Неизведанные грани наказания и тайны его бытия («Учение о нечеловекотворности наказания»)

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

вых преступлений как самим осуждённым, так и иными лицами) или жеявляются спорадическимпроявлением наказания(к примеру, воспитательное воздействие на других граждан, формирование законопослушной личности);

8)нарядуснормативнымнаказаниемвкультурнойсредесуществует и другая кара, но иного (особого) свойства. Её нет в уголовном законодательстве ни одной страны мира. Однако она — реальность повседневного бытия, применяется не на основе вердикта суда, а налагается на преступника судящей силой его совести (она есть, хотя и в усечённой форме, даже у самого отпетого преступника) и приводится в исполнение внутренним «Я» виновного;

9)в человеческом обществе не существует преступлений, которые могли бы оставаться безнаказанными, так как кара настигает виновного и при его уклонении от правосудия, и при неустановлении личности виновного;

10)для виновного, скрывшегося от правосудия, страх неотвратимости разоблачения и воздаяния (божественного или мирского) за содеянное, подсознательно грызущий его психику, является куда неизмеримо более гнетущей карой,1 чем узаконенное наказание («синдром Раскольникова»). Иными словами, «преступник может иногда избежать наказания, но не страха перед ним».2

9. Проблемы реализации наказания

Вопросы разработки организационных и правовых мер, способных, с одной стороны, обеспечить назначение судом справедливого наказания, а с другой —исключить коррупцию и другие злоупотребления в процессе отправления правосудия по уголовным делам, давно волнуют научную общественность.

1 По мнению К.В. Корсакова, сама угроза неотвратимого наказания, уголовной ответственности за содеянное оказывает дрессирующее воздействие на сознание потенциальных правонарушителей. См. об этом: Корсаков К.В. Парадигмальный фон дискурса об абсолютном и утилитарном в уголовном наказании // Антиномии. 2014. С. 120. Видимо, не далёк был от истины Чак Паланик, когда писал, что ожидание смерти хуже самой смерти. (Чак Паланик «Тёплый дождь». URL: https:// citaty.info/book/chak-palanik/teplyi-dozhd (дата обращения: 01.08.2020)).

2 Луций Анней Сенека. О милосердии. Кн. II, гл. II. СПб, 2018. С. 28.

51

Х.Д. Аликперов

В течение многих веков лучшие умы человечества пытались разработать противоядие от этих издержек правосудия, создать чудо-весы, которые могли бы без вмешательства извне точно выверить на одной своей чаше деяние преступника и его вину, а на другой — адекватное наказание за содеянное.

Такое дуальное требование к отправлению правосудия по уголовным делам было продиктовано тем, что ещё на начальном этапе становления правосудия мудрецы философско-правовой мысли установили, что превентивное воздействие наказания на виновного, во-первых, распространяется не на всех осуждённых в силу особенностей их личности (к примеру, профессиональные преступники), а лишь на незначительную часть (примерно, 12–17%) обитателей мест лишения свободы; во-вторых, оно достигается не суровостью и жестокостью наказания, режимом и условиями его отбывания; в-третьих, влияет на осуждённого лишь в том случае, если оно не только законно и обоснованно, но и справедливо, а его сроки (размеры) адекватны общественной опасности как преступления, так и лица, его совершившего.

За истекшие тысячелетия были апробированы различные виды наказания и методы их реализации в деле противодействия преступности. Однако, невзирая на все принятые меры, в том числе установление крайне суровых, а порой и жестоких мер наказания за взяточничество, предвзятость и т. д.,1 человечеству так и не удалось изжить эти пороки из храма правосудия. К сожалению, и наука оказалась в этом вопросе бессильной. Ни корифеи в области уголовного права и криминологии, пенологии и социологи, ни философы, ни психологи и т. д. так и не смогли за столь большой исторический период предложить обществу более или менее надежный рецепт от этой социально-правовой пандемии, применив который, можно было бы превратить суды в храм правосудия, где умолкает голос сильного и звучит лишь глас права и справедливости.

Как отмечает Н. Хавронюк, «из века в век, из тысячелетия в тысячелетие лучшие умы человечества и учёные-юристы в вопросе об уголовном наказании продвинулись недалеко: по сути, они лишь констатировали, что наказание должно быть справедливым и мило-

1 К примеру, публичное сдирание кожи с продажного судьи, описанное Геродотом (История. Книга 5, глава 25) и запечатлённое на картине Д. Герарда «Казнь неправедного судьи Сисамна».

52

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

сердным...Мыдосихпорнезнаем,какоенаказаниенужноназначить преступнику для того, чтобы была достигнута цель кары, а также для того, чтобы он исправился и более не совершал преступления».1

Смомента возникновения правосудия не найдено противоядия

иот злоупотреблений судьями своими широкими дискреционными полномочиями при отправлении правосудия по уголовным делам, в особенности при назначении виновному наказания.

Таким образом, накопленный исторический опыт и суровые реалии современности показывают — бессмысленно уповать на просвещённую совесть судей, стремиться искоренить у них предвзятость и обвинительный уклон при рассмотрении и разрешении уголовных дел, как и лихоимство, и мздоимство в деятельности судов.

При всей своей внешней привлекательности эта идея является утопией, поскольку перечисленные выше пороки, увы, давно трансформировались в вечных спутников правосудия, стали его имманентным свойством.

В этом отчасти виновен и законодатель. Так, ретроспективный анализ показывает, что одной из исторических ошибок законодателя в сфере отправления правосудия является то, что ещё с глубокой древности он возложил на суд не только функцию осуществления правосудия, но и выполнение обязанностей карательного органа — назначать виновному конкретную меру наказания за совершённое им преступление. Тем самым законодатель превратил судью (суд) в бессменного соучастника заплечных дел мастера, что, естественно, несовместимо с природным эталоном правосудия, согласно которому суд призван отправлять лишь правосудие и решать вопрос о виновности или невиновности подсудимого в инкриминируемом ему деянии, как это делает сегодня суд присяжных заседателей, и как

1 Из выступления Н. Хавронюк на научно-практической конференции по проблемам наказания, проходившей в Пекине в декабре 2012 г. Текст по: Рагимов И.М. Справедливость наказания: миф или реальность // Юридические науки и образование. 2017, № 51. С. 247–248. Поэтому А.И. Коробеев называет эту проблему «проклятой» и задаётся вопросом: «Как должна выглядеть идеальная лестница уголовных наказаний, какие содержать ступени, как и в каких дозах, наконец, наказание должно применяться к преступникам с тем, чтобы стать оздоровляющим для них

идля общества лекарством?» (См.: А. Коробеев. Лестница уголовных наказаний в

России: понятие, классификация и виды // LAP LAMBERT. Academic Publishing, 2014. С. 9–10).

53

Х.Д. Аликперов

это делала коллегия судей в зале храма Маат на заре становления правосудия по уголовным делам (около 2370 г. до н.э.).

Дело в том, что для назначения наказания, соразмерного тяжести деяния, личности виновного и т. д., необходимо, чтобы лица, определяющие меру наказания виновному, обладали глубокими познаниями не только в сфере уголовного права, уголовного процесса, но и, как минимум, в теории прогнозирования поведения осуждённого в процессе отбывания им наказания, пенологии и пенитенциарной психологии. В то же время ни один судья не в состоянии одновременно быть носителем всех этих знаний в той степени,

вкакой это необходимо для безошибочного определения виновному адекватного наказания. И это вполне естественно.

Учитывая это, полагаю, что лицу, признанному виновным в совершении преступления, наказание и его сроки (размеры) суд (судья) должен определять, как минимум, с применением электронной системы определения оптимальной меры наказания (сокращённо — «Электронные весы правосудия»).

Особенность предлагаемой технологии заключается в том, что

вней впервые в теории уголовного права процесс назначения наказания максимально формализован, а сама процедура определения наказания осуществляется автоматически, на основе исходных данных об уголовном деле и виновном, введённых судьёй в диалоговое окно (интерфейс) «Электронных весов правосудия».1 Иными словами, предложенная технология генерирует оптимальную меру наказания в автоматическом режиме, то есть, без вмешательства человеческого фактора. Помимо этого, она исключает зависимость принимаемого по делу решения от настроения судьи, его капризов или злоупотреблений, а сам процесс назначения наказания становится прозрачным и легко контролируемым.

Всвете изложенного было бы ошибочно считать «Электронные весы правосудия» чем-то из области сюрреализма или полагать, что разработчик данного концепта стремится низвести судью до уровня примитивного зомби, поведение которого будет подстра-

1 Об«Электронныхвесахправосудия»подробнеесм.:АликперовХ.Д. Электронная технология определения меры наказания («Электронные весы правосудия»). Предисл. докт. юрид. наук, проф. А.И. Коробеева. СПб.: Изд-во « Юридический центр», 2020.

54

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

иваться под требования электронной системы определения наказания. Это не так.

Во-первых, электронная система определения наказания не подменяет судью, а является лишь его электронным помощником при определении виновному оптимальной меры наказания. Во-вторых, «Электронные весы правосудия» невозможно подкупить, уговорить или склонить к принятию решения, выходящего за рамки правового поля. В-третьих, эта система свободна от таких человеческих пороков, как корысть и зависть, месть и податливость, которые «как показывает опыт тысячелетий, неискоренимы в природе человека».1

К перечисленным выше достоинствам предложенной системы определения наказания надо добавить и то, что она обладает мощным искусственным интеллектом, работает на несколько порядков быстрее человеческого мозга, в силу чего оптимальное наказание генерирует за считанные секунды.2

Внедрение «Электронных весов правосудия» в практику деятельности мировых и федеральных судей РФ принесёт и ощутимый экономический эффект. Так, по самым скромным подсчетам, ежегодная экономия бюджетных средств на содержание пенитенциарных учреж- денийРоссиисоставитнеменее€100–120млнзасчётсокращениявних численности осуждённых. Предложенный концепт имеет и ряд иных достоинств, о которых можно говорить бесконечно. Но приведённые возможности «Электронных весов правосудия» достаточны для выводаонеобходимостивнедренияинновационнойтехнологиивправоприменительную практику. Нельзя забывать, что человечество уже стоит на пороге пятой промышленной революции. В то же время существующая модель отправления правосудия, в том числе процедура определениянаказания,помногимпараметрамдостиглаточкибифуркации, в силу чего не отвечает современным достижениям в области цифровых технологий.

Словом, без решения этого концептуального вопроса институт назначения наказания так и останется источником коррупции в судейской среде, пополнения государственного бюджета. Хотя именно

1 Кофырин Н. Преступность и новые технологии. http://blog. nikolaykofyrin.ru

2 Как отмечает Т.В. Черниговская, «никто не может быть лучше суперкомпьютеров, потому что они не устают, у них не болит голова, они не нервничают»

(Черниговская Т. Новая реальность. https://www.facebook.com/chernigovskayatatiana/ posts/2854713758087 596:0?tn=K-).

55

Х.Д. Аликперов

поэтому многие страны не очень-то и заинтересованы в сокращении как количества преступлений, так и числа осуждённых в местах лишения свободы. В этом также нуждаются отдельные руководители правоохранительных, пенитенциарных, судебных и правозащитных органов, так как задержанные и арестованные, подследственные и подзащитные, подсудимые и осуждённые являются для них «золотой жилой», способом незаконного обогащения, орудием «распила» бюджета.

Свидетельством сказанному может служить судьба теории дистанционного контроля над преступностью, которую вот уже не один год демонстративно игнорируют директивные органы как России, так и других стран постсоветского пространства. Между тем, как это показывают экспертные оценки, её внедрение в деятельность правоохранительных органов позволило бы, с одной стороны, сократить число совершаемых в обществе преступлений, как минимум, на 35–40%, а с другой — повысить раскрываемость зарегестрированных в стране преступлений до 95–97%.1

Наконец, говоря о проблемах реализации наказания, нельзя обойти стороной и трагическую ошибку, превратившую храм правосудия по уголовным делам в филиал органа уголовного преследования, выразившуюся в опрометчивом решении, навязанном Советом Европы странам постсоветского пространства в конце XX – начале XXI вв., в результате которого суд (судья), санкционируя широкий перечень процессуальных решений, превратился «в жалкий придаток предварительного следствия».2 В силу этого он стал опосредованно нести ответственность за законность и обоснованность процессуальных решений, осуществлённых с его согласия. Отсюда и одна из причин неправосудных приговоров, неоправданно суровых и необоснованно мягких мер наказания, назначаемых судами при постановлении обвинительного приговора.

1 О доктрине «Дистанционный контроль над преступностью». см.: Аликперов Х.Д. Глобальная система дистанционного контроля над преступностью. СПб., 2016. Санкт-Петербургский международный криминологический клуб.

2 Евгений Мысловский, член президентского Совета по правам человека. («Суды превратились в жалкий придаток предварительного следствия» / 01.09.2020 https: // zasudili. ru/news/chlen-spch-sudy-prevratilis-v-pridatok-sledstviya/?fbclid=Iw AR0VUha16V5Ietenn 8jjnb7 CeRAMrWCjzilDxOAQ4606tCnOER-Mk_gBA1Q)

56

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

Для устранения столь явного конфликта интересов, влияющего на законность и справедливость решения по конкретному делу, в том числе на назначение виновному адекватного наказания, пришло время освободить суд от указанных функций, тем самым обеспечив его полную автономию от органов уголовного преследования. Что же касается вопроса контроля за законностью и обоснованностью процессуальных действий и решений органов предварительного расследования (в том числе избрание следователем/дознавателем меры пресеченияввидезаключенияподстражу),тополагаю, что эти функции необходимо вернуть в лоно прокуратуры, которая в этих вопросах является куда более гибким, оперативным и ответственным органом надзора за законностью и обоснованностью.

57

Заключение

Представляется, что без предварительного осмысления комплекса вопросов, вытекающих из предложенных выше гипотез, в полной мере невозможно как уяснить сущностные черты наказания, тем самым открыв ряд запертых врат этого феномена, так и решить проблемы его реализации при отправлении правосудия по уголовным делам.

Пришла пора осуществить комплексную ревизию накопленных знаний о феномене наказания, при этом помня, что «природа первична, а воля и сознание человека — вторичны». «Последние должны, неизбежно и необходимо должны приспосабливаться к первой».1 В частности, для того чтобы трансформировать наказание из «вещь в себе» в «вещь для нас» (В.И. Ленин), следует предварительно определиться с сутью наказания, заложенной природой в его матрицу, и алгоритмом его бытия. Иначе оно так и останется для уголовного права и криминологии недочитанной книгой.

С учётом сказанного, нельзя исключать, что выдвинутые гипотезы являются ключом, посредством которого мы сможем открыть ларец, скрывающий ответы на неизведанные тайны природы наказания.

Нельзя также не учитывать и то, что завтра или через год, а может через десять и более лет, археологи или геологи найдут новые правовые скрижали прежних цивилизаций, которые подтвердят или опровергнут выдвинутые выше гипотезы, либо мы обнаружим в них принципиально иную матрицу наказания, раскрывающую неведомые на сегодняшний день его грани...

***

Высказанные выше суждения об альтернативной природе наказания, не вписывающиеся в общую картину современного учения о наказании, необходимо рассматривать не как претензии автора на отмену всей предшествующей философии наказания.

Представленные на суд читателей гипотезы являются лишь

леммой (в философском смысле), которая ещё не была предметом специального исследования ни в теории уголовного права, ни в

1 ЛенинВ.И. Материализмиэмпириокритицизм.Полн.соб.соч.Т.28.С.196,199.

58

Неизведанные грани наказания и тайны его бытия

криминологии. Поэтому хотелось бы, чтобы они были восприняты читателями как приглашение к совместному переосмыслению устоявшихся в теории уголовного права воззрений на природу наказания, так как существующая теория с её основательной устойчивостью показала свою несостоятельность.

С учётом изложенного предложенную доктрину надо рассматривать только как первый шаг на достаточно длинном пути познания неизведанных граней наказания. На нём не исключены как удачи, так и огорчения. Но как сказано: «Дорогу осилит идущий».

59

Отклики,

поступившие на доктрину «Неизведанные грани наказания и тайны его бытия»

К.Ж. Балтабаев

(Нур-Султан, Республика Казахстан) 1

О некоторых дискуссионных вопросах наказания

Проблема наказания волновала человечество во все века, ей посвящались многочисленные труды мыслителей прошлого. Несмотря на это, многие вопросы, в том числе и гносеологического характера,остаютсянедоконцаисследованнымииявляютсядискуссионными. Поэтому вполне понятен интерес проф. Х.Д. Аликперовак этой проблеме.Сомногимипоставленными проблемамив тезисах его доклада можно согласиться.

Влитературе уже давно высказывались критические мнения о целях наказания, в частности, о цели исправления осужденного. По мнению Г.Ф. Хохрякова, парадокс заключается в том, что мы для исправления осуждённого помещаем его в среду ему подобных.

Влитературе никто уже не оспаривает тот факт, что осуждённые в тюрьмах не исправляются, а наоборот, ещё более заражаются субкультурой преступного мира. Все это выявилось ещё в советские годы, и рекомендации не назначать строгие виды наказания, в первую очередь — лишение свободы, нормативно закреплены сейчас в уголовных кодексах многих суверенных государств, появившихся на постсоветском пространстве. Так, в ч. 2 ст. 52 УК Республики Казахстан 2014 г. (далее — УК РК) указано, что более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное уголовное правонарушение, назначается лишь в случае, если менее строгий его вид не сможет обеспечить достижение целей наказания.

1 Куаныш Жетписович Балтабаев — доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры уголовно-правовых дисциплин Евразийского национального университета им. Л.Н. Гумилёва (Нурсултан, Республика Казахстан).

60