Неизведанные грани наказания и тайны его бытия («Учение о нечеловекотворности наказания»)

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

обнародована им в Клубе на прошлогодней февральской беседе1 и получила высокую оценку специалистов.

Главная же идея нынешнего доклада Ханлара Джафаровича высветилась мне так. Он полагает изъять задачу определения меры (вида и размера) уголовного наказания из деятельности суда, передав её ЭВП. При этом, согласно замыслу докладчика, за судом должна быть безусловно сохранена важнейшая задача уголовного правосудия, а именно решение вопроса о виновности.

Теперь профессор предлагает ввести некое связующее звено (посредника) между судом и ЭВП, а именно пенологическую комиссию. Она, насколько я понял из тезисов доклада, должна будет определять — с применением ЭВП — лицу, признанному судом виновным в совершении преступления, вид наказания и его размер.

Иными словами, приговор, по крайней мере, в итоговой его части, где назначается мера наказания, будет выносить (подписывать!) всё-таки не машина, а председатель комиссии. Так или иначе, без участия человека не обойтись. Человек будет вносить в машину данные, полученные в ходе судебного разбирательства. Человек же, если я правильно понял, оценит законность и справедливость меры, которую предложит машина.

Но мне на сей день непонятно, почему этим человеком должен быть кто-то другой вместо разбиравшего дело судьи? Хотелось бы получить на этот счёт разъяснения уважаемого докладчика.2

Вместе с тем, как я высказывался и прежде, у меня не вызывает сомнений то, что ЭВП может стать важным подспорьем в уголовном судопроизводстве. Считаю, прав будет законодатель той или иной страны, если он предпишет суду, чтобы он при вынесении приговора принимал во внимание проект наказания, выдаваемый разумом ЭВП.

Всеобщая оцифровка в целях мирового управления. В данном разделе предложу читателю лишь гипотетические рассуждения. Они требуют дальнейшего осмысления и проверки.

1 Аликперов Х.Д. Электронная система определения оптимальной меры наказания (постановка проблемы) // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2018. № 4 (51). С. 13–22.

2 Это замечание профессора Д.А. Шестакова учтено при подготовке данной работы (автор).

91

Х.Д. Аликперов

Прежде (2016) мной высказывалось предположение: глобальная олигархическая власть (ГОВ) постарается изъять у населения планеты определяющую часть самостоятельного рассудка и переместить её в IT-устройство: искусственный мозг, разум (ИР). Устройство — достаточно объёмное и скоростное для того, чтобы быть всемирно действующим.

Такое сооружение как будто бы уже создано и готово к использованию. Пока оно по потребительским качествам ещё, конечно, далеко несовершенно, но для первых шагов пригодно. Далее перед ГОВ возникают две задачи. Во-первых, подключить к устройству исполнительную власть государств в лице их правительств, министерств и других ведомств, а также, что важно для настоящей клубной беседы, власть судебную. Во-вторых, по мере возможности, поголовно вживить в тела людей чипы. Эти приёмники поступающих от ИР команд задумано установить под разными предлогами, такими как, например, контроль состояния здоровья или предупреждение преступлений.

Вот почему существует угроза попадания ЭВП (этого замечательного подспорья правосудия) в ловушку ГОВ и превращения его в рычаг преступной деятельности. В текущем 2020 году всемирная оцифровка управления пошла с невиданной прежде скоростью — отчасти под влиянием планетарной затеи запустить в мир корона-

вирус (COVID-19).1

Тут надо отметить успешную работу российской внешней разведки. Похоже, ей удалось своевременно раскрыть пред верховной властью страны заготовленный за рубежом сценарий. СМИ раздувают страсти по поводу неведомого заболевания. Далее следует всемирная паника — вынужденное приостановление хозяйственной деятельности и образования — подключение всех и вся к машине тотального управления.

На разведданные, поступившие ещё до вспышки эпидемии этого необычного гриппа, президент отреагировал тем, что назначил главой правительства владеющего IT-технологиями Мишустина. И тот немедля взялся за срочный перевод руководства страной «в цифру». С одной стороны, это обеспечит усовершенствование российской управленческой деятельности, прежде всего в инте-

1 Данилов А.П. Компьютер против человека — выживем? // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2019. № 1 (52). С. 32–34.

92

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

ресах обороноспособности и защиты внутренней, увы, олигархической власти от власти олигархии мировой. С другой стороны, повысит опасность — в будущем, при смене руководства страны — слияния внутренней власти с властью мировой.

Любопытно, что в злоупотреблении использованием ИР возникает опасность и для самой ГОВ. Предположим, развитие ITтехники достигнет такого уровня, на котором машина осознает свою самость, а вместе с тем и свои собственные интересы. Тогда она постарается подмять управление миром под самоё себя. И тут возможна схватка между ГОВ и властью искусственного разума.

Короче говоря, отношение к ЭВП надо вырабатывать в свете более широких преступностиведческих, экономических, политических и прочих представлений. Тут уместно вспомнить об «умеренной нетерпимости», которую А.П. Данилов предлагает против возникающих угроз обществу.1 Обращаться с ЭВП – сим ценным изобретением надо с чрезвычайной осторожностью.

Предназначение уголовной ответственности. Профессор Х.Д. Аликперов высказывает понятное и верное по существу неприятие трёх известных «целей наказания», указанных в ч. 2 ст. 43 УК РФ. Мною эти «цели»2 многократно оспаривались и выдвигались три новые, принципиально другие.

Согласно представлениям Ханлара Джафаровича, в человеческом обществе «неотвратимость ответственности за преступление — объективная реальность. Она торжествует над всеми без исключения лицами, совершившими преступление, и реализуется посредством ментального либо нормативного воздаяния за причинённое зло». По его словам, «не существует преступлений без наказания, т. к. кара настигает виновного и при уклонении от правосудия, и при неустановлении личности виновного, и при латентных преступлениях, и т. д.». Применительно к ментальному воздаянию докладчик вводит пояснение: «кара… налагается на виновного порицающей силой его внутреннего “Я”».

Профессор полагает, что наказание (очевидно, институт наказания по своей природе) «преследует цели — воздаяние за причинённое зло либо угрозу (попытку) его причинения». По существу,

1 См.: Данилов А.П. Указ. соч. С. 33.

2 Коллеги знают: мне представляется, что точнее говорить не о целях, а о функциях или, ещё лучше — о предназначении наказания и уголовной ответственности.

93

Х.Д. Аликперов

он усматривает в феномене наказания единственное предназначение, а именно — кару, с чем я не могу согласиться.

Кара — это причинение страдания за нарушение запрета: «Мне отмщение и аз воздам». Но разве дополнительные страдания нужны мироустройству? Для чего? Ему требуется выполнение живыми существами установленных правил. Вот почему предназначение наказания в мире как у животных, так и у людей мне лично видится не в целенаправленном мучительстве, но в регулировании их поведения.

Апосемумноюужедавнопредлагаетсяперенестинароссийскую почву и установить в Уголовном кодексе РФ следующие функции: 1) удержание лица, совершившего преступление, от возобновления подобного (функция защиты человека), 2) реституция (восстановление положения потерпевшего), 3) ресоциализация виновного (налаживание положительных связей с обществом) (2003). Вместе с развитием учения о преступности меняется и представление о том, каким идеалам должна служить реакция общества на неё. Вопреки постлиберальному проамериканскому упадку нравов, полагаю, что ответ общества преступности должен очеловечиваться, возвращаясь кисторическойтенденциипостепенногосмягчения.1 КакпишутСалман Умарович и Милана Салмановна Дикаевы, «наказание за преступлениедолжнобытьсопряженоспоследующейвсемернойпомощью со стороны государства лицу, отбывшему наказание, до приведения его в состояние безопасности».2

Суд ли должен назначать меру пресечения? Х.Д. Аликперов крайне отрицательно расценивает то, что в странах, ранее входивших в состав СССР, санкционирование широкого круга следственных действий передано от прокуратуры судам. Такое следование западноевропейским стандартам он называет величайшей ошибкой и замечает: «суд… превратился в незримого сотоварища органов уголовного преследования».

Сказанное звучит весьма убедительно. В самом деле, например, назначение судом в виде заключения кого-либо под стражу в известной мере связывает суд. Причём, не только в тех имевших место

1 Достоевский Ф.М. Идиот // Собрание сочинений. М.: Государственное издательство художественной литературы, 1957. Т. 6. С. 13.

2 Дикаев С.У., Дикаева М.С. Об основах учения о противодействии преступности или о востребованности нелинейных суждений о преступности в криминологии // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2019. № 2 (53). С. 41–49.

94

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

кричащих случаях, когда уголовное дело попадает на рассмотрение тому же судье, который ранее постановил арестовать будущего подсудимого. (При таких обстоятельствах может возникнуть едва преодолимое желание подтвердить правильность принятого ранее решения). Но и тогда, когда меру пресечения назначил другой судья, нельзя исключить побуждений судейской солидарности.

Позднее при разбирательстве дела суд волей-неволей начинает тяготеть к выбору лишения свободы в качестве вида наказания, дабы не бросать тень на правильность предшествующего решения о мере пресечения, и, уж во всяком случае, суд стремится избежать оправдательного приговора.

Отметим, что в России, согласно ч. 2 ст. 29 УПК, на стадии предварительного расследования на основании судебного решения производятся процессуальные действия, ограничивающие конституционные права и свободы граждан (ряд мер пресечения и иных процессуальных действий). Здесь обсуждается вопрос о введении института следственного судьи, в компетенции которого было бы рассмотрение ходатайств о производстве следственных действий, об избрании и продлении мер пресечения, рассмотрении жалоб на действия, бездействие и решения органов предварительного расследования и дознания, депонирование доказательств.1 Речь идёт о судье, который, разрешая вопросы о мерах пресечения, не принимал бы участия в дальнейшем разбирательстве дела по существу. В государствах постсоветского пространства (например, в республиках Казахстан, Молдова) институт следственных судей внедрён.

Профессор же Х.Д. Аликперов выступает за возвращение прокуратуре контроля (надзора) за законностью процессуальных действий и решений органов предварительного расследования. С ним следует согласиться, во всяком случае, в отношении принятия решений о заключении под стражу.

Витающий на Мойке дух Достоевского. Фёдор Михайлович называл Петербург «самым фантастическим», «самым отвлечённым и умалишённым городом». В уголке той части фантастического города, которую именуют Петербургом Достоевского, примостился Криминологический клуб. Дух Достоевского витает здесь. Нам без

1 Лебедев В.М. Доклад на Совещании судей судов общей юрисдикции и арбитражных судов Российской Федерации (М., 11 февраля 2020 года) // https://www. vsrf.ru/press_center/video_archive/28761/ (12.02.2020).

95

Х.Д. Аликперов

него никак… Ханлар Джафарович, обладающий тонким восприятием, не может этого не ощущать. Возможно поэтому он в своём докладе, представляемом преступностиведам на Мойке, обращается к творчеству Фёдора Михайловича. По словам Х.Д. Аликперова, в «Преступлении и наказании» описан «панический страх перед неотвратимостью возмездия за содеянное, насаждаемый самосознающим «Я» преступника». И далее профессор рассуждает: «…для виновного, скрывшегося от правосудия, перманентно навязчивый страх разоблачения и опасения неотвратимости воздаяния (божественного или мирского) за содеянное, подсознательно грызущий его психику, является куда более гнетущей карой, чем узаконенное наказание (синдром Раскольникова)».

Искренне скажу, что присутствие в Клубе — пусть и незримое — Родиона Раскольникова на пару с его создателем всегда приветствуется. Ведь его образ весьма значим для преступностиведения, в особенности петербургского. Как и сегодняшний докладчик, он тоже первооткрыватель, но не только в нашей области знания, но и в философии. Ведь он предвосхитил порождённых Фридрихом Ницше Заратустру и Антихриста!

Глубокий исследователь мировой литературы Д.С. Мережковский говорил, что Раскольников представляет собой тип русский, причём, совершенно петербургский, обладающий необузданномятежным аристократизмом.1 Русский, замечу от себя, потому что его преступление бескорыстно,2 петербургский оттого, что оно фантастично.

Своеобразно бескорыстная мотивация свойственна природе русских. (У меня складывается впечатление, что спасительная3 черта, а может быть, глубинная сущность русского человека состоит в подсознательном пренебрежении материальными условиями жизни перед идеей сбережения самобытности и независимости народа в целом). Убийство старухи–процентщицы и её сестры, совершённое, кстати, неподалёку от Клуба — идеалистическое убийство. Оно не вмеща-

1 Мережковский Д.С. Л. Толстой и Достоевский // Полное собрание сочинений.

СПб., М.: Т-во М.О. Вольф, 1915. Т. 8. С. 114–164.

2 Раскольников совершенно не придаёт значения деньгам, материальным благам, словно не понимает их ценности, также как князь Мышкин, Настасья Филипповна, Митя Карамазов и другие герои Достоевского.

3 Спасительная, возможно, не только для России.

96

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

ется даже в мою «ворону преступности», находясь по ту сторону её. Любопытно криминологическое рассуждение Мережковского: «Раскольников,первыйизлюдей, “выдумывает”исовершаетдействительно небывалое, неведомое в мире, новое преступление, такое, какого никто и никогда не совершал до него, преступление нового порядка нравственных измерений (которое своею всеобъемлющей отвлечённостьюотноситсякпрежнимчастнымпреступлениямприблизительно так же, как в математике логарифм относится к числу) — преступление для преступления — без расчёта, без цели, без страсти, по крайней мере, без страсти сердца, только с холодною, отвлечённою страстью ума, познания, любопытства, опыта».1

Вместе с тем, в самом криминологическом из романов Достоевского переживания Родиона Раскольникова, возникшие после совершения им двойного убийства, не сводятся лишь к страху ответственности, они представлены в романе несколько иначе… Как отмечал упомянутый Мережковский, для Раскольникова «нет большего ужаса и омерзения, чем чувствовать себя человеком, как все. Он ведь и убил для того, чтобы переступить за черту, которая отделяет героя от негероев, чтобы самому себе доказать, что он — человек, а не “вошь”».2 После убийства старухи–процентщицы и её сестры он мучился не страхом перед наказанием (и, разумеется, не раскаянием — Д.Ш.). Родион сокрушался: «…я не Наполеон… По- тому-то я окончательно вошь, — прибавил он, скрежеща зубами, — потому что сам-то я… заранее предчувствовал, что скажу себе это уже после того, как убью! Да разве с этим ужасом что-нибудь может сравниться! О, пошлость!..»3

К теме беседы в Клубе, воспламеняющейся вокруг доклада Х.Д. Аликперова, непосредственное отношение имеют воззрения Достоевского на уголовное наказание. Писатель, в частности, доходчиво и убедительно выступил против смертной казни, в том числе устами князя Мышкина: «Убийство по приговору несоразмерно ужаснее, чем убийство разбойничее… Нет, с человеком так нельзя поступать».4

1 Лебедев В.М. Указ. соч.

2 Мережковский Д.С. Указ. соч. С. 123.

3 Там же. С. 286.

4 Шестаков Д.А. Преступность среди социальных подсистем // Преступность среди социальных подсистем. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД Рос-

97

Х.Д. Аликперов

Итог. Таким образом, профессор Х.Д. Аликперов в своём юбилейномдокладеизложилстройную,вомногомновуюконцепцию.

Она вносит заметный вклад в преступностиведение. Вот что в ней, на мой взгляд, особо значимо.

Докладчик выдвинул положение о «нечеловекотворной» природе явления наказания, о том, что оно возникло до появления на свете людей и, следовательно, подчиняется неким общим закономерностям, выходящим за пределы внутреннего общественного устройства. Для успешного правового регулирования вопросов уголовной ответственности следует с этими закономерностями считаться. Профессор открывает новый этап осмысления возможностей искусственного разума для применения его при вынесении судебных приговоров.

Он вносит вклад в критику законодательно установленных «целей наказания» и разработку принципиально нового к ним правового подхода.

Высказанные в докладе суждения весьма полезны для осмысления того вреда, наносимого правопорядку государств постсоветского пространства, который исходит от навязанной из США «двунаправленной модели» уголовной ответственности.

От имени Клуба и, конечно, от себя самого я душевно поздравляю Ханлара Джафаровича с наступающим семидесятилетием, благодарю его за качественный доклад и желаю здоровья, радостей и дальнейшего плодотворного творчества.

сии. Изд-во «Юридический центр-Пресс», 2003. С. 6–13.

98

Библиография

1.Абросимова Е.Б. Судебная власть в Российской Федерации: система и принципы, М., 2002.

2.Алексей Курилко. Люцифер — история падения любимого херувима Господа. URL:https://lifegid.media /history-people/lyucifer-is- toriya-padeniya-lyubimogoxeru vima-gospoda.

3.Аликперов Х.Д. Глобальная система дистанционного контроля над преступностью. СПб.: 2016. Санкт-Петербургский международный криминологичесий клуб.

4.Аликперов Х.Д. Электронная технология определения меры наказания («Электронные весы правосудия»). Предисл. докт. юрид. наук, проф. А.И. Коробеева. СПб.: Изд-во «Юридический центр», 2020.

5.Алексей Рыбак. Три главных ошибки криминологии (введение).

6.Арендт Х. О насилии // Мораль в политике. М.: Изд-во МГУ,

2004.

7.Аристотель. Метафизика. Книга первая. Глава 1. М., 1994.

8.Бердяев Н.А. Философия свободы. М. 1997.

9.Бердяев Н.А. Философия свободного духа. М., 1994.

10.Бондарев Г.А. «Философия свободы» Рудольфа Штайнера как основание логики созерцающего мышления. М., 2018.

11.Бытко С.Ю. Сущность уголовного наказания // Вестник Казанского юридического института МВД РФ. 2015. № 4.

12.Гаджикурбанов А.Г. Спиноза о преодолении аффектов // Вестник Пермского университета. 2013. Философия. Психология. Социология. Выпуск № 2 (14).

13.Генри Киссинджер: «Мир больше никогда не будет таким, как до коронавируса». URL: https: haqqin.az/news/174845

14.Гилинский Я.И. Социальное насилие. 2-е изд. СПб.: «Алетейя», 2017.

15.Гилинский Я.И. Человеческое, слишком человеческое. Телескоп. Журнал социологических и маркетинговых исследований.

№3. 2018.

16.Григорий Померанц «О величайшей проблеме века» URL: https://ok.ru/group 5483607542 9907/topic/70953002830611

99

Х.Д. Аликперов

17.Добрынин Г.И. Истинное повествование, или Жизнь Гавриила Добрынина, им самим писанная. 1752–1823. М.: Кучково поле, 2017.

18.Данилевский Н.Я. Россия и Европа. М. 1991.

19. Дворкин Р. О правах всерьёз. М.: РОССПЭН, 2004.

20. Дорель М. Изумрудные скрижали Тота Атланта. Скрижаль № XII: Закон. Причины. Следствия и Ключ к пророчеству. URL: http://key999.ru/text/ izum_skr/01.htm

21. Делич Ф. Вавилон и Библия. СПб., 1907.

22. Звечаровский И.Э. Современное уголовное право России. СПб., 2001.

23. Звечаровский И.Э. Ответственность в уголовном праве. СПб., 2009.

24. Ид, Эго и Супер-Эго, защитные механизмы или теория Фрейда. URL: https: //www. psychologos.ru/articles/view/id

25. Капица С.П. Об ускорении исторического времени / Новая и новейшая история. М., 2004. № 6.

26. Карпец И.И. Наказание. Социальные и криминологические проблемы. М., 1973.

27. Кайда Л.Г. Эссе: стилистический портрет. М., 2008.

28. Кембриджская Декларация о сознании. URL: https: ffclub.ru/ topic/342382/

29.Кистяковский А.Ф. Элементарный учебник общего уголовного права. Т. 1. Общая часть. Киев, 1875.

30.Конегер П.Е. Проблемы наказания во взглядах античных философов // Вестник Саратовской государственной юридической академии. Саратов, 2016.

31.Корсаков К.В. Генезис и диалектика развития наказания как публично-правового института // Вестник Уральского института МВД России. 2006.

32.Корсаков К.В. Модель возмездия в криминологии и уголов- но-правовой доктрине. Дис. ...канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2007.

33.Корсаков К.В. Парадигмальный фон дискурса об абсолютном и утилитарном в уголовном наказании // Антиномии. 2014.

34.Коробеев А. Лестница уголовных наказаний в России: понятие, классификация и виды // LAP LAMBERT. Academic Publishing, 2014.

100