Основы юридической лингвистики. Учебное пособие

неосознанно, одним лицом или несколькими; в качестве самостоятельного действия или в связи с другими. Эти и другие проявления поведенческого фактора (например, мотив, место, способ совершения действия, особые свойства объекта посягательства

или иного действия и т.п.) являются внеюридической действительностью, которая, однако, находит отражение в нормах права, теории науки, воплощается в различных принципах, институтах

инормах. Деятельность людей может принимать индивидуальную и коллективную формы, что приводит к выделению крупных классов физических и юридических лиц, обладающих определенными правами и обязанностями. В своей деятельности человек руководствуется не только разумом, но и чувствами, эмоциями

(ср. термины: необходимаяоборона, крайняянеобходимость, явка с повинной; убийство, совершенное в состоянии аффекта; причинение смерти по неосторожности, оставление в опасности).

Социально-экономические факторы развития общества.

Социально-экономические факторы взаимозависимы как базис

инадстройка, что делает практически невозможным разграничить сферы их проявления. Все они одновременно воздействуют на формирование правовых норм, определяют особенности различных типов и систем права. Однако условно можно выделить отдельные их виды.

Экономические факторы связаны с появлением и развитием хозяйства производящего типа, с появлением некоего избыточного продукта, годного для обмена, с дальнейшим развитием натурального хозяйства в товарное, развитием средств производства, которые усложняли правоотношения людей в обществе. Так, уже

вРусской Правде есть ряд статей, определяющих юридическое положение купца и его денежных и товарных операций, что отражено и в терминологии того периода: купля – торговля, гостьба – торговля, осуществляемая купцами, приезжающими из других городов, товар, чюж товар испортити.

Экономические факторы на протяжении всей истории были мощнымсистемообразующимначалом, пронизывавшимвсютерминосистему и оказавшим влияние практически на все понятийные поля. Например, термины, появление которых связано с воздействием экономического фактора, можно обнаружить в любой современной отрасли права: подавляющее большинство терми-

нов гражданского права (договор, кредитование, подряд, пере-

11

возка, кредит, заем, коммерческая концессия), термины уголовного права (воспрепятствование законной предпринимательской деятельности, незаконное предпринимательство, незаконная банковская деятельность), экологического права (экологически обоснованное размещение производительных сил, экологически безопасные условия развития промышленности/ сельского хозяйства/ энергетики/ транспорта и т.д.), трудового права (коллективный договор, рабочее время, время отдыха). Этот список можно продолжать до бесконечности.

Одним из социальных факторов является этнографический. Еговыделениеоснованонаучетевзаимодействия, взаимногопроживаниянаоднойитойжетерриториипредставителейразличных национальностей, особенностей материальной, общественной и духовной культуры и культурно-исторических традиций.

Так, еще в Русской Правде определялся статус иностранцев. Терминами, обозначавшими иностранцев вообще, были, ставшие

вРусской Правде абсолютными синонимами, этнонимы варяг и колбяг, которыми обозначались все иностранцы, независимо от их национальной принадлежности. Данные термины были выбраны законодателем в силу того, что варяги и колбяги чаще, чем другие иностранцы, служили князю.

Необходимость определения статуса иностранцев как отражения этнографического фактора привела к появлению такого понятийного ряда, как иноземец, иностранец (XVIII в.), современных терминов иностранные граждане, двойное гражданство и др.

Этнографический фактор способствует адаптации понятий, выраженных иноязычными терминами, в русской национальной терминологии права и правоведения. Этот фактор имел большое значение и в советский период развития юридической терминологии. Например, в уголовном праве существовал ряд терминов,

объединяемых родовым: преступления, составляющие пере-

житки местных обычаев. Данные преступления расценивались как проявление патриархально-родовых и феодальных обычаев

всфере семейно-бытовых отношений, как нарушение принципа личной свободы и равноправия женщин с мужчинами, который был закреплен в Конституции СССР. Видовыми терминами этого ряда были такие: уклонение от отказа применения кровной мести в отношении убийцы и его родственников, уплата/принятие выкупа за невесту деньгами/скотом/имуществом, принужде-

12

ние женщины к вступлению в брак/продолжению брачного сожительства, воспрепятствование женщине вступать в брак, похищение женщины для вступления в брак, двоеженство или многоженство.

В советскую эпоху этнографический фактор породил специфическую номенклатуру – наименования административнотерриториальных единиц в составе СССР, поскольку админи- стративно-территориальное деление было проведено на основе ряда факторов, важнейшим из которых был учет национального состава и особенностей быта населения: Грузинская ССР, Азер-

байджанская ССР, Узбекская ССР, Татарская АССР, Башкирская АССР, Каракалпакская АССР и т.д. В этом случае действие этнографического фактора подкреплялось фактором географическим, тем, что народы бывшего СССР занимали определенное географическоепространство. Национальнаяосновасохранилась и в административно-территориальном делении современной России.

К категории социальных факторов можно отнести также уча-

стие индивидов в развитии культуры, искусства, науки и тех-

ники. Так, ряд терминов изобретательского и авторского права связан с действием этого фактора (авторский договор, расчеты за научно-техническую продукцию, права обладателя авторского права, договор о передаче ноу-хау).

Каквидим, некоторыефакторыдействуюттольковопределенный период развития юридической терминологии. Предыдущий фактор действует в период современной системы права. Однако есть факторы, которые отмечаются только в начальные периоды формированиятерминосистемы. Например, отражениевсисте-

ме права поверий, суеверий людей отмечалось только на ранних этапах формирования терминологии права (волхование, чародей-

ство, зелеиничество).

Фактор демографический действовал в русской юридической терминологии с древних времен. Еще в Русской Правде на основе демографического фактора появляется номенклатура лиц, обозначающая жителей разных частей государства: русин – 1) житель Киевской Руси; 2) горожанин; словенин – 1) житель Новгородской земли; 2) селянин. В данном случае обнаруживается комплексное взаимодействие географического и демографического факторов.

13

Идеологический фактор также обусловливал на протяжении всей истории развития юридической терминологии системные отношения в различных группах терминов и отраслях права. Например, состав современных терминов, обозначающих пре-

ступления (преступления против государственной власти, государственная измена, вооруженный мятеж, публичные призывы к насильственному свержению конституционного строя, возбуждение национальной/ расовой/ религиозной вражды).

Особенно явно действие идеологического фактора отмечалось в период коренной идеологической ломки после Октябрьской революции. Ср., например, характер терминов, обозначавших преступления (а) и наказания (б) в первые годы советской власти:

а) контрреволюционный мятеж, пособничество контрреволюционным организациям, контрреволюционный саботаж, антисоветская агитация;

б) объявление виновного врагом народа, запрещение выступать на собраниях, объявление под бойкотом и т.п.

Социально-экономический и сопутствующие ему факторы обусловливают и номенклатуру должностных лиц, органов государственной власти и т.д. Появление и исчезновение терминов, называющих определенные понятия, также может быть вызвано действием данных факторов. Так, после Октябрьской революции в связи с отделением церкви от государства потеряло свою силу церковное право, а с ним исчезла и большая часть терминов

(ересь, раскол, богохуление, епархиальное судопроизводство).

С действием социальных факторов часто связано и изменение значений терминов, оценочность в значениях терминов. Рассмотрим, например, дефиниции термина преступление в словарях, отражающихразличныеисторическиепериодыразвитиярусского языка: «нарушение, преступление, грех, грехопадение» (древнерусская терминология); «общественно-опасное деяние (действие или бездействие), посягающее на личность, конституционный строй РФ, а также на иные охраняемые законом объекты» (современная юридическая терминология).

Указанные факторы предопределяют характер связи юридической терминологии c определенными словами и группами слов общеупотребительной лексики. То есть по отношению к лексике общего употребления и другим терминосистемам данные факторы можно уподобить центростремительным силам, притяги-

14

вающим к терминологии лексику определенной семантики. Рассмотренные факторы не только объясняют прошлое и настоящее состояние терминосистемы. На основе их знания можно прогнозировать и ее будущее, хотя вполне возможно возникновение новых факторов и ослабление или полное прекращение действия уже установленных (ср. указанное выше ослабление действия некоторых этнографических факторов).

Исследованныефакторыхарактерныкакдлятерминологииправа, так и для терминологии правоведения. Однако вследствие уси- ленноговоздействиягносеологическихиспециально-юридических факторов, которые будут рассматриваться далее, на терминологию правовой науки, большое число понятийных микрополей интегрируется в более крупные группы, что способствует изменению их семантики и усилению признака терминологичности.

Гносеологические факторы. К таким факторам можно отне-

сти формирование классификаций терминов и понятий, оценочность значений.

Классификация. Система понятий и терминов формируется под воздействием классификационной деятельности, которая направлена на выявление более общего и частного на основе типизации и дифференциации явлений и понятий. Классификация является одним из наиболее важных и универсальных методов познания. Поскольку любое явление действительности представляет собой совокупность различных компонентов, которые находятся во взаимодействии, то цель классификации – установление взаимосвязей между отдельными явлениями действительности на основе общности или различий составляющих их компонентов. Расчленяя и объединяя части, стороны предмета на основе анализа и синтеза, представитель той или иной отрасли знания оперирует терминами, тем самым организуя понятия в четкую классификационную схему.

Поскольку, как уже отмечалось, следует различать терминологию права и терминологию правоведения, необходимо отметить и особенности истории развития классификации понятий в обеих подсистемах юридической терминологии.

На первых этапах развития терминологии права классификационнаярользаконодателя, хотяиявновыраженная, быланаправлена прежде всего на выделение понятий линейной соположенности, а не иерархических отношений между ними. Тенденция

15

к выделению единиц, объединенных только одноуровневыми связями, была заметна на протяжении длительного периода развития терминологии права (до XVII в.). Например, долгое время для терминов истец и ответчик не было родового термина, способного объединить эти две номинативные единицы.

Однако уже в начальный период формирования терминологии права возникают иерархические отношения между терминами, которые представляют собой более высокий уровень классификационного обобщения предметов и явлений действительности. Таксономическая глубина существовавших в древнерусском праве иерархически организованных групп терминов невелика:

казнь

Правовые научные понятия – это содержательные, предметные образы, воспроизводящие в мышлении объективность реальных процессов правовой действительности. Они выражают правовую качественную определенность процессов и явлений этой действительности. Правовые категории представляют собой предельные по уровню обобщения абстрактные понятия теории правоведения. Например, одной из наиболее важных правовых категорий является система права, которая далее в логическом плане развивается в понятиях: предмет правового регулирования, метод правового регулирования, институт права, комплексный институт права, отрасль права, подотрасль права.

При дальнейшей классификации понятие, выраженное термином институт права, представлено следующим онтологическим уровнем понятий, в которые входят институты различных отраслей права: гражданского (собственность, поставка, купляпродажа, дарение), трудового (трудоустройство, заработная плата, рассмотрение трудовых споров). На этом онтологиче-

ском уровне некоторые термины, обозначающие понятия, входящие в институты разных отраслей права, начнут повторяться, поскольку в праве существуют межотраслевые институты. Следовательно, другой вид возможной классификации институтов

16

может быть отражен дихотомией: отраслевые институты – межотраслевые институты. Последние, например, могут быть представлены терминами: охрана труда (институт трудового, административного, сельскохозяйственного права), конфискация (в гражданском, уголовном, административном праве) и т.д.

Такоеразличиевклассификациипонятийобусловливаетвыделение терминологии общеправовой, отраслевой, межотраслевой. Общеправовая терминология фиксируется в текстах Конституций, Основ, кодексов. В нее входят обобщенные термины, принадлежащие всем отраслям права, и единообразно применяемые

(права и обязанности граждан, их неприкосновенность, юридическая сила закона, ответственность, органы государственной власти, судопроизводство, народный депутат и т.д.).

Отраслевая терминология принадлежит той или иной отрасли и выражает понятия отраслевых институтов (уголовного права, гражданского права, уголовно-процессуального или гражданскопроцессуального права и т.п.). Межотраслевая терминология отмечается в различных нормативных актах при регламентации разнородных общественных отношений. Каждый межотраслевой терминдолженбытьоднозначнымвпределаходнойотрасли, хотя в другой он может иметь иное значение.

Оценочность понятий. Довольно большой массив юридических понятий можно разбить на два класса, выражаемых в правоведении терминами стимулы и ограничения. Такое разделение юридических понятий отражает социально значимую оценку явлений, действий и т.д., а сама оценка «навязывается» законодателем членам общества и может не совпадать с их реальными интересамииповедением. Однаковнутриэтихдвухклассовтерминов также возникают родовидовые отношения. Например:

стимулы

дозволения льготы поощрения

Оценочные понятия считаются объективно необходимыми в процессе правового регулирования, т.к. они часто задают определенную степень стабильности регулятивной функции. При по-

17

добном подходе оценочными признаются понятия, выражаемые,

например, терминами особо опасное преступление, хищение в особо крупных размерах.

Большинство терминов, обозначающих преступления и образованных путем переосмысления слов общего употребления, являются носителями морально-этической оценки. Особенно многочисленны такие термины в начальные периоды формирования терминологии права, т.к. на этих этапах право прежде всего определяет (оценивает), какие из действий, совершенные людьми, являются вредными и опасными для всего общества, для определенных социально-экономических групп и классов, а также отдельных членов общества. Возможность моральноэтической оценки в праве возникает из-за тесной связи морали

иправа вообще. Независимо от существующего строя, в любом обществе есть универсальные, непреходящие ценности: жизнь, честь и достоинство. Именно поэтому в определенной части моральная и правовая оценка действий и поступков лиц

вобществе совпадают. Такая оценка отмечается у терминов

безчестие, грабеж, еретичество, зажог, перевет, чародеяние (XI в.); измена, неправда, недружба (XIV–XVII вв.); халатность (ХХ в.).

Моральная и юридическая оценка, как уже указывалось, мо-

гут не совпадать. В качестве примера можно назвать результат терминологизации слова наказание, при которой отрицательная общеязыковая коннотация изменилась на положительную, т.к. термин наказание обозначает правомерное действие.

Оценочность терминов часто обусловлена идеологическим фактором. Особенно много подобных единиц отмечается в начальные периоды развития терминологии права при дифференциации социально-экономических групп, с одной стороны (боя-

ре великие, бояре меньшие, люди княжи, люди молодшие, люди свободные, люди черные), при дифференциации маркированных по половому признаку номенов (жены великих бояр, жены городских людеи, жены простой чади и т.п.), с другой. В этих примерах оценочность обусловлена социально и идеологически

иподкрепляется градацией системы штрафов, взымаемых за преступления, совершенные в отношении перечисленных лиц.

Оценка в терминологии права может быть обусловлена и только одним классификационным фактором. В этом случае она фор-

18

мирует степень качественной характеристики, обусловленную потребностями классификации: преступление – особо опасное преступление, вред – существенный вред, ущерб – значительный ущерб. Наличие таких терминов зависит от того, что в задачи правоприменителя входит не только констатация факта, но его оценка.

Таким образом, внешние факторы развития юридической терминологии многообразны. Все они влияют на структуру, семантику и системную организацию этой терминологии.

ЛИТЕРАТУРА

Ахманова О.С., Панфилов В.З. Экстралингвистические и внутрилингвистические факторы в функционировании и развитии языка // Вопросы языкознания. 1963. № 4.

БаранниковаЛ.И. Квопросуосоотношениисоциологического и собственно лингвистического аспекта в исследовании языка // Вопросы методологии и методики лингвистических исследова-

ний. Уфа, 1966.

Будагов Р.А. Язык – реальность – язык. М., 1983.

Власенко Н.А. Основы законодательной техники : практическое руководство. Иркутск, 1995.

Волгина Е.В. Гендерные проблемы терминоведения : учеб. пособие. Саратов, 2008.

Гамперц Дж. Дж. Об этнографическом аспекте языковых изменений // Новое в лингвистике: Социолингвистика. М., 1975.

Вып. VII.

Грацианский П.С. Десницкий. М., 1978.

Журавлев В.К. Внешние и внутренние факторы языковой эво-

люции. М., 1982.

Коготкова Т.С. Из истории формирования общественнополитической терминологии (по материалам последних десятилетий XIX в.) // Исследования по русской терминологии. М., 1971.

Колшанский Г.В. Соотношение субъективных и объективных факторов в языке. М., 1975.

Крючкова Т.Б. Особенности формирования и развития об- щественно-политической терминологии. М., 1989.

19