Аксиология журналистики. Учебное пособие

его динамика, конечно, есть продукт культурного освоения мира — обобществленный продукт. Сущность культуры в том, что освоение мира / «возделывание почвы» у людей происходит сообща. В одиночку культура не возникает, не закрепляется в опыте и традициях. То же следует сказать и о журналистике. И, опираясь на Манхейма, добавить, что за ней особая миссия: «в каждом обществе есть социальные группы, главная задача которых заключается в том, чтобы создавать для данного общества интерпретацию мира»49. Журналисты из их числа.

Для журналистов понимание мира неотделимо от непрерывного обсуждения социально значимых проблем / диалога с обществом и его представителями «в публичном пространстве культурно побуждающей среды». Уместно вспомнить о журналистике как служении обществу, потому что, говоря словами Хабермаса, «этос слуги общества в наилучшей степени может обеспечить функционирование публичной сферы»50. При этом «о культуре рационального обсуждения можно говорить в том случае, когда коммуникация основана на нормах критической дискуссии и этике дискурса, в соответствии с которыми участники дискуссии учитывают разные мнения, извлекают из этого определенный опыт, а если их интересы противоречат друг другу, то находят какие-то формы взаимопонимания и компромисса»51.

Так что публичный диалог в демократическом обществе понимается нами в качестве обязательного элемента «культурно побуждающей среды» интерпретации ценностей / смыслов в их динамике. А реализуемая журналистикой «политическая публичность», с одной стороны, обеспечивает демократию, с другой — сама журналистика только и возможна в диалоговом режиме.

49Фарман И. П. Коммуникативная парадигма в социальном познании // Наука глазами гуманитария / Отв. ред. В. А. Лекторский. — М.: Прогресс-Традиция, 2005.

С.15.

50Цит. по: Уэбстер Ф. Указ. соч. С. 224.

51Фарман И. П. Указ. соч. С. 243.

92 АКСИОЛОГИЯ ЖУРНАЛИСТИКИ

Вопросы для самоконтроля:

1.Объясните природу различий между академической интерпретацией ценности и ее медийным выражением.

2.Назовите причины, способствующие ценностной динамике медиасферы.

3.Раскройте свое понимание «культурно побуждающей среды».

4.Объясните, чем в настоящее особенно опасны социальные конфликты по поводу ценностей, возможно ли их предотвратить.

V.

ЦЕННОСТНЫЕ КОДЫ МАССОВЫХ КОММУНИКАЦИЙ

И СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ

ИДЕНТИЧНОСТИ

обозначать как мосты культуры. И это правильно, потому что мосты не только соединяют ранее разделенные стороны, они организуют содержание связи между сторонами, придавая «смысл артефактам культуры для его воплощения в конструктивной деятельности человека. То есть культура состоит не в том, что есть в Петербурге Эрмитаж и в нем экспонируются великие творения Леонардо или, скажем, Ци Байши, а потому что есть люди с особым взглядом на вещи. Люди, готовые творчески откликнуться на непростоту мироздания»2.

Для медиасферы мосты культуры особо значимы, так как медиасфера не представляет собой ни политического, ни мировоззренческого, ни этнического единства. Мосты культуры образуют в публичной сфере межличностные и межсоциальные коммуникации, задают алгоритм общения. Французский историк, говоря о некоторых фактах общественного сознания, которые можно назвать воображаемыми, то есть не существующими, тем не менее заключает, что «воображаемое является таким же объектом изучения, как и поступки людей». Поэтому «одной из составляющих мира воображаемого является молва. …Она распространяется при помощи скрытых механизмов культурного воздействия»3, которые, в свою очередь, создают предпосылки-алгоритмы мостов культуры. Алгоритм общения в значительной степени обусловлен культурными кодами коммуникации, которые выступают как запреты и установления морального и эстетического свойства, определенные образцы коммуникативного поведения индивидов, выражения ими своих суждений и их понимания. Именно поэтому, утверждает М. Б. Пиотровский, «есть вещи, о которых не шутят, это нарушает код цивилизации»4. Культурные коды обеспечивают в обществе его ценностную идентичность. И в этом смысле культурный (ценностный) код коммуникации и есть последовательность утверждаемых ценностей, которая, во-первых, способствует динамичной и достоверной передаче по каналам коммуникации смыслов жизнедеятельности инсти-

2 Алексеев-Апраксин А. М. Культурная реальность в свете исследования межкультурных взаимодействий // Вестник Ленингр. гос. ун-та им. А. С. Пушкина. 2010. № 4. С. 123.

3 Мюшембле Робер. Очерки по истории дьявола: XII–XX вв. / пер. с фр. — М.: Новое литер. Обозрение, 2005. С. 9, 10.

4 Пиотровский М. Есть вещи, над которыми не шутят // Санкт-Петербургские ведомости. 2015. 4 февр. С. 3.

96 АКСИОЛОГИЯ ЖУРНАЛИСТИКИ

тутов, организаций и индивидов, во-вторых — отсекает выходящее за пределы установленного алгоритма общения. В известном смысле для массмедиа сложно стратифицированного общества культурные коды выступают в качестве субъективно работающего фильтра / «внутреннего цензора» журналиста. Принятые ценностные установки фильтр переводит в двоичную знаковую систему «можно — нельзя», «поймут — не поймут», «правильно — неправильно» и т. п., с помощью которых редактируются, а затем вносятся в публичную сферу все социально значимые смыслы. Отсутствие фильтров «размывает границы допустимого. Девальвируются ценности, которые у каждого свои, но одинаково важные»5.

5.1.Культурный код и ценностная идентичность

«Смысл [чего-либо в бытии] представляет собой взаимосвязь актуализированных и неактуализированных возможностей, потенциализируя то, что не было в данный момент актуализировано»6. Актуализация смыслов по преимуществу происходит в каналах массовой коммуникации, причем журналистская практика непрерывно меняет смысловые ландшафты социума, поскольку, утверждают философы, «смыслы в природе вычитывает человек»7. Непрерывно изменять смысловые ландшафты — объективное свойство журналистики, подчас независящее от того, осознают ли сами авторы публикаций и телевизионных репортажей всю глубину производимых ими перемен коммуникативной реальности. Конечно, динамику перемен смысловых ландшафтов социума тут же увидеть невозможно. Перемены накапливаются постепенно, исподволь, отчего ни те, кто их готовит, ни те, кто следует им, ничего не замечают — ни перестановок во всем известных ценностных приоритетах, ни новых значений привычных понятий, так как «ценность фиксируется и обозначается через определенные жизненные представления»8, а новые представления осознаются позднее, чем они сложились. Их

5 Там же.

6 Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Про- гресс-Традиция, 2009. С. 119.

7 Гуревич П. С., Палеева Н. Н. Философия культуры. — М.: «Канон+» РООИ «Реабилитация», 2014. С. 251.

8 Там же. С. 217.

98 АКСИОЛОГИЯ ЖУРНАЛИСТИКИ

культ продвигали научно-популярные работы Эйдельмана и Лотмана, стихи А. Галича, Б. Окуджавы, Д. Самойлова, А. Городницкого, фильм В. Мотыля». Особенно беспокоит Ермакова возможное в обществе восприятие декабристов «как лучших людей старой России», как «эталон» благородства, чести, нравственности. Историк строит определенную систему аргументации, пытаясь доказать, насколько все это не соответствует исторической правде, что широко известный «миф о декабристах» — только лишь продолжение пристрастной публицистики А. И. Герцена. Солидарен с Ермаковым и журналист С. Глезеров, который в своей беседе с историком Сергеем Эрлихом также придерживается установки на «мифы о декабристах»11. Правда, сам историк в оценках более осторожен, не столь резко отходит от сложившейся в историографии концепции: «Без этики самопожертвования, которую воплощали декабристы, общество просто не может жить и развиваться»12. Отчетливо линию ценностного понимания подвига декабристов выразил известный историк литературы Николай Скатов: «Немного найдется подобных декабризму явлений, рассмотрение которых под углом зрения таких эстетических категорий, как прекрасное, возвышенное, трагическое, было бы более оправданно. А ведь формула эстетического, если рассматривать под ним выражение всеобщей человеческой способности, дает возможность представить декабризм в максимально обобщенном виде как великое явление человеческого духа»13.

В этом аспекте интересны результаты проведенного в 2015 г. конкурса сочинений школьников Выборгского района Санкт-Петер- бурга «Декабристы. Факты и суждения». Школьникам предложили проанализировать отношение к декабристам в наши дни. Несмотря на то, что сегодня восприятие тех, кто 190 лет назад вышел на Сенатскую площадь, неоднозначно, большинство ребят с симпатией говорит о декабристах, идеализме и бескорыстии их устремлений14. В контексте суждений юношества посмотрим на одно из утверждений в уже процитированной нами статье историка А. Ермакова: «либе-

11Глезеров Сергей. Три мифа о декабристах: все они не выдержали проверку временем // Санкт-Петербургские ведомости. 2015. 9 дек. С. 6.

12Там же.

13Скатов Николай. «Фаланга героев»: сегодня исполняется 190 лет со дня восстания декабристов // Санкт-Петербургские ведомости. 2015. 14 дек. С. 1.

14Школьники о декабристах // Санкт-Петербургские ведомости. 2015. 28 дек.

С.3.

ралы-западники, левые революционеры и даже часть национал-ра- дикалов, расходясь между собой практически по всем вопросам развития России, проявляют трогательное единство в почитании вклада декабристов в политическую историю страны»15. Сказанное дорогого стоит, и мы обратим на нее внимание — практически все политические силы России единодушны в своем почитании благородства и героизма декабристов. Следовательно, есть мощные культурные основания, на которых даже в гетерогенном обществе возможно воздвигнуть ценностную систему, сближающую граждан одной страны.

Пример с пантеоном декабристов в качестве носителей высших нравственных ценностей, способных объединить всех, кто почитает историю России, кто считает себя патриотом, показывает, что ценностные системы формируются длительное время, столетиями утверждаются базовые основы общественного сознания. В нем неслышимая поступь перемен происходит на ценностном уровне восприятия мира. Здесь в извечном столкновении обозначенные еще в античности полярные ценностные пары добра и зла, истины и заблуждения, красоты и безобразия. В преломлении массового сознания они упрощаются до вопросов «Что такое хорошо, что такое плохо?» Любые ответы на них подтачивают привычное, устоявшееся, пробивают дорогу новым ценностным прочтениям мира. «Сами ценности существуют объективно как возможность ценностного воздействия»16, меняющего, по нашему мнению, смыслы окружающего. Воздействие происходит опосредованно, по медийным каналам: сначала изменяется коммуникативная реальность, затем — сознание человека и общества.

Способность человека «вычитывать смыслы» задана всей общественной историей, историей межличностных и межсоциальных коммуникаций. История медиа обнаруживает способность журналистики тревожить мысль, переворачивать когда-то устоявшиеся представления, находить новые понимания мира. Буквально вся медийная практика основана на диссонансе — когнитивном, эстетическом, этическом. Диссонанс вызывает любое несовпадение социального опыта человека с тем, что он читает в газете, слышит в эфире, побуждающее корректировать понимание мира и его цен-

15Ермаков А. В. Указ. соч. С. 158.

16Столович Л. Философия. Эстетика. Смех. — СПб.–Тарту, 1999. С. 92.

100 АКСИОЛОГИЯ ЖУРНАЛИСТИКИ

ностей. Это один из залогов поступательного развития культуры общества. Скажем так: нам нужны диссонансы, хотя их пользу и отрицает известный журналист и руководитель Высшей школы телевидения МГУ Виталий Третьяков. Отмечая очевидные болезни телевидения (смешение правды и вымысла, уравнивание прекрасного

ибезобразного, допущение аморализма), он находит телезрителя обделенным. «Телезритель пребывает в состоянии трех диссонансов [когнитивного, эстетического, этического]: все, что транслируется телевидением, противоречит друг другу и всем устоявшимся представлениям о реальности, научном знании, здравом смысле, прекрасном и моральном»17. В сочувствии критика телезрителю не учтена конструктивная сторона ценностного диссонанса, тогда как на самом деле именно она решающая, выражающая способность индивида и социума в целом оценить динамично меняющиеся условия жизнедеятельности. Диссонанс открывает глаза на ранее невидимые изменения в целях и ценностях, идеалах и жизненных ориентирах. Вне контекста обнаружения перемен — «это пустые и опасные в своей обманчивости символы»18.

Интуитивно мы догадываемся о природе и механизмах ценностного воздействия — оно и целенаправленное, иными словами, волей власти и могущества порождаемое, и спонтанное, возникающее в мучительных поисках публичного разума (термин Дж. Ролза). «Публичный разум» с обретением нового опыта придает окружающему

ипроисходящему в нем самом всё более отточенные смыслы, отчего демократизм мышления обеспечивает повседневный общественный прогресс. В то же время нельзя думать, что диссонирующее содержание медиа легко и стремительно меняет ценностную структуру сознания индивида и общества. На самом деле ценностная природа мышления и бытия неподатлива и не спешит навстречу нашим ожиданиям перемен, в ней нет добра без зла, а истины без заблуждения. Только наличие противостояния ценностных начал не позволяет обессмыслить само представление о ценности, которые обладают особыми свойствами и, с точки зрения Г. П. Выжлецова, «включают в себя не только должное, но и желаемое. …Ценности объединяют людей, цен-

17Благо или зло? [Аннотация учебного пособия: Виталий Третьяков. ТВ как неоязычество и как карнавал. Курс лекций. — М.: Ладомир, 2015] // Литературная газета. 2015. № 29. С. 10.

18Кузнецов Н. В. Культура и мораль: к вопросу о характере взаимосвязи // Вестник Ленингр. гос. ун-та им. А. С. Пушкина. 2010. № 4. С. 97.