Неизведанные грани наказания и тайны его бытия («Учение о нечеловекотворности наказания»)

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

инизкой поведенческой культуре. Какое соразмерное, законное и справедливое наказание может вынести такой судья?

Глядя правде в глаза, честно признаем, что ситуация с подготовкой судей у нас в стране усугубляется неуклонно падающим уровнем обучения, главная причина которого, как мы считаем, — низкие зарплаты преподавателей вузов. Нам, преподавателям вузов

иучёным-правоведам, хорошо запомнилась откровенная и честная фраза, произнесенная академиком РАН, ректором МГЮА, профессором О.Е. Кутафиным еще в середине 2000-х годов: «Почему в России доценты и профессора юридических вузов получают зарплату в три, а то и в четыре раза меньшую, чем судьи, прокуроры и следователи, которых без первых просто бы не было?» Прошло уже более 15 лет, а «воз и ныне там».

Обращая внимание на не до конца осознанные специалистами пенолого-криминологические «заряд» и «потенциал» бессмертного произведения Ф.М. Достоевского — роман «Преступление и наказание», профессор Х.Д. Аликперов справедливо говорит о том, что «свет на некоторые тайные закоулки бытия наказания, пусть и слабый,можетпролитьхудожественнаялитература,вкоторойпроблемы преступления и наказания являются перманентным предметом анализа». Скажем более: не только литература, но и кинематограф, и музыка,итеатр,идругиевидыискусствадолжныбытьзадействованыв этом отношении. Отнюдь не случайно то, что в эпицентре сюжетной композиции культовой песни легендарной группы Queen «Богемская рапсодия», признанной экспертами Universal Music Group самой популярной песней в мире за весь XX век, находится тема преступления и наказания, а именно — исповедь убийцы. Примечательно, что данная песня основывается на сюжете экзистенциальной повести Альбера Камю «Посторонний», которая, в свою очередь, занимает первое место в списке «100 книг ХХ века» по версии французской газеты Le Monde.

Можно сказать, что в мировом искусстве и художественном творчестве главенствуют три извечные темы — любовь, смерть и, конечно, преступление и кара. Именно эти три вопроса наиболее волновали и волнуют человека, а потому образуют триаду самых популярных творческих жанров и сюжетных направлений. Причём не только на страницах литературных шедевров, но и в жизни, они

81

Х.Д. Аликперов

очень часто переплетаются в биографиях величайших злодеев и преступников, когда-либо живших на Земле…

Известно, что грозный, жестокий и беспощадный «бич божий» Аттила, «купавшийся в крови», наводивший ужас на народы Евразии и отличавшийся любвеобильностью, скончался в момент любовных утех с представительницей одного из покоренных им германских племен (предположительно, был умерщвлён путём действия (заколот или задушен) либо бездействия (она не помогла ему, когда у него, пьяного и сонного, из носа, как это бывало и раньше, пошла кровь, которой он захлебнулся); возлюбленная Адольфа Гитлера немка Ева Браун, сочетавшаяся законным браком с фюрером 29 апреля 1945 года, уже на следующий день «составила компанию» главному преступнику XX столетия в деле самоубийства и избежания праведного возмездия; последовать примеру Гитлера и Браун не успели (или не захотели) верные супруги Николае и Елена Чаушеску, которые в 1989 году были расстреляны (в эту чету было выпущено не менее 30 пуль) по приговору военного трибунала за многочисленные преступления, совершённые в отношении румынского народа.

Рассуждая о том, что «у Достоевского кара показана в виде бесконечных душевных страданий и мук, отравленные стрелы которых мучительно больно вонзились в подсознание Раскольникова», Х.Д. Аликперов делает интересный и примечательный вывод о том, что этот пример из романа Ф.М. Достоевского «как бы стучится в дверь современного криминолога и безмолвно призывает его осознать, что без предварительного ответа на подобные проявления бытия наказания невозможно в полной мере уяснить его сущностные черты, открыть ряд запертых врат феномена наказания». Далее он приводит не менее удачный пример с рубашкой Несса, погубившей, как известно, изменившего своей жене Геракла. Этот древний мифологический сюжет и подобный ему центральный сюжет «Царя Эдипа» Софокла, видоизменяясь, дополняясь и усиливаясь по мощи художественного восприятия, воспроизводились в мировой литературе тысячелетиями: мы находим их и в «Фаусте» Гёте, и в «Шагреневой коже» Бальзака, и в «Портрете Дориана Грея» Уайльда. Любопытно, что, комментируя последний, Оскар Уайльд подчеркивал: «Каждый человек видит в Дориане Грее свои собственные

82

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

грехи. В чём состоят грехи Дориана Грея, не знает никто. Тот, кто находит их, привнёс их сам».

Эти величайшие произведения указывают нам на то, что возмездие за любое сознательное зло неизбежно и неотвратимо, что за все поступки рано или поздно приходится расплачиваться, так как воздаяние (наказание, кара, возмездие) составляет один из законов бытия и мироздания, подобно основным законам физики, и задача современных криминологов и пенологов, подобно физикам и математикам — Архимеду, Ньютону, Галилею, доказать этот закон, облечь его в понятную всем формулу. Задача непростая, но Х.Д. Аликперов уже вывел нас на эту тернистую и полную оврагов дорогу, и ретироваться, капитулировать и отступать нам нельзя.

83

Г.С. Курбанов

(Баку, Азербайджанская Республика) 1

Десять гипотез, указывающих пути к истокам наказания

На суд криминологической общественности представлены узловые положения концепции нового учения о неизведанных гранях феномена наказания, разработанного профессором Х.Д. Аликперовым, в которых даны принципиально новые ответы на многие старые вопросы теории наказания.

Несомненно, эта масштабная научная доктрина, вносящая кардинальные коррективы в наше представление об истоках наказания, нацелена на будущее и адресована криминологам завтрашнего дня.

Я не оговорился. Именно криминологам завтрашнего дня, так какмногиепредставителисегодняшнейплеядыпреступностиведов, скорее всего, не смогут воспринять этот Органон познания наказания в силу укоренившихся правовых воззрений и парадигм в рассматриваемой сфере. Поэтому, возможно, заклеймив выдвинутые гипотезы, они отметут их с порога. При этом причиной невосприятия предложенного концепта, как обычно, станет сакраментальный аргумент чеховского персонажа Василия Семи-Булатова — «этого не может быть, потому что этого не может быть никогда».2

Однако, как видно из содержания тезисов доклада, в нём достаточно внятно показано, что «то, что быть не может, со временем может быть». Ведь, как говорится, «всё течёт, всё меняется», в силу чего нет ни одной вечной формы, так как любая из них рано или поздно разрушается и заменяется новой. Словом, чтобы понять суть выдвинутых Ханларом Джафаровичем гипотез, являющихся, на мой взгляд, сингулярностью новых подходов к теории наказания, необходимо предварительно освободиться от скрепов, накопленных ранее нормативно заданных знаний и устоявших парадигм о наказании...

1 ГабилСурхаевичКурбанов—докторюридическихнаук,профессор,председа- тель независимого профсоюза Национальной академии наук Азербайджана.

2 Чехов А.П. Письмо к учёному соседу. Избр. произв. в 3-х тт. М., 1970.

84

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

За последние три десятилетия, это пятое по счёту фундаментальное учение, разработанное Ханларом Джафаровичем. Не углубляясь в их содержание, лишь отмечу, что каждое из этих учений, как показывают результаты их презентаций на различных международных форумах, является неоценимым личным вкладом автора в теорию современного уголовного права и криминологии. Речь идёт, прежде всего, о нашумевшей в начале 90-х годов прошлого столетия теории компромисса в борьбе с преступностью, вызвавшей переполох среди учёных и практиков. Тогда многие из них клеймили профессора Х.Д. Аликперова за столь невиданную дерзость: мол, как смеете предлагать партии и правительству идти на компромисс с преступником. Но прошли годы, и идея компромисса нашла свое признание как среди учёных, так и законодателей. Сегодня учение о компромиссе воплощено в уголовном законодательстве многих стран, а вчерашние сердитые оппоненты стали превозносить Ханлара Джафаровича и хором петь ему осанну со страниц юридической литературы...

Затем была доктрина «Феномен эксклавной преступности» (2014 г.), выделяющаяся глубиной и масштабностью исследования, новизной и неординарностью выводов и идей, высказанных в ней. Здесь автор впервые в теории криминологии установил, что в отдельных эксклавных территориях (в том числе урбанизированных) преступность имеет ряд ранее не изученных особенностей, не присущих ни структуре, ни динамике преступности в других странах. В частности, как показано в «эксклавной преступности» профессора Х.Д. Аликперова, одна из принципиальных особенностей заключается в том, что преступность отличается супернизким уровнем, в силу чего число ежегодно зарегистрированных преступлений не превышает 3–4 преступления в расчёте на 100 тыс. населения. При этом в некоторых районах, расположенных в эксклавной территории, в течение многих лет количественные показатели зарегистрированных преступлений стабильно держатся на нулевой отметке...

За феноменом эксклавной преступности последовала теория глобального дистанционного контроля над преступностью, представленная Ханларом Джафаровичем на суд юридической общественности в 2016 г.

85

Х.Д. Аликперов

Если кратко, то это — многоуровневая научная разработка. Её внедрение в деятельность правоохранительных органов в состоянии сократить преступность более чем на одну треть, обеспечить круглосуточный дистанционный контроль за каждым ранее судимым лицом (отслеживая его местоположение посредством системы GPS),вкорнерешитьтакиепроблемы,как«неочевидноепреступление», «укрытие преступления от учёта», «латентное преступление» и т. д. Эти и другие подобные явления перестанут существовать после реализации электронной системы дистанционного контроля над преступностью.

Прошло чуть больше года, и профессор Х.Д. Аликперов в начале2019г.обрадовалсвоихколлегпонаучномуцехусвоейновойразработкой — электронной системой определения оптимальной меры наказания (сокращённо — «Электронные весы правосудия»), которая по заключению учёных-экспертов из пяти стран СНГ является уникальной технологией, не имеющей аналогов в мире.

ЭтотвыводэкспертовподтверждаетсяиСвидетельствомогосударственной регистрации «Электронных весов правосудия», выданным автору 15 мая 2019 г. Федеральной службой по интеллектуальной собственности РФ.

И вот, 8 января 2020 года на сайте Санкт-Петербургского международного криминологического клуба появилось объявление о презентации нового учения профессора Х.Д. Аликперова «Неизведанные грани феномена наказания».

Знакомство с тезисами доклада, с которым Ханлар Джафарович планирует выступить 9 октября 2020 г. в Санкт-Петербургском международном криминологическом клубе,1 показывает, что выдвинутые им десять гипотез о генезисе наказания в состоянии совершить переворот в теории уголовного права, пенологии и криминологии,

1 Примечательно, что презентации и двух предыдущих новых учений, разработанных профессором Х.Д. Аликперовым, также проходили в Санкт-Петербург- ском международном криминологическом клубе. А это, на мой взгляд, не только показатель высокого авторитета Клуба среди криминологов стран СНГ, но и свиде- тельствотого,чтоСанкт-Петербургскиймеждународныйкриминологическийклуб является наиболее востребованной авторитетной научной площадкой на постсоветском пространстве для обсуждения актуальных проблем современной криминологии и пенологии, уголовной политики и уголовного права.

86

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

так как проведённые им исследования показывают несостоятельность многих парадигм, господствующих в теории наказания.

Вызывает восхищение логика авторской мысли, посредством которой в тезисах доклада показано ядро выдвинутых гипотез, суть которого разложена по полочкам, благодаря чему читателю без труда становятся ясны его сущностные черты и потаённые особенности, а приведённые эмпирически обоснованные аргументы не оставляют места для сомнений в достоверности полученных результатов (к примеру, наказание — нечеловекотворный феномен, оно зародилось не в культурной среде, существовало еще до сотворения Адама и т. д.).

Естественно, предложенные гипотезы не могли из ниоткуда

водин миг возникнуть в том довольно развитом виде, в каком они представлены читателю в тезисах доклада. Мне представляется, что это, прежде всего, плоды таланта и самобытности их автора, помноженные на многолетний труд над каждым из этих учений, сотни и сотни бессонных ночей работы по формированию их концепции, шлифовке текста рукописи, выверке фактов и цифр и т. д., и т. п.

Вникая в сущностное содержание тезисов доклада, становится очевидным, что настала пора проведения масштабной инвентаризации господствующих сегодня в теории уголовного права парадигм и воззрений о генезисе наказания, его целей, задач и функций, возможностей в противостоянии преступности и т. д.

Социальная обусловленность в такой системной ревизии учения о наказании давно стучалась в дверь криминологов, так как «современная пенологическая матрица несовершенна, ущербна и однобока, находится под гнётом довлеющих над нею догм и научных мантр».1

Ксожалению, рамки отклика не позволяют остановиться на анализе всех выдвинутых гипотез. Поэтому остановлюсь лишь на некоторых из них.

Мне импонирует ранее нигде не озвученная гипотеза, постулирующая, что наказание реализуется не только в социуме, но и

вестественнойсреде,являетсяинструментомзащитнойреакцииорганизма на боль или страх, что присуще не только homo sapiens, но и многим видам фауны.

1 Корсаков К.В. Отклик на тезисы доклада профессора Х.Д. Аликперова. Сайт Санкт-Петербургского международного криминологического клуба.

87

Х.Д. Аликперов

Я полностью поддерживаю эти выводы профессора Х.Д. Аликперова, хотя, честно говоря, при первом приближении одни из них шокируют, другие кажутся фантомными, в силу чего отторгаются внутренним «Я». Но пример, приведенный доцентом К.В. Корсаковым в своем отклике на тезисы доклада, в котором показано, как кот в отложенном режиме воздал своему обидчику-охот- нику за причинённое ему зло, не оставляет сомнений в достоверности этих выводов автора.1

АналогичныйсюжетописанивизвестномроманеЧингизаАйтматова «Плаха», в котором, как известно, разыгрывается трагедия, в результате которой волчица похищает годовалого сына охотника, который до этого убил её напарника, и в результате погони гибнут и ребенок, и волчица...

В этой связи к докладчику возникает вопрос: «Существует ли и среди представителей флоры инстинкт воздаяния за зло или угрозу (попытку) его причинения?»

Хотелось бы, чтобы во время своего доклада Ханлар Джафарович прояснил и этот вопрос, оставшийся за тенью опубликованных тезисов его доклада.

1 Там же.

88

Д.А. Шестаков

(Санкт-Петербург, Россия) 1

О справедливости искусственного разума

(всвязисновойконцепциейХ.Д. Аликперова)

Не бойся закона, а бойся судьи.

Пословица

Преступностивед-новатор. Для Санкт-Петербургского международного криминологического клуба большая радость, что именно у нас профессор Ханлар Джафарович Аликперов выступит с юбилейным докладом. Он давно снискал признание научной общественности, в частности, содержательными публикациями, среди которых особо должна быть отмечена монография «Преступность и компромисс» (Баку, 1992). Его научное творчество отличается яркой новизной, в нём неизменно присутствует предвидение неизбежного развития законодательства.

Ханлар Джафарович обращает пристальное внимание на ITтехнологии, осмысляя возможности их применения в практике противодействия преступности. В Клубе им сделаны два доклада; «Дистанционный контроль над преступностью: допустимость, возможности, издержки» (09.12.2016) и «Электронные весы правосу-

дия» (15.02.2019).

На этот раз он предлагает нашему вниманию систему своих взглядов на феномен уголовного наказания, его антропологические, философские и правовые аспекты.2

Наказание в «модели» мироустройства. Ханлар Джафарович полагает: наказание — нечеловекотворный феномен, оно зародилось не в культурной среде и существовало ещё до сотворения Адама, применяется не только в социуме, но и в естественной среде.

1 Шестаков Дмитрий Анатольевич, заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических наук, профессор, Президент Санкт-Петербургского международного криминологического клуба.

2 АликперовХ.Д. Неизведанные грани феномена наказания (антропологические, философские и правовые аспекты) // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2020. № 4 (59).

89

Х.Д. Аликперов

Высказывание это представляется мне очень значимым, оно безоговорочно мною принимается. Думается, что феномен наказания заложен в самом идеале (в модели) мироустройства, сотворённой высшим разумом прежде её материального воплощения. Не верю я в саморазвитие материи вне предварительного разумного плана, саморазвитие, которое привело к столь разительным результатам как живой мир. В нём работают две основные принципиальные схемы «устройства»: 1) для растений, 2) для животных. Обе схемы взаимосогласованы идеей взаимосвязи животного и растительного полумиров.

Наказаниесозданокакодноизорудиймироустройства,покрайней мере, его общественной (в том числе и у живущих семьями и сообществами животных) составляющей. Да, этот инструмент заложен до появления человека и человеческого общества. Очень важная констатация докладчика. Полагаю, что человек — марионетка, изготовленная для выполнения предписанной свыше программы. В устройство этой управляемой игрушки, как и в устройство других, более примитивных животных, внедрены стимулы деятельности: им даны ощущения удовольствия и боли. Эти противоположные стимулы, орудия управления, использовались в природе задолго до сотворения человека.

И здесь вынужденно повторюсь, ещё раз подчёркивая значимость сакральной постановка вопроса. В преступностиведении лично для меня она главенствующая. Потребительский материализм, который проявляет себя в смешной погоне за комфортным благоустройством (дом, машина, нескончаемые бессмысленные путешествия), оторванный от осознания мимолётности жизни человеческой, разрушает личность. Он способствует деградации экономики, создаёт питательную почву для бесчеловечной, в том числе мировой, политики.

Иными словами, потребительская устремлённость криминогенена. Бесчеловечная же политика многогранна, помимо прочего она проявляется в развязывании войн, во многом другом, в том числе во время от времени обостряющейся жестокости уголовного наказания.

Основополагающая мысль. В своём новом докладе профессор Х.Д. Аликперов продвигает ранее разработанную им доктрину, именуемую электронными весами правосудия (далее: ЭВП). Она

90