Конституция и суд в современном мире. Часть 2. Материалы Международного научно-практического форума «Конституция и суд в современном мире», посвященно

Тарасенко М. Д.

принципами и нормами международного права. Это соответствует общепризнанным принципам и нормам международного права,

вчастности, Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 г., согласно которой каждый человек имеет обязанности перед обществом, в котором только и возможно свободное и полное развитие его личности (ч. 1 ст. 29); при осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе (ч. 2 ст. 29).

Общественный порядок является национальным интересом современных государств. Соответственно в Российской Федерации общественный порядок как национальный интерес обеспечивается и посредством миграционного учета в сфере миграции.

Право каждого государства — урегулирование любых вопросов

всфере реализации права на свободное передвижение, выбор места пребывания и жительства, в том числе и формирования для иностранных граждан правовых пределов его реализации в целях обеспечения национальных интересов.

Однако данное право государства не является абсолютным. Границы его осуществления должны быть четко закреплены, и в самом общем виде они определяются границами интересов частных и публичных.

Ограничения права на свободное передвижение, выбор места пребывания и жительства возможны лишь в определенных случаях, и все эти исключения (необходимость защиты стратегических интересов государства, обеспечение безопасности и обороны страны и т. д.) четко прописаны в законодательных актах.

Всвязи с этим важно подчеркнуть, что в законодательстве РФ существует такое понятие, как допустимость ограничений, и основание для этого — выше обозначенные конституционные ценности, закрепленные в ст. 55 Конституции РФ.

Данные конституционные ценности неоднократно интерпретировались Конституционным Судом РФ. В результате этой деятельности был сформулирован целый ряд принципов и правовых категорий, касающихся возможности допустимости ограничений.

101

Раздел III. Актуальные проблемы регулирования и защиты прав и свобод

Так, в Постановлении Конституционного Суда РФ от 4 апреля 1996 г. №9-П «По делу о проверке конституционности ряда нормативных актов города Москвы и Московской области, Ставропольского края, Воронежской области и города Воронежа, регламентирующих порядок регистрации граждан, прибывающих на постоянное жительство в названные регионы»1 Конституционный Суд РФ отметил, что право свободного выбора места жительства принадлежит гражданину от рождения и, как и другие основные права и свободы, является неотчуждаемым. Вместе с тем, это право не носит абсолютного характера и подлежит правовому регулированию, с учетом того, что его осуществление может привести к нарушению прав и свобод других лиц, что недопустимо. Поэтому реализация названного права может сопровождаться введением обоснованных ограничений в соответствии с основаниями и порядком, установленными ст. 55 и 56 Конституции РФ. Правовой режим ограничений права на выбор места жительства может вводиться только федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Также согласно ч. 3 ст. 12 Международного пакта о гражданских и политических правах право на свободное передвижение и свобода выбора места жительства не могут быть объектом никаких ограничений, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения или прав и свобод других, и совместимы с признаваемыми в Пакте иными правами. Следовательно, общим требованием Конституции РФ и международно-правовых норм является положение о том, что ограничения права могут быть установлены только законом2.

Весьма примечательна правовая позиция Суда по вопросу о некоторых аспектах процедуры выдворения за пределы Российской Федерации в связи с нарушением миграционного учета иностранными гражданами.

Так, в Постановлении Конституционного Суда РФ от 17 февраля 1988 г. №6-П Конституционный Суд РФ постановил со ссылкой

1 СЗ РФ. 1996. № 16. Ст. 1909.

2 СЗ РФ. 1996. № 16. Ст.1909.

102

Тарасенко М. Д.

на ст. 22 Конституции РФ, что для содержания лица под стражей с целью его выдворения из Российской Федерации необходимо постановление суда, если срок этого содержания под стражей превышает 48 часов. В постановлении должно быть установлено, является ли содержание под стражей необходимой мерой для осуществления процедуры выдворения. Суду также надлежит оценить законность и причины содержания под стражей. Заключение под стражу на неопределенный период времени является неприемлемым, поскольку это может стать формой наказания, которая не предусмотрена положением законодательства Российской Федерации

икоторая несовместима с положениями Конституции РФ1.

Европейский Суд по правам человека в своих решениях неодно-

кратно отмечал, что Конвенция о защите прав человека и основных свобод не гарантирует иностранным гражданам право въезжать в определенную страну или проживать на ее территории и не быть высланными и что лежащая на государствах-участниках ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает их контролировать въезд в страну, однако подобные решения, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе ст. 8 Конвенции, должны быть оправданы крайней социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели (постановления от 26 сентября 1997 г. по делу «Эль-Бужаиди (El Boujaidi) против Франции», от 21 июня 1988 г. по делу «Беррехаб (Berrehab) против Нидерландов» и от 6 декабря 2007 г. по делу «Лю и Лю против Российской Федерации», решение от 9 ноября 2000 г. по вопросу о приемлемости жалобы «Андрей Шебашов против Латвии»)2.

Важное значение для определения пределов реализации права на свободное передвижение имеет правовая позиция Европейского суда по вопросу «принципа взаимности», который распространяется в отношении иностранных граждан — сотрудников дипломатических представительств и работников консульских

1 СЗ РФ. 1998. № 9. Ст.1142.

2См.: Определение Конституционного Суда РФ от 4 июня 2013 г. № 902-

О«По жалобе гражданина Республики Молдова Х. на нарушение его конституционных прав положениями ч. 3, 4 и 7 ст. 25.10 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» // СПС «КонсультантПлюс».

103

Раздел III. Актуальные проблемы регулирования и защиты прав и свобод

учреждений иностранных государств в Российской Федерации, сотрудников международных организаций, а также аккредитованных в Российской Федерации иностранных журналистов.

«Принцип взаимности», применяемый в отношении выше отмеченных иностранных граждан, характеризуется тем, что если в государстве А. будут в отношении данных лиц введены ограничения, то в государство Б. может законодательно ввести аналогичное ограничение данного права в отношении граждан государства А. При этом должны учитываться не только формальные положения действующего законодательства, но также и существующая практика их применения, в том числе решения судов. И если имеются фактические ограничения, которые применяются к иностранным гражданам и которые могут быть подтверждены доказательствами, то другие государства вправе ввести законодательные ограничения права на свободное передвижение, выбор места пребывания и жительства в отношении граждан этого первого государства, и это будет соответствовать принципу взаимности.

Наличие разумного соотношения (пропорциональности) между примененными средствами и преследуемой целью — важная составляющая правового регулирования в сфере миграции. Иными словами, важно определить, установлен ли в государстве справедливый баланс между требованиями частного, общественного и государственного интереса.

Государство вправе пользоваться широкими пределами свободы при выборе средств принуждения и определении того, были ли оправданы последствия принуждения в общественных интересах для достижения цели закона.

Такие меры допустимы, если они основываются на законе, служат общественным интересам и не являются чрезмерными.

Согласно ст. 8 Федерального закона от 18 июля 2006 г. № 109ФЗ «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации» основанием для постановки на миграционный учет является:

1)факт въезда иностранного гражданина в Российскую Федерацию;

2)факт регистрации рождения на территории Российской Федерации иностранного гражданина или иного лица, не приобретающих на момент рождения гражданства Российской Федерации;

104

Тарасенко М. Д.

3) факт утраты гражданства Российской Федерации лицом, находящимся в Российской Федерации.

Нарушение установленных законодательством требований в части оформления соответствующих документов, миграционного учета и регистрации по месту пребывания и жительства, дающих возможность реализовывать право на свободное передвижение, выбор места пребывания и жительства, как правило, влечет административную ответственность, в том числе и в форме выдворения за пределы Российской Федерации, которое согласно правоприменительной практики основывается на принципах справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности1.

Согласно ч. 2 ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (4 ноября 1950 г., г. Рим) не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление права каждого на уважение его личной и семейной жизни, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны,

вцелях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Соответственно, сложившаяся правоприменительная практика

вчасти выдворения за пределы Российской Федерации иностранных граждан в связи с нарушением ими правил оформления соответствующих документов, правил миграционного учета и правил регистрации по месту пребывания и жительства в Российской Федерации свидетельствует о том, что законом установленные предписания понимаются как пределы ограничения права на свободное передвижение, выбор места пребывания и жительства иностранных граждан в Российской Федерации.

Выбор средств, направленных на их обеспечение, не противоречит Конституции РФ, не приводит к отрицанию самого права.

Таким образом, представляется возможным сформулировать следующие положения, характеризующие пределы реализации права

1 См., например: Постановление Верховного Суда РФ от 29.01.2015 № 5-АД14-28; Постановление Верховного Суда РФ от 22.10.2014 № 35-АД14- 4; Постановление Верховного Суда РФ от 07.07.2014 № 14-АД14-3; Постановление Верховного Суда РФ от 17.08.2012 № 46-АД12–14 и др.

105

Р А З Д Е Л I V

Применение Конституции РФ российскими судами и защита конституционных прав и свобод в Российской Федерации

Агапов Т. С.

аспирант отдела конституционноправовых исследований ФГБОУ ВО РГУП

Актуальные аспекты оптимизации применения конституций (уставов) субъектов РФ судами общей юрисдикции

Исходя из особенностей российской правовой системы, сферы правового регулирования конституций (уставов) субъектов РФ, а также компетенции судов, с одной стороны, и необходимости обеспечения действенности конституций (уставов) субъектов РФ

впроцессе разрешения дел в судах общей юрисдикции актуальным является вопрос оптимизации применения конституций (уставов) субъектов РФ судами общей юрисдикции.

Пределы применения региональных учредительных актов судами общей юрисдикции ограничиваются определенными аспектами. Единообразие их реализации возможно при условии, если органы судебного конституционного контроля будут созданы во всех без исключения субъектах Российской Федерации, ибо, как правило, применение учредительного акта судами общей юрисдикции не связано с установлением конституционности, уставности того или иного нормативного правового акта.

Учредительный акт применяется судами общей юрисдикции

вцелях лучшего уяснения и разъяснения действующего регионального законодательства применительно к конкретному делу.

Достижение этой цели требует совершенствования организа- ционно-правового механизма реализации судебной деятельности по применению конституций (уставов) субъектов РФ. В настоя-

107

Раздел IV. Применение Конституции РФ российскими судами

и защита конституционных прав и свобод в Российской Федерации

щее время он не является эффективно действенным1, что обусловлено наличием проблем в сфере разграничения конституционной (уставной), гражданской и административной юрисдикций по вопросам нормоконтроля.

Данное обстоятельство обусловливает негативную ситуацию в сфере правосудия в целом и отрицательным образом сказывается на обеспечении единообразного подхода к обеспечению права на судебную защиту.

Обращение к вопросам оптимизации применения конституций (уставов) субъектов РФ является своевременным, поскольку необходимо обеспечить консолидированные усилия судебных органов всех уровней и звеньев. Данная проблема актуализируется под влиянием ряда как объективных факторов (в частности, интеграция юридической ответственности), так и субъективных факторов (высокого уровня правового нигилизма, негативного отношения значительной части российского населения к региональному регулированию и т.д.).

Имеет место потребность в разработке теоретических предложений и практических рекомендаций, преследующих цель оптимизировать судебную деятельность по применению конституций (уставов) субъектов РФ с учетом факторов, сопровождающих процесс развития российского государства и права, в т. ч. таких, как увеличение количества источников права и стремительное развитие сфер правового регулирования.

Требует своего разрешения актуальная для теории судебной деятельности и судебной власти проблема соотношения юрисдикций.

Представляется необходимым развитие оптимального организа- ционно-правового механизма применения конституций (уставов) субъектов РФ при соотношении централизации и децентрализации.

Вопросы компетенции и полномочий не всегда распределяются равномерно и могут быть сосредоточены преимущественно на определенном уровне звена судебной системы, как федерального, так

ирегионального уровня2. В первом случае имеет место их централизация, а во втором — децентрализация. Централизация и децен-

1 Умнова (Конюхова) И. А. Проблемы дефедерализации и перспективы оптимизации современной российской модели разграничения предметов ведения

иполномочий в контексте доктрины субсидиарности // Сравнительное кон-

ституционное обозрение. 2012. № 2. С. 45–55.

1 Алешкова И. А., Дудко И. А., Марокко Н. А. Конституционные основы судебной власти. Курс лекций. М., РГУП, 2015.

108

Агапов Т. С.

трализация имеют свои достоинства и недостатки. Так, централизация облегчает контроль и координацию, сосредотачивает принятие единообразных судебных решений; децентрализация способствует оперативному принятию решений.

Таким образом, появляется проблема оптимизации соотношения централизации и децентрализации, проблема поиска «золотой середины». Как правило, там, где созданы конституционные (уставные) суды субъектов РФ, применение конституций (уставов) субъектов РФ эффективно реализуется посредством их деятельности в рамках конституционного (уставного) производства, соответственно обеспечена эффективная децентрализация в рассматриваемой сфере. В субъектах РФ, где не созданы такого рода суды, реализацию конституций (уставов) субъектов обеспечивают суды общей юрисдикции, и в этом случае велика степень централизации.

Оптимизацию применения конституций (уставов) субъектов РФ судами общей юрисдикции обоснованно рассматривать как процесс создания наилучшей модели, способной обеспечить достижение максимальной эффективности правового регулирования. В инструментальном плане процесс оптимизации действующих фактических составов включает два основных этапа — выявление дефектов фактического состава и их устранение (преодоление).

Дефекты фактических составов — это недостатки их нормативной модели, возникающие либо вследствие неправильных действий субъектов нормативного или индивидуального правового регулирования, либо вследствие объективных причин, способные повлечь неблагоприятные социальные и юридические последствия.

Единство материального и идеального в понимании юридических фактов и фактических составов не исключает, а напротив, предполагает дифференцированное рассмотрение соответствующих дефектов. С этой точки зрения обоснованно говорить о дефектах нормативных моделей рассматриваемых явлений и дефектах собственно фактических обстоятельств, выражающихся в их отклонении от предусмотренной законом нормативной модели.

Устранение дефектов фактических составов необходимо отличать от их преодоления. Это различные по своей природе и правовым последствиям правовые институты. Под устранением дефектов фактических составов следует понимать их юридическое исключение из правового акта. Преодоление будет иметь место

109

Раздел IV. Применение Конституции РФ российскими судами

и защита конституционных прав и свобод в Российской Федерации

в тех случаях, когда норма, содержащая дефект, формально сохраняет юридическую силу, но уточняется в процессе интерпретационной деятельности либо в процессе правоприменительной деятельности восполняется для конкретного, отдельно взятого правоприменительного случая. Иное понимание институтов устранения и преодоления дефектов фактических составов приводит к утрате существующих между ними принципиальных различий и дает основания для их полного или частичного отождествления.

Основными способами преодоления дефектов фактических составов являются толкование и институт аналогии закона и права. Основными способами устранения дефектов фактических составов выступают правотворчество и судебный нормоконтроль.

Винструментальном плане процесс оптимизации действующих фактических составов включает два основных этапа — выявление дефектов фактического состава и их устранение (преодоление).

Дефекты фактических составов — это недостатки их нормативной модели, возникающие вследствие неправильных действий субъектов нормативного или индивидуального правового регулирования либо вследствие объективных причин и способные повлечь неблагоприятные социальные и юридические последствия. Единство материального и идеального в понимании юридических фактов и фактических составов не исключает, а напротив, предполагает дифференцированное рассмотрение соответствующих дефектов. С этой точки зрения можно говорить о дефектах нормативных моделей рассматриваемых явлений и дефектах собственно фактических обстоятельств, выражающихся в их отклонении от предусмотренной законом нормативной модели.

Внаучной литературе активно развивается вопрос о мониторинге правоприменения.

Отдельные ученые правовой мониторинг рассматривают в качестве одного из главных инструментов повышения уровня эффективности правового регулирования, обеспечения должного качества принимаемых нормативных правовых актов и их реализации (Д. В. Горохов, Е. И. Спектор, М. Е. Глазкова). Полагаем, что данный вид правовой деятельности, действительно, может играть определяющую роль в вопросах повышения качества действующего регионального законодательства и практики реализации конституций (уставов) субъектов РФ. Однако для того,

110