Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Идейное наследие И. А. Ильина и современность. Сборник научных трудов
.pdf
В. И. Гнатюк
71
видно совместное существование двух равномощных реальностей: неживой и биологической.
Что же продолжает этот ряд, зарождаясь в нем? Правомерно предположить, что таким продолжением является реальность техническая. Она возникает из неживой и биологической реальностей и существует в них. Это неочевидно, и тут
важен первоначальный момент зарождения. Большеголовая
безволосая обезьяна, произошедшая от нормальной волосатой
в результате генной мутации 3,0—3,5 млн лет назад по причине повышенного радиационного фона в зоне Олдувайского
разлома (Африка), ударив одним камнем о другой, изготовила
острое рубило (создала техническое изделие). Более двух миллионов лет понадобилось для того, чтобы обезьяна (превращающаяся в питекантропа) осознала, что это рубило можно не
выбрасывать, а сохранить, использовать снова и снова и даже
передать своему сородичу и, что еще важнее, с помощью каких-то знаков можно передать свое знание другой обезьяне.
Что же такое принципиальное произошло с предками человека
миллионы лет назад? Возникла технология, а значит — техника и техническая реальность (естественно, в самом зачаточном
состоянии). В случае с питекантропом, изготовившим рубило,
есть все признаки техники. Есть исходный материал (камень
— предмет неживой природы), есть технология (память и
умение — продукт биологический плюс орудие труда — другой камень), есть техническое изделие (собственно рубило) и,
наконец, есть отходы (осколки отбитого камня).
Увидеть в каменном рубиле или чоппере техническое изделие, несмотря на очевидность этого, для большинства современных философов дело совершенно немыслимое. Они в конечном итоге остаются на позиции все того же пресловутого
капповского осмысления технической реальности с пониманием
техники как продолжения органов чувств человека. Сегодняшнее изменение позиции (мы это связываем с такими философами, как Ф. Дессауэр, Л. Мэмфорд, Х. Ортега-и-Гассет,
М. Хайдеггер, О. Шпенглер, К. Ясперс, П. К. Энгельмейер и др.)
Философия и проблемы современной науки
72
заключается в некоторой объективации техники. При этом она
рассматривается как нечто, «находящееся между природой и
культурой». Характерно, что в этой фразе, часто звучащей из
уст современных философов, нет ни одного понятия, которое
можно было бы считать методологически корректным для объяснения такого феномена, как техническая реальность.
По своей сути позиция большинства современных философов недалеко ушла от античного «техне», когда наиболее
глубокие (категориальные) различия усматривались в бытии
техники относительно бытия биологической природы. Так,
еще Аристотель писал: «…человек рождается от человека, но
не ложе от ложа — потому-то и говорят, что не внешняя фигура [morphe] ложа есть природа, а дерево, ибо если ложе и
прорастет, то возникнет не ложе, а дерево». Однако ныне мы
можем говорить, что завод-автомат порождает-таки автоматы.
Другой вопрос, что в осмыслении бытия техники надо переходить на другой системный уровень и говорить уже о техноценозах. В этом смысле нельзя сравнивать дерево, порождающее
другое дерево, с ложем (креслом, лопатой, автомобилем, компьютером,..), так как ложе — это аналог лишь одной клетки
древесной ткани, а уж она, конечно же, существуя отдельно,
породить дерево не сможет. Дерево — это функционально законченная биологическая система (особь). Если проводить
аналогию с технической реальностью, то дерево необходимо
сравнивать также с функционально законченной технической
системой, причем соответствующего стратификационного
уровня. Как будет показано ниже, такой системой является
техноценоз (ценоз, гиперценоз). Естественно, Аристотелю подобная системная неточность простительна, так как во времена античности ни о каких техноценозах речь идти не могла. Их
просто не было. Однако как могут этого не понимать современные философы непонятно. Ведь воистину надо быть
слепым, чтобы не видеть вокруг себя принципиально новые по
своей онтологической сущности объекты, уже сто лет функционирующие в современной технической реальности.
В. И. Гнатюк
73
Обсуждая общность реальностей окружающего мира, рассмотрим первый и второй законы (начала) термодинамики, а
также их действие в технической реальности. Первое начало
термодинамики представляет собой известный всем закон сохранения энергии. Его выполнение в неживой и биологической реальностях давно уже является каноническим и сомнению не подвергается. Что касается технической реальности, то
здесь, кажется, также никто не посягает на закон сохранения
энергии. Хотя, по правде говоря, встречаются даже обремененные учеными степенями индивидуумы, которые заявляют,
что закон сохранения выполняется вроде бы не везде (!). Точнее, они говорят, что признают всеобщность этого закона, однако при этом как бы есть области, где вообще подобные законы не действуют (не иначе, снова пресловутое расщепление
сознания). И тут же добавляют, что такой областью является
социальная жизнь. По всей видимости, примерами «нарушения закона сохранения энергии» они всерьез считают речи
всякого рода политиков, произносящих повсеместно с самых
высоких трибун такие несуразицы, что остается только диву
даваться, где эти политики учились и учились ли вообще.
Вот представим себе, кто-то скажет, что яблоко, упавшее с
дерева, полетит вверх и улетит на небо. Все вокруг тут же засмеются и прогонят с трибуны этого горе-оратора. Однако если
какой-то политик с умным видом скажет, что нашей стране выгодны высокие мировые цены на нефть (это притом, что современная российская экономика, как наркоман, «сидит на нефтяной игле» и в любой момент готова обрушиться вместе с мировыми ценами на энергоносители), то все вокруг сразу дико закричат в одобрительном экстазе и тут же бросятся голосовать за
этого политика. Хотя, с точки зрения абсурдности и степени
противоречия законам природы, оба приведенные выше высказывания одинаковы. Впрочем, абсурдность речей и деяний политиков мы все рано или поздно познаем «на своей же шкуре».
Закон сохранения энергии не обойти нигде.
Теперь о втором начале термодинамики (принципе максимума энтропии), общее толкование которого достаточно ярко
выразил Аристотель, когда сказал: «Природа ничего не делает
Философия и проблемы современной науки
74
напрасно, а было бы напрасным совершать многим то, что может быть сделано меньшим. Природа проста и не роскошествует излишними причинами вещей». Еще мы можем сказать, что в
любой системе максимальная энтропия достигается в том случае, когда ресурсы равномерно распределены между подсистемами. В диалоге «Горгий» Платон называет это состояние геометрическим равенством. Он говорит: «…Как много значит и
меж богов, и меж людей равенство — я имею в виду геометрическое равенство…». Чрезвычайно интересным представляется
соотнесение данного «геометрического равенства» Платона со
вторым началом термодинамики, в свою очередь напрямую связанным с законом оптимального построения техноценозов. Вопрос этот чрезвычайно сложен и до конца не исследован. Однако мы позволили себе некоторые умозаключения на этот счет,
которые касаются применения техноценологического подхода
при рассмотрении глобальных и региональных социальноэкономических систем. Данный материал изложен в виде отдельной статьи [1, с 288]. Посмотреть его также можно в Интернете по адресу: http://gnatukvi.narod.ru/macro.htm [3; 4].
Как представляется, ключевым в применении принципа
максимума энтропии является правильное выделение эволюционирующей системы. Любая попытка «приспособить» второе начало термодинамики к объекту, не отвечающему требованиям системности, может завести в тупик. Наиболее ярким
примером в этом смысле являются биологические организмы.
Если рассматривать в качестве эволюционирующей системы
отдельную особь, мы как будто приходим к согласию со вторым началом. С течением жизни, старением и умиранием организм увеличивает энтропию. Однако если рассматривать
биоценоз как сложную систему, то его эволюция связана с усложнением и развитием (несмотря на то, что отдельные особи
постоянно умирают). Этот факт очевиден сам по себе, однако
совсем непонятно, почему многие эти процессы считают противоречащими второму началу термодинамики. И дело здесь
не просто в констатации того факта, что энтропия не является
В. И. Гнатюк
75
мерой хаоса. Ведь никто не отвергает сам принцип максимума
энтропии (то, что она неуклонно возрастает). Причина, скорее
всего, заключается в принципиальной системной ошибке, которую допускают многие исследователи.
Например, если рассматривать оптимальное (органичное,
гомеостатическое) состояние биоценоза, в котором устойчиво
сосуществуют несколько слонов, сотня волков, тысяча зайцев и
миллионы саранчи, то какой энтропией характеризуется это состояние — максимальной или, наоборот, минимальной? Учитывая, что к этому состоянию система эволюционирует спонтанно,
ответ на вопрос носит принципиальный характер. Анализ системы-биоценоза с использованием видовых и ранговых распределений показывает, что если вычислять энтропию, считая каждую отдельную особь полноправным элементом биоценоза, то
гомеостатическое состояние системы характеризуется минимальной энтропией. А если таким элементом считать популяцию, то это же состояние будет соответствовать максимальной
энтропии. Таким образом, принцип максимума энтропии в биоценозе, безусловно, выполняется, важно лишь правильно определять эволюционирующие системы. В самом деле, разве в биоценозе эволюционирует отдельный слон, тигр, волк или заяц?
Эволюционирует популяция, так как между особями существует особая (слабая) генетическая связь, несводимая к физикохимическим взаимодействиям и имеющая принципиальное значение с точки зрения биоэволюции.
Рассмотрим, как выполняются начала термодинамики в
техноценозах. Суть закона сохранения энергии в применении
к техноценозам заключается в том, что суммарные энергетические ресурсы, воплощенные в технические изделия, из которых состоит техноценоз, в совокупности с суммарными
энергетическими затратами, необходимыми для обеспечения
их эксплуатации, в энергетическом выражении всегда равны
совокупному полезному эффекту, который можно извлечь в
процессе функционирования техноценоза [1, с. 107]. Принцип
максимума энтропии применительно к техноценозам можно
Философия и проблемы современной науки
76
изложить следующим образом: энтропия естественно развивающегося техноценоза возрастает и достигает максимума,
когда суммарные энергетические ресурсы, воплощенные в
технические изделия при их изготовлении, распределены равномерно по популяциям техники, то есть произведение энергетического ресурса, необходимого для изготовления одного
изделия, на их количество в техноценозе есть величина постоянная для всех видов (популяций видов) [1, с. 135].
Добавим, что состояние техноценоза с максимальной энтропией, наряду с равномерным распределением энергетических
ресурсов по популяциям, одновременно характеризуется максимальной несимметрией их распределения по отдельным особям.
Посмотрим, к чему это приводит. Максимальная неравномерность распределения ресурсов по особям дает наибольшее разнообразие технических изделий. Это позволяет добиваться максимальной функциональной гибкости при выполнении разнообразных задач в рамках техноценоза в условиях неожиданных изменений окружающих условий. В свою очередь, равномерное
распределение ресурсов по популяциям технических изделий
создает наиболее благоприятные условия для функционирования
обеспечивающей инфраструктуры техноценоза. Дело в том, что
системы управления, ремонта, снабжения и другие ориентированы на обеспечение именно видов техники. Вот мы и получаем
максимальный положительный эффект при минимальных затратах (своего рода «аристотелевский минимакс»).
Подробный разбор начал термодинамики ранее позволил нам
впервые сформулировать и всесторонне обосновать закон оптимального построения техноценозов [1, с. 135], который гласит,
что оптимальным является техноценоз, в котором имеется такой
набор технических изделий-особей, который, с одной стороны,
по своим совокупным функциональным показателям обеспечивает выполнение поставленных задач, а с другой — характеризуется максимальной энтропией, т. е. суммарные энергетические
ресурсы, воплощенные в технические изделия при их изготовлении, распределены равномерно по популяциям техники.
В. И. Гнатюк
77
Закон оптимального построения техноценозов позволяет перейти к констатации взаимосвязи, которая является, быть может, одной из важнейших в практическом плане. В ней видится
непосредственная теоретическая основа методологии оптимизации техноценозов. В настоящее время удалось теоретически
показать и эмпирически подтвердить объективно существующую фундаментальную взаимосвязь между уровнем параметров
технических изделий, с одной стороны, и количеством этих изделий в техноценозе — с другой [1, с. 115; 2, с. 90]. Имеются
довольно сложные математические конструкции, отражающие
эту связь и показывающие, что она обратная. Другими словами,
чем более сложным, дорогим, уникальным, большим является
техническое изделие, тем меньшее их количество должно входить в устойчивый техноценоз и наоборот.
Учитывая сформулированную взаимосвязь, нетрудно осознать, что сколь угодное отклонение параметров разрабатываемых или модернизируемых видов технических изделий
от значений, которые задаются степенью массовости этих изделий в данном конкретном техноценозе, неизбежно повлечет
за собой адекватные изменения параметров, характеризующих
обеспечивающие системы. Попытка внедрения подобного технического решения в инфраструктуру устойчивого техноценоза неотвратимо приведет к его дестабилизации. При этом
совершенно не важно, в какую сторону предполагается аномальное отклонение параметров. Верно и обратное утверждение: техноценоз будет дестабилизирован также и в том случае,
если количество технических изделий аномально увеличится
сверх нормы, диктуемой их видообразующими параметрами.
Таким образом, под техникой понимается целостность,
включающая исходные продукты, здания и сооружения, технические изделия, технические объекты, отходы производства.
Однако, решая задачу онтологического осмысления техники,
нельзя оставаться в рамках собственно этого понятия, а надо говорить о технической реальности, стоящей в ряду «неживая —
биологическая — техническая». Гносеологические особенности
Философия и проблемы современной науки
78
техники могут быть познаны с выделением и осмыслением основной структурной единицы технической реальности — техноценоза. Подобное фундаментальное толкование технической реальности позволяет разрабатывать специфическую методологию,
основанную на восходящем к началам термодинамики законе
оптимального построения техноценозов.
Список литературы
1. Гнатюк В. И. Закон оптимального построения техноценозов.
Вып. 29. Ценологические исследования. М.: Изд-во ТГУ — Центр
системных исследований, 2005.
2. Гнатюк В. И. Оптимальное управление электропотреблением
регионального электротехнического комплекса (техноценоза): Экономические проблемы энергетического комплекса. М.: ИНП РАН,
2006.
3. Гнатюк В. И. Закон оптимального построения техноценозов.
Компьютерная версия, перераб. и доп. М.: Изд-во ТГУ — Центр системных исследований, 2005—2008 [Электрон. ресурс]. Режим доступа: http://gnatukvi.narod.ru/ind.html.
4. Гнатюк В. И. Интернетсайт «Техника, техносфера, энергосбережение». М.: 2000—2008 [Электрон. ресурс]. Режим доступа:
http://www.gnatukvi.ru.
В. В. Орленок,
д-р геол.-минерал. наук, проф.
orlenok@albertina.ru
ОКЕАНИЗАЦИЯ ЗЕМЛИ
И ВЫЖИВАЕМОСТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА
Более трехсот лет ведутся наблюдения за изменением уровня Мирового океана, начиная с футштоков в Амстердаме (1682)
и Крондштадте (1804). В последние годы эти наблюдения ведутся непрерывно на более 2000 водомерных постов, располо-
В. В. Орленок
79
женных на берегах морей и океанов. Одновременно с этим проводятся непрерывные измерения приземной температуры на
континентальной суше. С середины 50-х годов XX столетия ведутся исследования динамики ледяного покрова Антарктиды, а
несколько позднее стал осуществляться спутниковый мониторинг шельфовых ледников. Американские исследователи, подводя итоги этих двадцатипятилетних наблюдений, в начале 80х годов прошлого столетия оценили объем ежегодно откалывающихся айсбергов от шельфовых ледников Антарктиды в 250
км3/год, что соответствует 0,69 мм/год по уровню [1]. На первый взгляд, приведенные цифры можно было бы принять в качестве вклада ледового стока в океан, однако большая часть
краевых шельфовых ледников Антарктиды находится на плаву.
Поэтому они уже включены в объем вод океана и не могут влиять на его изменение. В связи с этим представляет интерес изучить современный вклад Антарктиды в ежегодный ледовоайсберговый сток в океан. По данным В. М. Котлякова [6], баланс антарктического ледникового покрова составляет 2230±280
км3 — приход, 2335±490 км3 — расход, т. е. отмечается небольшой отрицательный баланс, порядка 100 км3. Наблюдаемый откол айсбергов составляет 1940 км3 [6]. Р. К. Клиге и др. приводят
несколько иную оценку объема поступления айсбергов — от 300
до 1000 км3/год [5]. Вокруг Антарктиды постоянно плавает до
15 000 км3 многолетних и свежих айсбергов [6].
В арктическом секторе океана основная масса льда находится также на плаву. Поставщиком материкового льда является преимущественно Гренландия. Объем попадающих в океан материковых айсбергов, по-видимому, невелик и не превышает нескольких десятков кубических километров [1]. Таким образом, точное количество впервые попавшего в океан
льда остается неопределенным.
Как было установлено автором [7; 8], постоянный вклад в
изменение уровня океана вносят эндогенные поступления воды в
объеме 289 км3/год, или 0,8 мм/год по уровню (рис. 1), образую-
щейся в результате дегидратации низов земной коры, суммарное
Философия и проблемы современной науки
80
проседание которой в астеносферу за последние 70 млн лет составило 8 км. Кроме этого, в структуру уровня должны быть
включены: твердый сток рек в океан — 7 км3, или 0,02 мм/год,
подводный вулканизм — 3 км3, или 0,01 мм/год; потери на фотолиз — 9 км3, или 0,03 мм/год, по уровню. В итоге на долю ледового стока приходится 0,7 мм по уровню, или 253 км3 по объему.
В результате средняя скорость подъема уровня океана на начало
80-х годов прошлого столетия составила (0,8+0,7+0,01+0,02—
0,03) мм = 1,5 мм/год, или 542 км3 по объему.
Рис. 1. Скорость опускания дна Мирового океана и поступление
эндогенной воды в мм/тыс. лет за последние 150 млн лет,
рассчитанные по данным бурения «Гломар Челлинжер»,
полученным на 1985 г. [7]:
1 — вода; 2 — дно; 3 — глубоководные осадки;
4 — древние мелководные осадки; 5 — платобазальты
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]