Концепция частного и публичного права России. Монография

ствий, будь то административный акт (в случае создания унитарного предприятия либо учреждения по решению публичного собственника) либо гражданско-правовая сделка.

Так, «дочерние предприятия, фонды и учреждения чаще всего создаются путем одностороннего волеизъявления (односторонней сделки) отдельного учредителя — юридического или физического лица»1.

В случае образования юридического лица двумя и более учредителями отношения между ними оформляются путем заключения двухили многосторонней сделки — договора, позволяющего согласовать все условия совместной деятельности по созданию корпорации, распределить конкретные права и обязанности между участниками договора.

Таким образом, договор о создании юридического лица как таковой сохранится во всех указанных случаях. Поскольку иначе организовать создание юридического лица несколькими участниками будет затруднительно. Сегодня наравне с термином «учредительный договор» в ГК упоминаются договоры об учреждении общества с ограниченной ответственностью, договоры о создании акционерного общества.

С ограничением использования учредительных договоров указанные соглашения утратят силу учредительных документов. Речь идет о следующих свойствах учредительного документа:

•в учредительных документах организации определяются пределы ее правоспособности (ст. 49 ГК);

•на основании учредительного договора юридическое лицо действует в гражданском обороте;

•учредительные документы определяют правовой статус учредителей по отношению друг к другу, а также органов юридического лица;

•представление в регистрирующий орган учредительных документов является обязательным условием государственной регистрации юридического лица (ст. 12 Федерального закона от 8 августа 2001 г. ¹ 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»2).

По мнению некоторых ученых, учредительные документы входят в число индивидуализирующих организацию признаков3.

1 Сикачев М.Н. Договоры о создании юридических лиц в российском гражданском законодательстве // Нотариус. 2010. ¹ 2. С. 14—18.

2 Российская газета. 2001. 10 августа.

3 Цирульников В.Н. Признак «организационное единство» и его влияние на правосубъектность коммерческих организаций: Дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 1998. С. 22.

151

Ф.А. Румянцев полагает, что при классификации элементов организационного единства юридических лиц на внутренние и внешние к внутренним элементам, отражающим правовые связи внутри организации, надо отнести учредительные документы наравне с нали- чием внутренней структуры и органов управления организации1.

Таким образом, грядущие изменения ГК лишат только часть уч- редительных договоров юридической силы, позволяющей ограни- чивать правоспособность создаваемого лица.

Однако и при отсутствии договора о создании юридического лица устав можно рассматривать как договор. Такого взгляда, например, придерживались Г.Ф. Шершеневич и П. Писемский2. Даже в условиях, когда единственным уставным документов организации будет только устав, в нем фактически содержатся и положения об объединении участников юридического лица. На наш взгляд, учредительный договор необходим и потому, что включают в свой предмет не только то, что относится к порядку создания юридиче- ского лица, но и осуществляют внутреннее регулирование отношений, которые возникают и после создания юридического лица, конкурируя в этом последнем с уставом3. Эти же положения будут содержаться в уставе юридического лица в соответствии с Проектом.

С отменой учредительных договоров для большинства видов юридических лиц связано предложение заменить термин «учредительный договор» на «договор о создании определенного вида юридического лица» для случаев, когда учредительным документом компании является только устав.

Однако можно согласиться с М. Сикачевым, что само по себе отнесение к учредительным документам не отражается на свойствах договора быть правовым основанием обязательственного учредительного правоотношения, поскольку здесь критерием выделения служат признаки и свойства, касающиеся иных правоотношений, возникающих на основе учредительных договоров, в том числе корпоративных отношений, поскольку в содержание учредительных документов входит регламентация внутренних взаимоотношений между участниками (членами) корпорации, между участниками и

1 Румянцев Ф.А. Организационное единство как признак юридического лица: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2012. С. 9.

2 Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. I: Введение. Торговые деятели. М.: Статут, 2003. С. 414; Писемский П. Акционерные компании с точки зрения гражданского права. М.: Типография Грачева, 1876. С. 93.

3 См.: Учебник гражданского права. Т. 2 / Под ред. Е.А. Суханова. С. 371—372, С. 332—333; Козлова Н.В. Указ. соч. С. 73.

152

самим юридическим лицом и т.д., что выходит за пределы отношения, возникающего на стадии создания юридического лица1.

Значение договора между учредителями сложно переоценить. Так, по мнению Д.И. Степанова, ООО, в основе которых лежит сделка учредителей (последующих участников, скорее уже модифицирующих сделку), находящая отражение в уставе, договоре об уч- реждении ООО, наконец, в договоре об осуществлении прав участников, фактически превращаются в символ базовой конструкции иного подразделения гражданского права — договорного права, где основой основ выступает принцип свободы договора. Корпоративное право, традиционно строившееся в отечественных условиях исходя преимущественно из императивного начала, применительно к

ООО становится средоточием того же самого принципа свободы договора, в данном случае свободы «корпоративного» договора. Иными словами, применительно к ООО корпоративное право должно быть переосмыслено из сферы сугубо императивной в сторону того, где главенствующим оказывается принцип диспозитивности: любая норма закона задает лишь ориентир, при этом если нет каких-либо серьезных политико-правовых соображений для защиты слабой стороны в договоре, любая норма должна допускать «иное»2.

И раньше в литературе выделялись в качестве самостоятельных договоры о создании юридического лица. Например, как уже указывалось, М.И. Брагинский определял их как договоры о создании коллективных образований. Наряду с простым товариществом к этому типу договоров он относил учредительный договор и договор о создании акционерного общества как порождающие юридическое лицо в отличие от простого товарищества3.

Следует отметить, что значительное сходство правовой природы учредительных договоров и договоров простого товарищества дало основание для признания их двумя разновидностями договоров о совместной деятельности4.

1 Сикачев М. К вопросу о видах договоров о создании юридического лица // Право и экономика. 2011. ¹ 3. С. 58—61.

2 Степанов Д. Реформа законодательства об ООО: к принципу свободы договора в корпоративном праве. Часть II // Корпоративный юрист. 2009. ¹ 7. С. 4—11. 3 Брагинский М.И. Договоры, направленные на создание коллективных образований. М., 2004. С. 6.

4 См.: Масляев А.И., Масляев И.А. Договор о совместной деятельности в советском гражданском праве. М., 1988. С. 16; Бублик В. Гражданское законодательство и имущественный статус экономических агентов // Хозяйство и право. 1996. ¹ 8. С. 61; Савельев А.Б. Договор простого товарищества в российском гражданском праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 8, 19.

153

Однако, согласно иному мнению, учредительные договоры нельзя считать ни договорами простого товарищества, ни разновидностью договоров о совместной деятельности, поскольку Основы гражданского законодательства 1991 г. «впервые закрепили уч- редительный договор в качестве самостоятельной разновидности гражданско-правовых договоров»1. В соответствии с другой точкой зрения деятельность лиц по созданию, например, простого товарищества и взаимоотношения по управлению последним вполне укладываются в рамки договора о совместной деятельности (простого товарищества)2.

Поскольку в российском праве учредительные договоры согласно Проекту станут именоваться договорами о создании юридиче- ского лица, к специфическим чертам, позволяющими определить такой договор, можно отнести следующее: 1) в результате договора создается правосубъектное образование; в) совместная деятельность, ведение дел после государственной регистрации созданного учредителями юридического лица осуществляются уже не самими учредителями как субъектами права, а этим новым юридическим лицом; 3) объединенное учредителями имущество после передачи его юридическому лицу становится единоличной собственностью последнего.

Эти черты соответствуют и чертам учредительного договора с той только разницей, что договор о создании юридического лица не обладает силой устанавливать правоспособность организации.

Кроме того, фактически к договорам о создании юридических лиц можно отнести и договоры о реорганизации.

Участники договора слияния или присоединения — юридиче- ские лица (все — при слиянии и присоединенное юридическое лицо — при реорганизации путем присоединения) после заключения договора прекращают существование в качестве субъектов права. Это происходит при слиянии в момент государственной регистрации вновь созданного юридического лица, а при присоединении — в момент внесения в Единый государственный реестр юридических лиц записи о прекращении деятельности присоединенного юриди- ческого лица (п. 4 ст. 57 ГК). Однако мы полагаем, что названные договоры следует считать самостоятельными непоименованными договорами, которые можно отнести к типу договоров об объединении (корпоративных договоров). Реорганизация в форме присое-

1 Гражданское право / Под ред. Е.А. Суханова. Т. 2. С. 753, 376.

2 Гражданское право / Под ред. А.П. Сергеева и Ю.К. Толстого. Ч. 2. С. 658.

154

динения рассматривается как частный случай слияния1, поэтому к договору о присоединении, как представляется, применимы правила и выводы в отношении договора о слиянии.

Вопрос о юридической природе договора слияния, заключаемого в процессе реорганизации юридических лиц, в научной литературе является дискуссионным, что обусловлено спецификой корпоративных отношений. Цивилисты относят такой договор к договорам, имеющим организационно-имущественную природу2, или организационным договорам3. Некоторые исследователи склоняются к тому, что указанный договор представляет собой разновидность договора простого товарищества4 или учредительного договора5. Например, А. Коровайко полагает, что договор о реорганизации АО в форме слияния близок к договору о создании АО (ст. 9 Закона об АО), который также относится к категории договоров о совместной деятельности. При слиянии учредителями создаваемого юридиче- ского лица выступают не сами стороны договора, а акционеры объединившихся обществ, утверждающие устав и формирующие руководящие органы вновь создаваемого общества на совместном собрании6.

Ряд ученых относят договор о слиянии к договору простого товарищества, общая цель участников которого состоит в образовании нового юридического лица (при слиянии), передаче активов и пассивов правопреемнику реорганизуемых юридических лиц7. Договор о реорганизации направлен именно на создание нового юридического лица, и сопутствующее этому процессу правопреемство является принципиальным отличием договора о реорганизации от договора простого товарищества.

Однако Д.В. Ломакин подчеркивает, что заключение данных договоров преследует особую цель. В случае с договорами о слиянии и присоединении они не направлены на создание нового субъекта права, как иногда утверждается в литературе, хотя при слиянии хозяйственных обществ и появляется новый субъект права. Данные

1См.: Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. С. 221.

2 См.: Суханов Е.А. О видах сделок в германском и в российском гражданском праве // Вестник гражданского права. 2006. ¹ 2.

3 См.: Глушецкий А.А. Реорганизация и крупные сделки// Закон. 2006. ¹ 9. 4 Козлова Н.В. Правосубъектность юридического лица. М., 2005.

5 Кафтайлова Е.В., Ручкин О.Ю., Трунцевский Ю.В. Реорганизация юридических лиц (правовые основы). М., 2010.

6 См.: Коровайко А. Указ. соч.

7 См.: Ем В.С., Козлова Н.В. Договор простого товарищества (комментарий главы 55 Гражданского кодекса Российской Федерации) // Законодательство. 2000. ¹ 1.

155

договоры заключаются в целях проведения реорганизации хозяйственных обществ. Образование нового субъекта права — только один из этапов проведения процедуры реорганизации 1.

Однако представляется, что нет оснований лишать реорганизационный договор самостоятельного значения. В связи с этим необоснованной следует назвать и соответствующую судебную практику. Так, ФАС Западно-Сибирского округа, отказывая в удовлетворении требований о признании договора присоединения недействительным, отмечает, что этот договор и передаточный акт не могут быть оспорены как самостоятельные сделки, поскольку являются исполнением воли юридических лиц, принявших решение о реорганизации. Обосновывая свою позицию, суд указывает, что ГК не устанавливает обязательности составления какого-либо договора при реорганизации юридического лица. Заключение договора присоединения никаких правовых последствий не порождает, а является только одним из условий совершения регистрационных действий органом государственной власти2. Однако суд не учел, что обязанность составления договора при реорганизации юридического лица предусмотрена п. 1, 3 ст. 53 Закона об ООО и п. 2, 3 ст. 17 Закона об АО. Во-вторых, договор присоединения (так же как и договор слияния) подпадает под определение сделки, которое дано в ст. 153 ГК. Подписание соответствующего договора создает у его сторон права и обязанности по проведению реорганизации в форме присоединения (слияния).

Полагаем, как договор о слиянии, так и договор о присоединении, являются юридическими фактами — элементами сложного юридического состава, являющегося основанием универсального правопреемства, осуществляемого в ходе реорганизации хозяйственных обществ. В то же время такие корпоративные договоры направлены на возникновение, изменение или прекращение корпоративных правоотношений3.

Как убедительно доказал П.А. Марков, договоры слияния или присоединения (договоры о реорганизации) представляют собой самостоятельный вид гражданско-правовых договоров. Данные договоры направлены на создание нового юридического лица и сопутствующее этому процессу правопреемство, чем принципиально отличаются от договора простого товарищества, к разновидности

1 См.: Ломакин Д.В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. М., 2008.

2 См. постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 25 ноября 2010 г. по делу ¹ А67-5492/2009.

3 Òàì æå.

156

которого реорганизационные сделки часто пытаются отнести. Кроме того, это сделки, предметом которых являются имущественные комплексы. Названные договоры следует считать самостоятельными непоименованными договорами, которые можно отнести к виду договоров об объединении. Автор также замечает, что для договора о реорганизации может не требоваться ведение совместной деятельности, но всегда необходимо наличие общей цели — создание нового субъекта права1.

Рассмотрим прядок слияния и присоединения акционерного общества. В соответствии с п. 2 ст. 16 Закона об АО в договоре о слиянии должны быть определены порядок и условия слияния, а также порядок конвертации акций каждого общества в акции нового общества. Каких-либо иных условий вышеназванная норма не устанавливает. Однако этого, как справедливо отмечается2, недостаточно для такого серьезного вида правоотношений.

Органы вновь возникающего общества образуются на совместном общем собрании акционеров обществ, участвующих в слиянии, в соответствии с положениями устава создаваемого общества, ранее утвержденного общим собранием акционеров сливающихся обществ. Правовая природа этих собраний не определена, но по своим целям они сходны с учредительными собраниями3.

Последовательность действий акционерных обществ, реорганизуемых путем присоединения, должна быть такой же, как и при слиянии.

Вначале общие собрания реорганизуемых обществ по предложению совета директоров (наблюдательного совета) должны принять принципиальное решение о реорганизации путем присоединения. Этому, безусловно, предшествуют переговоры руководства обществ и крупных акционеров об условиях и порядке присоединения. Присоединяемое общество и общество, к которому осуществляется присоединение, заключают договор о присоединении, в котором определяют его существенные условия: порядок и условия присоединения, а также порядок конвертации акций присоединяе-

1 Марков П.А. Теория реорганизации коммерческих юридических лиц: проблемы правового регулирования и правоприменения: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. М., 2012. С. 15.

2 См.: Тимаев Ф.И. Защита прав кредиторов по гражданскому законодательству, регулирующему отношения с участием акционерных обществ. СПб., 2005.

3 См.: Брагинский М.И., Медведева Т.М., Тимофеев А.В. Реорганизация и ликвидация юридических лиц по законодательству России и стран Западной Европы. М., 2000. С. 39—40.

157

мого общества в акции общества, к которому осуществляется присоединение (п. 2 ст. 17 Закона об АО).

Поскольку реорганизуется не только присоединяемое общество, но и присоединяющееся, общие собрания этих обществ утверждают договор о присоединении, и с этого момента этот документ юриди- чески окончательно оформляется.

Общее собрание акционеров присоединяемого общества утверждает также передаточный акт.

На основании п. 3 ст. 17 Закона об АО в устав присоединяющего общества следует внести изменения и дополнения, обусловленные реорганизацией. При этом имеются в виду прежде всего изменения, связанные с увеличением уставного капитала общества, к которому осуществляется присоединение, на номинальную стоимость дополнительных акций, в которые были конвертированы акции присоединенного общества, увеличением числа размещенных акций соответствующих категорий (типов)1.

Изменения и дополнения в устав присоединяющего общества принимаются на общем (совместном) собрании акционеров обществ, участвующих в реорганизации. Порядок голосования на совместном общем собрании акционеров, так же как и при слиянии, определяется договором о присоединении. Правомерно, по нашему мнению, утверждение о том, что совместное собрание акционеров, участвующих в реорганизации обществ, является специальным, поэтому здесь возможны отступления от принципа «одна голосующая акция — один голос», закрепленного в ст. 59 Закона об АО2.

Следует также отметить, что в ходе исполнения договоров о реорганизации не образуется общего имущества их участников, принадлежащего им на праве общей долевой собственности. Эти договоры опосредуют переход от одного хозяйственного общества к другому всего комплекса прав и обязанностей, т.е. процедуру универсального правопреемства, осуществляемую при проведении реорганизации в формах слияния и присоединения. По окончании процедуры реорганизации имущество участников рассматриваемых договоров становится частной собственностью хозяйственного общества, созданного в процессе реорганизации или оставшегося после ее завершения.

Учитывая специфику совместного собрания акционеров, порядок голосования на нем может быть определен договором о слиянии обществ.

1 См.: Мозолин В.П., Юденков А.П. Комментарий к Федеральному закону «Об акционерных обществах». М., 2002. С. 88, 89.

2 Мозолин В.П., Юденков А.П. Указ. соч.

158

Акции общества, реорганизованного путем слияния, признаются конвертированными в акции общества, созданного в результате такого слияния, в соответствии с договором о слиянии в момент государственной регистрации общества, созданного в результате такого слияния1.

При слиянии обществ акции общества, принадлежащие другому обществу, участвующему в слиянии, а также собственные акции, принадлежащие участвующему в слиянии обществу, погашаются (п. 4 ст. 16 Закона об АО).

Êвновь образованному обществу переходят все права и обязанности обществ, принявших участие в слиянии. Исчерпывающий перечень прав и обязанностей должен быть зафиксирован в передаточном акте.

Договоры о слиянии и присоединении порождают права и обязанности не только для их участников, но и для третьих лиц. Например, договор о слиянии АО должен определять порядок конвертации акций каждого общества в акции нового общества (п. 3 ст. 16 Закона об АО), а договор о присоединении должен содержать положения о порядке конвертации акций присоединяемого общества

âакции общества, к которому осуществляется присоединение (п. 3 ст. 17 Закона об АО). Данные договоры определяют права и обязанности акционеров реорганизуемых АО, в то время как они не являются участниками этих договоров.

Êдоговорам о создании неправосубъектных образований следует отнести простое товарищество, договоры о создании консорциума, синдиката, холдинга, финансово-промышленной группы, акционерные соглашения и соглашения участников ООО о порядке осуществления прав участников, договор о создании консолидированной группы налогоплательщиков, о создании крестьянского (фермерского) хозяйства.

Наиболее пристальное внимание в этой группе обычно уделяется простому товариществу. Его место в системе гражданскоправовых договоров обусловлено тем, что это — единственный урегулированный ГК договор об объединении лиц. Кроме того, в простом товариществе можно обнаружить квалифицирующие признаки договоров об объединении.

О совместной деятельности участников договора в ГК речь идет только в главе 55 «Простое товарищество». Как правило, условие о совместной деятельности предполагает соглашение товарищей в простом товариществе об образовании определенной организаци-

1 См. п. 8.4.1, 8.4.2 Стандартов эмиссии ценных бумаг и регистрации проспектов ценных бумаг.

159

онной общности, т.е. принятии на себя обязанностей по непосредственному личному участию в делах товарищества.

В простом товариществе осуществляется деятельность нескольких лиц по созданию общей имущественной базы для ведения определенной деятельности, которая признается совместной. При этом интересы участников такого договора направлены на достижение общей цели, а встречные интересы, обычные в двусторонних договорах, отсутствуют (см. ст. 1041 ГК).

Один из известных дореволюционных романистов — П.Е. Соколовский, являющийся автором специального исследования, посвященного договору товарищества в римском праве, говоря о возможности лица отказаться от договора товарищества, отмечал, что в отношениях, возникающих на основании этого договора, легко возможна эксплуатация одного участника товарищества другим, предприятие может оказаться прибыльным не для всех членов. По мнению ученого, такой исход противоречит смыслу товарищества — против этого направлено правило о львином товариществе и право отказаться от продолжения дела, которое может быть ограниченно, только если причиной отказа стал какой-либо корыстный умысел1.

Объединение лиц, ведение его сторонами совместной деятельности мы предлагаем избрать в качестве основного признака договора простого товарищества. Предметом договора простого товарищества, таким образом, является организация совместной деятельности товарищей2.

Поскольку в договоре простого товарищества присутствует совместная деятельность нескольких лиц, в законе различаются управление общими делами товарищей (руководство совместной деятельностью) и ведение общих дел (представительство интересов коллектива товарищей вовне). В договоре простого товарищества неизбежно возникают внутренние организационные отношения, направленные на координацию деятельности участников товарищества3. Показательной в данном случае является правовая позиция

1 См.: Соколовский П.Е. Договор товарищества по римскому гражданскому праву. Киев, 1893. С. 276—278.

2 См.: Илюшников С.М. О существенных условиях договора простого товарищества// Общество и право. 2009. ¹ 2; Гражданское право: Учебник: В 2 т. Т. 2, полутом 1 / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 1999. С. 160.

3 См.: Харитонова Ю.С. К вопросу об организационных правоотношениях в договоре простого товарищества // Актуальные проблемы гражданского права, гражданского и арбитражного процесса: В 2 ч. Ч. 1: Гражданское право: Материалы науч. конф. Воронеж, 15—16 марта 2002 г. / Под ред. Е.И. Носаревой, Т.Н. Сафроновой. Воронеж: Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 2002.

160