Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Адмирал Ушаков. Флотоводец и святой

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
06.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
Метакса знал, что главное для него  выполнить за­дание Ушакова, но еще ему нестерпимо хотелось разга­дать загадку этого человека. Ясно было, что он деспот, тиран, но как собрал он под свою руку столь обшир­ные владения, отчего покорились ему многие свободо­любивые племена? Чего он боится? На что надеется? Можно ли иметь с ним дело? Он видел, как опускали глаза жители, которых встречал он, как боязливо жа­лись они к стенам, завидя воинов Али. Одеты они были небрежно и неряшливо. Да и зачем беспокоиться о сво­ей одежде, если у тебя сегодня есть голова, а завтра  нет. Вид их был унылый и обреченный. «Уныние, страх, рабство и убожество, подумал он, оглядывая дома и жителей. Иго, под которым они стонут, полагает врожденную пылкость и гений, заглушает в них все бла­городные способности и погружает в бесчисленное от­чаяние. Нет, нет!  воскликнул он про себя. Счаст­ливый климат и плодородные земли не могут составить блаженство человека, когда достоинство его унижается ежедневно несносною неволею».
Он зашел в церковь святого Харлампия, в которой тус­кло мерцала лампадка и молилось несколько старушек. Он горестно подумал: «Могут ли новейшие греки без душев­ного содрогания вспомнить, что предки их озарили Евро­пу просвещением, оценили ее законами, украсили художе­ствами, тогда как сами они были несчастны, гонимы, уг­нетены, должны томиться в оковах тяжкой неволи...»
Тяжкие думы были прерваны посланцем паши, кото­рый прибежал приглашать его к Али.
 Ну вот, теперь мы одни, и я хочу сохранить твои силы, по-приятельски обратился Тепелен к Метаксе. Вижу, ты изучаешь меня, хочешь узнать истинные помыс­лы мои, доложить своему адмиралу. А я их и не скрываю. Единственно, не все хотел говорить при этом султанском каймакане. Не люблю я их, этих константинопольских гре­ков. Они за деньги кому хочешь служить будут. Вот ты  дру­гое дело, ты честен и искренен и служишь не за деньги, польстил Али. Я знаю, ты худо обедал, тебя рвало, знаю отчего. Знаю все, но я тут совсем не виноват. Превзяне сами навлекли на себя гнев, действуя заодно с французами.
311
Али-паша остановился у телескопа, захваченного в квартире французского консула. Повертел что-то, загля­нул в него с обратной стороны и выругался на слуг:
«Не могут обращаться с хрупкими и мудрыми вещами. Все, за что ни возьмутся, испортят!»
Метакса хотел подсказать, с какой стороны надо смот­реть в телескоп, но вовремя спохватился  этим унизил бы самолюбивого пашу. А Али вдруг из толстого добродуш­ного хозяина, мирно беседующего с гостем, превратился в грозного и неприступного восточного вельможу.
 Адмирал ваш худо знает Али-пашу и вмешивается не в свои дела. Я имею ферман от Порты, коим предпи­сывается мне завладеть Превзою, Паргою, Виницею и Бутринто. Земли эти составляют часть материкового бере­га, мне подвластного. Он  адмирал, и ему предоставле­но право завоевания одних островов. Какое ему дело до нашего берега? Я сам визирь султана Селима и владею не­сколькими его областями. Я ему одному обязан отчетом в моих деяниях и никому другому не подчинен. Али ле­дяным взором обдал Метаксу и твердо закончил:  Я же мог занять Святую Мавру, но увидел, что флот ваш по­дошел, и отступил. А ваш адмирал!  Гневный цвет лица паши в это время сравнялся с цветом его фески. Не до­пускает меня овладеть Паргою! Что он думает... Али не окончил фразы и внимательно посмотрел на посланца Ушакова, как бы выбирая мгновение, чтобы отдать коман­ду для расправы с неверным. Егор собрался, решил окон­чить миссию, а может быть, и жизнь, достойно. И твер­до, хотя и сдержанно ответил:
 Вашему превосходительству стоит только отписать обо всем адмиралу Ушакову и сообщить копию с султан­ского фермана, и он, конечно, сообразится с данными в оном предписании. Адмиралу вовсе не известны предпи­сания касательно берега.
Али-паша завертел зрачками точно так, как его охрани­тели. Метаксе даже показалось, что он заскрежетал зубами.
 Я никому не обязан сообщать султанские ферманы. Не потому, что я чего-нибудь страшусь, я страха не знаю, но я не хочу поссорить турок с русскими. Мне от этого пользы никакой не будет... Я вам это говорю...
312
В голосе Али появилась какая-то неуверенность, и Ме­такса решил ее укрепить.
 Поверьте, ваше превосходительство, но адмирал Уша­ков не имеет сделать вам ни малейшего оскорбления. Напро­тив, он желает снискать дружбу вашу. Но поступка вашего с консулом Ламбросом он терпеть не может и не должен.
Али заходил по комнате, заложив руки за спину. Чув­ствовалось, что он напряженно думает.
 Ламброс виноват кругом. Он же знал, что я напа­даю. Зачем не убрался на острова? Зачем он давал советы французам? В доме Ламброса злодей Христаки проводил совещания с французами. Ламброс  изменник! Он не­достоин ни вашего покровительства, ни моей пощады.
Метакса продолжал пригашивать пожар и раздумчиво втолковывал паше:
 Может быть, неприятели его оговорили. Он, как и все консулы, знал о войне с Францией и тесном союзе России и Турции. И он предуведомлен был о приезде эс­кадр. Зачем уезжать? Он и остался, будучи уверен, что будет уважен, как чиновник союзной державы. Сейчас уже в голосе посланника зазвучало возмущение. А его ограби­ли, он, скованный, сидит на галере. Сей поступок оскор­бляет лично государя императора и всю Россию. Тем са­мым доказывается неприязнь к русским вообще.
Али заволновался. Он прекрасно представил послед­ствия гнева великой державы.
 Неправда! Я русских люблю, я уважаю храбрый сей народ. Вашему князю Потемкину имел я случай оказывать важные услуги. Вот был человек!  с неподдельным вос­хищением воскликнул паша, подняв вверх ладони. Он умел ценить меня. В своих письмах объяснялся, как с ис­тинным другом. Я получал от него драгоценности, подар­ки. Жаль, что их нет со мной, я бы их показал. Али-паша склонился перед Метаксой и доверительно прошептал:  Потемкин был великий, необыкновенный человек. Он знал людей, знал, как с ними обходиться. Ежли бы он был жив, ваш адмирал так бы не поступил со мной.
 Будьте уверены, что князь Потемкин принял бы та­кое же участие в российском консуле, как адмирал Уша­ков. Консул не есть частное лицо, он доверенная особа
313
государя и принадлежит целой России. Кто его оскорбля­ет, тот оскорбляет всех русских.
Паша налил две чашки напитка из стоящего на се­ребряном подносе кувшина и одну пододвинул Метаксе. Устало сказал:
 Хорошо. Я освобожу консула, но адмирал Ушаков должен отступить от Парги и не вмешиваться в мои дела.
 Он не может этого, не подвергая себя гневу импе­ратора. Он обязан защищать паргистов. Ведь они, перейдя от венецианцев к французам, подняли флаг объединен­ных эскадр. Адмирал Ушаков и товарищ его Кадыр-бей не могут не признать их независимыми. Они сами обнародо­вали в своих воззваниях сей призыв. Иначе их почтут ве­роломными.
 Да, я сам оплошал, покачал головой Али. Надо было ускорить взятие Превзы на пять дней. Тогда и Парга была бы моя. Я бы не посмотрел на неприступность ее и атаковал бы с моря. Подумав, доверительно спросил у Егора:  Скажи откровенно, кто у него любимец. Я бы не пожалел двадцать тысяч венецианских червонных тому, кто уговорит адмирала отказаться от Парги.
Имей он дело с посланцем Константинополя, со сво­им соседом, пашой  это возымело бы действие, но Ме­такса лишь усмехнулся:
 Адмирал наш всех равно любит, но особенно тех, кто усердствует в служении императору. Впрочем, я могу уверить вас, что ни один чиновник русский ни за какие деньги не примет на себя такие препоручения и никто не уговорит сделать поступок, противный данной инструк­ции и собственной совести.
Али сокрушенно покачал головой и несколько расте­рянно обратился к Метаксе:
 Что же мне делать? Дай совет.
 Ни возраст мой, ни положение не позволяют мне этого. Вы славитесь умом и примите решение сами. Ясно, вы не захотите из-за Парги поссориться с императором и впасть в немилость у султана. Вам необходимо сблизиться с адмиралом Ушаковым, военное искусство и слава ко­торого вам хорошо известны, отправить Ламброса к рус­ским, примириться с Паргой и приказать своим войскам
314
не причинять ей никакого вреда.
 О, да ты требуешь невозможного.
Али встал, не обращая внимания на Метаксу, заходил из угла в угол. Морщины собрались на его лбу, он кусал губы, ломал в пожатии пальцы, замирал, снова ходил, затем резко остановился перед Егором.
 Консула Ламброса отправлю завтра утром, войска и продовольствие начну собирать, от меня послан и по­дарок, повезет мой ближайший советник Махмут-эфен­ди. Хлопнул по плечу Метаксу и, взглянув в глаза, ска­зал:  Я знаю, сила Ушакова и в том, что он умеет под­бирать верных ему служителей.
«ГЛАВНЫЙ ПУНКТ
ПРЕДПРИЯТИЙ ВАШИХ»
К концу ноября все Ионические острова были освобож­дены от французских войск. Все, кроме Корфу. Взятие дру­гих островов тоже было большой победой. Цепь гарнизонов Директории, вытянувшаяся вдоль Балкан, в любой момент была готова сжаться в крепкое ядро, которое по мановению залихватского Бонапарта могло быть пущено в крепостные стены Константинополя, королевские дворцы Неаполя и даже в не очень-то укрепленную базу русского флота в Ах­тиярской бухте. Сейчас все это уже не могло произойти. Гар­низоны на Ионических островах были разгромлены, на кре­постных сооружениях развевались союзные флаги. На всех, кроме Корфу. А без Корфу победы на островах как бы не шли в зачет. Корфу решал судьбу операции в целом.
Наполеон, безусловно, уже тогда обладал стратегичес­ким талантом* полководца, умел точно оценить преиму-
* А. В. Суворов неоднократно отмечал это. Так, в письме к А. И. Гор­чакову (27.10.1796 г.) он пишет: «О, как шагает этот юный Бонапарт.
Он герой, он чудо-богатырь, он колдун. ...Ему ведома неодолимая сила
натиска  более не надобно... У него военный совет в голове. Прав­да, Суворов предупреждает:  Пока генерал Бонапарт будет сохра­нять присутствие духа, он будет победителем; великие таланты воен­ные достались ему в удел. Но если, на несчастье свое, бросится он в вихрь политический, ежели изменит единству мысли, он погибнет». Как провидчески прав был великий русский полководец!
315
щества и слабые места различных позиций. Это умение и расчет помогали ему выиграть немало сражений и даже операций (вспомним хотя бы знаменитый его сухопутный Абукир, где он вдребезги разбил турок). В конце 1798 года он, конечно, ощущал, что судьба экспедиции в Египте зависит не только от его побед над мамлюками, а и от того, удержатся ли его укрепленные базы на Мальте и на Корфу. Сумеют ли французские гарнизоны устоять против союзных эскадр? Наполеон понимал значение Корфу. Но понимал ли Ушаков? Была ли крепость и остров Корфу с самого начала целью Ушакова? Получив указ Павла I от 25 июля о выходе к Дарданеллам, он знал лишь то, что должен известить Томару, «что буде Порта потребует по­мощи», тогда «содействовать с турецким флотом противу французов, хотя бы то и далее Константинополя случилось». А куда «далее»? Отправляясь в Константинополь, Ушаков еще не знал: Египет, Греция, Италия, Ионические ост­рова, Корфу? А коль так, он не мог увеличить свои воз­можности на все случаи военной судьбы: от морских ба­талий до штурма крепостных стен. Поэтому-то и не оказа­лось с ним ни мощных осадных пушек, ни штурмовых при­способлений, да и продовольствие обеспечивалось лишь на первый период плавания.
7 августа Павел I расширяет «пределы плаванья» до Египта, Кандии, Мореи, Венецианского залива. И, пожа­луй, мысль Ушакова уже работает с этого дня на будущую операцию. По прибытии в Константинополь он сразу зап­росил лоцманов, знающих «все места и пристройки во всем Архипелаге до Сицилии, в Венецианском заливе и до Александрии». Все яснее и четче вырисовывается рай­он действия. Первый драгоман Порты спрашивает в это время мнение Ушакова, «какой лучший план избрать в действиях против французов в Архипелаге, Венецианском заливе и в Александрии». Ушаков к этому времени выра­ботал свой план и ощутил после Абукирского сражения, где надо действовать русской эскадре. Тогда и написал Павлу I, что в ответ на просьбы драгомана «мнение мое объявил им я откровенно».
28 августа «на конференции» с министром и морски­ми чиновниками (то есть собрании высших чинов Пор-
316
ты) Ушаков, «согласуясь с мнением» константинополь­ских правителей, убежденно и твердо, хотя и «с предос­торожностью и надлежащей учтивостью», изложил стра­тегический план действий объединенной эскадры. Вот тогда-то и стал в центре устремлений военной экспеди­ции Ушакова город и крепость Корфу  ключевая база французских сил в Венецианском заливе. Ушаков пони­мает, что с ходу атаковать Корфу нельзя: гарнизон силь­ный, припасов довольно, крепостные стены безупречны. Да и было это в практике военной крайне редко  брать крепость с моря. Он понимает необходимость блокады, которую можно осуществить, взяв предварительно дру­гие острова. Двигаясь в сторону Корфу, Федор Федоро­вич непрерывно проводит разведку, приходит к выводу, что острова «при помощи самих обывателей отобрать можно». Правда, он тут же добавил: «кроме Корфу». Одну треть эскадры Ушаков предназначил для крейсирования и патрулирования, а две трети для блокады крепостей ос­трова и побережья. Под особым надзором держал он Ана­кону, откуда опасался десанта. Для координации деятель­ности русский вице-адмирал предложил установить по­стоянные сношения с Нельсоном. Ушаков в письме вице­адмиралу* описал план своих действий и добавил по собственной инициативе (не всякий бы решился на это, ведь союзный договор с Англией еще не подписан): «...ежели бы потребно наше подкрепление в случае важ­ной надобности, то к спомоществованию мы готовы».
Приближаясь к Корфу и захватывая острова, Ушаков накапливает опыт, ведет агитацию среди населения и со­бирает сведения о гарнизоне и морских силах противника. 29 сентября он пишет капитану 2 ранга Сорокину:
«В Корфу, сказывают, есть два корабля и один фрегат, другие говорят, все три фрегата, а кораблей тут нет...» По­степенно выясняет реальную картину. Даты начала осады называют разные, но думаю, что таковой можно считать 20 октября. Накануне (19 октября) Ушаков пишет в орде-
* Так обращается везде к Нельсону в своих письмах Ф. Ушаков. В. Г. Трухановский же пишет, что вице-адмиралом Нельсон стал в 1801 году «Вопросы истории». 1975. ¹ 8).
317
ре майору Дандри: «Я в завтрашний день иду с эскадрой в повеленный мне путь к островам Кефаллонии, Святой Мавры и Корфу...»
20 октября он отдает приказ капитану 1 ранга Сеня­вину следовать на соединение с эскадрой к острову Кор­фу. В этот же день он отдает приказ капитану 1 ранга Се­ливачеву с кораблями «Захарий и Елисавета», «Богоявле­ние Господне» и с фрегатом «Григорий Великая Арме­нии», а также с кораблями турецкой эскадры следовать к острову Корфу.
Приказ был четок и конкретен. «Старайтесь как наи­возможно приходом Вашим туда поспешить и облегчить его блокадою, чтобы прибавку войск на него и провоз провиантов ни отколь не допустить, старайтесь все к нему приходящее от французов брать в плен, если из Анаконы сделана будет какая-нибудь оному острову помощь, ров­но и то, ежели узнаете в близости находящееся...»
Вице-адмирал требует всякую коммуникацию с оным островом французам пресечь, предлагая действовать по за­конам военного времени: противящихся «наказывать ог­нем и мечом» и брать в плен. Яснее не скажешь.
24 октября «Богоявление» занял северный пролив, дру­гие корабли  южный. Началась блокада.
74-пушечный французский корабль «Женеро» и два других корабля решили прощупать ее прочность: 27 и 29 октября вступили в бой с «Захарием и Елисаветой», а так­же с «Богоявлением». Нападение было лихим, у «Богояв­ления» даже сбило бизань-мачту. Но и русские артиллери­сты стреляли метко, разбили у «Женеро» палубу, расще­пили бушприт. На «Женеро» поняли  свободно разгули­вать вокруг острова больше не придется. Отныне францу­зы плавали только между островом Видо и крепостью.
Ушаков понимал, что для штурма крепости у него не хва­тает сил и средств. Что надо для успешной осады и взятия такой крепости, как Корфу? Конечно, большое количество войск и осадной артиллерии. Но их у русского вице-адмира­ла не было. Нет? Значит, надо достать ее, добиться, приду­мать, как выйти из положения, таков был его постоян­ный принцип, внутренний закон. В этот момент он развива­ет бурную деятельность, пытаясь привлечь к выполнению
318
главной задачи турок, особенно подвластных им пашей на Балканах. К самому влиятельному из них  Али-паше Янин­скому  посылает он личного порученца, лейтенанта Егора Метаксу. Надо собрать войско для штурма. Ведь Порта обе­щала это ему в Константинополе. Но паши не спешат, отде­лываясь обещаниями и льстивыми словами. Ушакова это раз­дражает. «За выражаемую вами дружбу покорно благодарю, отвечает он Али-паше. Я не имею времени объясняться подробно, но тогда дружбу вашу почту совершенною, ког­да войска требованные пришлются, о которых я повторяю мою просьбу ни одного дня не замедлить, также и не пре­пятствовать другим, которые желали к нам войска послать. ...В вашей воле зависит прислать те войска, которые Блис­тательною Портою назначены от ваших детей*, так же и от других пашей, и я предвижу, что за упущением времени может произойти вред невозвратный».
Очень точно выражался Федор Федорович, вред дей­ствительно был «невозвратный». Время штурма затягива­лось, наступала штормовая, ветреная зима.
Блистательной Портой предписано требовать от Мух­тара- и Вели-паши по три тысячи человек. От Скутарийс­кого Ибрагим-паши  пять, паши Авлонского  три. Паши стали войско посылать, Али-паша сразу вторгся в их владения, грабил, разорял, как бы намекая  не спе­шите помогать русскому адмиралу. Сам же с ним вступал в сладчайшие переговоры и тоже намекал: имей дело толь­ко со мной, я хозяин побережья, без меня Корфу не взять. Ушаков еще одного грозного противника не хотел иметь  вел переговоры, старался примирить пашей во имя общей цели: разгрома французов и взятия Корфу. Али-паша из­ворачивается, виляет.
«Переписка его всегда ко мне учтива, пишет команду­ющий эскадрой Павлу I, но на деле верного соответствия незаметно, кроме поманки замысловатых его предприяти­ев». Ушаков видит, что Али-паша «имеет особое намерение, не сходное с нашим расположением», имеет сведения, что тот хочет сделать, перебравшись с войсками, «замешатель­ство и еще что-либо важное». Ну и союзники! Но ведь и без
* Сыновья Али-паши  Мухтар-паша и Вели-паша.
319
них не обойтись. Ушаков действует так, чтобы Али-паша понял: перед ним все понимающий, твердый и решитель­ный человек, который не простит предательства. Приглашает вместе с Кадыр-беем доверенного Али-паши Гасан-эфенди и требует прекратить козни, задержки, сопротивление ука­заниям султана. Гасан стал уверять, что Али-паша пришлет немедленно войска для штурма, «а более того посылать не будет». Это тоже было важно, ибо разнузданное воинство Али-паши вызывало страх и ужас у греков.
Вот так и балансировал в своих действиях Ушаков пе­ред штурмом, стягивая войска и корабли к Корфу и затя­гивая узел блокады.
Понимал, что войск мало, эскадра тоже не мощна, со­бирал силы в единый кулак. 9 декабря подтянулись два фре­гата  «Святой Михаил» и «Казанская Богородица» ка­питана Сорокина, что до того крейсировали у берегов Ро­доса. 30 декабря подошли из Севастополя корабли «Свя­той Михаил» и «Симеон и Анна» под командованием контр-адмирала Пустошкина. Началась осада.
ПРИМЕРКА...
24 октября перед крепостными стенами Корфу прошли русские корабли «Захарий и Елисавета», «Богоявление Гос­подне», «Григорий Великая Армении». Стали поодаль. Яко­ря сбросили. Запахло варевом. Было ясно  не уйдут...
Иван Андреевич Селивачев, что возглавлял весь отряд (турецкие корабли подошли позднее), проводил на берег священника, который вез и сюда послания Константино­польского патриарха. Решил ждать отстровитян: так ли будут рады, как на других островах, эскадре? Гром кано­нады прервал его спокойные размышления. Ядро проска­кало по палубе, разбрасывая в разные стороны щепу, и плюхнулось с противоположной стороны в воды моря. Изящный французский корабль «Женеро» выскочил из­под стен крепости, «поймав ветер», промчался вдоль ли­нии русских кораблей, осыпая их ядрами.
 Великий рискун, однако же, сей французский ка­питан, проворчал Селивачев, отдавая приказ артилле-
320
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]