Формы разрешения спортивных споров. Монография

§ 5. «Lex sportiva»: совокупность правил процессуального и материального права

решением, принятым государственным судом, и может быть принудительно исполнено на основании положений Нью-Йоркской конвенции.

§5. «Lex sportiva»: совокупность правил «мягкого» процессуального и материального права,

применимого к разрешению спортивных споров

Что касается общепризнанных принципов международного права в сфере спорта, но нельзя обойти такой правовой феномен, как «lex sportiva», или принципы спортивного права, вырабатываемые национальными и международными спортивными организациями. Они представляют собой совокупность правил «мягкого» процессуального и материального права, применимого к разрешению спортивных споров.

О допустимости применения «lex sportiva» говорится и в одном из решений Спортивного арбитражного суда г. Лозанна: «Спортивное право развивалось и укреплялось (объединялось) на протяжении многих лет, в особенности посредством разрешения споров третейскими судами, в результате чего сформировался ряд неписанных правовых принципов — своего рода „lex mercatoria“ для спорта, которым должны подчиняться как национальные, так и международные спортивные федерации, вне зависимости от наличия или отсутствия таких принципов в их законодательных актах и регламентах и вне зависимости от соответствия этих принципов применимому внутригосударственному праву, однако при условии, что такие принципы не противоречат нормам публичного порядка, применимым к данному делу»1.

Как видно, «lex sportiva» сравниваются с «lex mercatoria», которые, несмотря на отсутствие устоявшейся позиции их толкования, наиболее часто рассматриваются как «совокупность общих принципов и традиционных норм, существующих независимо либо разрабо-

1CAS (20.8.1999–98/2000) AEK Athens and Slavia Prague v UEFA // in Reeb (Hrsg) Digest of CAS Awards II 1998–2000. 2002. S. 38, 103.

19

Глава I. Спортивное право: понятие, источники и классификация спортивных споров

танных в рамках международной торговли безотносительно к какойлибо конкретной национальной правовой системе»1.

Среди источников «lex mercatoria» указывают так называемые международное законодательство и международный торговый обычай. Первое включает международные конвенции, типовые законы, разрабатываемые на международном уровне в качестве модели для национальных правовых актов. В понятие обычая вкладывается более широкое (по сравнению с национальными системами) содержание. Это обычаи, обыкновения, типовые контракты и общие условия, своды единообразных правил. Особенно часто упоминаются документы Международной торговой палаты и, в первую очередь, правила ИНКОТЕРМС2, а также Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА3.

F Таким образом, «lex mercatoria» являются транснациональным, не кодифицированным правом, которое состоит из обычного права, обычных правил поведения и общих принципов коммерческого права, включая международный публичный порядок. В этом, по сути, и состоит главное отличие «lex mercatoria» от «lex sportivа»: последние принципы были сформированы самим арбитражем при разрешении спортивных споров, а не сложились в практике взаимоотношений между сторонами.

Подтверждением этого является, например, следующее решение САС: «В ходе разрешения споров САС разработал некоторое количество принципов спортивного права, таких как концепция объективной ответственности (в допинговых делах) и процедурной справедливости, которые могут расцениваться как проявление принципов „lex sportiva“…» 4.

1Goldman B. The applicable law: general principles of law — Lex Mercatoria. The Haque: Martinus Nijho Publishers, 1987. P. 113.

2Инкотермс 2000: Вступ. в силу с 1 янв. 2000 г.: Публ. МТП № 560., 2002.

3Principles of International Commercial Contracts. UNIDROIT. Рим, 1994. На русском языке см.: Принципы международных коммерческих договоров / пер. с англ. А.С. Комарова. М., 1996.

4CAS (15.12.2002–2002/0/372) NOC et al. v IOC. Rn. 27. Digest of SAS Awards I 1986–1998. 2000. S. 351, 358.

20

§ 5. «Lex sportiva»: совокупность правил процессуального и материального права

Получается, что, разрешая дела в порядке обычного и апелляционного производств, САС разработал минимальные стандарты, которые должны учитываться международными спортивными федерациями и другими физкультурно-спортивными организациями, а также самим судом при разрешении последующих споров и гарантировать эффективную защиту прав спортсменов. И хотя САС и неизвестна так называемая доктрина судебного прецедента («stare decisis doctrine»), которая гласит: «Решать так, как было решено ранее», ранее приятые решения, как правило, учитываются при принятии новых решений. Помимо этого, многие решения САС опубликовываются в журналах и на главной странице сайта (homepage) САС. Можно утверждать, что в САС создаются своеобразные судебные нормы — правоположения судебной практики, которые способствуют дальнейшей конкретизации и развитию принципов «lex sportiva».

Если высказываться более предметно, то так называемое ядро «lex sportiva» составляют следующие принципы.

1. Принцип отсутствия обратной силы закона.

Независимо от времени возбуждения дела при совершении любых процессуальных действий применяется законодательство, действующее на момент совершения этих действий1.

2. Принцип процедурной справедливости.

Судебная практика САС относит принцип процедурной справедливости к числу принципов, входящих в категорию неписанных принципов спортивного права, подлежащих обязательному исполнению международными федерациями2. Согласно данному принципу любая сторона имеет право на защиту своих интересов в суде, когда принимается какое-либо решение, существенно нарушающее ее интересы.

3. Принцип соразмерности наказания.

Назначенное спортивной федерацией наказание должно быть соразмерно последствиям нарушения. Если же санкция, избранная международной спортивной федерацией или другой спортивной ор-

1CAS (19/10/2000 — 2000/A/274) S. v Federation Internationale de Natation (FINA) // Reeb (Hrsg) Digest of CAS Awards II 1998–2000. 2001. S. 389, 405.

2См. решение САС от 22 июля 1996 г. по делу № 96/001 «Федерация плавания США против Международной федерации плавания» (пар. 15) // Бриллиантова А.М., Кузин В.В., Кутепов М.Е. Международный спортивный арбитраж. М., 2002. С. 265.

21

Глава I. Спортивное право: понятие, источники и классификация спортивных споров

ганизацией, «очевидно» и «заведомо» несоразмерна последствиям нарушения, они могут быть пересмотрены или отменены САС.

;Например, по делу № 2000/А/290 «Абель Хавьер и „Эвертон“ против Союза европейских футбольных федераций» суд снизил футболисту наказание в виде отстранения от участия в игре с девяти до шести месяцев, указав, что такое наказание представляется арбитражной группе более адекватной санкцией, пропорциональной тяжести нарушения»1.

Принимая такие решения, САС прежде всего защищает интересы спортсменов, исходя из того, что «несправедливо введенный запрет на осуществление любой спортивной деятельности… действительно может повредить всей карьере спортсмена и таким образом нанести ущерб его правам как личности»2.

Более того, назначенное спортивной федерацией наказание не должно приводить к дискриминации, а также иному некорректному обращению со спортсменом3.

4. Принцип равного подхода при назначении наказания.

В деле № 2000/А/289: «Международный союз велосипедистов против С. и Французской федерации велосипедного спорта»4 суд в своем решении сформулировал следующее правило: «Если степень виновности оценивается в каждом конкретном случае, необходимо позаботиться и о соблюдении равенства подхода ко всем велосипедистам, уличенным в применении допинга».

5. Принцип свободы осуществления спортивной деятельности. Швейцарское прецедентное право иногда рассматривает поня-

тие прав личности широко, для того чтобы защитить как можно более обширный круг прав, например, право на экономическую активность и даже право на свободу осуществления спортивной деятельности. Так, в одном из своих решений САС постановил, что права

1См. решение САС от 2 февраля 2001 г. // Официальный сайт Международного спортивного арбитражного суда: <http://www.tas-cas.org/jurisprudence-archives>.

2CAS (20.8.1999–98/2000) AEK Athens and Slavia Prague v UEFA // Reeb (Hrsg) Digest of CAS Awards II 1998–2000. 2002.

3CAS (22/07/1996–96/153) Watt v Austrakian Cycling Federation (ACF) and TylerSherman // Reeb (Hrsg) Digest of CAS Awards I 1986–1998. 1998. S. 355, 340.

4См.: Бриллиантова А.М., Кузин В.В., Кутепов М.Е. Указ. соч. С. 235.

22

§ 6. Модель построения законодательства о спорте

личности должны включать и свободу на физическое перемещение, а, следовательно, и «свободу осуществления спортивной деятельности и участия в соревнованиях между спортсменами одинакового уровня подготовки»1.

;Таким образом, в сравнении с другими источниками спортивного права «lex sportiva» обладает явным преимуществом: в своем содержании он соединяет, с одной стороны, позицию государства, так как создаются принципы «lex sportiva» при разрешении спортивных споров согласно положениям действующего законодательства, а с другой стороны, позицию спортивного арбитражного суда, который является организационно независимым и самостоятельным органом.

Исходя из этого, принципы «lex sportiva» должны иметь непосредственное и преимущественное применение как первичные источники спортивного права. Однако это преимущество, которое с первого взгляда отличает «lex sportiva» от других источников спортивного права, одновременно создает и сложности в его применении. Различия между национальными правопорядками достаточно сильны, существенно отличаются и источники спортивного права в разных странах. Об этом свидетельствует и параллельное существование в мире неодинаковых моделей законодательства о спорте.

§6. Модель построения законодательства о спорте

иее влияние на выбор формы разрешения спортивных споров

В Европе в настоящее время сформированы две главные модели законодательства о спорте, отличающиеся между собой по признаку государственного воздействия на отношения, складывающиеся в сфере профессионального спорта.

Первая модель — интервенционистская, или модель вмешательства, предусматривает участие государства в организации спортивного движения собственной страны, а вторая — неинтервенционист-

1Решение САС по делу № 96/001 «Международный союз велосипедистов против С. и Французской федерации велосипедного спорта» // Бриллиантова А.М., Кузин В.В., Кутепов М.Е. Указ. соч. С. 235.

23

Глава I. Спортивное право: понятие, источники и классификация спортивных споров

ская (невмешательства) исключает законодательную регламентацию спортивной жизни1. Основополагающий принцип нормативноправового регулирования современного спорта заключается в признании за государством субсидиарного участия в регламентации спортивного движения. При этом представители интервенционистской модели (Франция, Италия, Испания, Португалия, Люксембург) считают, что именно государство должно задавать основные критерии организации спортивного движения. Так, первым законодательным актом Франции, предоставившим право государству вмешиваться в вопросы спортивного регулирования, был Закон о спорте от 20 декабря 1940 г. Данное право последовательно реализуется и в современном законодательстве Франции, в первую очередь в основном французском Законе о спорте 1984 г., в редакции которого 2002 г. особо подчеркивается общественное значение спорта.

Вторая модель (неинтервенционистская, или модель невмешательства государства в сферу спорта) получила распространение в большинстве стран Западной Европы (Австрия, Бельгия, Дания, Финляндия, Германия, Великобритания, Швейцария) и основывается на признании автономии спорта как социальной деятельности. Отношения между субъектами спортивной деятельности регулируются нормами спортивных организаций, в первую очередь международных, и обычаями спортивной среды. Так, современное британское законодательство практически не касается вопросов регулирования сферы физической культуры и спорта. Однако такое, на первый взгляд, невмешательство государства в сферу физической культуры и спорта вовсе не означает отсутствия механизмов регулирования спортивной деятельности.

По мнению С.И. Нагих, разница между двумя моделями заключается скорее в форме государственного регулирования, включающей набор различных инструментов, а не в конкретном воплощении законодательной функции государства в области регулирования физической культуры и спорта2.

1См.: Нагих С.И. Спорт в Западной Европе: принципы государственного регулирования и законодательства // Спорт: экономика, право, управление. 2004. № 3. С. 3.

2См.: Нагих С.И. Указ. соч. С. 4.

24

§ 6. Модель построения законодательства о спорте

Именно поэтому реализация той или иной модели взаимодействия государства и спортивного движения находит разнообразное выражение в конституционном и текущем законодательствах. В конституциях государств, закрепляющих модель невмешательства, такие положения носят, как правило, менее императивный характер, а роль государства выражается в оказании поддержки и стимулировании занятий физической культурой и спортом. Например, в ст. 68 Конституции Швейцарии 1999 г. говорится, что Союз поощряет спорт, особенно спортивную подготовку, управляет спортивными школами и может издавать предписания о молодежном спорте и объявлять обязательное обучение спорту в школах. В ст. 59 Конституции Турции закрепляется положение о том, что государство заботится о развитии физической культуры и спорта. Примером же конституционного регулирования сферы физической культуры и спорта в странах, применяющих интервенционистскую модель, может служить Конституция Испании 1978 г. Статья 43.3 Конституции Испании предусматривает, что органы публичной (государственной) власти должны способствовать развитию физического воспитания и спорта и организации досуга людей.

Форма участия государства в правовом регулировании физической культуры и спорта, т.е. избранная модель построения законодательства о спорте, оказывает существенное влияние на преобладающие в том или ином государстве формы разрешения спортивных споров. Так, например, в Великобритании, где, как уже было замечено, реализована модель невмешательства государства в сферу спорта, до середины ХХ в. государство практически не участвовало в регулировании спорта. Поэтому и спортивные споры разрешались преимущественно в рамках частных организаций, которые создавались участниками спортивного движения (например, футбольные ассоциации)1. В странах же — представителях интервенционистской модели судебные органы государства активно вмешивались и продолжают вмешиваться в разрешение спортивных споров, правда, только после того, как будут пройдены все инстанции спортивной юстиции. Например, в Италии, спортсмен, чьи права нарушены,

1См.: Фелопс У., Морали А., Селл Дж., Михайлов Э., Горцунян С., Клячин А. Спорт как объект правового регулирования в Великобритании // Спорт: экономика, право, управление. 2006. № 3. С. 9.

25

Глава I. Спортивное право: понятие, источники и классификация спортивных споров

вправе обратиться в судебные органы административной юрисдикции — областные административные трибуналы и Государственный Совет Италии в зависимости от сущности спора. Система спортивной юстиции структурирована по аналогии с судебной системой и предназначена для разрешения споров между субъектами спортивного права. Органами спортивной юстиции первой инстанции являются дисциплинарные комиссии при федерациях в различных видах спорта. Высший орган спортивной юстиции, который рассматривает дела в порядке апелляции, — Федеральная апелляционная комиссия (при каждой федерации).

F Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод о том, что, в большей или меньшей степени все государства так или иначе, «вмешиваются» в вопросы регулирования спорта.

Это связано с тем, что спортивная деятельность — деятельность социальная, публичная, в ней задействовано множество субъектов, а потому важно сохранять некое равновесие, баланс между интересами спортсменов, их работодателей (клубы, физкультурно-спортивные организации) и обществом в целом. Думается, именно по этой причине в настоящее время в Европе складывается смешанная модель спорта, которая признает одновременную активность как государства, так и частных лиц и организаций в сфере спорта, характеризующуюся сочетанием частной и публичной составляющих.

Все это напрямую влияет на способы разрешения спортивных споров и их допустимые сочетания. Наиболее наглядно данный тезис можно продемонстрировать на примере Великобритании.

До недавнего времени спортсмены, считавшие, что их права ущемлены решением, вынесенным национальной регулирующей организацией в рамках определенного вида спорта, не могли прибегнуть к судебной защите своих прав, поскольку английские суды пересматривали и отменяли только решения административных (публичных) органов. К судебной защите могло прибегнуть лицо, заявившее, что действие или бездействие публичного органа было противозаконным. Национальные же регулирующие организации в сфере спорта не являются государственными, создаются, как правило, в форме компаний с ограниченной ответственностью. Соответственно их решения не могли обжаловаться в судебном порядке.

Сегодня английские суды пересмотрели такой подход и пришли к выводу, что при нарушении частного права могут быть использова-

26

§ 6. Модель построения законодательства о спорте

ны и публично-правовые способы защиты, например, когда дело касается применения национальными регулирующими организациями дисциплинарных или иных мер воздействия.

;Так, в деле «Виландер и Новачек против Тобина и Джуда» (1997) один из судей постановил, что вне зависимости от того, подпадают ли действия международного регулирующего органа в области тенниса под юрисдикцию судов, на них все равно лежат общие обязательства действовать законным, справедливым и разумным образом при вынесении решений согласно своим правилам1.

F Таким образом, сегодня национальные регулирующие органы обязаны действовать не только в соответствии со своими правилами, но и в соответствии с принципами естественной справедливости.

Например, если национальный регулирующий орган отклоняет заявление третьего лица о вступлении в членство на произвольных и не имеющих отношения к делу основаниях, такое лицо вправе обратиться в суд за защитой. Суд не может заставить какую-либо сторону заключить договор, но он может обеспечить положение, при котором справедливо применяются правила такого органа.

В связи с этим, чтобы избежать возможных коллизий, целесообразно было бы создать сборник наиболее определенных, общеизвестных, многократно и постоянно применяемых принципов «lex sportiva». Составление такого рода документированного сборника, т.е. закрепление принципов «lex sportiva» в форме отдельного письменного документа, будет способствовать более единообразному правоприменению, так как ориентирует юрисдикционные и неюрисдикционные органы на обращение к его положениям. Кроме того, нормы «мягкого» права постоянно стремятся к тому, чтобы перейти в закон, поэтому такое документирование может служить фактической предпосылкой для формирования норм закона.

Возвращаясь к нашей стране, хотелось бы отметить, что за последнее время Российской Федерацией были восприняты многие тенденции общемирового спортивного законодательства. В частности, как уже отмечалось, учреждаются новые органы спортивного

1См.: Фелопс У., Морали А., Селл Дж., Михайлов Э., Горцунян С., Клячин А. Спорт как объект правового регулирования в Великобритании. С. 13.

27

Глава I. Спортивное право: понятие, источники и классификация спортивных споров

управления (например, Комитет по разработке антидопинговой политики в сфере спорта), появились специализированные третейские суды по разрешению спортивных споров.

В России, как и в Европе, сложилась смешанная модель регулирования спорта. Базовые направления развития спорта определяет Совет при Президенте РФ по развитию физической культуры и спорта. Управление и практическое руководство спортом от имени государства осуществляет Министерство спорта, туризма и молодежной политики РФ. Олимпийский комитет России возглавляет олимпийское движение России, разрабатывает и проводит единую политику развития спорта высших достижений при взаимодействии с федеральным органом исполнительной власти в области физической культуры и спорта. Национальные федерации отвечают за развитие отдельных видов спорта. Спортивные клубы объединяют спортсменов, тренеров, организаторов спорта, иных субъектов спортивной деятельности в целях создания условий для подготовки спортсмена к спортивным соревнованиям и участия в них.

Однако нельзя не заметить, что всего этого явно недостаточно. Необходимо дальнейшее развитие и совершенствование спортивного законодательства. Многие нормы материального права, закрепляющие права и обязанности субъектов спортивной деятельности, гарантии их осуществления, не могут быть реализованы на практике в связи с отсутствием механизма их реализации. Поэтому особое внимание необходимо уделить разработке новых и совершенствованию уже имеющихся процессуальных норм, регулирующих порядок, процедуру реализации норм материального права.

И в первую очередь хотелось бы обратить внимание на возможные направления совершенствования «процессуальной» части спортивного законодательства.

1. Необходимо внести в действующий Закон о физической культуре и спорте изменения, а именно: предусмотреть специальную главу, содержащую общие принципы и порядок урегулирования спортивных споров, особенности разрешения спортивных споров в государственных судах. Небезынтересно отметить, что упоминавшийся ранее проект закона «О физической культуре и спорте», подготовленный Государственным комитетом РФ по физической культуре и спорту в 2003 г., содержал статью, посвященную порядку урегулирования спортивных споров. Однако при разработке и принятии действующего Закона о физической культуре и спорте этот положитель-

28