Что слышит поэт Бродский и поэтика перекличек
.pdf
3.3.Страстьвлияния:остихахизкнигиА. Драгунова«Monologica»(2002) |
161 |
«Осенний вечер в скромном городке…»:
XVII
Когда один в нешумном городке, после отъезда с родины, гуляешь, вдруг понимаешь — жизнь не вдалеке, а где-то рядом, и об этом знаешь уже всю жизнь…
(с. 23)
XX
Холодный вечер в тихом городке… (с. 24)
Осенний вечер в скромном городке, гордящемся присутствием на карте… <…>
Здесь можно жить, забыв про календарь, глотать свой бром, не выходить наружу и в зеркало глядеться, как фонарь глядится в высыхающую лужу.
(3, 28–29)
«Пророчество»:
XIX
Ты можешь дальше жить на берегу — поближе к небу. Небо с облаками, которые не тают на бегу, которые потрогать лишь руками не можешь ты, и ветер на беду
их гонит прочь у нас над головами, стараясь навязать свою игру 61
(с. 23)
Мы будем жить с тобой на берегу, отгородившись высоченной дамбой от континента, в небольшом кругу, сооруженном самодельной лампой.
(2, 125)
«Двадцать сонетов к Марии Стюарт»:
XXI |
|
<…> Но давит осторожность |
<…> Портила не дрожь, но |
иль страх, что утром, может быть, и век |
задумчивость. Черт! Все не по-людски! |
не сможешь разлепить… |
(3, 65) |
(с. 24) |
|
«Einem alten Architekten in Rom»:
XXIV |
|
…и тень земную снова видит глаз… |
В коляску — если только тень… |
(с. 25) |
действительно способна сесть в коляску… |
|
(2, 81) |
61 Здесь возможный источник влияния — стихотворение Бродского «Облака».
162 ГЛАВА3.«ПОЭТДЛЯНАШЕГОВРЕМЕНИ»
Как видим, «Последнее путешествие Иосифа», сочетающее признаки послания и группы текстов in memoriam, содержит ритмические и стилистические отсылки к стихам Бродского, написанным 5 ст. ямбом 62.
Следующее стихотворение открывается строкой, чья предикативная основа (она повторяется в начале финального катрена) воспринимается как цитата:
Я родился и вырос не там, где, наверно, умру.
Отпусти же мне, волжский суглинок, грехи напоследок, чтобы вспомнить в другой географии эту траву,
что горчит на губах и становится в памяти следом
за неспешной водой… География в сумме вещей — лишь желание выжить, не сгинуть за облачным краем,
поселившись однажды в империи, где без затей —
затеряться среди поселенцев с имперских окраин. Океанский простор, птичий клекот и облачный край — дополнение к жизни истории, смысла к бумаге, новых карт к географии… Где там потерянный Рай? До которого выжить хватило бы сил и отваги!
Я родился и вырос… и ты отпусти мне грехи!
мне не выбрать уже ни страны, ни погоста, ни даты
окончания перечня, чтобы закончить стихи,
не сорвавшись до крика, с которого начал когда-то!
(с. 48)
5 ст. цезурованный анапест в сочетании с темами судьбы, жизни и смерти, родины и чужбины вызывает ассоциации со стихами: «Стансы городу» («Да не будет дано / умереть мне вдали от тебя…»), «Письма к стене» («Сохрани мою тень. Не могу объяснить. Извини…»), «Время года — зима. На границах спокойствие. Сны…», «На смерть друга» («Имяреку, тебе, — потому что не станет за труд…»), «Я родился и вырос в балтийских болотах, подле…», «Я входил вместо дикого зверя в клетку…» (в двух последних ощутима инерция анапеста). Из топосов и мотивов Бродского присутствуют: вода, океан, облака, птица, крик,
62 Этот размер с enjambements на фоне усиленной описательности становится у подражателей Бродского знаком чужой поэтической индивидуальности. См., например: Сущий С. Из Ростова. С. 133–136.
3.3.Страстьвлияния:остихахизкнигиА. Драгунова«Monologica»(2002) 163
империя 63, окраина, история, география, бумага, стихи. Узнаваемы метрические фрагменты, играющие роль прямых цитат, пара фраз, реминисценций: «Я родился и вырос не там, где, наверно, умру» — «Да не будет дано / умереть мне вдали от тебя…» («Стансы городу»; 1, 168) и «Все равно я сюда никогда не приду умирать» («Письма к стене»; 2, 21); «География в сумме вещей» — «Впрочем, вряд ли. Изнанка вещей…» («Памяти Геннадия Шмакова»; 4, 60); «мне не выбрать уже ни страны, ни погоста…» — «Ни страны, ни погоста / не хочу выбирать» («Стансы»; 1, 209); «не сорвавшись до крика…» — «…не сорвись на глухой фистуле» («Время года — зима. На границах спокойствие. Сны…»; 2, 210).
Интересен пример парафразирования стихотворения с изменением метра и рифмовки, но сохранением архитектоники:
Не обвиняют разве что — в убийстве
и воровстве. Тюрьма, сума, разлука…
И с передачкой милая подруга сближается со мной посредством мысли.
Мне скоро выдадут нагрудный полосатый трехзначный номер — вызубрю на память, чтоб если и разыскивать руками,
то не его, а свой пиджак измятый.
Я скоро стану поселенцем неба
ибуду в облаках играть в пятнашки, стирать — от скуки — грязные рубашки
исобирать в горсти остатки хлеба.
Я буду в тучах сторожить созвездья
и, может быть, мерцать одной из малых
неярких звезд, чтоб в мыслимых провалах ночного неба — сообщить, что здесь я. Здесь я.
(с. 51)
Его возможный претекст — «Меня упрекали во всем, окромя погоды…»:
63 Строки «…поселившись однажды в империи, где без затей — / затеряться среди поселенцев с имперских окраин» отсылают к «Письмам римскому другу»: «Если выпало в империи родиться, / лучше жить в глухой провинции у моря» (3, 11).
164 ГЛАВА3.«ПОЭТДЛЯНАШЕГОВРЕМЕНИ»
Меня упрекали во всем, окромя погоды,
исам я грозил себе часто суровой мздой.
Но скоро, как говорят, я сниму погоны
истану просто одной звездой.
Я буду мерцать в проводах лейтенантом неба
и прятаться в облако, слыша гром, не видя, как войско под натиском ширпотреба бежит, преследуемо пером.
Когда вокруг больше нету того, что было,
неважно, берут вас в кольцо или это — блиц. Так школьник, увидев однажды во сне чернила,
готов к умноженью лучше иных таблиц.
И если за скорость света не ждешь спасибо, то общего, может, небытия броня ценит попытки ее превращенья в сито и за отверстие поблагодарит меня.
(4, 173)
5 ударный сегментный дольник на основе амфибрахия трансформировался в 5 ст. ямб, а перекрестная рифмовка стала кольцевой. При этом число строк (16) и катренная схема не изменились. Сходны мотивный ряд и поэтическое развитие мысли. Чрезмерность обвинения-упрека сменяется мотивами увольнения в отставку у Бродского и тюремного заключения у Драгунова. Местом обитания лирического «я» становится небо с его облаками, где можно прятаться от грома или «играть в пятнашки». «Под натиском ширпотреба» (Бродский) мятый пиджак дополняется грязными рубашками (Драгунов), чье появление может быть мотивировано семантикой корневой морфемы в слове «пятнашки», производном от «пятнать» — «марать, грязнить». Там, в ночном небе, лирическому субъекту остается лишь «сторожить созвездья» или быть «просто одной звездой».
Стихотворение вырастает из мотивно-образной структуры чужого текста, о чем поэт скорее всего догадывается.
Не буду касаться вопроса о качестве стихов А. Драгунова — это дело критика. Интересней другое: готовность создавать тексты, в которых отчетливо слышен чужой голос. Это объясняется не только тем, что чтение Бродского, как любого автора,
3.3.Страстьвлияния:остихахизкнигиА. Драгунова«Monologica»(2002) 165
входящего в канон, «дает человеку… возможность должным образом распорядиться своим уединением — уединением, итоговая форма которого есть столкновение человека со своей смертностью» 64. Если этот человек еще и поэт, то Бродский способен поразить художественной силой, которая складывается из богатой дикции, эрудиции, яркости стиля. Такому напору поэтической индивидуальности подсознательно хочется подражать.
Удивляет не только верность Драгунова раз и навсегда избранной манере, но и продуктивность письма. Понимание того, что «если ты не пишешь, ты не существуешь» 65, получает количественное подтверждение 66. Сам поэт признавался, что всю жизнь пишет одно стихотворение. То, что этот сверхтекст похож на произведения Бродского, его не смущает, как не смущает нас сходство большого числа русских поэтических текстов со стихотворениями Пушкина. А обещания соответствовать высокой художественной планке автор не давал. Перефразируя пушкинского Импровизатора, можно сказать, что мысль Драгунова выходит уже вооруженная ритмами, синтаксисом, лексикой Бродского. Чужая форма стала для нового поэта единственным и универсальным способом высказывания, сохраняющим признаки эстетического образца и стилистического шаблона.
Закономерен вопрос: чем это отличается от эпигонства? По сути ничем, но эпигонство — болезнь молодых, а Драгунов начал публиковаться еще в начале 1990 х. Он освоил чужую поэтическую технику и стал ее воспроизводить, давно позабыв, кому обязан своим рождением 67. Потом начался процесс самоповтора. За четверть века манера Драгунова не изменилась, вряд ли изменится и его место в литературной иерархии 68.
64Блум Г. Западный канон. Книги и школа всех времен. М., 2017. С. 43.
65Полухина В. «Вектор в ничто»… С. 27.
66В 2017 г. А. Драгунов подготовил и издал в электронном виде семь поэтических книг.
67Вопрос о подражании Бродскому вызывает дискуссии и в отношении более крупных авторов. См.: Бавильский Д. Случай Херсонского: заочный круглый стол, посвященный творчеству одесского поэта Бориса Херсонского. Анкудинов. Губайловский. Иличевский. Топоров. Штыпель // Частный Корреспондент. 2009. 29 сент. (URL: http://www.chaskor.ru/p.php?id=10409 — дата обращения 17.12.2018.)
68Поэт ушел из жизни в январе 2020 г. в возрасте 50 лет.
166ГЛАВА3.«ПОЭТДЛЯНАШЕГОВРЕМЕНИ»
3.4. О подражаниях двум императивным стихотворениям Бродского 69
Пандемия коронавируса и карантинные меры, введенные в России весной 2020 г., актуализировали в массовом сознании стихотворение Бродского «Не выходи из комнаты…» (1970), к которому поэт не относился серьезно 70. Перекличка с Б. Паскалем («Все человеческие несчастья имеют один корень: неумение спокойно оставаться у себя в комнате» 71) и черты затворнического поведения сделали этот текст популярным в период самоизоляции:
Не выходи из комнаты, не совершай ошибку. |
3–1–2|3–1–1 |
Зачем тебе Солнце, если ты куришь Шипку? |
1–2–1|3–1–1 |
За дверью бессмысленно всё, особенно — возглас счастья. 1–2–2–|1–2–1–1
Только в уборную — и сразу же возвращайся. |
–2–2|1–4–1 |
О, не выходи из комнаты, не вызывай мотора. |
–3–1–2|3–1–1 |
Потому что пространство сделано из коридора |
2–2–1|–5–1 |
и кончается счетчиком. А если войдет живая |
2–2–2|1–2–1–1 |
пасть разевая, выгони не раздевая. |
–2–1|–5–1 |
Не выходи из комнаты; считай, что тебя продуло. |
3–1–2|1–2–1–1 |
Что интересней на свете стены и стула? |
–2–2–1|1–1–1 |
Зачем выходить оттуда, куда вернешься вечером |
1–2–1–1|1–1–1–2 |
таким же, каким ты был, тем более — изувеченным? |
1–2–1–|1–4–2 |
О, не выходи из комнаты. Танцуй, поймав, боссанову |
–3–1–2|1–1–2–1 |
в пальто на голое тело, в туфлях на босу ногу. |
1–1–2–1|–2–1–1 |
В прихожей пахнет капустой и мазью лыжной. |
1–1–2–1|1–1–1 |
Ты написал много букв; еще одна будет лишней. |
3–2–|1–2–1–1 |
69Впервые опубликовано: Семиотические исследования. 2021. Т. 1. № 2.
С.75–82.
70По свидетельству В. Куллэ, приводимому О. Лекмановым, Бродский относился к этой вещи как к безделке. Его литературному секретарю А. Сумеркину стоило больших трудов убедить поэта включить стихотворение в последнюю книгу «Пейзаж с наводнением» (1996). См.: «Не выходи из комнаты»: о чем это на самом деле: [в беседе участвуют: Э. Безносов, А. Долинин, Т. Красильникова, С. Кузнецов, Р. Лейбов, О. Лекманов, В. Рогов, Е. Фанайлова], 25 мая 2020 г. // URL: https://polka.academy/materials/700 — дата обращения 09.01.2021.
71Лосев Л. В. Примечания. Т. 2. С. 468.
3.4.ОподражанияхдвумимперативнымстихотворениямБродского 167
Не выходи из комнаты. О, пускай только комната |
3–1–2|–1–2–2 |
догадывается, как ты выглядишь. И вообще инкогнито |
1–4–1–2|3–1–2 |
эрго сум, как заметила форме в сердцах субстанция. |
–1–2–2|–2–1–2 |
Не выходи из комнаты! На улице, чай, не Франция. |
3–1–2|1–4–2 |
Не будь дураком! Будь тем, чем другие не были. |
1–2–1–|2–1–2 |
Не выходи из комнаты! То есть дай волю мебели, |
3–1–2|2–0–1–2 |
слейся лицом с обоями. Запрись и забаррикадируйся |
–2–1–2|1–5–2 |
шкафом от хроноса, космоса, эроса, расы, вируса. |
–2–2–2|–2–1–2 |
(2, 410) |
|
Первая строка превратилась в расхожую цитату, а финальное слово «вирус» заставило вспомнить о том, что поэты — пророки и написанное ими сбывается.
Не остались в стороне и филологи. На следующий день после юбилея поэта при издании «Полит.ру» прошел открытый семинар, посвященный прочтениям этого стихотворения 72. Участники семинара, комментируя текст и предлагая его интерпретации, ничего не сказали о ритмической стороне произведения. Между тем для нас она существенна.
Как видно из схемы, каждая строка распадается на два сегмента-полустишия, которые могут нести два и три ударения. Такой стих, разработанный и освоенный Бродским, получил название сегментного дольника и оставался продуктивным на протяжении почти всего творчества поэта 73. В «Не выходи из комнаты…» строки могут укладываться в правильный дольник («За двéрью бессмы́сленно всё, осóбенно— вóзглас счáстья»), иметь стык ударений («Не выходи́ из кóмнаты! То есть дáй вóлю мéбели»), содержать скопления безударных слогов обычно перед последним иктом («Потомý что прострáнство сдéлано из коридóра»). Если в большинстве строк слышится отчетливый интонационный словораздел, то в некоторых из них мы имеем дело с так называемой квазицезурой — ожиданием словораздела. «Квазицезура — это некоторая потенция, заложенная в стихе, а ее реализация обусловлена авторской и читательской
72«Не выходи из комнаты»…
73Ляпин С. Е. «Сегментный» дольник: к описанию метрических новаций Иосифа Бродского // Вестник МГУ. Сер. 9. Филология. 2011. № 6. С. 36–46. См. также более поздние работы В. Семенова и А. М. Левашова.
168 ГЛАВА3.«ПОЭТДЛЯНАШЕГОВРЕМЕНИ»
стратегиями» 74. Анакруса в «Не выходи из комнаты…» отчасти упорядочена парностью ритмических зачинов во 2 й и 3 й, реже — 3 й и 4 й строках всех строф, кроме пятой; клаузула при сохранении парной рифмовки меняется с женской на дактилическую. Стихотворный размер — преимущественно 5–6 иктный вольный дольник.
Как отметил в упомянутой беседе А. Долинин, по типу высказывания стихотворение Бродского — автоимператив, подобно «Молчи, скрывайся и таи…» Ф. И. Тютчева или «Не позволяй душе лениться…» Н. А. Заболоцкого. Склонность к императивности присуща поэтам, «которые стремятся в лирике к философским обобщениям, к познанию общечеловеческих истин… (Державин, Баратынский, Тютчев, Заболоцкий)» 75. Понятно, что имя Бродского хорошо вписывается в этот ряд. Поскольку поэтический императив обладает «обобщенной семантикой лица, афористичностью, относительной отвлеченностью» 76, в стихах с императивной речью «появляется отголосок хора. Слово и мысль получают необязательный, но возможный ореол объективной истины» 77.
Такую «объективную истину» стремятся донести до читателей непрофессиональные и профессиональные авторы, создавая подражания стихотворению Бродского. Ниже мы рассмотрим примеры таких подражаний, которые складываются в две неравные группы.
Первую группу составляют любительские тексты, размещенные на литературном портале Стихи.ру. Привожу один из примеров с сохранением орфографии и пунктуации автора:
Не выходи из комнаты, Не совершай ошибку…
Не иди по подъезду, Не переступай плитку.
74Семенов В. Полустишия в позднем неклассическом стихе И. Бродского: квазицезура // Studia Slavica. Tallinn, 2010. [Вып.] 9. С. 200.
75Слинина Э. В. Мысль о будущем и императивная форма речи в лирике Пушкина // Проблемы современного пушкиноведения: посвящается семидесятилетию профессора Евгения Александровича Маймина. Псков, 1991. С. 88.
76Мелехова Л. А. Коннотация императива: Автореф. дис. … канд. филол. наук. М., 2012. С. 8.
77Слинина Э. В. Мысль о будущем… С. 88.
3.4.ОподражанияхдвумимперативнымстихотворениямБродского 169
За дверью на улице,
Нет не чего такого…
Чего же ты там не видел? Ты не найдешь иного. Да и если выйти,
Куда ты направишся?
Кругом одни нелюди, Думаешь им понравишся???
Зайди обратно,
Запрись и забарикадируйся… Отключи свой интернет,
Дабы не поймать вируса.
Сядь и закрой глаза, Стань тем, кем другие не были… И пусть этому быть всегда, Пока за окном нелюди… 78
Длинная строка Бродского разделена пополам на стиховые единицы, а сам текст лишен графического членения на строфы. Такая визуальная форма — знак упрощения претекста, придающая новому стихотворению вид традиционного «столбика». Следствием этого становится и упрощение в согласовании конца строк. Рифма связывает (и то не всегда) только четные строки, клаузулы нечетных строк неравносложны: дактилическая оказывается в паре с женской (комнаты — подъезду, на улице — не видел), а женская — с мужской (обратно — интернет). Размер стихотворения — 2–3 иктный вольный дольник, допускающий редкие случаи скопления безударных слогов и более частые — стыков ударений («Дáбы не поймáть ви́руса»).
Книжно-устаревший союз «дабы» читается как стилистическая отсылка к Бродскому, который охотно пользовался этим синтаксическим средством:
…мы сломали Греческую церковь, / дабы построить на сво-
бодном месте… («Остановка в пустыне»; 2, 167); …что, дабы не зажмуривать ей век, / я прикрывал ладонью их… («Шесть лет спустя»; 2, 247); …полу- // безумных лезть под кран, дабы / рассудок не спалила злоба… («Пенье без музыки»; 2, 386); …краб… /
78 Данилов Дали Илья. По мотивам стиха Бродского не выходи из комнаты // URL: https://stihi.ru/2020/04/12/11940 — дата обращения 13.01.2021.
170 ГЛАВА3.«ПОЭТДЛЯНАШЕГОВРЕМЕНИ»
зарывается в мокрый песок с кольцами мыльной пряжи, / дабы
остынуть… («Колыбельная Трескового мыса»; 3, 81); И порою
окунь / всплеснет, дабы окинуть оком / мир («Эклога 5 я (летняя)»; 3, 222) и др.
На связь с текстом-источником указывают лексические цитаты в объеме стихотворной строки, в которую превратилось полустишие Бродского, и риторические вопросы. Один из них акцентирован группой из трех вопросительных знаков («Думаешь им понравишся???»), избыточной для художественной речи.
В содержательном плане тексты также существенно разнятся. Если у Бродского поэтическая мысль представляет собой философское обоснование эскапизма, то у его последователя она фиксирует скорее поведение социопата. При этом состояние мизантропии созвучно признаниям лирического субъекта в «Натюрморте»: «Мне опротивел свет» (2, 422), «Я не люблю людей» (2, 423).
Другое стихотворение, развивающее тему самоизоляции и сохраняющее генетическую связь с текстом Бродского, звучит несколько иначе:
Не выходи из комнаты, не совершай ошибку.
Самоизолируйся и прочь улыбку.
Кругом микробы. Очень страшно. Мой руки. Не живи бесшабашно. Не выходи из комнаты по новому указу.
Мы лучше все умрём, чем разнесём заразу.
Есть стул и стол и телевизор рядом,
но там большим отрядом стращают нас. Как ядом
всё обливают день и ночь.
Не будь дураком. Сиди дома.
До психического синдрома.
Зачем тебе улица? Что там такого? Какое тебе дело до солнышка златого?
А здесь тишина и покой.
Кроме комнаты, всё долой!