Occidentale lumen исторические пути западного христианства. Сборник статей

Свящ. Алексей Черный

«Диверсия теологов»?

Квопросу о богословском понятии клерикализма

вXX в.1

Учение II Ватиканского собора об апостольстве мирян повлекло за собой существенное усиление роли мирян в самых различных областях жизни Католической Церкви. Однако эта активизация и богословские идеи, лежащие в ее основе, существенным образом скорректировали положение священника в церковной жизни и его роль в церковном служении. Между тем на протяжении всей истории католицизма любая деятельность, которую сегодня принято называть «апостольской», во многом ассоциировалась со священником. Теперь же исключительность священнического служения нередко подвергается сомнению.

В этой связи неудивительно, что тема священства стала, по выражению Вальтера Каспера, «одной из “невралгических” тем постсоборной Церкви»2. Действительно, начиная с конца 60-х — начала 70-х гг. XX в. различные вопросы, касающиеся священства и церковного служения, места священника в Церкви и его положения по отношению к мирянам, поднимаются во множестве статей и книг самых известных католических авторов3. При этом нельзя не обратить внимание, что служение священника почти всегда рассматривается в контексте понятия «кризис»4, причем в самых разных изме-

1 Статья подготовлена в рамках Лаборатории исследований церковных институций (ПСТГУ) при финансовой поддержке РФФИ (проект № 18-311-00336 «Риторика кризиса религии и ее отражение в философской и теологической мысли Германии XX в.»).

2 Kasper W. Neue Akzente im dogmatischen Verständnis des Priesterlichen Dienstes // Concilium. 1969. Bd. 5. S. 164.

3 См., например: Baumgartner K. Der Wandel des Priesterbildes zwischen dem Konzil von Trient und dem II. Vatikanischen Konzil. München, 1978. S. 8–13; См. также работы Лео Шефчика, К. Леманна, Г. Гресхаке, Х. Поттмайера, Э. Схиллебеекса и др.

4 См.: Knobloch S. Praktische Theologie. Ein Lehrbuch für Studium und Pastoral. Freiburg im Breisgau, 1996; Pesch W., Hünermann P., Klostermann F. Priestertum. Kirchliches Amt zwischen gestern und morgen. Ascha enburg, 1971. S. 7; Hernoga J. Priestertum: Zur Nachkonziliaren Amtstheologie Im Deutschen Sprachraum. Frankfurt am Main, 1997.

92

Свящ. Алексей Черный. «Диверсия теологов»?..

рениях. В данной статье мы не будем останавливаться на проблемах, связанных с массовым оставлением сана, кризисом священнических призваний или кризисом священнической идентичности. Мы попытаемся выявить основные элементы богословия священства в Католической Церкви после II Ватиканского собора, в котором проявилась масса проблем. К примеру, Вальтер Каспер, характеризуя ситуацию в постсоборном богословии, писал о «все более усугубляющейся библейско-богословской и историко-догматической неопределенности, приведшей к невозможности ответить на ключевые вопросы богословия церковных служений, что, в свою очередь, поставило под вопрос и священническое служение»1.

Закономерно было бы ожидать, что католическая богословская мысль компенсирует то, что было упущено в документах собора. Однако, по словам Георга Мая, одной из причин кризиса католического священства стала «диверсия теологов», которые, опираясь на документы II Ватиканского собора, поставили под вопрос традиционное учение о священстве, о его богословских основаниях и исторических истоках2. Не предлагая соглашаться с такой точкой зрения, в данной статье мы попытаемся проследить, с одной стороны, — какие идеи постсоборного богословия могли дать повод для таких обвинений, а с другой — какие причины могли породить этот «богословский заговор»? Для этого мы обратимся к одному из либеральных католических авторов — Гансу Кюнгу.

Богословие священства у Ганса Кюнга

Несмотря на то что в 1979 г. этот швейцарско-немецкий теолог был лишен папой Иоанном Павлом II права преподавать католическую теологию, Кюнга нельзя считать экс-католиком: он до сих пор остается действующим католическим священником и всемирно известным католическим автором. Кроме того, помимо Йозефа

S. 229; Kasper W. Sein und Sendung des Priesters // Zukunft aus dem Glauben. Mainz, 1978. S. 85; Greschake G. Priester sein in dieser Zeit: Theologie — Pastorale Praxis — Spiritualität. Freiburg im Breisgau; Basel; Wien, 2000. S. 20–25; и мн. др.

1Kasper W. Sein und Sendung des Priesters // Zukunft aus dem Glauben. Mainz, 1978.

S. 85.

2 May G. Priestermangel // Theologisches. 2009. Bd. 3/4. S. 104–105. Автор обвиняет прежде всего известнейших немецких пасторологов: Оттмара Фукса, Нотгера Метте, Норберта Грайнахера и Германа Штайнкампа.

93

ЧАСТЬ II. Кризисные явления в истории современного западного христианства

Ратцингера, он остается единственным из ныне живущих теологовконсультантов, принимавших непосредственное участие в работе II Ватиканского собора. Прещениям со стороны римской курии Кюнг был подвергнут прежде всего за критику догмата о папской непогрешимости1, в то время как его работы по богословию церковных должностей не вызывали возражений, что можно объяснить их соответствием общему направлению в развитии католического богословия. В противном случае они также были бы использованы для дискредитации его личной позиции. Идеи Кюнга позволяют наиболее наглядно продемонстрировать господствующую в богословской литературе риторику вокруг священства. Они могут быть сформулированы в нескольких основных положениях.

Христос — единственный Священник и Посредник между Богом и людьми

Опираясь на Послание к Евреям, Кюнг рассматривает искупительный подвиг Иисуса Христа как единственный и окончательный священнический акт, как совершенную жертву, не требующую никакого продолжения или повторения. Тем самым, по его мнению, Христос не только исполнил и упразднил ветхозаветное священство. В результате крестных страданий Спасителя «исполнилось и прекратилось всякое человеческое священнодействие»2 и посредничество: все верующие во Христа «имеют через Него непосредственный доступ к Богу»3 (см.: Рим 5. 2; 6. 1–11; Еф 2. 18; 3. 12; Евр 10. 22). Таким образом, с точки зрения Кюнга, в Новом Завете не может идти речь о некоей обособленной священнической касте (как в язычестве и иудаизме), преграждающей священническому народу доступ к непосредственному богообщению. После Жертвы Христа любые искупительные жертвы священников излишни4, а духовные жертвы ожидаются от всех верующих, составляющих царственное священство (см.: 2 Пет 2. 9).

1 Cм.: Küng H. Unfehlbar? Eine Anfrage. Zürich, 1970.

2Кюнг Г. Церковь / Пер. с нем. (Серия «Современное богословие».) М., 2012.

С.494.

3 Там же. С. 498.

4 См.: Там же. С. 504. Кюнг подчеркивает, что даже Евхаристия не может носить жертвенный характер.

94

Свящ. Алексей Черный. «Диверсия теологов»?..

Всеобщее священство народа Божия

Через Крещение «все верующие посвящаются в священников»1. Кюнг пишет: «Христиане не стоят на пороге храма как нечистые, чтобы трепеща вымаливать благодать через священников как святых посредников. Нет, они сами стоят посредине в святом храме Божьем, как Богом избранный святой сонм священников, которому позволено непосредственно общаться с Богом»2. При этом Кюнг не оспаривает, что и руководители общин могут именоваться священниками. Однако он утверждает, что все функции, традиционно закрепленные за священниками, могут вполне закономерно и по праву исполняться мирянами. Ни проповедь, ни управление, ни учительство, по Кюнгу, не есть прерогатива только священников. С его точки зрения, возрождения проповеди мирян особым образом требует современная ситуация, прежде всего продолжающаяся секуляризация, недостаток проповедников и «духовная зрелость мирян»3.

Привычные наименования священнослужителей не соответствуют Новому Завету

Кюнг задается вопросом об адекватном наименовании для церковных служителей. Существующие обозначения (духовенство, клир, священник, священноначалие, церковная власть, управление, церковная администрация, носители сана, авторитет, князья Церкви, иерархия), с его точки зрения, не годятся, поскольку практически все они либо не библейские, либо изменили свое содержание в ходе истории. Кюнг доказывает, в частности, что термин «священник» в Новом Завете не применяется к церковнослужителям, «клир» в богословском смысле означает участие в эсхатологическом спасении, ограничивать понятие «духовенство», «духовное лицо» (πνευματικοί, spirituales) лишь священниками и монахами неправомерно, поскольку это противоречит Евангелию (каждый христианин является духовным — Гал 6. 1; 5. 16–23; Рим 8. 9–15; 1 Кор 2. 13), и т. д.

1 Кюнг. Церковь… С. 503.

2 Там же.

3 Там же. С. 509. Интересно, что Кюнг, отстаивая подобные взгляды, не признает проповеди «без церковного благословения и обучения» (Там же).

95

ЧАСТЬ II. Кризисные явления в истории современного западного христианства

Специфически христианское служение — только «диакония» как жизнь ради других

По мнению Кюнга, для новозаветного сознания чужды рассуждения в рамках соотношения «господство/подчинение». Он пишет: «Особое место и функция отдельного христианина в общине описывались таким словом, которое не ассоциировалось ни с каким органом власти, руководством, господством, ни с какими намеками на почет или могущество: это слово — “διακονία”, “служение”»1. Саму Церковь Кюнг видит как общность духовных даров (харизм) и служений2, в которых всякая харизма обретает смысл как Божий призыв, обращенный к конкретному христианину. Харизмы в его понимании делятся на частные и общественные. Вторые представляют собой конкретные обязанности внутри общины, исполняемые регулярно, однако, вне зависимости от типа, харизмы имеют одну природу и не поддаются строгой регламентации.

Первохристианская община как идеал

В своей экклезиологии Кюнг опирается практически только на Послания к Коринфянам — именно в коринфской общине он выделяет харизматическую структуру Церкви без каких-либо признаков иерархии и рукоположений. Ключевое положение в структуре служений в данном случае занимают апостолы, пророки и учители. По Кюнгу, со временем они утратили это положение, что повлекло за собой упадок и избрание на их места епископов и диаконов. Помимо такого варианта устройства общины, который он считает подлинно христианским, швейцарский богослов выделяет «палестинскую» общину, описанную в Деяниях и Пастырских посланиях апостола Павла3. Здесь довольно рано появляется иерархия (прежде всего пресвитеры) и господствует так называемый «пресвитеральный устав»4, включающий рукоположение как легитимизацию особого служения носителя «должностной харизмы» (Amtscharisma)5. Уже во времена апостола Павла коринфский и палестинский «уставы» сосуществова-

1 Кюнг. Церковь… С. 524.

2 См.: Küng H. Die charismatische Struktur der Kirche // Concilium. 1965. Bd. 1. S. 288. 3 См.: Küng H. Wozu Priester? Einsiedeln, 1971. S. 36.

4 Küng H. Die Kirche. Freiburg, 1967. S. 479.

5 Ibid.

96

Свящ. Алексей Черный. «Диверсия теологов»?..

ли, косвенный признак чего Кюнг видит во взаимозаменяемости понятий «епископ» и «пресвитер» в ранней Церкви: эти должности относились к разным «уставам». Развитие духовных должностей у Кюнга тесно увязано с институционализацией всей Церкви. В этом процессе, с его точки зрения, ключевое значение имеет рукоположение, через которое в церковную структуру проникает институциональный компонент. В результате, по Кюнгу, особая миссия отдельных членов общины преобразуется в иерархию, а харизма становится должностью. Это развитие достигает своей кульминации в посланиях св. Игнатия Антиохийского, который говорит о трехступенчатой иерархии (епископ–пресвитер–диакон), причем апостольское преемство все больше начинает сводиться к монархии епископа. Естественно, в дальнейшем институционализация церковной жизни только усиливалась, приводя к тому, что Кюнг называет «клерикализмом»1.

Эти идеи Кюнга, а также характерная критическая тональность, в которой они подаются, в целом являются общими для католического богословия священства после II Ватиканского собора — схожие тезисы высказывались во второй половине XX в. самыми разными католическими авторами2. Например, взгляды на священство В. Каспера, Х. У. фон Бальтазара или К. Ранера3 по основным пунктам пересекаются с тем, что говорит Кюнг, хотя выводы и интерпретации последнего, без сомнения, наиболее радикальные, что закономерно вызывало критику. Еще И. Конгар критиковал экклезиологию Кюнга в вопросе о церковных должностях за ее специфическую методологию4. С его точки зрения, как в экзегезе, так

1 Кюнг. Церковь… С. 502.

2 См., например: Kasper W. Neue Akzente im dogmatischen Verständnis des Priesterlichen Dienstes // Concilium. 1969. Bd. 5. S. 164–170; Schillebeeckx E. Theologie des kirchlichen Amtes // Diakonia. 1970. Bd. 1. S. 147–161; Klostermann F., Rahner K., Schild H. Lexikon der Pastoraltheologie. Freiburg im Breisgau, 1972. S. 427; Lehmann K. Das Priesterliche Amt im priesterlichen Volk // Gemeinde des Herrn № 83. Deutscher Katholikentag. Trier, 1970. S. 247; Blank J. Kirchliches Amt und Priesterbegri // Weltpriester nach dem Konzil / Hrsg. F. Henrich. München, 1969.

3 См., например, интерпретацию истории католического священства в известнейшем пятитомном учебнике пастырского богословия под редакцией Ф. К. Арнольда, Ф. Клостерманна, К. Ранера, В. Шура и Л. М. Вебера: Handbuch der Pastoraltheologie: Praktische Theologie der Kirche in ihrer Gegenwart. Bd. 4 / Hrsg. von F. X. Arnold, F. Klostermann, K. Rahner, V. Schurr, L. M. Weber. Freiburg; Basel; Wien, 1969. S. 432–451.

4 Congar Y. “Die Kirche” von Hans Küng // Diskussion um Hans Küng, “Die Kirche” / Hrsg. H. Häring, J. Nolte. Freiburg; Basel; Wien, 1971. S. 159.

97

ЧАСТЬ II. Кризисные явления в истории современного западного христианства

и при описании исторических реалий, автор смотрит на вещи несколько односторонне, подстраивая факты под свою концепцию. Действительно, Кюнг предлагает подробнейшее описание первохристианской общины, критически переосмысляя ее существенные черты. Это позволяет сделать некоторые выводы касательно неинституциональных харизм (служений), однако явно недостаточно для окончательных выводов. Принцип sola Scriptura1 в кюнговском варианте приобретает крайне своеобразную форму: в своем исследовании он отказывается учитывать не только значение традиции и церковного учительства, но и опыт религиозного сообщества, воспринимающего Писание как Священное. В итоге, ставя перед собой довольно масштабные задачи, Кюнг ограничивается критическим анализом Первого послания к Коринфянам, объявляя прочие книги апостольского века по той или иной причине не заслуживающими внимания. На этом основании он фактически сводит свое богословие церковных должностей к коринфской общине, причем только в том виде, в котором она представлена в Послании апостола Павла2. Прочие свидетельства о ранних христианских общинах рассматриваются вне какого-либо общего контекста, как свидетельства случайного характера. Тем самым Кюнг входит в противоречие с самим собой, игнорируя существование в ранней Церкви общин с разными уставами, с чем ранее соглашался в другом месте3. Он канонизирует лишь одну форму устройства общины, квалифицируя любую возможность развития как упадок. Именно поэтому Кюнг оценивает отсутствие в ранних общинах устоявшегося аппарата управления не как естественное положение дел в период становления, но как единственно возможную форму христианского уклада жизни. Признавая, что о церковных служителях (в частности о епископах, пресвитерах и диаконах) на основании новозаветных текстов «нельзя ничего сказать достоверно»4, он тем не менее решается утверждать, что между церковным «уставом апостола Павла» и Пастырскими посланиями, не говоря уже о посланиях Игнатия Антиохийского,

1 За применение этого принципа Кюнга, в частности, критиковал Х. У. фон Бальтазар (см.: Balthasar H. U. von. Erbe als Auftrag // Diskussion um Hans Küng, “Die Kirche” / Hrsg. H. Häring, J. Nolte. Freiburg; Basel; Wien, 1971. S. 259).

2 См.: Küng H. Was ist die Kirche? Freiburg; Basel; Wien, 1970. S. 166. 3 См.: Кюнг. Церковь... С. 544.

4 Там же. С. 538, 541.

98

Свящ. Алексей Черный. «Диверсия теологов»?..

«пролегает целый мир»1. Эти и другие претензии к работам Кюнга, однако, не касались принципиальных моментов его учения, изложенных выше.

Происхождение «богословского антиклерикализма»

Рассматривая богословие Кюнга через призму концепта «диверсии теологов», которая упоминалась в начале статьи, Кюнг вполне мог бы быть обвинен в соучастии в такой «диверсии». Идея «предательства» (М. Лефевр2), «диверсии» (Г. Май) группы иерархов и ученых периодически возникает в связи с реформами Католической Церкви во второй половине XX в., причем отнюдь не только в маргинальной среде. В постсоборном богословии наблюдается господство идей, которые могли бы быть названы богословским антиклерикализмом. Его основные тезисы и аргументация направлены на переосмысление традиционного учения о священстве, его сущности и основных сторонах служения, о церковной иерархии, душепопечении и власти в Церкви. Предложенный выше анализ демонстрирует, что в новом осмыслении священник теряет свои позиции, более того, институт католического священства предстает как некое досадное недоразумение, ошибка, вызванная постепенным отходом от новозаветных оснований и злоупотреблениями власть имущих. Закономерно возникает вопрос: чем мог быть вызван этот антиклерикализм? Ведь он не был характерен для католического богословия даже в периоды широкого распространения антиклерикального дискурса в среде европейских интеллектуалов.

Возвращаясь к Кюнгу, надо отметить, что хотя он в целом и не был склонен к тому, чтобы совершенно упразднить священническое попечительство и посредничество, тем не менее он признает, что такая позиция является вполне «оправданной реакцией на многовековой богословский и практический клерикализм»3. Автор пишет: «Многое из первоначального богатства всеобщего священства было утрачено в ходе многовекового процесса клерикализации и лишь в

1 Кюнг. Церковь... С. 544.

2 См.: Лефевр М., архиеп. Они предали Его. От либерализма к отступничеству. СПб., 2007.

3 Кюнг. Церковь… С. 502.

99

ЧАСТЬ II. Кризисные явления в истории современного западного христианства

последнее время медленно возвращается»1. Кюнг в своих работах не уточняет, как протекал этот процесс, однако в целом поиск клерикализма в истории христианства фактически стал общим местом

впостсоборной литературе, в том числе хрестоматийной и учебной2. В ней можно выделить несколько этапов становления клерикализма.

Клерикальный дискурс имеет еще античные корни, в нем за священником признается особая причастность Богу, в связи с чем он мыслится выше своей паствы и призван возводить своих пасомых к добродетели и познанию истины. В современной католической литературе развитие клерикализма прослеживается, начиная с Оригена, у которого понятие «клир» стало устойчивым для обозначения носителей сана в отличие от народа. Однако здесь еще не существовало разделения между религиозно-богословской культурой клира и профанной культурой мирян. Особенно тяжелые «злоупотребления» выявляются на Западе в эпоху Константина Великого, когда библейское различение между «(священническим!) “народом” (λαός) и “не-народом” (οÔ λαός) (ср.: 1 Пет 2. 10) все больше превращалось

вразличение между “народом” (λαός) и “священниками” (klerus)»3. В свою очередь, напряжение «Церковь/мир» сменяется напряжением «клир/миряне»: клир занимает привилегированное положение, получает латинское образование и титулы, становясь частью римского «ordo», и противопоставляет себя мирянам (saeculares, populi). Со временем различия только усиливались, в особенности по мере распространения монашеского идеала жизни, которому подражали клирики. С утверждением целибата быть священником стало означать отвергать плотскую жизнь и материальную собственность, в то время как миряне, связанные собственностью и браком, объявлялись, по выражению, относящемуся к XI в., «левой стороной Тела Христова»4. По оценкам католических авторов, основная часть кон-

1 Кюнг. Церковь… С. 508.

2См.: Handbuch der Pastoraltheologie. Bd. 4. S. 432–451. Также, например, именно

вискоренении клерикализма из церковной жизни видят свою цель авторы одной из современных экклезиологических работ П. Нойнер и П. М. Цуленер. См.: Neuner P., Zulehner P. M. Dein Reich komme. Eine praktische Lehre von der Kirche. Ostfildern, 2013.

3 См.: Snela B., Blank J. Priester / Bischof // Neues Handbuch Theologischer Grundbegri e. Erweiterte Neuausgabe in 5 Bänden / P. Eicher, Hrsg. Bd. 4. München, 1991. S. 288; Handbuch der Pastoraltheologie. Bd. 4. S. 436. См.: Кюнг. Церковь... С. 508.

4 Цит. по: Кюнг. Церковь… С. 517.

100