Политическая культура как явление общественной жизни и объект социально-политического анализа. Коллективная монография

АСОНОВ Н. В. Истоки традиционной российской политической культуры

симального совершенства, неизбежно переживает период упадка

идискредитации, после чего погибает. Жизненные циклы у каждой политическойкультурысвоиисвойресурсвременисуществования, «привязанный» к периоду существования той социальной системы, в пределах которой она может существовать. Как правило, закат той или иной социальной системы ведет к сворачиванию политической активности господствующей в ней политической культуры и вы- теснению ее другой, соответствующей требованиям новой эпохи, а значит, и новой социальной системы.

Вот почему политическая культура является важным признаком любой социальной системы независимо от того, на каком уровне своего развития она находится. Само наличие сложившихся власт- ных отношений в обществе, принятых к исполнению основной частью его членов, уже есть главное основание возникновения

идальнейшего развития того социального явления, которое Г. Ал- монд характеризовал как политическую культуру. Поэтому данный термин уместно использовать не только, когда заходит речь об исто- рическом развитии государства, но и когда обращают внимание на характер его идеологии, отстаиваемый в политической сфере пред- ставителямивласти, оппозицииирядовымигражданами, находящи- мися на любом из двух этапов своей политической социализации.

Вспомним, что символическими признаками автономной (неза- висимой) политической культуры помимо соответствующих язы- ковых (лингвистических) особенностей, отражающих те или иные политические предпочтения граждан, и эмблематики выступают специфические формы политической организации общества. Сюда можно отнести принятые основной частью общества формы прав- ления, государственного строя, политических отношений и струк- туры власти. Дошедшие до нас различные источники по истории Древней Руси свидетельствуют о становлении и основных этапах развитиянациональныхполитическихученийовласти, государстве

иихвзаимосвязисобществом. Поэтойпричинеисследованиеисто- рии политических учений здесь имеет особую значимость.

Отечественная политическая мысль всегда шла в тесном согла- сии с развитием государственности и была ее идеологической ос- новой. Все изменения, которые происходили на государственном уровне, были напрямую связаны с изменениями в политической мысли Руси, а значит, и в политической культуре. В нашей стране

31

Политическая культура как явление общественной жизни и объект социально-политического анализа

не было реформации, подобной той, что происходила в Западной Европе, поэтому до Петра І никогда так остро не стоял вопрос об отделении высшей светской власти и государства от общества. На- оборот, шел мучительный поиск, направленный на органичное сли- яние институциональной подсистемы общества с окружающей ее социокультурной средой. В основе данного поиска лежали нравст- венные категории и стремление сохранить целостное национальное лицо древнерусской государственности.

Таким образом, возрождение сегодня лучших традиций нацио- нальнойгосударственностиестьусловиеиосновавыживаниятехци- вилизационныхосновтрадиционнойполитическойкультурыРоссии, которые сохранили в себе успешное этнокультурное своеобразие.

Вэтой связи доктрина формационного подхода, свойственная ряду политических идеологий, есть та сила, которая стремится разрушить историческую противоречивость цивилизаций, а значит уничтожить «цветущую сложность», как говорил К. Леонтьев, мировых куль- тур. Ведь данный процесс подчинен философскому закону единства и борьбы противоположностей, отменить который никто не в силах.

Вэтом столкновении сторонников и противников цивилизационно- го и формационного подходов к развитию политических культур за- ключенаглавнаядоктринальнаяпарадигма, затрагивающаяпроблему развития нашей страны. Недавнее публичное несогласие Президента РФ с теми, кто пытается слепо копировать стандарты политической жизни (т. е. культуры) Запада и переносить их на российскую почву, имеет под собой самое прямое историческое обоснование.

Тысячелетнее господство языческой культуры у славян закре- пило в их политической культуре традиции прямой демократии ве- чевого характера. Славянская община и вся система православной монархическойсоборностинаРусисталапроявлениемсущностных черт демократического уклада, вписанного в нормы восточно-хри- стианского права. Этим в первую очередь объясняется их живу- честь, тогда как Запад от них давно отошел.

Если бы славяне до принятия христианства по своему образу жизни были тесно связаны с политической культурой романо-гер- манскихнародов(какотомговорятпредставителиСПСиЯблока)1,

1Митрохин С. Трансформация России: выбор стратегического ресурса. Доклад на юбилей- номсимпозиумеИГПИ. М., 1999. С. 4–9; ГайдарЕ. Т. Долгоевремя. Россиявмире: очерки экономической истории. М., 2005. С. 26

32

АСОНОВ Н. В. Истоки традиционной российской политической культуры

то упадок вечевой демократии у славян должен был наступить уже в эпоху Великого переселения народов и закончиться созданием собственной версии Салической правды где-нибудь в VІ–VІІ вв. Однако этого не произошло. Политические воззрения славян того времени отвергали любую мысль о концентрации решающих властных полномочий в руках наследственного монарха. Это объ- ясняется тем, что славянами четко отстаивалась мысль, согласно которой не только отдельные народы, но и племена имеют право жить по своим законам. Древнейшие известия на данный счет мы находим в византийских документах VІ в. Там сказано, что славя- не «не управляются одним человеком, но издревле живут в наро- доправстве и от того у них выгодные и невыгодные дела ведутся сообща»1. Те же авторы указывают на склонность славян к прямой демократии и умалчивают о существовании у них какого-либо представительного органа власти.

Аналогичныесведениямывстречаемврусскихлетописях: «по- ляне и древляне, северяне и радимичи, вятичи и хорваты имели обычаи свои и законы отцов своих и каждый свой норов. Сами собой владели…»2. Правда, социальные свободы, порожденные такой формой правления, не вели социальную и политическую культуру славян к моральному совершенству. Византийские и оте- чественные источники указывают на достаточно высокую степень безнравственности славян в бытовой и политической сферах. При этомархеологияилетописныйматериалобращаютнашевнимание на то, что авторитарные тенденции в большей мере были прису- щи племени полян, на территории которых находился Киев. Этим фактором можно объяснить причину объединения славян вокруг именно этого города, постепенно ставшего политическим центром сначала полян, а затем всей Руси. Второй причиной объединения с точки зрения политической культуры будет более высокая требо- вательность полян к вопросам социальной нравственности и нрав- ственности во властных отношениях3. Данное обстоятельство, несомненно, повлияло на характер законопослушности полян, так нужный для государственного строительства.

1См.: Свод древнейших письменных известий о славянах (далее СДПИ). Т. 1. (V–VI вв.) /

Отв. ред. Л. А. Гиндин, Г. Г. Литаврин. М., 1994. С. 25, 32–35, 39–41.

2Полное собрание русских летописей (далее ПСРЛ). Т. 2. М., 1997. Стб. 9–10.

3См.: ПСРЛ. Т. 2. Стб. 10.

33

Политическая культура как явление общественной жизни и объект социально-политического анализа

Появление варягов в середине ІХ в. не могло укрепить позиций авторитаризма у восточных славян. Их общественное сознание продолжало сохранять свои политические принципы управления. Но поскольку у полян авторитаризм умел уживаться с вечевой си- стемой власти, удивляться не приходится, что в 882 г. Олег пере- нес столицу Руси из Новгорода в Киев. Представители западно- европейской политической культуры, варяги тяготели к сильной княжеской власти. Но ни одно восточнославянское племя кроме полян не могло дать их вождям даже относительной степени по- литического господства, на которую они рассчитывали. Тогда как сложившиеся у киевлян представления о власти давали им воз- можность не только удержаться на новых для них землях, но и ут- вердить на них свое политическое господство, характерное для их политической культуры.

Распространению принципов авторитарной власти в политиче- ской культуре Руси в ІХ–Х вв. мешала не только вечевая традиция соборности, но и сугубо национальная славянская религия. Она не только не делала человека рабом божественной воли, но даже разрешала ему выбирать себе небесных покровителей, точно так же как он выбирал себе военных вождей. Таким образом, прямая демократия у славян в качестве ключевого элемента их полити- ческой культуры закреплялась и поддерживалась их религиозным сознанием. Усиление авторитарной власти князя могло идти толь- ко в союзе с авторитарной религией, способной доказать, что дан- ный тип политических отношений угоден Богу.

Мы знаем, что на статус государственной религии Руси пре- тендовали православие, католицизм, ислам и иудаизм. Каждая из них оправдывала авторитаризм, обязывая подчиняться воле князя. Принятие православия усилило политическое размежевание Руси со всеми народами, не вставшими на путь восточного христиан- ства. Чем же византийская вера привлекла власть и постепенно купила доверие древнерусского общества, став «визитной карточ- кой» его модернизированной политической культуры? Ответив на этот вопрос, мы поймем, почему отечественная политическая мысльстараласьнетолькоизбегатьновацийвобластисоциальных преобразований, но и развивала в себе дух мессианства, никогда не позволяя смотреть на Русь как на периферию мирового куль- турного пространства. Дело в том, что православие было меньше

34

АСОНОВ Н. В. Истоки традиционной российской политической культуры

всего связано с меркантильными ценностями человеческого мира, который мыслился им как «похоть плоти, похоть очей и гордость житейская».

В иудейской стране не давались широкие социальные свободы для лиц иных религиозных конфессий1. Мусульмане и христиане смотрели на иудеев как на людей, предавших нравственный закон радиматериальнойнаживыипотомуотвергнутыхБогомивнаказа- ние рассеянных по другим странам. Согласно летописи, Владимир на предложение принять иудаизм дал такой ответ: «как вы мните себя учителями, отверженные от Бога и рассеянные. Если бы Бог любил вас и закон ваш, то не были бы рассеяны по чужим землям. Или нам мыслите тоже принять?»2.

Ислам и его политическая культура вроде бы открывали двери всем людям к Богу и не мешали созданию национальных прави- тельств. Однако мусульмане проигрывали христианам спор о нрав- ственности. Призывая к спасению души, ислам попутно тешил плоть, разрешая многоженство, оправдывая роскошь и торговлю. В течение восьми месяцев в году мужчина имел разрешенное Кора- номправовестивойнуипроизводитьграбеж3. Всеэтопривелокот- казу ислама от института высокой духовности в лице монашества. Аскетизмосталсячуждему. Значит, гуманистическиепринципыис- лама не могли оказывать того влияния на власть, которое оказывали принципы христианства.

Сложнее понять причины неприятия католической веры и ха- рактерной для нее политической культуры. Ведь к концу Х в. хри- стианская церковь формально еще оставалась единой. Казалось, надо идти в сторону поднимающегося Запада, а не загнивающей Византии. По мнению Е. Т. Гайдара, разделившего точку зрения В. К. Кантора и Г. Г. Шпета4, «Россия оказалась культурно, рели- гиозно, политически и идеологически отделенной от того центра инноваций, которым во все большей степени становилась Запад- ная Европа. …Следствие – нарастающее ограничение культурного обмена, возможностей заимствования нововведений, подозритель- ность, изоляционизм»5.

1Гумилев Л. Н. Открытие Хазарии. М., 2002. С. 287–308.

2ПСРЛ. Т. 1. М., 1997. Стб. 86.

3Коран. Сура 2, аят 156–189; Сура 4, аят 76–78; Сура 9, аят 29.

4Шпет Г. Г. Очерк о развитии русской философии. М., 1989. С. 28.

5Гайдар Е. Т. Долгое время. С. 264.

35

Политическая культура как явление общественной жизни и объект социально-политического анализа

Объяснение возникновения изоляционизма по отношению к Западу в рамках политической культуры Руси мы находим у ми- трополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна (Сныче- ва): «Если для России Господь наш Иисус Христос, то у Запада бог совершенно иной – это князь мира сего, бог наживы и бес- предельного эгоизма, бог тщеславия и корысти»1. Таким образом, главное отличие между восточным и западным христианством проходило по линии формального и реального служения Богу. Ка- толичество упрощенно решало вопрос спасения души и потому

вглазах православия повторяло предательский путь иудеев. Ведь «западный человек понимает спасение как воздаяние за добрые дела. …Спасение “зарабатывается” им путем добродетельного труда, и тем самым выкупается собственный грех. …И только

вправославии спасение осмысляется как внутреннее перерожде- ние человека, его преображение духовное»2. Поэтому православ- ная социально-политическая культура уводила светскую власть от союза с рынком и укрепляла ее союз с церковью. При этом она вовсе не была противником социальной многополярности мира, как это было характерно для ислама и католичества. Считалось, что добро нельзя навязать извне силой. К добру надо идти только самостоятельно, и тот народ, который не дошел до него, может оставаться на своем уровне духовного развития3.

Имея слабость к индивидуализму и материальному приобре- тательству, политическая культура католицизма в последующем выродится в протестантизм, а он даст свои плоды в виде док- трин социализма, коммунизма и гражданского общества, ут- верждаемого сегодня в качестве положительного образца, обя- занного стать составной частью новой политической культуры России. Между тем, согласно К. Марксу, именно у этой общест- венной модели есть один существенный изъян, связанный с по- ощрением себялюбия в гражданах, от которого тем более не за- страхованы представители власти. Именно «эгоизм воплотился

впринцип гражданского общества, а деньги – ревностный бог Израиля, перед лицом которого не должно быть никакого дру-

1Платонов О. А. Терновый венец России. Тайна беззакония. Иудаизм и масонство против христианской цивилизации. М., 1998.

2Дунаев М. М. Православие и русская литература. М., 1996. Ч. 1. С. 5–6.

3Архиепископ Никон (Рождественский). Православие и грядущие судьбы России. М., 1995.

С. 299.

36

АСОНОВ Н. В. Истоки традиционной российской политической культуры

гого бога, стали всеобщей, в себе самой конституировавшейся стоимостью всех вещей»1.

Быть гражданином Западного мира и вписываться в его поли- тическую культуру стало легко потому, что от тебя ничего не тре- бовалось в плане духовного роста и тем самым шло постепенное нивелирование социальных потребностей до уровня животного ин- тереса к жизни. «Раскройте, – пишет С. Цвейг, – любую книгу из 50 000 книг, ежегодно издаваемых в Европе. О чем они? О счастье. …И если мы оглянемся вокруг, на улицах, в лавках, в низких ком- натах и светлых залах – чего там хотят люди? – Быть счастливыми, довольными, богатыми, могущественными. Кто из героев Достоев- ского стремится к этому? – Никто. Ни один»2. Почему? Потому что для Ф. М. Достоевского как человека, принадлежащего к традици- онной политической культуре России, вся система государственной идеологии, воспитывающей общество и власть, строится на основе православия3.

В контексте православной политической культуры такое соци- альное явление как «свобода» трактуется сообразно двойственно- стибытия. Этозначит, чтосвободабываеткак«отгреха», таки«для греха». Еслисвободадаетсядлягреха, тогдаонаоправдываетлюбые формы политического насилия и вычеркивает нравственность как юридическую категорию. Если свобода дана от греха для спасения нашей души, тогда мы будем думать о том, как быть лучше, не всту- пая в конфликт с существующей системой ценностей. Неслучайно политические и правовые доктрины коммунизма и либерализма из- бавили себя от категории греха как одной из нравственных основ своей политической культуры4.

Иудейская, исламскаяихристианскаяполитическиекультуры, на- оборот, главную социальную задачу власти сводили к помощи чело- веку в спасении его души. Ставка на «диктатуру совести» здесь была обязательна. Всересурсывласти, работасоциальныхиполитических институтовбылиподчиненытолькоэтому. Насколькоонихорошора- ботали, это уже другой вопрос. Но поскольку с данной задачей луч- шевсегосправлялосьправославие, оноибыловыбраноВладимиром

1См.: Мысли К. Маркса и Ф. Энгельса о религии. М., 1927. С. 213–216.

2Линьков В., Саакянц А. Лев Толстой. М., 1994. С. 13.

3Зеньковский В. В. Русские мыслители и Европа. М., 1997. С. 117–120.

4Митрополит Кирилл. Вызовы современной цивилизации. Как отвечает на них православ-

ная церковь? М., 2002. С. 41–43.

37

Политическая культура как явление общественной жизни и объект социально-политического анализа

вкачествегосударственнойрелигииРуси, аегополитическаякульту- ра стала фундаментом всех властных отношений в стране.

Решение главной задачи о спасении души в православии увязы- валось с соблюдением канонов традиционной византийской поли- тической культуры. Считалось, что новации тут безнравственны. Ведь новатор должен поставить свое мнение выше мнения Святых Вселенских Соборов, утвердивших принципы власти и управления. Это рассматривалось не просто как появление индивидуализма, а как бунт против нравственных основ общества, родственный са- танизму. Заострим наше внимание на данном моменте и вспомним, что именно восстанием против решений Вселенских Соборов была вся история политической мысли Запада и его постоянно меняюща- яся политическая культура.

Государство, принявшее христианскую веру, согласно славян- скому просветителю св. Константину, это государство нового типа. Оно государство «Христово». На этом основании в политической мыслиРусивозниклоизакрепилосьпонятие«Святой» или«Белой» Руси – страны, сделавшей добровольный выбор не в пользу мир- ских слабостей, но в пользу духовного преображения.

Подтверждением выше сказанному служит «Устав Владимира», составленныйвконцеХв. Внемполитическаякультуравластиопи- рается на принцип разделения властей, представленных нераздель- ным союзом «премудрой двоицы» в лице «священства» и «царст- ва». Данный принцип был утвержден решениями V Вселенского Собора в VІ в. и предусматривал разграничение социальных пол- номочий и взаимный контроль властей друг за другом. Владимир также соглашался следовать нормам византийского права. Текст до- кумента гласил, что он составлен на основе «первых царских (Ви- зантийских) иВселенскихсемисвятыхсоборов». «Устав» запрещал светским властям «судить суды церковные». Церкви передавалось право судить дела веры, морали, вопросы семьи и брака, торговых мер и весов. Четко определялись социальные группы, подлежащие юрисдикциидуховнойвласти: церковники, врачи, паломники, инва- лиды и отпущенные рабы1.

Логическим продолжением «Устава» явилась «Русская правда», первая редакция которой увидела свет в 1016 г. и была одобрена

1Устав св. Владимира / Священник Алексей (Николин). Церковь и государство. М., 1997.

С. 294–296.

38

АСОНОВ Н. В. Истоки традиционной российской политической культуры

Ярославом Мудрым. «Правда» сумела вобрать в себя почти все от- раслитогдашнегоправа. Приэтомсистематизациястатейстроилась согласно христианской логике того времени не по отраслям, а по социальным группам и слоям. Уголовное, семейное, гражданское право отсутствовало. Вместо них вводилось княжеское, боярское, посадское и крестьянское право. Сам документ носил характер до- говора князя с народом Руси, ибо только в данном случае, согласно соборному принципу православной политической культуры, выс- шая светская власть получала право на легитимность правления. Следовательно, в тот период договорная система стала обязатель- ным, юридически оправданным элементом властных отношений.

Наряду с правовой литературой в ХІ–ХІІІ вв. создавались поли- тические произведения светского и духовного характера, по-своему дополняющие смыл политической культуры Руси. Их авторы учи- ли граждан принципам социально-политической нравственности. Отсюда идет название сочинений подобного рода – «поучительная литература». Древнейшим памятником такой литературы считается «Поучение к братии» новгородского епископа Луки Жидяты, со- ставленное им в 30-е годы ХІ в. Лука звал правителей и подданных «любовь иметь ко всякому человеку, не воздавать злом за зло». По мнению этого епископа, человек не должен жить своим несовер- шенным умом. Судить надо по правде и быть, прежде всего, рабом Бога. «Бога бойтесь, а князя чтите», – призывает автор. Как видим, в данном произведении четко сделан акцент на нравственные осно- вы властно-подданнических отношений.

Ярким произведением той поры стало «Слово о Законе и Бла- годати» митрополита Иллариона (40-е гг. ХІ в.). Вслед за Лукой, автор доносит до читателя важность нравственных принципов для политической культуры Руси. Примером отхода от нравственности у него выступают израильтяне, отказавшиеся следовать гуманисти- ческим требованиям Христа, к которым Он пришел с проповедью о милосердии. Понятие принципа «Закона» у Иллариона противо- поставляется идее «Благодати». Поскольку, согласно митрополиту, власть создает «Закон» для себя, в свое оправдание, то она и дей- ствует на его основе, сообразуясь с интересами собственной вы- годы. Идея же «Благодати» синоним истины. В ее основе находят- ся нравственные постулаты Нового Завета, позволяющие понять, что равными на земле все быть не могут. Мы не равны по степени

39

Политическая культура как явление общественной жизни и объект социально-политического анализа

понимания и делания добра. Власть должна защищать добро, т. е. «Благодать».

«Иудеи, – писал Илларион, – соделывали свое оправдание

вмерцании свечи Закона, христиане же созидают свое спасение

всиянии солнца Благодати. В иудействе тем самым – оправдание, а в христианстве – спасение. И оправдание – в сем мире, а спасе- ние в будущем, поэтому иудеи услаждаются земным, христиане же небесным»1. Поскольку Израиль потерял значение духовно-нравст- венного центра, то, по мысли митрополита, им должен стать Конс- тантинополь – он Новый Иерусалим. Здесь мы видим объяснение геополитической ориентации Руси на Византию и ее политическую культуру. Она центр правильной морали.

Идеяприоритетаморальныхценностейвполитическойкультуре власти была у нас тесно взаимосвязана с формированием института соборности. Данная форма политического управления положитель- но оценивалась Владимиром Мономахом и нашла отражение в его «Поучении», написанном в начале ХІІ в. Ориентируясь на соборные положения, князь призывал к социальной нравственности. Научи- тесь, писалонбудущимправителямРуси, «очамуправлению, языка воздержанию, ума смирению, тела подчинению, гнева подавлению, имей помыслы чистые. Лишаемый – не мсти, ненавидимый – люби, гонимый – терпи, хулимый – молчи, умертви грех»2.

Если говорить о том, почему принцип соборности был так попу- лярен на Руси до Петра и нашел широкое отражение в памятниках отечественной политической мысли, то ответ надо искать не только

вдемократизме славянского уклада жизни, но и в требованиях цер- кви, предъявляемых ею к политической культуре. Законопослуш- ность – один из важнейших ее постулатов. Слушать закон церкви обязан каждый христианин. Утвердившаяся с ІV в. практика созыва Вселенских Соборов, на которых высшие представители светской и духовной власти принимали решения по всем значимым вопро- сам социальной жизни, была постепенно отвергнута католической церковью. На Западе соборность как важный элемент политической культуры начинает отмирать уже с ІХ в., а в 1460 г. папа Пий ІІ во- все запретит всякую апелляцию к Вселенским Соборам. В право- славных странах, наоборот, принцип соборности будет противо-

1Памятники литературы Древней Руси (далее ПЛДР). Вып. 12. М., 1994. С. 600–612.

2ПЛДР. Вып. 1. М., 1978. С. 393, 395, 399, 401, 411.

40