баулина, С.Ф. Милюкова и других,
у которых не сложилось единого мнения относительно сущности и значения
такого обстоятельства, исключающего преступность деяния, как причинение вреда при задержании лица совершившего преступление. Тем не менее,
многие авторы едины во мнении, с чем нельзя не согласиться, что условиями
и обстоятельствами, при которых правомерным признается причинение вреда
при задержании лица совершившего преступление, являются: во-первых,
наличие факта совершения преступления; во-вторых, задержание преступника
всегда вынужденное, всегда необходимое действие, которое осуществляется
в целях доставления лица, совершившего общественно-опасное деяние органам власти и пресечения совершения им новых преступлений; в-третьих, недопустимость применения при задержании таких мер, которые явно не соответствуют характеру и степени общественной опасности преступления и обстановке задержания; в-четвертых, вред причиняется только лицу, совершившему
преступление, и носит вынужденный характер. Причинение чрезмерного
вреда влечет за собой уголовную ответственность только при наличии умышленной формы вины. Особенной частью действующего УК РФ предусмотрены
два основания для привлечения лица к уголовной ответственности, совершенных при превышении мер, необходимых для задержания преступника: ч. 2
ст. 108 УК РФ (убийство), так как цель задержания заключается в доставлении
лица в органы власти, и ч. 2 ст. 114 УК РФ (причинение тяжкого или средней
тяжести вреда здоровью при превышении мер, необходимых для задержания
лица, совершившего преступление).
В главе 8 действующего уголовного законодательства установлен исчерпывающий перечень деяний, преступность которых исключается (ДПКИ), среди
которых условно можно выделить три схожих, но не равнозначных деяния,
140
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]