Основы юридической лингвистики. Учебное пособие
.pdfтермина, а не об абсолютной, т.к. изменение значений терминов – неизбежность, возникающая в ходе развития общественноэкономических условий существования права.
Все приведенные выше требования к идеальному юридическому термину касаются лишь терминов права. Однако, учитывая уже упоминавшееся разграничение терминологий права и правоведения, необходимо выявить и специфику определения юристамитерминологических единиц, входящихвподсистемутерминов правовой науки. Характеризуя «язык доктрины» и его отличие от «языказаконодательства», юристыотмечаюттолькооднуегоособенность – наличие большого числа сугубо специальных терминов, в том числе и не ассимилированных латинизмов. Но, очевидно, этим различия между терминологиями права и правоведения не ограничиваются.
3.3. Контекст и его роль в формировании терминологично-
сти языковых единиц. Генетически терминологичность различных языковых единиц в юридической терминологии также связана с возникновением писаных законов. И в этом плане следует отметить диалектическую связь сферы фиксации и сферы функционирования юридической терминологии, а также зависимости/ независимости юридического термина от контекста.
Для терминологии права сфера фиксации – это не только словари, но и тексты законодательных актов. Для многих терминов права единственной сферой фиксации являются кодексы, законы. Сферафункционированиятерминовправа– устнаяречьюристов, а сфера функционирования и фиксации терминов правоведения – научная литература, в которой могут меняться концептуальные характеристики терминов, модифицироваться дефиниции, возникать явления полисемии и т.п. Но это не означает, что термин правоведения становится термином права. Только будучи закрепленным в законе, термин теряет многие характеристики, которые проявляются в юридической научной литературе. Юридические же словари фиксируют только небольшую часть терминов.
Юристы признают, что значение термина чаще всего раскрывается не дефиницией, а контекстом. Контекст «вырывает» слово из общего употребления и превращает его в элемент терминосистемы. В этом заключается определенная зависимость проявления терминологичности от контекста. Между тем, вырвавшись из
31
привычной среды, слово становится обозначением объекта правового регулирования, лишаясь некоторых своих связей с общеупотребительнойлексикойвследствиеутратырядаконнотативных компонентовзначений, присущихемувобщелитературномязыке, атакженекоторыхсинтагматическихотношений. Следовательно, роль контекста в создании терминологичности заключается в диалектической взаимозависимости реализации общесистемных
иконкретных связей между единицами языка.
3.4.Определение границ термина – сложная задача для юри-
дической лингвистики. Один из способов, который с достаточной надежностью позволяет определить границы термина, основан на анализе языкового выражения нормы права.
Юридическая терминология закрепляется в правовых актах, в которых, кроме того, получают выражение различные по своему характеру нормы права – это общеобязательные правила поведения, установленные и обеспечиваемые государством
инаправленные на урегулирование общественных отношений. Норма права имеет довольно сложную структуру и представляет собой совокупность ряда элементов (составных частей нормы), которые обеспечивают ее функциональную самостоятельность. Норма в идеале состоит из трех частей:
1)гипотезы – элемента, указывающего на условия (время, место, субъектный состав и т.п.);
2)диспозиции, определяющей модель поведения субъектов с учетом установленных законом прав и обязанностей;
3)санкции – элемента, часто предусматривающего неблагоприятные последствия для субъекта, реализующего диспозицию (при нарушении нормы).
Классическая модель логической структуры нормы права можетбытьвыраженавязыковойформуле«если... то... аиначе...». Однако не каждая норма права имеет все три указанных элемента. В некоторых формулировках норм выделяются только гипотеза и диспозиция, в других – гипотеза и санкция, в дефинитивных нормах эти элементы вообще не выделяются.
Логично предположить, что ключевые слова или словосочетания, выражающие основу гипотезы, диспозиции и санкции, или определяемая номинативная единица дефинитивной нормы – термины, даже если они употребляются в законе в значении, на
32
первый взгляд, не отличающемся от общеязыкового. Указанные элементы можно вычленить не только в структуре современных законодательных актов, но и в текстах древних законов, что делает такой подход к выделению юридических терминов универсальным для всех периодов развития исследуемой терминологии. Например, в ст. 30 Краткой редакции Русской Правды можно различить гипотезу и диспозицию:
Аже приидеть кровав мужь любо синь, то не искати ему послуха.
Ключевые номинативные единицы гипотезы и диспозиции
кровав(синь) мужь, искати послуха можно совсей уверенностью назвать терминами.
Вст. 29 Пространной редакции Русской Правды, являющейся аналогом вышеуказанной статьи, можно определить все три компонента нормы:
А ПРИДЕТЬ КРОВАВ МУЖ. Аже придеть кровав муж на двор или синь, то видока ему не искати, но платити ему продажю 3 гривны.
Кроме терминов, выражающих гипотезу и диспозицию, выделяется термин для обозначения санкции – продажа.
Словесная формулировка нормы права в тексте современных законов может быть выражена не только условным предложением, однако интерпретация позволяет выявить ее элементы. Например:
«Нарушение пешеходами правил дорожного движения – влечет предупреждение или наложение штрафа в размере 0,1 минимального размера оплаты труда» [Кодекс Российской Федера-
ции об административных правонарушениях].
Вразвернутомвидеэтанормабудетвыглядетьследующимобразом:
«Если пешеход нарушит правила дорожного движения, то он будет предупрежден или на него будет наложен штраф в раз-
мере...».
Вданном примере словосочетание и универбы нарушение пешеходами правил дорожного движения, предупреждение,
штраф, выражающие ключевые понятия элементов данной нормы, – термины.
Кроме терминов права, которые используются в научных текстах, а потому могут считаться общим терминологическим
33
фондом двух подсистем юридической терминологии, в них встречаются номинативные единицы, не употребляемые в текстах законов. Поэтому процедура их выделения должна быть иной. Сфера фиксации и функционирования таких единиц – научный стиль. Особенности научного изложения, логическая стройность и аргументированность предполагают использование приема дефиниции, которая служит средством формирования логики повествования, отправной точкой дальнейшего рассуждения, научного диспута и т.д. Поэтому практически все термины правоведения – дефинированные единицы. Наличие же дефиниции у номинативной единицы свидетельствует о ее включении в искусственно создаваемую иерархическую структуру.
Текст, принадлежащий и к официально-деловой, и к научной сферам выполняет еще одну системообразующую (терминологическую) функцию. При помощи заголовков и рубрик в нем структурируются фреймы, макро- и микрополя. Например:
Механизм правового регулирования
1.Правовые средства: понятие и виды.
2.Правовое регулирование и правовое воздействие.
3.Понятие механизма правового регулирования.
4.Эффективность механизма правового регулирования [Теория государства и права, 1996. С. 559].
Глава 55. Простое товарищество Статья 1041. Договор простого товарищества. Статья 1042. Вклады товарищей.
Статья 1043. Общее имущество товарищей и т.д. [Гражданский кодекс Российской Федерации].
Н.Н. Ивакина отмечает, что в официально-деловом стиле не наблюдается значительного проявления актуального членения предложения, что предопределяет прямой порядок слов, от данного (темы) – к новому (реме). Это очень важное замечание, т.к. отсутствие дефиниций у терминов в законах, например, вос-
полняется определяющим характером ремы, представленной в языковой манифестации диспозиции и санкции, по отношению к теме, которая всегда выражается гипотезой.
Таким образом, контекст в форме письменного текста служит однимизрешающихфактороввформированииявлениятерминологичности в системе языка.
34
3.5. Семантические свойства юридического термина. Ис-
следователи разнообразных разрядов терминологической лексики согласны с тем, что специфику термина необходимо искать преимущественно в сфере семантики, т.к. по своим формальным характеристикам термин, слово и сверхсловные единицы обнаруживают общие свойства (фонетическую оформленность, непроницаемость, лексико-грамматическую соотнесенность у слова и термина-универба, разнооформленность и различную степень сложности у словосочетаний и т.д.). Иногда основой противопоставления слова и термина служит утверждение, что терминологичность как языковое семантическое явление проявляет тенденцию к сближению с логическим понятием.
Специфика семантики термина особенно четко проявляется при сопоставлении позиции слова, когда оно употребляется как терминологически, так и нетерминологически. В этом случае Н.З. Котелова выделяет три варианта такого соотношения:
1)тождество значения слова в терминологическом и нетерминологическом употреблении;
2)более широкое или, что чаще, узкое значение термина по сравнению со значением общеупотребительного слова;
3)терминологическое значение не принадлежит литературному языку.
Следовательно, терминологическое значение часто очень близко общеязыковому, хотя и не всегда тождественно ему. Такое положение особенно ярко проявляется в юридической терминологии и заметно на протяжении всей истории ее формирования при терминологизации слов общего употребления (обида, убий-
ство, драка, небрежность, вещь, ущерб и т.д.).
Восновезначениялюбогознаменательногослова(терминаинетермина) часто лежит одно и то же понятие. Терминологические значения в указанных примерах отличаются от лексических значений слов лишь определенным уровнем специализации. Так, включение слов и словосочетаний, возникших в обыденном дискурсе,
вформулировку норм права в качестве гипотезы, диспозиции, санкции часто, хотя и не всегда, свидетельствует о приобретении ими терминологического значения. Это можно видеть на примере легализации ветхозаветной заповеди в древнерусском праве:
Не стригите головы вашей кругом, и не порти края бороды твоей [Левит, гл. 19, ст. 27].
35
Эта статья в Краткой редакции Устава князя Ярослава была сформулирована следующим образом:
Аже пострижеть голову или бороду, епископу 12 гривен,
акнязь казнить.
Вэтом случае действие, выражаемое глаголом постричи, воспринимается не только как грехопадение, но и как правонарушение, наказуемое определенным образом.
Специфика семантики термина часто понимается как закрепленность его значения в дефиниции. Однако лингвисты, исследующие различные терминосистемы, все чаще приходят к убеждению, что далеко не все терминологические единицы должны обязательно иметь раскрывающую их значение дефиницию. Иногда отсутствие определения у термина называют «нулевой» дефиницией, присущей самодостаточным терминам, т.е. единицам, у которых существенные признаки понятия содержатся в их буквальном значении. Таким образом, подчеркивается, что терминологическое и нетерминологическое значения часто очень близки.
Поскольку юридическая терминология в своем становлении прошла два этапа (донаучный и научный), а также в связи с тем, что в ней имеются дефинированные и недефинированные термины, следует, видимо, признать, что и соотношение терминологического и нетерминологического значений может быть различным, что дает возможность оценивать терминологичность как некотороесемантическоекачество, характеризуемоебольшейили меньшей степенью. Таким образом, вряд ли можно согласиться с тем, что основной формой существования термина является дефиниция. Наличие у термина дефиниции, закрепляющей терминологическое значение за языковым знаком, можно считать лишь более высоким уровнем проявления терминологичности.
Сложный процесс формирования терминологичности языкового знака в юридической терминологии, уровневый характер терминологичности проявляется в характере определений терминов, которые подразделяются на описательные (казуистические), перечневыеиродовидовые. Последниечащеназываютклассификационными.
Определения термина при помощи перечня лиц, действий и т.д. – довольно характерный вид дефиниций для юридической терминологии. Такой способ определения термина свидетель-
36
ствует о расплывчатом характере значения термина, т.к. при этом происходит расчленение понятия. Ср. определение термина вандализмвдействующемУголовномкодексе РФ: «Осквернение зда-
ний или иных сооружений, порча имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах».
Многиетерминывзаконеполучаютописательныедефиниции, особенно часто встречающиеся у составных терминов. Ср.: кон-
фиденциальность полученной сторонами информации – «Если сторона, благодаря исполнению своего обязательства по договоруподрядчика, получилаотдругойстороныинформациюоновых решениях и технических знаниях, в том числе не защищаемых законом, а также сведения, которые могут рассматриваться как коммерческая тайна (статья 139), сторона, получившая такую информацию, не вправе сообщать ее третьим лицам без согла-
сия другой стороны» [Гражданский кодекс РФ].
Примером классификационного определения может служить дефиниция термина допрос: «в уголовном процессе следственное действие, представляющее собой опрос лица по поводу юридически значимых фактических обстоятельств дела». В этой де-
финиции выделяется классификационная сема ‘следственное действие’ и ряд дифференциальных сем, служащих основой видового отличия допроса от других видов судебных действий. Построение определений через ближайший род и видовое отличие считается идеальной формой дефиниции. Такие дефиниции как нельзя лучше соответствуют предъявляемому к значению термина критерию точности.
Таким образом, с семантической точки зрения юридические термины неоднородны. Среди них можно выделить: 1) термины,
обладающие интенсиональным типом значения (сервитут,
наказание), в котором закреплены качества или свойства, составляющие внутреннее содержание слова, т.е. его сигнификация; 2) термины с экстенсиональным типом значения, в котором более четко проступает денотативное значение в силу того, что в нем закрепляется не содержание понятия, а его объем, предопределяемый перечислением объектов.
Несмотря на тенденцию к развитию однозначности, которую следует рассматривать как проявление терминологичности, в современной юридической терминологии отмечается ряд многозначных терминов:
37
законодательство: 1) «один из основных методов осуществления государством своих функций, заключающийся в издании органами гос. власти законов»; 2) «совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения в целом, или один из видов общественных отношений (гражданское З., уголовное З. и т.д.)»;
лицензия – 1) «выдаваемое специально уполномоченным органом гос. управления или местного самоуправления разрешение на осуществление видов деятельности, которые в соответствии с действующим законодательством подлежат лицензированию (напр., банковской, частной медицинской, издательской)»; 2) «разрешение на использование изобретения, промышленного образца, полезной модели или др. технического достижения, предоставляемое на основании лицензионного договора либо судебного или административного решения компетентного гос. органа».
Часто один и тот же термин употребляется с разными значениями в различных отраслях права. Например, термин залог имеет разные значения в гражданском праве и в уголовном процессе, термин заочное рассмотрение дела – в уголовном и гражданском процессе. Такого рода полисемию можно рассматривать как внутрисистемную отраслевую многозначность, ограниченнуюотношениемтерминактомуилииномутерминологическому макрополю, т.е. терминоднозначенвпределаходноготерминологического поля права.
Многие термины права развивают прагматическое значение в сфере функционирования, становясь объектом казуального толкования. Прагматические значениятерминовправоведениясвязаны с их доктринальным толкованием. Однако в сфере фиксации (законодательных актах, кодексах, терминологических словарях) термины права лишены прагматического значения, т.к. толкование, заключенное в них, носит обязательный характер.
Значения ряда юридических терминов могут включать в качестве постоянного компонента идеологический. Так, в русской юридической терминологии в советский период ее развития возник идеологический компонент в значении терминов – классовость понятий. Например, термин государство в советском праве определялся следующим образом: «основной институт политической системы классового общества; осуществляет управление обществом, а в классово антагонистич. обществах
38
используется для подавления классовых противников экономически господствующего класса». Ср. современное определение данного термина в словаре: «определенный способ организации общества, основной элемент политической системы, организация публичной политической власти, распространяющаяся на все общество, выступающая его официальным представителем
иопирающаяся в необходимых случаях на средства и меры при-
нуждения». В данном определении семантический компонент «классовость» исчез. Однако в доктринальном толковании термин государство иногда сохраняет эту сему по сей день.
Сявлением антонимии в юридической терминологии тесно связана проблема модальности, экспрессивности термина. Ряд исследователей склоняются к тому, что термин неэкспрессивен
иэмоционально нейтрален, другие приводят доказательства того, что данный признак лишь желаемый.
В терминосистемах часто встречаются термины, образованные на основе метафорического переноса. Обычно такие термины проникают в терминологии из системы общеупотребительной лексики в разные периоды их формирования. Ср. технические термины: стакан, палец, хвост. Однако, войдя в терминологию, подобные слова развивают устойчивые связи с другими терминами, и для специалистов, пользующихся ими, они становятся названиями специальных понятий и теряют образность и экспрессивность. Юридический термин принципиально не может быть экспрессивным, т.к. право, в лице его представителей, которые должны быть беспристрастными, выступает в роли верховного арбитра между добром и злом, правомерным и противоправным. Речьзаконодателя, текстзаконарассчитаныпреждевсегоналогическоевосприятие, аненаэмоции. Темнеменее, однаизфункций права – оценка явлений правовой действительности и действий, совершаемыхлюдьмивобществе. Право, законвсегдаоценивают действия, поступки индивидов по линии: правомерные/неправомерные (противоправные), проще – по линии: хорошо/плохо, или опасно/не опасно (для общества в целом, для законопослушного индивида), большой (ущерб)/незначительный. Поэтому в ряде правовых терминов присутствует оценочность, т.е. только один из видов коннотации.
Такимобразом, семантикатерминаобнаруживаеткаксходство, так и отличия от семантики слова общего употребления. Терми-
39
нологическое значение – один из типов лексического значения, в основе которого лежит формальное понятие. В терминологии происходит сужение экстенции слова как за счет специализации его значения, так и вследствие ограничения значения слова в составе полилексемных терминов (принудительное отчуждение,
процедура вынесения вердикта). Значения ряда юридических терминов включают идеологический и оценочный компоненты. Тенденция к однозначности не исключает наличия в юридической терминологии многозначных терминов.
3.6. Системные отношения в языке и специфика их проявления в юридической терминологии. В исследованиях по терминологии иногда отмечалось, что терминологичность обусловлена качественно иной организацией системы терминов по сравнению с лексической системой языка. Для выявления справедливости этого утверждения по отношению к юридической терминологии рассмотрим специфику проявления в ней системных отношений. Юридической терминологии присущи все виды системных отношений, выделяемых для лексики общего употребления.
Парадигматические отношения в ней проявляются в раз-
личного рода оппозициях:
1)формальных (воровство – отцовство: одинаковые по форме, но передающие разные деривационные значения суффиксы);
2)семантических (дознание – экспертиза: виды следственных действий);
3)формально-семантических (страхование – перестрахова-
ние: виды правомерных действий).
Взависимости от характера формальных и семантических компонентоввюридическойтерминологии, какивлексикеобщего употребления, отмечаются и другие виды оппозиций.
Оппозиция тождества представлена омонимами и абсолютными синонимами. Примеры омонимии: отвод – «отведе-
ние в пользование земельных участков», отвод – «устранение от участия в деле лично заинтересованного в нем судьи, прокурора
ит. п.», а также ряд других терминологических омонимов. Однако следует отметить, что омонимия в юридической терминологии устраняется путем создания полилексемных единиц, в которых базовый термин уточняется другими словами. Так, указанные
40